Ни слова о свободе

— Что мы были? — не унимался паренёк, на что получил лишь игнорирование со стороны новой знакомой. — Ну и молчи. Больно нужно, — сухо отвечает он и отворачивается. Девушка, посмотрев на него с огорчением и некоторым непониманием, встаёт с места и идёт к самому дальнему столику. За нём никого не было, кроме парнишки, что сидел и рассматривал зелёное яблоко. Он выглядел довольно задумчиво и… Странно? Казалось, будто он знает больше, чем это знают остальные. — Привет… — тихо произносит она, вставая около стола. — Я подсяду? — на свой вопрос Элли получает лишь косой взгляд и лёгкий кивок. — Спасибо, Эрис… — голова мальчишки резко поднимается, и на девушку уже смотрят два светло-голубых глаза. — Ты знаешь моё имя? — Знаю, ты был мой друг, по крайней мере до того, как тебя забрали в Лабиринт, — усмехнулась она, запрокинув ногу на ногу. — У тебя осталась память? Но… Как? — он стал говорить тише и загадочней. — Это называется: Обман зрения. Я нечаянно вколола не тому человеку обезболивающее с успокоительным, — Элли хмыкнула и откусила яблоко, что держала в правой руке. — Умная ты… Стоп, а как тебя зовут? — Элинора, можно просто Элли, — она снова улыбнулась, взглянув на столик, где Минхо просверливал в ней широкую дыру, размером с медведя. — Приятно познакомится, Нора, — Эрис улыбнулся в ответ, посмотрев в ту сторонку, куда я смотрела минуту назад. — Твои ребята? — Не совсем, я одна была в Лабиринте, а они в другом совсем. — Одна?! — его глаза расширились, при этом слове, ведь все, кто здесь находиться, выбрались не одни, а группами. — Да, мне не присылали никого, — сухо ответила она, уткнувшись носом в тарелку. Элли не очень то и хотела об этом говорить. Ей сразу же вспомнилась ночь, в которой она пряталась от ужасных существ, что преследовали её. «Тощие ноги несут тело маленькой и низенькой девчонки. В её глазах читается страх и обида на это мир. На П.О.Р.О.К. Серые глазёнки замечают, что ноги привили её в упик, а уши позади слышат ужасное, больное для них клацанье гривера. Девушка помнила, как называли их в П.О.Р.О.К.е, но не думала, что оно такое. Лицо перекосилось от ужаса, в то время, как душа постепенно уходила в тихий и недолгий сон.» — Ты чего? — спросил Эрис, помахав ладонью перед лицом девушки. — Да так, вспомнилось. Давай не о этом. Где Соня? — после этого вопроса Эрис буквально остолбенел. — Её… Забрали, — тихонько, будто хотел, чтобы никто его не услышал. — Ладно, но я точно знаю, что забрал её не П.О.Р.О.К., так ведь? — Да, — говорит он, и закончив разговор, покидает своё место, махая ладошкой в знак прощания. — Пока… — произносит она, как слышит громкий такой звук, что пронёсся прямо у уха. Малейшее, незаконченное «Чт…», уже дает понять, что тот, кто сейчас «соорудил» этот хлопок очень зол. — И о чём вы говорили? — Минхо грозно смотрит на девушку, которая в свою очередь спокойно, будто не замечая его, попивает сок. «Ах, этот голос сводит меня с ума, чёрт бы тебя побрал!», — произносит внутренний голос, после которого в голове сразу появляется щелчок «а-ля, лучше не стоит», но кто его послушает? — Да так… Спросила просто, спал ли он с парнями и какой вообще у него опыт в сексе, — произнесла она, так обыденно, что не все бы смогли догадаться, что это — сарказм. — Серьёзно?! — Да, а что… Ревнуешь? — его брови нахмурились, после чего она дотронулась пальчиками до них и постаралась выпрямить, сказав при этом: «Не хмурься, а то раньше бабулечкой станешь». — Да ты вообще кто? — кажись, он взорвался, ему стыдно и обидно, что этот человек так заботится о нем, в отличии от остальных девчонок, что он встретил в этой