Создатели миров

Тим, любезно отказавшийся от помощи Энея, чтобы не стать перед ним еще более жалким, чем он есть, в одиночку доковылял до своей комнаты, опираясь о стены. Спуск по лестнице ему дался особенно нелегко, и, когда испытание было пройдено, парень почувствовал дикое облегчение и гордость, но потом понял, что ему предстоит проделать такой же путь по коридору. Тимофею и раньше не шибко нравились громадные просторы всех корпусов, а сейчас он и вовсе стал ненавидеть их. «Интересно, перед кем Госпожа так понтуется? Как будто сюда может попасть кто-то посторонний!» - в мыслях ворчал парень, хватаясь за ручку двери своей комнаты. Тимофея не особо волновало, что происходит вокруг, в том числе который час и почему Ин к нему не заглянул утром и не поднял на занятия. Чары Госпожи были слишком сильны, и парня спасла лишь его вовремя полученная способность восстанавливать себя. В противном случае, на полу в кабинете начальницы лежала бы лишь горстка пепла. Немало времени прошло с того момента, когда Госпожа проявила себя не с лучшей стороны, но Тимофей все еще не мог почувствовать силы в теле, хоть они потихоньку начинали возвращаться. Поэтому, как только парень попал в свою комнату, то сразу же улегся спать, так как больше ни на что был не способен. К тому же, судя по всему, впереди ждет долгая тяжелая ночь посвящения в узкий круг местных знатоков. Проспав без задних ног весь день, Тимофей проснулся за пару часов до назначенной встречи. Голова его раскалывалась, словно камень, на две части, в ушах стоял невыносимый гул. Приложив немало усилий, парень поднялся с кровати и отправился в ванную комнату, где выкрутил холодную воду на максимум и подставил под сильный поток свою больную голову в надежде, что этот сомнительный трюк спасет его от страданий. Продержавшись так до тех пор, пока затылок не онемел, Тим выключил воду и сел на пол, на пушистый маленький коврик, и приложился красной от обморожения щекой к бортику белоснежной чугунной ванны. Пробыв в таком положении пару минут, головная боль все же начала утихать. По крайней мере лоб уже не взрывался, когда в глаза проникал свет. Вытерев волосы полотенцем, парень встал перед зеркалом и еще какое-то время смотрел на свое бледно-розовое лицо. «Я могу отращивать отстреленные пальцы, а все равно выгляжу как недозрелый помидор! Почему я не могу сломать себе нос, сделать его чуть ровнее, а потом снова залечить? А что, если могу? Так, ладно, на это сейчас нет времени…» - закончив разговаривать со своим отражением, Тим еще немного потер голову полотенцем, после чего надел облюбленную зеленую куртку, которая была больше него в два раза, и ватными шагами отправился к месту встречи. На часах еще не было полуночи, но, несмотря на это, возле фонтана уже кто-то сидел. Этот кто-то был в ярко-желтом плаще. В полумраке нельзя было увидеть его лица, тем более с верхушки лестницы. Но по телосложению этот человек не особо был похож на Меланте, а уж тем более на Энея. «Неужели кто-то подслушал разговор?» - мгновенно всплыло у Тимофея в голове. Парень медленно, стараясь не создавать лишних звуков, направился вниз, но, к сожалению, в безлюдном огромном помещении невозможно стать тише воды. Человек возле фонтана обернулся на шаги, доносящиеся сверху, и, на удивление, миленько помахал рукой, подзывая Тимофея к себе. Подойдя поближе, Тим все-таки разглядел в загадочном незнакомце Марса. - Что ты здесь делаешь? – удивился Тим. - Я хотел спросить тоже самое…Ну, раз уж пришел, то присаживайся, – Марс подвинулся, хотя и так сидел на самом краю скамейки. - Спасибо, я постою. - Я не ожидал, что они решаться позвать тебя, – прошептал Марс еще тише, чем шептал до этого. - Это что, было запланировано раньше? - О, нет, обычно, такое происходит неожиданно, даже если понимаешь, что рано или поздно это случится… - О чем ты говоришь? Марс хотел объяснить Тиму свои слова, но его перебил треск дверей, из-за которых в зал заглянул Эней: - На улице ни души. Где все? Время уже поджимает. - Не переживай, мы все успеем, – спокойно сказал Марс, и сразу же после его слов на лестнице показались две пары ног. Меланте с Игатой несли какие-то вещи, и, когда девушки подошли чуть поближе, то стало отчетливо видно силуэт