Опиши мне этот мир

— … на этом можем закончить. Все свободны… Наконец последняя, седьмая пара подошла к концу… Правда за радость это считают только те, кого дома не ждет разгневанный дядя. — Хаааа~ Лань Чжань еще с ним даже не встретился, а уже устал, что не особо удивительно, ведь за весь день у него было только одно свободное окно — на второй паре, как раз тогда, когда они с Вей Ином должны были проводить спокойное занятие под какие-нибудь закуски, но все испортил внезапно вернувшийся в город дядя. В итоге, из-за той стычки, весь оставшийся день парень провел как на иголках… Он даже Вей Ину не звонил, решив сначала разобраться с проблемой, а уже потом говорить с ним… И почему именно сейчас? Почему дядя вернулся? Должен же был приехать только через четыре дня, а тут так внезапно объявился и перевернул все с ног на голову… Хотя, разве ж Лань Чжань имеет право жаловаться? Он знал, чем в итоге все может закончиться, так что теперь парень просто обязан со всем разобраться. Главное, чтобы ноги сами собой не начали идти в противоположном от дома направлении… *** И снова эта входная дверь, которую Лань Чжань с удовольствием мог открывать лишь в те дни, когда дяди не было дома. Сейчас такой радостью он увы похвастаться не может, так как знает, стоит ему ее открыть и тяжелого разговора не избежать, но нельзя же всю ночь провести на улице, так и не зайдя в дом, к тому же есть тот, кто не позволит парню спать на коврике перед дверью. Тот, кто тоже только-только вернулся домой… — Лань Чжань! Прости, я весь день был в больнице, только сейчас узнал, что дядя вернулся. Вот кому-кому, а Лань Сичэню извиняться точно не нужно, в конце концов в отсутствие Лань Цижэня именно он взял на себя все его дела по работе и при этом еще успевал присматривать за братом. С самого первого дня Сичень знал о встречах Лань Чжаня и Вей Ина, ведь, пусть и редко, но в университет он заглядывал и не мог не слышать слухи об этих двоих… В этот раз Лань Сичень даже не пробовал остановить своего брата. Парень его первые два раза не послушал и в третий раз вряд ли что-то изменится, поэтому, пусть по мнению дяди Вей Ин и плохо влияет на поведение его племянника, Сичень все же решил им помочь когда придет время, к тому же удивительно, но благодаря репетиторству этого несносного мальчишки оценки Лань Чжаня улучшились, так что кажется его брат сделал правильный выбор, правда… ему казалось что у них больше времени… — Ты как? Вы уже поговорили? — Еще нет, но днем он видел Вей Ина… — Ох, тогда все плохо. Наверняка он зол. — Он был бы зол в любом случае. Ну, с этим сложно поспорить, однако поговорить все равно придется и уж лучше сейчас, когда Сичень рядом и может принять часть удара на себя, чем потом, когда на его месте может оказаться беззащитный Вей Ин… — Ну что пойдем? — Мгм… *** Прихожая… Все такая же идеально чистая и до ужаса тихая, как и все в этом доме. Здесь всегда так, редко что-то меняется, хотя если спросить, то Лань Чжань вряд ли сможет вспомнить, а менялось ли здесь вообще хоть что-то. Каждый день, с того самого момента, как они с братом начали жить в этом доме, все стоит точно так же, как и тогда. Ничего из старого не выбрасывалось, а из нового не приносилось, все одно и то же… Хотя, сегодня кое-что все же изменилось. Когда братья вошли в дом, дверь за ними закрылась как-то громче обычного, словно предвещая нечто страшное. — Дядя, мы дома! — … А в ответ тишина, хотя Сичень сказал это довольно громко. Но Лань Цижэнь точно дома, так как свет в гостиной горит. — Дядя? Как и ожидалось, зайдя в зал парни увидели Лань Цижэня, сидящего на диване и листающего какую-то книгу. Такой спокойный, словно сегодня в университете это не он устроил сцену, похлеще чем в любом театре. Нет, с одной стороны, конечно, хорошо, что