Опиши мне этот мир

— … — … Так, кажется Вей Ин словил легкое чувство дежавю. Они с Не Хуайсаном сговорились что ли? — Вень Цин? — … — Вень Цииииин~ — … Нет, ну точно сговорились. Правда, если друг таким образам надеялся достать из парня информацию, то у Вень Цин это скорее злое молчание, предвещающее нотации по поводу безответственности Вей Ина. Только вот сперва ему придется самому признать, что он поступил глупо, а иначе, по мнению девушки, он не усвоит урок, но так просто что-либо признавать не входит в привычки Вей Ина. — Вень Цин, а знаешь, ты такая добрая и красивая… наверное… — … Ага, судя по продолжающемуся молчанию, попытка задобрить не сработала. А ведь тем временем боль никуда не уходит, продолжая мучить Вей Ина, чья воля уже на исходе. — Ааааа, ладно-ладно, прости, слышишь? Я сглупил… — Да что ты? Правда? Она очень зла. — Ты в курсе, что твоими снимками людей пугать можно? Столько травм: сломанные ребра, синяки и самое главное — тебе прилетело по голове. И при этом всем ни одной оборонительной раны на руках. Совсем сдурел? Даже для полностью здорового человека один неудачный удар может стать фатальным, а для тебя… Помереть захотел? Да, пожалуй, когда неизвестные мужики дубасят тебя ногами, защищать руки, а не голову и правда довольно глупо, но Вей Ин просто не мог позволить себе потерять еще и это… Возможность рисовать — все, что у него осталось… И если снова будет ситуация, в которой придется выбирать, то парень без раздумий поступит так же, только вот Вень Цин лучше об этом не говорить… — Ну простиии~, я был не прав. Впредь буду осторожней, обещаю. А теперь, не могла бы ты все же сделать что-нибудь с моим телом? А то еще немного и я от боли пущу скупую мужскую слезу… — … Да уж, не быть парню комиком. Он тут пытается разрядить обстановку шуткой, а в ответ снова слышит тишину. Правда теперь молчание не было похоже на предыдущее. Сейчас чувствуется не злость или раздражение, а скорее… Жалость? Нет, только не Вень Цин. Она прекрасно знает, как этот искалеченный жизнью парень ненавидит такое к себе отношение. Хотя нет, это не жалость, а скорее очень горькая печаль. Печаль человека, знающего, что все эти шутки, все улыбки, которые Вей Ин старается дарить окружающим, лежа на больничной койке, являются лишь очень качественной маской. Вень Цин уже видела такое раньше… Примерно три года назад… И сейчас она скажет Вей Ину то же, что и тогда, напоминая с кем именно он разговаривает… — Слишком стараешься… Как девушка и думала, после ее слов чужие уголки губ слегка дрогнули, но вниз не опустились. Он не смог себя заставить. — … Прости… Привычка… Вот что случается, когда постоянно врешь и скрываешь свои настоящие эмоции и чувства — забываешь, как вести себя перед теми, кто все знает. И Вень Цин без понятия как с этим бороться, да и есть ли в этом вообще смысл, если все ее попытки игнорируются. — Хаааа~… Ладно, не нужно извиняться, лучше расскажи, что тебя беспокоит. Вень Нин сказал, что ты отказываешься говорить о нападении. Все дело в этом? — … Конечно отказывается. Уж кто-кто, а эти двое знать правду точно не должны… На самом деле парень с огромным удовольствием бы вообще не поднимал эту тему, но в его положении разве ж это реально? К тому же Вень Цин одна из тех, кто несмотря ни на что должна знать, что случилось. В конце концов ее это касается ничуть не меньше… — «После того, что ты сделал, это меньшее из наказаний. Такой человек, как ты, заслуживает куда большего» — вот что мне сказали те, кто ворвались в мой дом… Он так спокойно все рассказал… А ведь это то, что так хотели услышать его друзья, что хотела услышать полиция, но в итоге Вей Ин рассказал все только Вень Цин, а в ответ получил звук удара чего-то небольшого об пол, словно девушка что-то уронила. Такая реакция не предвещает ничего хорошего… — Что прости? Парень уже прямо чувствует, как чужое беспокойство начало расти в геометрической прогрессии. — И ты говоришь мне об этом лишь сейчас? — Извини, не было возможности сообщить раньше… И ведь это даже не