Опиши мне этот мир

— Вэнь Нин, не тяни меня, я же так упаду. В голосе Вэй Ина не слышалось настоящего упрека, с которым обычно говорят такие слова, а только лишь нотка веселья, ведь есть кто-то, способный напугать этого паренька сильнее, чем его родная сестра. — Нет-нет-нет, надо уйти как можно дальше. — Да куда дальше-то? Ты и так меня до самого моего факультета дотащил. — А? Что? Только сейчас Вэнь Нин заметил, что действительно шагает по корпусу факультета искусств. — Точно… — Ха-ха-ха-ха-ха, Вэнь Нин, ты просто нечто! Вэй Ина вся эта ситуация явно забавляла. — Ну не смейся, просто Ханьгуан-Цзюнь меня напугал, вот я и… — А? Ты про Лань Чжаня? — Не называй его так! Такое обращение к себе он позволяет только дяде и брату, а ты вот так просто… — Но он сам так представился, значит, мне можно его так называть, верно? И вот тут Вэнь Нин завис. Он так старался поскорее уйти подальше от Ханьгуан-Цзюня, что даже не обратил внимания на их разговор. — Эм, н-ну тогда, наверное, м-можно… Парень вроде как согласился, а тревожность в голосе так и осталась, что не ускользнуло от прекрасного слуха Вэй Ина. — Слушай, неужели он такой страшный? — Ну… в общем… Лучше тебе не знать… *** Вэнь Нин не хочет ничего рассказывать. Совершенно не хочет. Никто и представить не может, насколько он этого не хочет, только вот… На территории университета сбежать от Вэй Ина просто невозможно. Да и за его пределами это тоже проблема. Так что, когда парень затащил Вэнь Нина в пустой кабинет и улыбнулся ему той самой дьявольской улыбкой, от которой у всех преподавателей волосы встают дыбом, он просто не смог отказать. — Ну за что ты так со мной? — Ой, да ладно, сколько лет мы уже друзья? Неужели думаешь, что я создам проблемы? Именно! Вэнь Нин не думает, а точно знает, что этот чертенок что-то да учудит, но разве ж у него есть выбор? Если не он, то Вэй Ин в поисках ответов в другом месте точно вляпается в очередную историю. — Ладно-ладно, я расскажу, но пообещай, что после этого не будешь делать ничего необдуманного. — Обещаю, рассказывай. Врет, как дышит! — Так… С чего бы начать… Ты слышал о семье Лань, владеющей тремя крупнейшими больницами страны? — Неа, впервые слышу. — А имя Лань Цижэнь тебе о чем-нибудь говорит? — Нет, а должно? — Да! Он же тебя за этот семестр наказывал семь раз, а ведь прошло только две недели… И это еще не считая прошлых раз… Слова Вэнь Нина звучат уж слишком обреченно, ведь он прекрасно осознает, что напоминать о чем-то Вэй Ину просто бесполезно. Этот парень либо запомнил что-то, либо нет - третьего не дано… — Преподавателей, которые меня наказывали, просто куча, как мне каждого запомнить? И вообще, как это связано с Лань Чжанем? — Напрямую! Лань Цижэнь - его дядя, поднявший семейный бизнес практически со дна. Прекрасный хирург с многолетним стажем и безупречной репутацией врача, способного проводить сложнейшие операции. И сейчас он - самый строгий преподаватель в нашем университете… — Вэнь Нин, ты прости, но я что-то до сих пор не понял, зачем ты мне это рассказываешь. — Потому что он — основная причина, по которой тебе не стоит даже просто подходить к Лань Чжаню. Племянники — самая большая гордость Лань Цижэня. Старший из братьев в кратчайшие сроки смог завершить обучение и сейчас проходит практику в больнице, а в свободное время подменяет тут преподавателей и ведет пары. И младший при этом не отстает, имея статус лучшего студента медицинского. Лань Чжань так же является автором нескольких научных статей, получивших награды… За такие великолепные достижения в столь юном возрасте братьев даже прозвали «двумя нефритами медицины»! — Огооо… И вот тут Вэнь Нин наконец заметил, что его практически не слушают. Лицо Вэй Ина выражает максимальную скуку и безысходность, хотя он сам просил друга все рассказать. — Эй, ты меня слушаешь вообще? — Конечно! — Что-то не похоже… — Да просто ты мне рассказываешь то, что думают и видят другие, но… А он сам-то что любит? Как проводит свободное время? Смотрит ли он фильмы или, может, слушает музыку? Ты можешь рассказать о нем как о простом человеке? От таких вопросов Вэнь Нин даже растерялся. До этого он никогда не смотрел на Лань Чжаня с такой стороны, ведь для всех он был парнем из богатой семьи, гордостью дяди, лучшим студентом, но никак не обычным человеком… — Я так понимаю, ты не можешь. — Ну, просто он… Да, парень правда не может ответить, потому что совершенно ничего не знает, а это значит — грядут проблемы. — Ладно, это не страшно, я просто пойду и спрошу у него лично. С этими словами Вэй Ин радостно улыбнулся и, подорвавшись с места, уже собирался рвануть к выходу, но был мгновенно перехвачен руками друга. — Нет, нет, нет, нет, тебе нельзя! — Почему? — Потому что его дядя уже на тебя зуб точит. А теперь представь, что будет, если ты еще и к его любимому племяннику полезешь… — Да, пожалуй, ты прав. А вот это неожиданно. Обычно этот упрямец всегда прет напролом, а тут вот так просто сдался? — Тогда спрошу у него так, чтобы старик не узнал. -… Да, этого стоило ожидать… Глупо было полагать, что он резко разлюбит неприятности. И если бы Вэнь Нин его не удерживал, то парень уже на всех парах бежал бы обратно в медицинский корпус. — Ну вот, зачем тебе это? Чем он тебя так заинтересовал? После заданного вопроса тело Вэй Ина, находящееся в чужой, крепкой хватке, перестало двигаться к выходу из кабинета. Эти слова, похоже, заставили парня задуматься, правда, ненадолго. — Просто мне интересно, он действительно такой, каким все его видят, или там есть что-то еще. — А если он и правда такой? — Тогда… мне будет его очень жаль… Необычно, правда? Слепой парень, у которого, по идее, и своих забот хватает, жалеет человека, у которого есть все, о чем только можно мечтать… Хотя, пожалуй, именно такое поведение и делает Вэй Ина самим собой. Он всегда любил вмешиваться в чужие жизни, при этом не позволяя кому-то вмешиваться в его собственную. Если бы не цвет глазных протезов, то никто бы и подумать не мог, что у парня какие-то проблемы со зрением, ведь он никогда не жалуется, не просит помощи и даже белую трость достает только в том случае, если это жизненно необходимо. Слишком упрямый… Тогда какой смысл его вообще держать? — Ладно, уговорил, мы к нему сходим… Но только завтра. Сегодня уже поздно… — Вэнь Нин… Ты знаешь, насколько ты хороший друг? Я тебя так люблю! Вот же подлиза. А ведь он даже не стесняется такое говорить! А другу только и остается, что звонко смеяться, уворачиваясь от очередных смертельных обнимашек. Если бы Вэнь Нин только знал, что встреча с Лань Чжанем пройдет не совсем так, как задумывалось…