Цижэнь немного успокоился и с ним теперь возможно вести беседу, но с другой Лань Чжань прекрасно знает, чем она закончится. Если спорить с ним, то такое спокойствие у его дяди продержится недолго, а это значит, что придется говорить быстро, но спокойно, четко, но не повышая голос, твердо, но так, чтобы не звучало как оскорбление и при этом в идеале избегать всего, что касается Вей Ина… Проще говоря — разговор обречен с самого начала… — Садитесь… Оба… Ничего не говоря в ответ, братья, как их и «попросили», подошли к дивану, на котором сидел Лань Цижэнь, и послушно сели в кресла, стоящие напротив. — Сичень, я, кажется, просил тебя присматривать за братом, так почему ты не сообщил мне о том, что Вей Ин снова ему докучает? — Дядя, он не виноват, это я… — Лань Чжань, я говорил не с тобой. Знал бы кто, как братья ненавидят эту фразу, потому что после нее они просто не могут себе позволить, что-то сказать, пока их не спросят. Уж так парни воспитывались — «Вы не должны перебивать, когда говорят не с вами». И теперь это работает всегда, даже когда дядя зол настолько, что начинает кричать на племянников. Правда явление это редкое, обычно все происходит именно так, как сейчас — спокойный, практически безэмоциональный разговор, с ужасающей силой давящий на психику. В такие моменты Лань Чжань просто мечтает, чтобы на них всего лишь накричали, но нет, такое может случиться только если Лань Цижэня что-то вот прямо очень серьезно разозлит. На памяти Лань Чжаня такое случалось всего несколько раз и чаще всего при упоминании Вей Ина… Постепенно парень начинает сомневаться, что все это просто из-за сорванного им занятия… — Так почему ты мне ничего не сказал, Сичень? Разве я не просил держать этого создателя проблем подальше? Тогда в чем же дело?! И снова он нападает на того, кто к этому и причастен то быть не должен, а ведь несмотря на это Сичень собирается взять на себя всю ответственность… Раньше он не особо вмешивался, не только из-за страха перед дядей, но и потому что обычно его вмешательство просто не требовалось, но в этот раз все иначе. Сейчас, когда у его брата наконец появился кто-то, кого он готов назвать другом, Сичень не может просто промолчать, особенно учитывая, что по факту парни ни в чем не виноваты, однако… Лань Чжань тоже любит своего старшего и он не хочет втягивать его в свои проблемы. — Потому что я попросил… По лицу Сиченя довольно легко сказать, насколько он не хотел, чтобы его брат говорил эти слова, но уже поздно что-то менять. Теперь дядино внимание полностью сосредоточенно на Лань Чжане и даже если Сичень попробует все оспорить, то это не сработает, да и младшенький вряд ли будет молча сидеть и кивать… — Лань Чжань, я разве не сказал, что разговариваю не с тобой? Нет, в этот раз такой прием его заткнуть не сможет. Он слишком устал ничего не понимать, слишком устал слепо следовать желаниям дяди… — Хватит, дядя, сколько еще это будет продолжаться? Да, Вей Ин сорвал ваш урок и оскорбил, но разве ваши слова и действия были лучше? — Ты… — Дядя, Лань Чжань, прошу успокойтесь — Прости, брат, но я не могу, потому что не понимаю… Прошло уже два года, сколько можно продолжать эту войну? Или дело тут не только в этом? — … Это молчание и немного растерянное лицо дали куда больше информации, чем любые слова, которые Лань Цижэнь мог бы сказать. — Так я прав? Тогда в чем проблема? Что такого он сделал, что вы… И именно в этот момент, когда Лань Чжань уже собирался задать самый интересующий его вопрос, в кармане зазвонил телефон. Учитывая, что знакомых и друзей, которые могли бы ему позвонить в такой час, не особо много, доставая устройство, парень уже знал чье имя высветится на экране. — Это Вей Ин, у нас завтра должно быть занятие, и если вы не дадите мне вескую причину, по