вранье. Действительно, с того момента, как он очнулся, рядом постоянно находился кто-то, чьи уши не должны были услышать его признание и только сейчас, когда рядом с ним лишь знающая все Вень Цин, у Вей Ина наконец есть возможность говорить спокойно… Хотя на всякий случай парень все же тщательно прислушивается к тому, что происходит там, за дверью его палаты. Уж очень не хочется столкнуться с такой неожиданностью, как любопытные друзья решившие подслушать. — Мне правда жаль… Вей Ин слишком хорошо знает эту девушку. Если перед ней искренне извиниться, то она точно смягчится и в итоге все простит, однако кажется в этот раз этот способ сработал не полностью. — Хаааа~. Если бы проблема была только в этом, но… Вень Нин сказал, что это нападение расследует Хуайсан. Как ты мог такое допустить? Почему вообще подпустил его к этому де… Подожди, а старший Не вообще в курсе, что происходит? — … Возможно молчание в совокупности с улыбкой и смогли бы сойти за утвердительный ответ, но напрягшееся тело парня, говорящее само за себя, попортило всю картину. — Вей Ииин, где Не Минцзюэ? Он вообще приходил в больницу? И учти, если снова промолчишь, то даже не рассчитывай, что я буду тебе помогать… Жестокая. Знает же, что если тело парня так и продолжит болеть, то он даже поспать не сможет, но зато, так она гораздо быстрее добьется от него ответа. Правда немного беспокоит тот факт, что та маска беззаботности, которую Вей Ин обычно носил на лице, скрывая реальные эмоции потихоньку начала рассыпаться. Неужели Вень Цин переборщила с угрозами? — … Нет, не приходил… Его нет в стране… А вот это неожиданная новость. — Что? Нет в стране? Он уехал? — Да, две недели назад сказал, что уезжает из города на месяц, так как у него есть одно важное дело. Попросил меня не ввязываться в проблемы и предупредить о его отъезде тебя, а потом сразу же уехал в аэропорт… — А про последнюю его просьбу ты благополучно забыл, да? — … И ведь девушка еще даже не упомянула, что Вей Ин аж на две недели остался без присмотра и защиты. Хорошо, что в этот раз парень снова промолчал, ведь это лучше, чем сказать, что ничего не забыл, а просто хотел спокойно пожить без постоянных звонков и проверок… — Ладно сейчас это уже неважно, но меня беспокоит то, что стоило ему уехать, как на тебя сразу же напали. Слишком удачное совпадение… Неужели он наконец что-нибудь нашел? Да, никакой конкретики в том, куда едет мужчина и зачем в его словах при прощании не было, но и Вей Ин и Вень Цин прекрасно понимают — Не Минцзюэ явно не в отпуск рванул. Последние четыре года у этого человека была только одна цель, которой он отдавал все свое время и силы, поэтому нет никаких сомнений, что дело именно в этом, только вот есть одно «но» — Не Минцзюэ всегда хранит молчание… — Понятия не имею, я не спрашивал. — Почему? А вот и та тема, на которой Вей Ину становится сложно сохранять натянутую улыбку. — Не видел смысла… Во-первых, он бы все равно ничего мне не сказал, с моим зрением я для него бесполезен. Во-вторых, даже если он и нашел зацепку, то не факт, что она способна вернуть мне мою жизнь, а я больше не хочу себя зря обнадеживать… Это больно… Ого. Последний раз Вей Ин говорил нечто подобное года три-четыре назад… Это сейчас от него только и слышно, что все хорошо да нормально, а вот в те времена таких слов никто даже не ждал… Столько времени прошло… Вень Цин думала что уже никогда не увидит его в таком состоянии, но вот сейчас перед ней словно не нынешний Вей Ин, а снова тот самый ребенок, которого девушка знала несколько лет назад — измученный, разбитый и потерявший желание бороться. А самое страшное, что дело тут не в ранах на его теле, а в прошлом, которое никак не желает оставлять в покое… — «Ну уж нет. Запускать это нельзя» С этими мыслями девушка незамедлительно полезла в свой задний карман штанов, доставая сотовый телефон. Недолго думая Вень Цин залезла в контакты, нашла номер старшего Не, а затем молча подошла вплотную к койке и сунула устройство в чужую руку. — Что это? Вей Ин конечно старается делать