Только мой

             Арсений Сергеевич Попов, чистокровный альфа являющийся главой мафии. Данный статус достался ему отца, которого зверски убили за предательство. Но это лишь одна из версий, как был свергнут прошлый глава. Арсений в эту историю конечно не верил, а правды перестал добиваться, ведь зацикливаться на одном нельзя, ведь авторитет банды необходимо восстанавливать, чем он и занимался ближайшее время.       Суть его работы — отдавать приказы, правильно планировать и распределять обязанности между работниками и всё в этом духе. Было у них прибыльное дельце — отлавливать омег с редким запахом и устраивать закрытые аукционы по их продаже другим бандам. Деньги буквально из воздуха делали, но и про качество «товара» забывать не стоило. После продажи уже никого не интересовало, что с ними будет дальше — убьют, изнасилуют или ещё что, это было не важно. Честно сказать было тяжело. В особенности если омег отлавливали во время течки, то трудно было удержаться, учитывая, что большая часть коллектива являлась альфами, но в лучшем случае бетами. Умудрялись влюбляться, а некоторые собирались определённой компанией, пускали «несчастных» по кругу за что получали выговор от Попова вплоть до увольнения, если не смерти. Он был жесток, но справедлив. По-крайне мере так про него говорили.

***

      Антон Шастун, парень которому давно стукнуло за восемнадцать и он наконец съехал от родителей, но и связь с ними не забывал поддерживать. Институт он окончил, поэтому сидел себе спокойно, работал, то дома, то в офисе, логотипы для разных компаний придумывал и отрисовывал. Работа не сложная, главное обладать широкой базой знаний, да и рисовать уметь. Про фантазию забывать не стоит. Благо с работой повезло, ведь Антон родился омегой, чему родители были удивлены, ведь вымахал он два метра ростом, а по телосложению хиленький совсем, как бы парень не старался заниматься спортом и правильно питаться. Во время течки он работал дома, пил всякие обезболивающие, которые не помогали и «радовался» жизни. Любил на всякие сериалы позалипать, фильмы или просто забавные, короткие видео. Так и жил.       Вот только с каждой неделей ему попадалось всё больше новостей о том, что омеги начали выборочно пропадать. Сначала он не обращал внимания на подобное, но из-за частоты появления подобных объявлений, парня охватила тревожность вместе с паранойей, поэтому он всё время зашторивал окна, лишь бы его никто не увидел и размещал блокаторы запаха по всей квартире. Да, это вредило лёгким, но обезопасить себя было нужно, ведь неизвестно, кем на самом деле являются твои соседи. Может днём они милые ромашки, а ночью опасная группировка. Проверять Антон этого конечно же не будет.       Но в один из таких «прекрасных» дней у парня появилась проблема. А именно течка, которая как некстати началась ночью. Запас таблеток подошёл к концу, поэтому пришлось бежать в ближайшую круглосуточную аптеку, не звонить ведь родителям в два ночи, верно? С этими мыслями он и спустился на улицу, держась за низ живота, вот только дойти до аптеки он так и не успел, как в глазах потемнело, а тело запомнило лишь приглушённый удар о землю…

