Когда приходит смерть...

Я сжимал его руку. И как бы я не хотел — я сжимал её в последний раз. Было очевидно, что это были его последние вздохи и последним, кого он увидит, буду я. Все понимали, Англии уже не помогут лекарства. Но всё равно врачи давали их. А у него не было сил их даже проглотить. Эти провода, капельницы и прочее — зачем они здесь? Они ведь только мешают ему. Ведь они уже не помогут. Артур судорожно глотал воздух. Его зелёные, когда-то яркие глаза помутнели. Он становился всё слабее и бледнее. Скорее всего, Игирису уже хотел быть мёртвым, а не мучиться в этой больнице. Он не говорил, не шевелился. Было лишь дыхание, частое и беспрерывное, которое говорило о том, что он ещё жив. А я, как глупый и наивный ребёнок, всё ещё думал, что скоро всё будет нормально: к Артуру вернётся его прежний цвет лица, дыхание восстановиться, и он снова за что-нибудь будет меня отчитывать. Но это было глупо. Артур больше не будет таким. Его уже наполовину забрали небеса. И я не выдержал. Слёзы потекли по моим щекам, я тихо всхлипывал. Англия с трудом поднял на меня глаза, и сказал мне: — Ты сможешь выжить и без меня, ты уже не нуждаешься в моей поддержке. Тебе незачем плакать. Ты ведь герой, верно? А герой не должен показывать свои слабые стороны. От этих слов я обнял его. Прижал к себе. Да как я буду без него жить?! Мне так хотелось снова стать маленьким мальчиком, сидеть на его коленях и слушать истории о пиратах. — Я люблю тебя, глупый. Я никогда тебя не забуду. Ты навечно останешься в моей памяти. И в моём сердце... Слёзы лились рекой. А он лишь слабо улыбнулся. И прошептал, что тоже любит. Я не смог себя сдержать и поцеловал его. Нежно поцеловал его бледные и холодные губы. Это продолжалось несколько секунд. Но когда я отстранился от него, он уже не дышал. Он был мёртв. *** "Его уже нет. И он уже никогда не будет рядом." Я всегда повторяю эти слова в своей голове, когда прихожу к его могиле. Я кладу цветы, стою несколько секунд и ухожу. Теперь до конца своей жизни меня будет терзать вопрос: он любил меня как брата? Или как его любил я?