вид что не понимает каких именно действий от него ждут, но не на ту напал. Вень Цин не та, кто так легко позволит своему подопечному вернулся к тому состоянию, из которого он с таким трудом выбрался. — Звони. Узнай куда он уехал и что выяснил. Надежда этому парню сейчас просто необходима. — Да что-то не хочется. Упрямец… — А тебя никто и не спрашивает. Звонить в любом случае придется, чтобы попросить старшего Не укротить младшего, а иначе, если Хуайсан продолжит копаться в этом деле, то ничем хорошим это не закончится. Чем дальше шел этот разговор, тем более настойчивой становилась девушка, а Вей Ин тем временем все продолжал гаснуть, словно бы разговор подводит их к той теме, о которой ему сложно не то что говорить, а даже думать. — В этом нет необходимости… — Почему? Ну для начала хотя бы потому, что если сейчас Хуайсана начнут внезапно ограничивать, то он будет расследовать все в тихую, а это контролировать куда сложнее, и вторая причина… — Потому что как только Не Минцзюэ вернется — я уеду. Пусть и с трудом, но парень наконец сказал это. Да, больно, да, грустно, но так надо. — Мне больше нельзя тут оставаться… — … Кажется Вень Цин совсем не ожидала услышать нечто подобное. Похоже за столько лет относительно спокойной жизни она немного позабыла о том факте, что Вей Ин буквально бежит от смерти и если честно, перспектива постоянно беглеца для этого паренька, ее совсем не устраивает. — Вей Ин… Ты никогда не думал перестать скрываться? Неужели тебе не надоело? — Надоело?.. Может разве что немного… А вот судя по лицу, парень прямо серьезно так устал от жизни, в которой ему приходится жить и Вень Цин прекрасно понимает почему. — Не жаль будет снова оставлять близких людей? Близкие люди… А если задуматься, то кого он мог бы назвать таким человеком? Не Хуайсана, который в итоге может пострадать, если не отступится от дела Вей Ина? Вень Нина, который из-за друга может лишиться сестры? Или может быть Лань Чжаня, у которого, судя по последнему телефонному разговору, с тех пор как он познакомился с «грозой университета» не заканчиваются проблемы с семьей?.. Если все они близкие люди и все, что Вей Ин может им дать, это проблемы, то разве не будет лучше, если он просто исчезнет? Конечно, парню будет жаль уезжать, а его друзья наверняка расстроятся и даже разозлятся, когда узнают, что их друг внезапно исчез ничего не сказав, но в конце концов они его забудут, начнут наконец жить спокойной жизнью и еще много-много всего… Разве такой итог не лучший из возможных? Да, лучший и ради него Вей Ин готов проглотить ту боль, которая комом застревает в горле. — Ничего… Не в первый же раз… Как же все-таки печально звучат такие слова, особенно когда человек при этом не плачет, не кричит, а лишь спокойно произносит одно слово за другим. Словно в этом мире уже ничего не имеет значение… — Вей Ин… ты все-таки позвони… На просьбу парень ничего не ответил, но и возражать не стал, когда Вень Цин нажала на кнопку вызова. На самом деле ему бы очень хотелось услышать, что есть продвижения. Маленькая, хотя бы совсем крошечная зацепка, которая докажет, что Вей Ин не просто так столько лет скрывал от окружающих свое прошлое. Что не просто так он бросил единственных людей, которых мог назвать семьей. Этого будет достаточно, чтобы продолжил бороться. Только вот… трубку так никто и не взял… — Похоже он занят. Ни одной эмоции… Только абсолютное спокойствие… Но Вень Цин не обманешь. Она прекрасно понимает, о чем может думать парень в этот момент. — «И на что я вообще надеялась? Знала же, что так будет. Этот грубиян всегда так делает и не важно — лично спрашиваешь или достаешь звонками, итог один… Надоело…» Да, похоже, когда Не Минцзюэ вернется будет ссора, хотя Вей Ину это не особо важно, он то уже все для себя решил. Никаких надежд и ожиданий, просто побег без вопросов и ответов куда-нибудь в лес. Разве не прекрасно? Жить одному, в тишине на природе, продолжая защищать близких одним только фактом своего существования? Красота же? Хотя, пожалуй, найдется один