Кто двинется тот гей

      Сережа спросил у чата, сколько уже нет Дипинса, на что получил неутешительный ответ. Около 20 минут. Спустя пару минут Жожо уже был в такси. Он взял с собой только телефон и ключи от Ваниной квартиры. Если честно, они по приколу сделали дубликаты ключей и Сережа даже не вспомнил бы про них, если бы не этот случай. Он даже про куртку забыл и поехал в чем попало, но сейчас его это мало волновало, он пытался понять что произошло. Был грохот и Ваня пропал. От его стрима сейчас толку мало: вебка как всегда выключилась. “Проверка на внимательность” так сказать, поэтому он попросил Кушину - модератора Вани - написать ему, если тот появится до его приезда.       Наконец, такси припарковалось у нужной двери. Боже, Сережа был готов бежать сам, но боялся что повернет куда-нибудь не туда, потеряется и сделает только хуже.       Дрожащими руками он открыл дверь и увидел свет в квартире. Быстро пройдясь по ней взглядом и не увидев погрома, он выдохнул. Не нападение. Кудрявый дал себе всего секунду, чтобы обрадоваться этой новости, и отправился на поиски русого.       Найдя его на кухне, он мог сказать одно: В его памяти надолго останется этот образ неподвижного Вани, лежащего на полу в окружении осколков.       Тысячи “блять” пронеслось в его голове, пока он летел к парню. Первым делом осмотрев того на наличие порезов, Жожо начал прощупывать пульс.       Тысяча первое “блять” было самым радостным. Он жив.       “Че за хуйня” – удивился Сережа, подхватив парня на руки. С момента их совместного стрима Ваня стал значительно легче, что насторожило кудрявого. “Ладно, похуй, разберемся с этим, когда он очнется”.       Положив свое сокровище на диван в его комнате, Жожо огляделся: единственным источником света был стримерский уголок Вани с подсветкой и мониторами, что заставило его вспомнить про стрим. – Так, ребят, я заканчиваю стрим, с Ванюшей все в порядке, не волнуемся. В любом случае я за ним тут пригляжу. Все, всем пока, – сказал стример даже не включая вебку и завершил стрим. Тут же он увидел дохуя вкладок с программками, где Бессмертных обрабатывает фото для инсты и видео для тиктока. – Работал не покладая рук, я смотрю, – зачем-то вслух произнес стример.       Так много вопросов и так мало ответов. Сережа пошел убирать осколки кружки и искать нашатырь в аптечке. Слава богу, у его парня очень хорошая мама, которая собрала аптечку со всем нужным когда ее сын стал жить отдельно. Самая лучшая женщина. Знает ведь, что сам Ванечка хуй себе че купит, особенно что-то из лекарств.       Потратив еще пару минут на открытие баночки, Жожо поднес ее под нос стримера. Тот сразу поморщился, отвел голову в сторону и приоткрыл глаза. – Че за хуйня, – обхватив голову руками, мучительно спросил Дипинс. – У меня тот же вопрос, – сейчас Сережа злился. Причем очень сильно, – Что произошло, Вань. – Я пошел за пеппером на кухню и упал. Вроде даже кружку разбил. Жалко ее. – Жалко в жопе у пчелки. Какого хуя я узнаю о том, что ты не спишь по ночам не от тебя? Какого хуя вообще с тобой происходит? – Сереж, можешь принести воды? Кто Жожо такой, чтобы отказать ему? Вернувшись со стаканом воды, кудрявый присел на край дивана. – А ты вообще как тут? – В тиктоке сидел, видео попалось. Твой чат тревогу бил, вот я и приехал. И вообще, тему не переводи. – Я думал, что справлюсь сам, – спустя несколько долгих секунд тишины ответил Ваня, – Я всегда справлялся сам, а в этот раз что-то совсем не смог. Я без тебя вообще не сплю, понимаешь? Лежу в кровати часами, думаю, что в это время мог бы заниматься чем-то важным и полезным: монтировать видео, придумывать идеи для стрима, отвечать зрителям. А когда начинаю заниматься всем этим…       Сережа видел, как его Ванечке сложно говорить об этом, поэтому нежно обнял в знак поддержки. Он всегда будет его поддерживать – У меня ничего не получается, Сереж, совсем ничего. Все мои результаты мне не нравятся, я стал пиздец каким нервным из-за этого. Еще тревожусь из-за того, как отвечаю тебе. Я не хочу, чтобы ты подумал, что не важен мне, – эти слова Ваня говорил уже дрожащим голосом, уткнувшись своему кудрявому в изгиб шеи. С ним он чувствовал себя в безопасности. – Ты знаешь, как я испугался, когда увидел тебя на полу среди осколков? Блядь, Ванюш, я почти умер. Чат говорит что ты пропал, я прилетаю, а ты лежишь на кухне, – прижимая старшего крепче к себе, Жожо делился своим ужасом. Ощущение талии русого в его руках успокаивало. – Давай с этого момента говорить друг другу абсолютно все? Потому что иначе я ебнусь прямо за тобой, Ванюш, так и знай. И никто нас не придет спасать. – Кудрявенькая моя, я очень постараюсь. Ты же знаешь, как у меня тяжело с доверием, а ты, считай, единственный человек, с которым я сейчас поделился такой откровенной вещью, – смотря в глаза своего парня пообещал Дипинс.       Эти двое еще несколько минут успокаивались в объятиях друг друга. В такие моменты оба забывали про весь мир, оба слали свои дела подальше, лишь бы насладиться этим моментом. В какой-то момент, когда объятия перестали быть спасательным кругом, в которых каждый искал утешение от всех тревог и страхов, они решили немного поменять позу.       Жожо пересел так, чтобы спиной опираться о спинку дивана, а Ваня забрался к нему на коленочки. Так просто удобней сохранять зрительный контакт, вы не подумайте себе там ничего.       Вообще, эти двое готовы были создать свою пирамиду потребностей и на первое место поставить жизненную необходимость смотреть друг другу в глаза.       Они разговаривали весь вечер и часть ночи. Сережа решил занять все мысли русого, чтобы у того не появилось даже малейшего желания заняться чем-нибудь “полезным”. Уже ближе ко сну у обоих разыгралось хорошее, даже игривое настроение, но усталость брала свое.       Наши два чухлика уже переместились в горизонтальное положение, а Ваня так вообще уже почти спал. – Вань? – ммм, – на сонном дипинском это означало “что”. – Можно я тебя поцелую? Пожалуйста, я очень хочу…, – в ответ тишина, а после еще одно сонное “мгм”, означающее согласие.       Сначала Жожо даже не поверил своим ушам. Может, он уже спит? Решив проверить сон ли это, Сережа приблизился к лицу Ванечки. – Ванюш, ты такой охуенный, – огладив его лицо руками, произнёс на выдохе кудрявый.       В следующий же миг губы младшего коснулись губ парня. Оба замерли, не зная как реагировать. Сережа просто не верили своему счастью, а Ваня не знал что делать. Для него такое в первый раз, но, осмелившись, он попытался ответить на поцелуй. Неспешное шевеление губ, ровное дыхание и безумное наслаждение. Их первый поцелуй был ленивым, даже сонным, но никто не хотел менять в нем что-либо.