столовой. — Девушка твоя, вот кто, — вздохнула она, вроде как принимая поражение. — Но вот тут такое дело… Ты же сам говорил мне, что то, чего ты не помнишь — не было, так вот, значит и наших отношений тоже, — добавляет она так, будто ей всё равно, хотя это не так. Естественно ей больно и хочется плакать, но Элли считает себя сильной и не поменяет своего решения. — Тварь, — произносит он и уходит. Мрачно-синий отпечаток остаётся на сердце девушки. «Что же со мной не так?», — снова задаётся она вопросом, после чего кладёт голову на столешницу. Крысёныш говорит имена «везунчиков», каковыми она их явно не считает. Она была тут, но сбежала… Крысёныш с Белочкой по-любому добавили защиты, Чёртики дурацкие. Глаза постепенно стали закрываться, а душа погружаться в царство Морфея. Темень буквально поглощала всё вокруг. Веки вдруг стали такими тяжёлыми, что их было бы очень сложно поднять даже в отличной физической форме. Цвета повсюду плывут, и вот, последний огонёк… Pov Eleonora Я просыпаюсь на бетонном полу, где по всюду со стен стекает нечто похожее на нефть. Впереди туннеля — тьма, позади — тоже. Ухты… Я умерла? Вдруг в темноте загораются алые, пропитанные кровью глаза. Они смотрели прямо в душу, будто извращенец смотрел на беспомощную девочку. Это «нечто» быстро стало приближаться ко мне. Как только оно подошло совсем близко, моё тело, будто резанное бросилось прочь. Я не знала куда бегу. От кого бегу. А ещё страшнее, насколько быстро оно бегает. Десять километров в час, двадцать, тридцать? Как только я пробежала, от силы сто метров, ноги отказали совсем. Я упала. Попытавшись двигаться, я не смогла ногами даже пошевелить, не то что бежать. Моя голова наполнилась ужасными мыслями. Одны медузы кричали мне: «Это сон, тебе нечего бояться!», в то время, как вторые сладко шептали: «Ты всего лишь-то помрёшь, чего уж там. Не переживай». Некто добравшись до света помедлил, будто боялся его. А ведь мои добрые мысли, в которых я же представляла труп этого, который помер от света. Он тут же разрушит все мои мечты. Нечто, похожее на гигантскую, чёрную медузу, которая буквально летала в воздухе. Глаза, что наблюдали за мной исчезли, а щупальцы начинали «подплывать» ко мне, будто хрустя косточками, которых там уж точно нет. Они подползают к моему лицу и на липой шапочке медузы появляется улыбка, после чего она шепчет мне на ухо: «Тварь…». Эти слова эхом раздаются от таких же, как и она, только маленьких медуз, которые всё это время плавали вокруг меня. Pov Author Около тела Элли появляются двое мужчин, которые рывком поднимают девушку в воздух. Та, от боли сморщила свой маленький, ровный и чуточку вздёрнутый носик. — Она что… Спит? — восклицает один из них, крича это на всю столовую. Естественно, на его крик обернулись все, кто тут находился. — Серьёзно? — Может не выспалась? — Бедненькая, наверно ей сейчас плохо, раз её будят… Разные голоса слышались со всех сторн. Лишь столик, где сидели Фрайпан, Томас, Ньют, Минхо и Уинстон молчал, не произнося и слова. Ньют тихонько тряхнул своей шевелюрой, пытаясь хоть как-то разрядить атмосферу. Конечно же все, кто сидел за столом посмотрели на него, на что он всё-таки задал свой недовопрос: — Может не стоило нам задавать столько вопросов, а? Мы же всё равно ничего почти не узнали… — Стоило. Я узнал, — сухо произнёс Минхо, поворачиваясь к другу. После таких слов ребята уставились на него, ведь он им так и не рассказал, что она говорила ему за столом. — Она была моей девушкой до Лабиринта, но сказала, что то, что я не помню, того не было. Да так просто, даже не подумал бы, что это может быть так обидно. А ведь я её даже не знаю…