***

— Ещё двое, — раздался хриплый мужской голос. — Заносите, — спокойно проговорил Арсений, наблюдая за всей этой картиной. Он давно перестал чувствовать запахи омег в полной их яркости, но сегодня его заинтересовали. Мало того, что на полу среди других связанных лежала «шпала», так ещё и запах был крайне приятный, что-то похожее на горячий шоколад. Попов, как ярый фанат кофе, такое одобрил. — Распределите их по комнатам. Позже совершу обход, — он кратко кивает своим и возвращается в кабинет, рассматривая данные по новым прибывшим.       Через пару часов, когда действие снотворных дротиков подошло к концу, из комнат начали доноситься приглушённые крики. Приняв это за знак, глава начал поочерёдно заходить в каждую комнату, фиксируя на бумажках поведение каждого и запах. «Лайм? Отвратительно», он черканул на бумаге и скрылся в следующей комнате, «Розмарин? Редко и вполне интересно», слабо кивает, рассматривая парня средних лет, после чего переходит к следующим, «Грейпфрут… Изюм… Имбирное печенье…», Арсений делал всё на автомате, ибо эти омеги его не интересовали.       Наконец последняя комната, где сидел Антон, а запах его уже пробивался сквозь дверь, хотя та была изолирована. «Странно», подумал брюнет, заходя внутрь. Парень сидел на кровати, поджав ноги к себе и обнимал колени. — Не боишься нас? — зачем то задал вопрос Попов, делая более глубокие вдохи. Хотелось подойти ближе и просто уткнуться носом в кудрявую макушку, дабы в полной мере насладиться запахом омеги. — А в этом есть смысл? — тихо интересуется парень, поднимая голову и чувствуя приглушённый запах крепкого кофе. — Ты прав, — кивает мужчина, делая очередные пометки в своих листах. Ручка как назло упала на пол, но брюнет решил схитрить. — Подними, — указал на неё взглядом, оставаясь на своём месте.       Антон тяжело вздохнул, но подошёл ближе и наклонился за ручкой, но не успел опомниться, как его крепко схватили за кудрявые волосы, надавливая вниз. Пришлось остаться на коленях. Арсений прощупывал его, стараясь понять, что нравится Антону, а что нет. Мужчина старался заставить и без того текучего омегу потечь сильнее, чтобы его запах совсем заполнил лёгкие альфы. — От Вас кофе несёт. — поднял взгляд на альфу, попутно протягивая ему упавшую ручку.       Арсений замер, ослабляя хватку. Ему довольно давно не говорили подобного и не от того, что омеги боялись, ведь во время течки им всё равно на ситуацию, лишь бы унять свои желания. А этот держится. Арсений благо вовремя приходит в себя и забирает пишущий предмет. — Могу подняться с колен или Вы ещё отсасывать заставите? — вскинул бровь, но видя как глава делает шаг назад, то поднимается на ноги, оттряхивая колени.       Так брюнет и покидает молча его комнату, возвращаясь к себе, дабы обдумать произошедшую ситуацию.       Проблема состояла в том, что список уже выслали на аукцион, а значит изменить его никак нельзя было. Попову хотелось понаблюдать за Антоном чуть больше обычного, но в данный момент такой возможности не было, хотя… Омег поочерёдно отводили в душ и одевали в чёрную одежду. Тут он этой возможностью и воспользовался — вывел Шастуна из комнаты и повёл в душевую.       Запах горячего шоколада вновь заполнил лёгкие альфы, а голова начала кружиться, поэтому как только они зашли в нужное помещение, Антона вжали лицом в стену, напирая сзади и утыкаясь носом в загривок парня. Его сердце начало биться с невероятной скоростью, а на ногах стоять было уже тяжело, поэтому он фактически повис на руках Попова. Омежья смазка начала выделяться ещё обильнее, а в бедро парня вжимались бугорком. Лёгкие Антона в свою очередь заполнились этим чёртовым запахом кофе, от которого сносило крышу. Шастун на автомате начал стаскивать с себя одежду, поэтому быстро остался в том в чём мать родила. Арсений в свою очередь молчал, ожидая дальнейших действий парня, а тот аккуратно коснулся самыми кончиками ремня альфы, расстёгивая его вместе с ширинкой. Он сделал ещё несколько махинаций, дабы высвободить возбуждённый орган и вновь оказался прижатым к стене, а ко входу подставили головку. Рука оказалась на шее парня, слабо сжимая её, после чего одним толчком в него вошли и замерли. Антон совсем тихо проскулил, интуитивно сжимаясь внутри, вызывая у альфы тихое рычание куда-то в затылок Шастуна. Шеи коснулись горячие губы, а сам Попов стал осторожно, но размашисто двигаться в омеге. — Арсений, — прорычал своё имя на ухо омеге, если тот всё же решит застонать, но этого долго ждать и не пришлось, поскольку в ответ сразу послышалось «А-а-арс…» — Я не позволял сокращать, — довольно больно кусает омегу за плечо, чем вызывает тихий скулёж. Толчки стали резче и быстрее, окончательно выбивая из лёгких парня весь кислород.       Нежностью тут и не пахло, но Антона она в данный момент особо и не интересовала, поскольку во время течки у всех омег преобладают животные инстинкты. Можно считать, что Попов ему помогает, но факт того, что презервативом альфа так и не воспользовался, Антона напрягал, ибо он не хотел залететь от первого встречного. — Арсе-е-ений… — сладко простонал парень, вызывая у Попова тихое рычание в ответ. Но толчки стали нежнее, а вместо вжимания в стену, Антона притянули к себе, осторожно приобнимания и оглаживая торс. По шее стали осторожно проходиться поцелуями, из-за чего омега слабо улыбнулся. — А ты не расслабляйся, Шастун, — прошептал мужчина, кусая его. — Я не за нежности, — фыркнул. — А стоило бы попробовать… — на одном дыхании проговорил Антон, чувствуя, что на его член легла чужая рука, двигаясь в такт толчкам сзади. — Мгх… Такой… хороший… альфа… — Замолчи, — в плечо вновь укусили, начав двигаться резче и быстрее.       В ответ лишь послышался очередной сладкий стон, а сам Антон опустил голову вниз, наслаждаясь своим положением.       Кончать он в него не стал — вовремя вышел. Вот только под конец он впился клыками в загривок Шастуна, задерживаясь в таком положении. — Это же метка! — тихо произнёс Антон, чувствуя, как мужчина отстраняется. — Сойдёт со временем, — альфа покинул помещение, ожидая Антона за дверью и приводя себя в порядок.

***

      Течка успокоилась, очень кстати, поскольку на следующий день было объявлено начало аукциона. Омег выводили поочерёдно, дабы каждый смог уловить запах, а после мерились деньгами, постепенно разбирая парней. Когда очередь дошла до Шастуна, то ставки повысились, но другие главари не учли одного — Арсений заплатил намного больше, оставляя парня себе. Подобного исхода никто не ожидал, кроме самого Арсения. Он хотел проследить за парнем дольше.       Мужчины ушли разочарованные, а вот Попов остался доволен. — Вы… Выкупили меня… — тихо пробормотал Антон, чувствуя, как его руки освобождают от верёвки. — Ты единственный, чей запах я почувствовал впервые за долгое время, а ты учуял мой, хотя я пил подавители, которые полностью блокируют мой запах. — пояснил альфа. — И что мне делать теперь? — также негромко поинтересовался парень. — Мы, — поправил его брюнет. — Я воспитаю тебя правильно, — на лице возникла хитрая улыбка. — Но… — хотел начать Антон, но его притянули к себе за талию, крепко держа. — Ты только мой… — тихо прорычал альфа, нежно, но по-собственнически целуя омегу.