которой мы не должны видеться, то я пойду на него… — Причина в том, что я так сказал! С этими словами мужчина вырвал у парня из рук телефон и нагло его отключил, так и не ответив ни на один входящий от Вей Ина. И Лань Чжань уже собирался было как-то отреагировать и что-то сказать, но Лань Цижэнь был быстрее. — Ничего больше не хочу слышать! Иди в комнату, ты под домашним арестом! Кроме как на учебу, из дома ни ногой! Словно раньше было иначе, но Лань Цижэнь все равно решил наказать племянника, чтобы «тонко» намекнуть ему о том, что причины есть, но детям о них знать не положено. Как же надоели эти вечные отговорки… — Все, перестаньте. Дядя, я уверен, он уже все понял, верно Лань Чжань? Поэтому давайте закончим на этом? Сичень старался говорить максимально аккуратно и спокойно, чтобы лишний раз никого не провоцировать, но все это пошло прахом, когда Лань Чжань неожиданно решил исполнить последний приказ дяди. Парень просто глубоко вздохнул, сделал свое выражение лицо максимально безэмоциональным и спокойным, а затем, не сказав ни слова, ушел в свою комнату. Он словно бы сказал — «Вы хотели послушную и бездушную куклу? Пожалуйста, наслаждайтесь». Ну, тут его сложно винить, парню уже двадцать, а ему до сих пор указывают с кем можно дружить, а с кем нет. Да тут любой бы разозлился, но дядя явно считает иначе… — Нет, Сичень, ты только посмотри, стоило Вей Ину появиться, как этот ребенок совсем отбился от рук! — Дядя, пожалуйста, перестаньте, вы же уже наверняка выяснили как мой брат и Вей Ин проводят время и насколько это помогает Лань Чжаню, так что знаете — проблема не в их общении, а в вашей неприязни… Да, за весь день Лань Цижэнь успел навести справки и понять, что Вей Ин не водит его племянника по странным или опасным местам, не предлагает ему пить или курить, да они даже просто гулять в парк не ходят, а просто учатся и общаются на территории университета, благодаря чему, кстати, у Лань Чжаня улучшилась успеваемость, только вот для Лань Цижэня это ничего не меняет… — У меня есть свои причины. — Да, я знаю… — Что? — С того самого дня, как мы с ним впервые встретились… Это же, потому что он похож на «нее»? — Как ты… — Тогда Лань Чжань был маленьким поэтому не особо помнит, но не я… Вы требуете, чтобы он держался от Вей Ина подальше, и при этом не хотите ему ничего объяснять… Не думаете, что это нечестно? Кажется, это впервые, когда Лань Сичень говорит дяде все напрямую, не особо беспокоясь, что он ответит или подумает. Просто в этот раз его брату действительно нужна поддержка, так как он не виноват, как и Вей Ин. Все это лишь проблемы взрослых, которые не умеют решать все сами, не втягивая в свою ненависть детей. И как же парень уже устал от этого, да и к тому же… Настоящая причина, по которой Лань Цижэнь не любит Вей Ина — Сиченю она очень не нравится… — Если ты все знаешь, то тебе должно быть известно, что этот ребенок не сможет такое понять. — Да, возможно и так, ведь даже я не могу понять вас полностью, но это лучше, чем то, как все обстоит сейчас. Дайте ему шанс решить самому. — Даже если в итоге это разрушит его будущее? — … Да… Такова жизнь. Она целиком и полностью состоит из выборов, любой из которых может привести к падению, но это нормально, так люди взрослеют, однако похоже кое-кто забыл об этом. — Нет, такого позволить я просто не могу. Не в этот раз… Он может ругаться и ненавидеть меня, но все, что я делаю, это ради его блага. Чушь… Даже смешно… Интересно, сколько еще такие, как Лань Цижэнь будут оправдывать свои эгоистические действия этой фразой? Наверное всегда. Только вот в итоге все может закончиться тем, что Лань Чжань однажды просто уйдет и если дядя думает, что сможет удержать младшего племянника с помощью страха или силы, то он слишком его недооценивает…