человек, который явно будет с этим не согласен. — Ладно, давай сначала уберем твою боль, потому что тебе стоит поспать, а я потом сама попробую еще раз его набрать. — Не стоит, просто подождем пока он вернется. — Подождем? Тут только я помню, что на тебя идет охота? Вообще довольно удивительно, что при этом всем ты так спокоен… На самом деле ничего удивительного тут нет, если знаешь то же, что и Вей Ин — его не хотели убивать. Нападавшие четко сказали, что их задачей было лишь слегка избить и передать сообщение… Да, парня и правда нашли, но пока только тот, кому его смерть не нужна, а значит — время, пока по его следам не пошел кто-то более опасный, еще есть, пусть и не очень много. Самое большее — две недели, как раз, чтобы тело хоть как-то начало приходить в норму и, если никаких неожиданностей не случится, то к тому времени, как сюда начнут стягиваться наемники, Вей Ин исчезнет… Точнее таким был план, а вот его реализация… *** Нью-Йорк — шумный город, наполненный машинами, высоченными зданиями и постоянно куда-то спешащими людьми. Вот, например сейчас — на часах почти девять вечера, а на улице не протолкнуться. Одни идут с работы, еле перебирая ногами после тяжелой недели, другие собираются как следует повеселиться в вечер пятницы, а по третьим вообще невозможно сказать какие у них планы, но по уверенной и целеустремленной походке понятно, что скучать сегодня такие люди точно не будут. Перечислять прохожих на улице этого города можно еще долго, но есть все-таки тот, кого встретить будет довольно сложно — парень, который сидя в своем офисе на тридцать шестом этаже, прямо в центре города, продолжает перебирать документы… Деревянные шкафы с редкими книгами, дорогой ковер, абстрактные картины и кожаный диван с парой кресел. Все в этом кабинете так и кричит — начальник, а серьезное лицо только подкрепляет этот образ. Оно и не удивительно, ведь десять этажей этого здания включая и тот на котором находится мужчина принадлежит ему, как главе крупной компании, и это еще самое меньшее из всего списка его имущества. Посторонние думают, что такое состояние парень имеет лишь благодаря наследству, однако его подчиненные никогда бы не смогли сказать нечто подобное, потому что знают, насколько много он работает и как часто засиживается за бумагами на всю ночь. Да, начальник из него получился строгий, не приемлющий долгих распитий кофе, постоянных перекуров или телефонных разговоров, но несмотря на это за работников он горой за что парня и полюбили, ну и его симпатичная мордашка пожалуй тоже сделала свое дело… Всегда такой старательный и сосредоточенный, что отвлечь его может, разве что взорвавшаяся бомба. В общем — он идеален во всех аспектах… Точнее все так думают… Все же есть одна вещь способная отодвинуть все, даже самые важные дела в сторону — телефонный звонок с номера, который известен лишь ему. И вот стоило только устройству на столе завибрировать, как вызов тут же был принят. — Да… — Босс? Мы сделали все как вы просили. Сообщение было передано. Как хорошо, что благодаря китайским инвесторам у парня было достаточно много практики в родном языке, а то сейчас могло бы быть немного неудобно. — Вы уверены, что это был именно он? — Да-да, совсем как на фото, которое вы прислали. — Тогда хорошо. Скоро я переведу оставшуюся часть суммы, но вы же помните, что… — Конечно-конечно, в случае чего нас с вами никак не свяжут. Мы знаем свое дело. — Отлично. Тогда, всего доброго… Парень даже не стал ждать пока ему ответят, а просто завершил звонок. И стоило только одному телефону отключиться, как рука уж тянулась к другому, стоящему на столе, практически прямо перед его хозяином… Одно нажатие на кнопку, характерное пищание, а затем такие привычные слова женским голосом. — Да, директор? — Андреа, освободи мое расписание на следующие выходные и закажи на это время билет в Пекин. — Конечно. Это деловая поездка? — Вовсе нет… Еду повидаться со старым знакомым… — Хорошо, я вас поняла… — А и еще… Заверни ту картину, которую я недавно приобрел. Повезу ее с собой…