гитары, висящей у кошки на спине. - Отлично, все в сборе! Можем выдвигаться, – сказал Эней, исчезнув за дверьми. - Мы еще куда-то идем? – недоумевал Тимофей. - Мне кажется или ты весь мокрый? – проигнорировав вопрос парня, спросила Меланте. - А он всегда по ночам мокрый. Ума не приложу, с чем это может быть связано! – вмешалась в разговор Игата. - Вы не говорили, что надо будет куда-то идти! И почему не предупредили, что они тоже здесь будут? – продолжал истерить Тим. - С ума сошел? На улице далеко не лето, а ты с мокрой головой! Мозги застудишь! – все также пропуская мимо ушей слова Тимофея, продолжала Меланте. - Да не застудит, он же лечит сам себя! Вот за одно и проверим, на какие области способность распространяется, – снова встряла Игата. - Хотя бы капюшон надеть. Все ровной струечкой вытекли за двери корпуса, вслед за Энеем. Тим плелся последним, абсолютно не понимая, что происходит и куда все идут. Но, когда отряд уже достаточно отдалился от главного корпуса, приближаясь к забору, Тимофей припомнил это место. Да, точно, те самые сломанные прутья! - Подождите, куда… - Не беспокойся, это ненастоящий забор. Через него можно ходить как угодно! А настоящий забор идет еще очень далеко, – объяснил Марс. - Да, я знаю! Я был здесь! - Кто б сомневался, – закатив глаза, промычал Эней. - Как ты узнал об этом месте? – удивилась Меланте. - Мне Диафан показал. Да, и, честно, оно не особо спрятано… - И зачем вы сюда ходили? - Просто так. Я догадываюсь, куда вы собираетесь идти, но до той башни мы дойдем лишь к рассвету… - А кто сказал, что мы пойдем пешком? – рассмеялась Игата. Тимофей встал в ступор. Что она имеет в виду? Пока Тим гадал, Марс что-то прошептал себе под нос, и все, встав в круг, взялись за руки. Мальчик протянул Тиму руку, но парень не спешил хвататься за нее. Как будто его кто-то спрашивал! Игата, стоявшая рядом, силой притянула парня в хоровод, а тут уже не отвертишься. - Что вы делаете? – посмотрев на всех по порядку, спросил Тим. - Все нормально, – ответил Марс. - С непривычки может быть немного неприятно, но терпимо. Лучше закрой глаза. От слов мальчика ничуть не легче. Тим насторожился, даже не думая выполнять то, что сказал Марс. Все молча стояли, кроме Марса, который то и дело повторял: «Всё, готовы! Можно начинать! Ладно, сейчас всё будет. Минутку. Секунду. Сейчас-сейчас. На счет три…Раз, два…Три!». Все вокруг побелело, а потом, по щелчку пальцев, вернулось назад. Ребята на этот раз стояли посреди заснеженного поля. От забора и леса не осталось и следа. - Ты-ты, - заикаясь от восторга, пытался сказать Тим, - ты телепортировал нас? - Да, но лучше тебе помолчать пока что. Внезапно Тим почувствовал что-то странное внутри себя, будто внутренние органы устроили пляски у него в животе. Стало трудно дышать, все тело сковало. Парень ощущал себя так, словно его вывернули на изнанку. Он мог лишь хрипеть, схватившись за живот. - Все нормально, так и должно быть, – успокаивал Марс, гладя свернувшегося в рулет Тимофея по спине. - Через пару секунд отойдет, – подхватила Игата. – М-да, ты еще неплохо держишься. Видел бы, как Эней в первый раз… - Не стоит об этом вспоминать. - И что это за место? Нам разве не к башне надо? – раздались хриплые стоны. - К башне. - Мы еще не дошли. - Да, - сказал Марс, - я не настолько хорош в этом деле, чтобы сразу перенести всех так далеко. Один, может быть, я бы и смог, но нас слишком много. Так что, еще два-три раза, и мы на месте! - Два-три раза?! Я сдохну! - Не думаю, что ты теперь вообще можешь сдохнуть, – возразила Меланте. – Предлагаю двигаться дальше! Все снова взялись за руки, но Тим, все еще не отойдя после первого перемещения, тянул время. Но долго это делать не получилось, так как его опять насильно подхватили под руки с двух сторон. Спустя пять минут ребята все-таки, с горем пополам, достигли башни. Тимофей успел несколько раз посинеть, еще парочку раз позеленеть, пожелтеть, но в конце концов к нему вернулся естественный окрас. А остальным хоть бы хны! Нельзя представить, сколько таких телепортаций нужно пережить, чтоб привыкнуть к этому невыносимо мерзкому чувству. Радует то, что оно, действительно, быстро проходит. - Эх, всё снегом запорошило! – вздохнул Марс, глядя на