Опиши мне этот мир

Веселый, детский смех, яркое солнце, греющее кожу, а еще, это теплое и родное чувство, приносящее такое спокойствие… Как же давно это было? Видимо достаточно, чтобы парень практически забыл каково это, быть таким же счастливым, как в те дни. Конечно, ведь тогда жизнь была гораздо спокойнее и проще, а сейчас… Даже такие сны о прошлом — редкость, так как в основном голову Вей Ина занимают кошмары, из-за чего дома он обычно почти не спит, но здесь почему-то все иначе… Стоп. А «здесь», это вообще где? Именно с этим вопросом в голове парень попытался встать, но стоило ему лишь напрячь свои мышцы, как резкая боль прошлась по всему его телу, вышибая из головы теплые воспоминания детства, уступая место реальности… Раздражающее пищание приборов, больничный запах и разговоры персонала откуда-то издалека. К сожалению для Вей Ина такая обстановка не в новинку — наверно сейчас уже будет сложно вспомнить, сколько именно раз он попадал в больницу, но такой причины, как сегодня у него еще точно не было. — «Черт, а я ведь так надеялся, что буду попадать сюда как можно реже. С моим везением явно что-то не так…» Пожалуй больница — это единственное место, которое Вей Ин действительно не любит, ведь все эти запахи и звуки стали первым воспоминанием парня из того дня, когда он впервые открыл глаза и при этом не увидел ничего, кроме темноты… Тогда, почему при этом Вей Ину именно тут удалось так хорошо поспать? Да легко, если в палате он был не один, а с «ним»… С тем, у кого такой приятный, успокаивающий и еле уловимый аромат, который, хоть и немного, но смягчает этот резкий, больничный запах. Пожалуй, только благодаря ему Вей Ин до сих пор не рвется покинуть больницу… ну и звон в голове, вместе с болью во всем теле при малейшей попытке шевельнуть хоть пальцем, пожалуй, тоже являются частью этой причины. Такое чувство, что даже его веки стали в сто раз тяжелее, но это ничего, для Вей Ина все равно нет необходимости открывать глаза. Гораздо сильнее сейчас стоит беспокоиться о другом: в данный момент в палате никого нет, но рано или поздно к парню заявятся все его друзья с кучей вопросов, на которые он не сможет ответить, а так как вечно притворяться спящим просто невозможно, то… Вей Ину лучше бы заранее придумать правдоподобные ответы на возможные вопросы, а с учетом того, что из глубины больничного коридора начали доноситься знакомые голоса, то парню стоило бы поторопиться… *** Похоже разговор парней у автомата с напитками довольно хорошо повлиял на их отношения — на всем пути до палаты Вень Нин без умолку рассказывал Лань Чжаню о Вей Ине абсолютно все, что придет в голову. Например, о его ненормальной любви к острой еде, которую любой другой человек даже понюхать не сможет. Еще о его невероятной способности влипать в проблемы, а затем с такой же легкостью из них выбираться. А также о его страхах перед собаками и машинами. И пусть подробностей этих фобий Вень Нин не знал, но зато теперь Лань Чжаню наконец стало понятно, почему Вей Ин не ходит домой через главные или задние ворота университета… Дело в том, что и те, и другие выходят прямиком на дорогу, по которой машины ездят чуть ли не круглыми сутками и это, уже не говоря о том, что по пути к дому Вей Ину приходилось бы проходить мимо двух парков, где выгуливают собак… Сколько же еще у этого ребенка проблем в жизни, о которых Лань Чжаню только предстоит узнать? Ну, то, что не расскажут другие, он сможет узнать и сам, а пока слово за слово и вот парни уже перед дверьми в нужную им палату, рядом с которой их уже ждет тот самый врач, которого Лань Чжань видел утром. Неужели плохие новости? А может, наоборот, хорошие? — Господин Вень, можно вас на пару слов, у нас есть некоторые вопросы по документам господина Вея. Ага, значит все же плохие… — Да, конечно… Лань Чжань ты иди, а я позже подойду. Да уж, что один, что другой, врут просто ужасно, но опять же, здесь у Ханьгуан-Цзюня нет права голоса. Все что ему остается это просто кивнуть и молча пройти в палату при этом надеясь, что если там дело в какой-то серьезной проблеме, то ему об этом скажут… Ну, а внутри палаты все так же, как и когда Вень Нин потащил Лань Чжаня пить чай: Пикающие приборы, небольшой диван у окна, стул на котором сидел Ханьгуан-Цзюнь и стоящая практически в центре комнаты больничная койка, на которой лежит Вей Ин. Все так же неподвижно… Слишком долго… Еще и эти недоговорки врача. Неужели все и правда настолько плохо? *** В палате тишина… До того, как парни зашли сюда, у них была довольно оживленная беседа, если не учитывать то, что Лань Чжань практически ничего не говорил, но теперь, после всего лишь пяти минут наедине с врачом, даже Вень Нин молчит как рыба, продолжая сверлить глазами спящего Вей Ина. Что же ему сказали? Что ситуация ухудшилась? Что все безнадежно и пациент не очнется? Вариантов слишком много, от копания в которых Лань Чжаня спасает лишь вошедший в палату Не Хуайсан. — Я вернулся… Только вот его вид тоже оставляет желать лучшего. Помятая одежда, растрепанные волосы и невероятно уставший вид… Хотя, тут на самом деле нечему удивляться. Парень отсутствовал