Долгая дорога к тебе

Снег предательски хрустел под ногами. Руневский нес своего друга на спине. Кровь мелкими каплями падала на снежное покрывало, оставляя багровые разводы. Он очнулся в лесу, после того как рядом с ним разорвался снаряд. Форма была искарежена осколками. Он и не знал, чьей крови больше на ней Гришки или его. Наступление ушло уже вперед, а он не оставлял надежды спасти друга. Чернявый, с густыми усами Григорий, сразу сдружился с Сашкой. Ему приятен был веселый и говорливый парень, с которым они разделяли трудности военной жизни. Только сейчас он молчал. Даже стона не доносилось. Саша начал беспокоится.Мороз начинал крепнуть. Руневский не кормился уже несколько дней, потерял кровь, что подкосило его. Но он не смел останавливаться. Не мог даже подумать о том, чтобы оставить товарища. Саша опустил на холодный снег друга, прощупал пульс, пытаясь хоть как то привести его в чувство. - Эх, браток.- проговорил он.- Ты ж только продержись. Немного осталось, догоним наших, подлатают тебя. Он обтер лицо друга полотенцем из мешка своего. На боку Александра красовался его меч. На котором крови было столько, что не видно было клинка. Он взял свою фляжку. Воды там оставалось мало, но ему не нужно было. Он влил ее в горло ранненому товарищу. Тот закашлялся. Саша снял с себя шинель и надел ее на него. Мороз с жадностью взялся за Александра. Лютый февраль. Ночь спускалась на лес. Нужно было найти ночлег и попробовать перемотать рану друга. Об обращении не шло речи, дома его ждала мать и сестренки. Как бы он мог обьяснить. А Александр не видел выхода, даже маленькой избы лесничего не было. Лес полнился мрачными тенями. Ночь неотвратимо опускалась. Он хотел Гришу донести, чтобы он мог вернуться домой. Обнял мать и сестричек, смог вдохнуть запах свежего хлеба из печки. Саша стиснул зубы, подобрал мешок. Взял винтовку и взвалил Гришу на спину. Нужно было ускоряться. Вот если бы он поел, стало бы легче. Он чувствовал слабость. На поле боя было легче. Он валил противника с ног и впивался в горло, этого хватало на неделю или две, чтобы нормально себя чувствовать. Но часто так делать было опасно. Очень опасно. Александр боялся,что идет не туда. Но инстинкт вел его вперед и заставлял чувствовать опасность за спиной. Вдруг ночную тишину разрезал вой. Леденящий кровь, даже не зверинный. В нем была дикая злоба и жажда крови. Он слышался со всех сторон. Путая. Саша кинулся бежать. В его теперешнем положении это было трудно. Посреди лесной поляны он остановился. В неярком свете луны он увидел кровавый огонь в волчьих глазах. За минуту его окружили звери. Поляна наполнилась рычанием и воем. Он был в западне. Саша опустил Гришу на снег. Что то подсказывало, что это не обычные волки. Кто-то из разведки доложил, что у приближенных Гитлера удалось вывести с помощью окультизма особую породу солдат. Но никто не воспринимал это всерьез. А теперь Александр лично убедился в правдивости информации. Звери подбирались к ним. Гриша очнулся, пытался из последних сил встать, но раненная нога и обморожение ему помешали. Он потерял много крови. Слишком много. И сейчас один из волков слизывал кровь со снега не сводя умных глаз с людей. Саша отдал винтовку Грише. - Прикроешь меня. Я вытащу нас, обещаю. Гриша схватился за оружие. Не сводя глаз с Александра. Тот обнажил клинок, серебро блеснуло в лунном свете, который тускло пробивался через облака. Волки разом зарычали, Александр понимал, что выдаст себя с головой. Но это сейчас было неважным. Он зарычал, громко и протяжно. Монстр внутри него ликовал,чуя свежее мясо и кровь. Первого волка он разрубил одним взмахом меча. Кровь на серебре зашипела как кислота. Времени на раздумья не было. Остальные, решили не выжидать и броситься на них разом раскрыв пасти в ужасающем оскале. Гриша выстрелил, Саша рубил противников с таким упоением, что шерсть с ошметками плоти разлетались по снегу, разжигая все больше аппетит вампира. Вдруг он почувствовал дикую боль, как будто тысячи кинжалов пронзили тело. В плечо вцепился волк. Следом за ним другой впился в ногу. Александр истошно закричал. Меч выпал из рук, раздался выстрел, но на волка он не подействовал, тот лишь взвизгнул не желая отпускать добычу. Саша с рыком схватил животное и разорвал его челюсти, другого не отпускающего ногу он с силой оторвал от себя,чувствуя как в пасти остается кусочек плоти. Он пробил грудную клетку волка вырвав трепещущее сердце. На это ему потребовалось меньше минуты. Огонь борьбы придавал ему силы. И вдруг все его существо пронзил крик. В Гришу вцепилось двое волков. Саша схватил меч и в одну секунду подскочил к другу, разрубив волков напополам. Он не мог не заметить рванную рану на горле друга из которой лилась кровь. Он быстро расправился с двумя оставшимися волками и подбежал к Грише. Он становился все бледнее. Ему оставались считанные секунды. - Спасибо тебе, браток..- прохрипел он. - Тише, тише побереги силы, мы дойдем- судорожно повторял Саша. Руки уже скользкие от крови держали друга. - Там медаль моя, матери моей отдай.- с этими словами он замолчал. Руневский замер, не веря до конца. Он продолжал трясти безжизненное тело и и только говорил: - Вставай братишка,вставай! Что я матери скажу? Как в глаза смотреть буду? В глазах Александра застыли скупые мужские слезы. Он лег рядом с телом друга и смотрел как быстро бегут облака по небу. Не унять ему было этой потери. Ведь он так старался его спасти. И не смог. Укусы волков нещадно болели, как будто на рану налили серную кислоту. Ему было больно и он чувствовал,что раны не затягиваются. Оглядевшись он обнаружил,что вместо волков на поляне лежат люди и части от них. Саша сразу все понял. Перевертыши. Он подполз к ближайшему телу и с силой вонзил в начинающую коченеть плоть зубы,но от крови все горло обожгло. Он закашлялся. Еды не было. А брата он бы тронуть не посмел. Нельзя его было так оставлять. Руневский собрал все оставшиеся силы и начал рыть руками ледяную землю. Каждое движение отдавалось жуткой болью. Но он старался не обращать на это внимание. Когда яма была готова он подошел к Грише. Поднял меч и одним ударом отсек ему голову. Так было нужно. Он не должен был обратиться. Саша бережно опустил останки друга и принялся закапывать его. Ему становилось все хуже. Он одел пропитанную кровью шинель, прикрепил меч поясу. Поднял винтовку и опираясь на нее, не оглядываясь на свежий холмик под деревом. Медаль в кармане казалось обжигала кожу. Вдалеке послышался волчий вой, Саша понимал, что сейчас ему с ними не тягаться. Он потянул носом воздух и почуял слабый запах крови и пороха. Боль, жажда и впервые зародившийся в нем страх подстегивали его, заставляя бежать, неулюже ковыляя на раненной ноге . Морозный воздух обжигал все внутри, не давая сделать вдох. Он не мог сдаться, он дал слово. Дал слово другу. Он должен был не сдаваться. Ради нее. Ради ее таких красивых, черных глаз. А яд в его крови все больше жег огнем вены, причиняя невыносимую боль, уменьшая его шансы на спасение. А он все шел...