землю. - Надо расчистить, – сказала Меланте, после чего развернулась, и пошла нарезать круги вокруг башни. - Почему нужно разговаривать именно здесь? – все еще немного похрипывая, спросил Тим. - Есть еще одно дело, помимо разговора, – ответил Эней, достав из кармана куртки деревянный колышек. - Не понимаю… - повертев деревяшку в руках, прогудел Тим, но вдруг заметил, что на ней аккуратно выжжено число 15. – Что это такое? Тем временем снег растаял, позволив увидеть остальные такие колышки, вотканные вокруг башни. Тогда до Тимофея дошло, что это вовсе не для помидоров, как шутил Диафан. Эней забрал у Тима из рук деревяшку и, далеко не уходя, воткнул ее в землю. - Так Диафан все-таки умер? - Наверное, - сухо сказала Меланте, снимая с плеч Игаты блестящую гитару. - В смысле «наверное»? Если вы не знаете точно, то как можно его хоронить? - Сам посуди, если он пошел в то же место, где были мы, то скорее всего его там встретили... - промурлыкала Игата себе под нос. - Я вижу для вас это обычное дело! - орал Тим, глядя на все деревянные надгробья. - Предлагаешь реветь над каждой могилой? - не меняя своего стандартно безразличного тона, говорила Меланте. - Слезы давно кончились... Девушка немного расстегнула свое пальто и достала изнутри синюю толстовку, в которой вечно расхаживал Диафан, и положила ее рядом с гитарой. - Что ты делаешь? - сквозь ком в горле спросил Тимофей. - Это надо сжечь. - Погоди! - подхватив толстовку из-под пальцев девушки, крикнул парень. - Можно я ее заберу? - Зачем? - Ну, он все-таки был мне другом… - В его комнате еще много вещей, можешь взять что угодно. - Забирай, – резко перебил Эней. – Хватит и гитары. - Только не смей ее носить! – воскликнула Игата. – Мы не имеем права забирать вещи из комнат пропавших. - Какой смысл их хранить? - У нас такая политика: пропал – не умер, а значит, может вернуться. - И что, хоть один вернулся? – надежда в голосе Тимофея угасала с каждым сказанным словом. Все промолчали, уставившись на Меланте, которая аккуратно подожгла гитару. Инструмент моментально вспыхнул ярко-голубым пламенем, озаряя все вокруг. Ребята неотрывно смотрели на него, не произнося ни слова. Когда от гитары остался один лишь пепел, Игата с Марсом бережно собрали его и положили в ямку возле деревянного колышка, сверху засыпав землей. Тимофей не ожидал, что вместо разговора его ждут похороны друга. Ему уже ничего не хотелось знать ни о ком и ни о чем. - Как вы думаете, она сейчас смотрит на нас? – прошептал Марс. - Думаю, да, – ответил Эней. – Тим достаточно обратил ее внимание на случившееся. - Не хотелось бы, чтобы она увидела меня здесь… - тихо сказала Меланте. - А она за тебя переживает, – посмотрев на девушку, добавил Эней. - Я знаю. - Вы же о Госпоже говорите? – влез Тим. – Если она нас видит, то зачем нужно было переться сюда? - Как раз-таки для того, чтобы она увидела! – воскликнула Игата. – Эта башня – ее кабинет. - Серьезно? – Тим смотрел на полуразвалившееся, заросшее плесенью здание без какой-либо крыши и стен на втором ярусе. - Да, так он выглядит в действительности. Но если войти в него через зеркало, то ты сам знаешь, что внутри, – объяснила Меланте. – Это то же заклинание, что и на дверях в комнатах: что за ними зависит от такого, каким образом ты заходишь. Просто, это более сложный вариант. - Честно, я до сих пор не представляю, как можно заколдовать какое-то помещение. Я понимаю, там, вещь или человек, но… - И в этом заклинании магия накладывается на предмет, – перебила девушка. – Заколдована именно ручка на двери, а не сама комната. - Тогда что заколдовано у Госпожи? Зеркало? - Я не знаю. Вряд ли на него можно повлиять магией. Госпожа учила меня этому заклинанию, и я даже пробовала сделать комна… - Меланте резко запнулась. - Комнату? – переспросил Тим. – И как, получилось? - Нет, я все-таки не настолько талантлива. Еще немного постояв, задрав головы, ребята развернулись и направились назад в корпус. Достаточно отдалившись от башни, неожиданно Эней сказал: - Мы обещали рассказать тебе, для чего на самом деле нужны астеры… - Эй! Что? – возмутилась Игата. – Когда это мы успели такое пообещать? - Так вот, - невозмутимо продолжал Эней, - не только нам нужна магия, но и самой Госпоже. - Фух, я