с самого утра, мотаясь то на место происшествия, то в участок, при этом совершенно не отдыхая. Было бы удивительно, выгляди он лучше, чем сейчас, однако, кое-что все вышеперечисленное объяснить-таки не может. Выражение лица. Одновременно серьезное, злое и невероятно обеспокоенное, словно бы в голове одна мысль борется с другой за внимание. Похоже, что в больнице, что за ее пределами, происходит полная неразбериха… — Привет, ну что там? Нашли свидетелей или улики? Вень Нин отреагировал на приход Не Хуайсана первым закидав его вопросами, только вот парень их полностью проигнорировал. Сейчас у него есть тема поважнее… — Лань Чжань, ты в курсе, что тебя дядя ищет? Плохо… — Весь университет на ушах стоит из-за того, что ты пропал, ничего ему не сказав. Очень плохо… — Если бы не твой брат… Лань Чжань совсем забыл об этом. Он так спешил в больницу, что абсолютно не подумал о том, что он пропустит целый день занятий, что у него нет телефона и что он никому и словом не обмолвился о том, куда собирается. Катастрофа… — У Вей Ина из-за тебя и так куча проблем, а ты… А если твой дядя узнает, что ты здесь? — Вей Ина это не коснется. — Почему ты так в этом уверен? Мы еще даже не знаем причастен он к нападению или нет. — Не причастен… — Ты так говоришь будто у тебя есть доказательства. — … Нет, доказательств у парня нет, но сколько бы он ни думал обо всем этом… У Лань Цижэня просто не было причин нападать на Вей Ина, ведь есть куча других способов проучить шкодливого студента, и за них точно не арестуют… Только вот кроме как уверенностью Лань Чжаню нечем подкрепить свои мысли, поэтому сейчас он ничего не может сказать и похоже, для его собеседника это уже является ответом. — Как я и думал… — Не Хуайсан, хватит. Сначала найди улики, а уже потом кидайся обвинениями, потому что пока, судя по всему, у тебя глухо. А Вень Нин все продолжает оставаться на стороне Вей Ина веря в того, кого его друг с такой легкостью впустил в свою жизнь. А вот Не Хуайсан так не может… Работа в полиции научила его, что все врут, поэтому если хочешь, чтобы тебе доверяли, сначала необходимо это заслужить… Простого чутья Вей Ина для этого человека мало… — Ничего не глухо! Найду я улики! — Да не кричи ты. А если из-за этого Вей Ину станет хуже? «Хуже», ага-ага, да этот парень уже давно бодрствует, при этом изо всех сил стараясь не шевелиться. — Да как я могу не кричать, если вот он не хочет признавать очевидное?! — Не Хуайсан… — Ну что? — «Хаааа~, какие же они шумные…» Все это время Вей Ин надеялся, что когда его друзья наговорятся, то разойдутся по домам, тогда у него было бы больше времени, чтобы придумать правдоподобную историю произошедшего в доме, но похоже больше молчать не выйдет, а то эти трое точно подерутся. Да и потом… Тело Вей Ина болит все сильнее, так что надо быстро все закончить и срочно позвать Вэнь Цин. — Да уж, ребята, вы даже мертвого поднимете… — … Наконец в палате наступила тишина жаль правда, что ненадолго. *** — Ты в порядке? — Как голова? — Тебя не тошнит? — Может хочешь пить? — Или есть? — Что? Какая еда, он же только очнулся. Ему еще анализы сдавать… А пробуждение Вей Ина устроило не хилый такой переполох. Эти двое уже несколько минут не затыкаются, что не скажешь о Ханьгуан-Цзюне. С тех пор, как Вей Ин заговорил, от парня даже шороха слышно не было… — Эй, вы, помолчите немного. Где Лань Чжань? Почему я его не слышу? Неужели я так внезапно «воскрес», что он свалился в обморок? — Нет… Я здесь… Над шуткой никто не посмеялся, но зато хоть удалось заставить Лань Чжаня заговорить, а заодно и скрыть за фальшивой улыбкой плачевность своего состояния… Боль в теле все продолжает усиливаться, но пока парень еще может терпеть это ничего… — Отлично, спасибо, что пришел. Благодаря тебе я смог выспаться. С этими словами Вей Ин улыбнулся так тепло, как только мог и это не смотря на то, что на его лице практически нет живого места. — Не благодари его! Если бы не он, то ты… — Не Хуайсан, перестань уже его винить. — Почему? — Потому что старик тут ни при чем… Правду раскрыть нельзя, но и позволять обвинять невиновного Вей Ин так же не может. Значит придется врать, пусть и не правдоподобно… — Это было обычное ограбление. Слышите? Простое ограбление. — … И в ответ молчание. Хотя, Вей Ину и не надо, чтобы эти ребята что-то говорили, он и так может представить, о чем каждый из них думает. Вень Нин, например, наверняка поверил словам друга, даже несмотря на то, что сказанное является полнейшей чушью. И до тех пор, пока Вей Ин сам ему не скажет, что соврал, Вень Нин будет продолжать верить… С Не Хуайсаном же все полностью, до наоборот. Этот парень сто процентов не поверил в такую нелепицу как ограбление, особенно после того, как побывал в доме у Вей Ина, но не смотря на это, спорить со сказанным он не станет, по крайней мере не сейчас, когда в палате есть посторонние… А Лань Чжань… Вот он, пожалуй, единственный, чьи мысли для Вей Ина покрыты мраком, но может это и не плохо, у парня и без этого много проблем с которыми надо бы что-то делать… Только вот что? Еще и эта боль… — «Хааа~, ну и как мне теперь все это разгребать?»