уж боялся, что магия останется навсегда! – выдохнул Тим. - Нет, та магия, что у тебя, у Марса и у многих других – она никогда не иссякнет. Но Госпожа колдует не с ее помощью, поэтому астеры ей не для этого нужны. Цыц! Не задавай вопросов, сначала послушай. Несколько веков назад Госпожа нашла ответы на те вопросы, на которые нельзя отвечать, и, когда Гонис узнали об этом, то пришли к ней и предложили сделку: они сделают все, что она захочет, взамен на сохранение тайны. Тогда Госпожа пожелала вечную жизнь, посчитав такое желание соразмерным молчанию. Боги приняли эти условия. Шли года, Госпожа пережила всю свою семью и, когда осталась одна, поняла, что ее молодость уходит вместе с прожитыми годами. Ее охватил гнев, она посчитала, что Боги ее обманули. Она начала искать решение своей проблемы, что заставило ее вновь обратится к своим старым открытиям. А потом она нашла меня, и я согласился стать ее союзником. Я самолично принес ей первого астера, вскоре после чего мы поняли, как сохранить ее молодость. Я выполнил то, что она хотела, и уж было собирался потребовать выполнение ее части договора, но она сказала, что это займет какое-то время. Целый месяц она держала меня, поэтому я своими глазами видел, как с каждым днем ее волосы становились все седее и седее. Я приносил астера за астером, весь дом был заставлен банками с волшебной жидкостью, но как бы умна и опытна Госпожа не была в вопросах магии, ей по сей день не удалось решить столь сложную задачу. - Ясно, - вздохнул Тим, - получается, ты виноват во всем. - Что ты несешь? – воскликнула Игата. – Не смей его обвинять! Ты ничего не знаешь о нас, зато возомнил себя судьей! - Он прав, - тихо и протяжно промычал Эней, - я повелся на ее обещания, как наивный мальчишка, хотя сам прекрасно знал, что мое желание никто не исполнит. - Надежда умирает последней, – пытаясь хоть как-то поддержать Энея, сказала Меланте. - Да, разумеется, вот только вместе с ней теперь умирают люди. - Мне интересно, что такого могла пообещать тебе Госпожа, чтоб ты согласился помогать ей? – спросил Тимофей. Эней уставился в землю. По его глазам было очевидно, что он погрузился в себя и уж точно не слышал вопроса. Тогда Тим повернулся ко всем остальным, но поймал лишь осуждающие взгляды. - Прости, спросил лишнее, - положив руку на плечо Энея, вернув этим жестом его обратно в реальность, сказал Тим. – Но я все еще многого не понимаю. - Давай как-нибудь в другой раз, хорошо? – послышалось со стороны. – Больные темы. Мы не готовы долго об этом разговаривать. - И когда будет этот другой раз? Вы вечно где-то пропадаете! - Все сразу никто тебе не выложит, - прошипела кошка, - так что следи за своим языком. Если мы услышим хоть одно лишнее слово из твоего рта, то твоя регенерация тебя не спасет, понял? - Это было слишком грубо… - пропищал Марс из-за спины Игаты. - Зато честно! А теперь мне объясните, какого черта вы так разоткровенничались перед ним? Опять какого-то особенного нашли? Как вы вообще это определяете? - Если ты так настаиваешь, то я потом тебе все расскажу, ладно? – заглянув в горящие глаза кошки, спокойна сказала Меланте. - Нет уж, - схватив девушку за воротник одной рукой, стиснув зубы, рычала Игата, - выкладывай сейчас, чтоб он все слышал! Передо мной ты не шибко церемонилась! Милочка, ты что, язык проглотила? - Девчонки, ну хватит вам. Давайте дойдем до корпуса, а там, в тепле, вы спокойно подеретесь, - с улыбкой на лице предложил Марс. - Почему ты снова не телепортируешь нас? – поинтересовался Тим, в сторонке наблюдая весь этот цирк. - А, ну, если ты готов, то я не против, – Марс, оторвав Игату от Меланте, взял их обеих за руки. - Где Эней? - Все нормально, он часто уходит, не волнуйся за него. Возьми их за руки, пожалуйста. Тим чувствовал себя максимально неловко, стоя между двух девушек, которые хищническим взглядом прожигали друг друга. Казалось, одно неверное движение, и они набросятся на тебя. Но, сразу же после перемещения, их сплотила общая проблема в лице умирающего Тимофея, которого то и дело приходилось возвращать в человеческое положение. Марсу понадобилось три попытки, чтобы доставить всех прямиком в зал главного корпуса, откуда все, не говоря ни слова, разошлись по комнатам.