Бьёт, значит любит

***

Через некоторое время в комнату Чуи зашёл Дазай. Шатен подошёл к кровати рыжего и сел рядом. Накахара лежал, положив голову на подушку и прижимал зайчика к груди. Осаму погладил Чую по голове. —Чуя, может быть хватит уже? Мне вот надоело. Прекрати реветь, ты совсем как маленькая девочка. —Да что ты вообще понимаешь?! Чуя резко развернулся и ударил Осаму локтём в нос. Из носа шатена потекла кровь, чему Накахара был рад, хоть этого и не было видно, ведь он всё ещё плакал. Дазай встал с кровати. Вытерев нос рукой, парень взял Чую за волосы, стащил с кровати и куда-то поволок. Накахара кричал и пытался отбиться от рук Дазая, но попытки не увенчались успехом. Осаму притащил Чую на кухню. Только здесь Дазай отпустил волосы Накахары. Осаму достал нож и приставил его к горлу рыжего, прижав парня к стене. —Осаму, т-ты что творишь?! —Замолчи. Меня раздражает твоё нытьё, твой голос, твоё лицо, твои жалкие попытки вернуть свою значимость в мире. Ты — никто. И до конца своей жалкой жизни останешься никем. Без мафии ты ничего из себя не представляешь. Так что просто молча выполняй любые мои приказы и веди себя как хороший пёсик. Слёзы из глаз Чуи хлынули с новой силой. Накахара пытался прекратить плакать, но тщетно. По лицу Осаму было видно, что если это сейчас же не прекратится, то Чуя просто так отсюда не уйдёт. Однако, все попытки сдержать слёзы с треском провалились. Чуя молча смотрел на шатена, пытаясь предугадать, что сейчас случится. —Когда ты прекратишь уже наконец?! Что тебе не ясно?! Убери всё "это" со своего лица немедленно! Накахара не мог сделать почти ничего... Он тихо сказал: —Прости... —Неверный ответ. Нож надавил на горло рыжего чуть сильнее, а затем Дазай провёл лезвием по шее Чуи. Накахара вскрикнул, когда по его шее потекла алая жидкость. Осаму бросил нож на пол. Чуя присел, прижимаясь спиной к стене. Дазай улыбался и сверху смотрел на эту картину. —Тебе нравится, Чуя? —Ч... Что?! —Тебе нравится это? Последствия твоего непослушания. Чуя промолчал. Ему было больно говорить... Да и не хотелось отвечать. Дазай ударил Накахару ногой по лицу. Из-за того, что Чуя сидел на полу, это было сделать довольно просто, поэтому удар был довольно сильный. Рыжий молча лёг на пол и положил руки на порез на шее, надеясь не так сильно испачкать пол. Он уже догадывался, кому придётся убирать остатки крови... Осаму открыл одну из полок и достал оттуда бинты. Он сел возле Накахары и, положив голову парня себе на колени, перевязал рану на его шее, даже не обработав. —Дазай... —Чего тебе? —Больно... —Потерпишь. Это меня не касается. Какого чёрта я вообще должен выслушивать твоё нытьё?! —Прости... Чуя уже не плакал. Он молча лежал на коленях парня и смотрел ему в глаза. Накахара попытался встать, но когда он принял горизонтальное положение, у него потемнело в глазах и парень едва не упал. Дазай взял Чую на руки и отнёс в его комнату, положил парня на кровать. —Отлежись пока что. Только не спи. У тебя может сбиться режим. Я пока что схожу в аптеку. Благодаря тебе я потратил последнюю упаковку бинтов. Чуя положил руку под голову, чтобы было удобнее лежать и обнял зайчика, который всё это время дожидался Накахару тут, на его кровати. Дазай никак не отреагировал на молчание рыжего и просто вышел из комнаты. Через несколько минут послышался тихий скрип, свидетельствующий о том, что Дазай ушёл и Чуя остался один и может спокойно отдохнуть хоть немного...

***

Через некоторое время в комнату вошёл Дазай. Шатен увидел, что Чуя спит и сел на его кровать. —Чуя, сейчас ещё утро. Просыпайся. Чуя медленно открыл глаза. —Дазай? —Что? —Обними меня. —Что, прости? Чуя, с чего ты взял, что я это сделаю? —Пожалуйста.... Дазай взял Чую за руку и помог ему встать с кровати. Когда рыжий уже стоял на ногах, Осаму обнял парня, но это вышло как-то холодно и грубо. Дазай почти сразу отстранился от Чуи и сделал несколько шагов назад, а затем улыбнулся. Улыбка заставило что-то внутри Чуи похолодеть от ужаса. Дазай стоял так несколько минут и смотрел в глаза рыжему. Внезапно изо всех углов стали вылетать голубые бабочки. Совсем скоро они заполнили всю комнату. Чуя отвёл взгляд от Осаму, разглядывая бабочек. Когда Накахара вновь посмотрел на шатена, вместо глаз парня на его лице красовались две дыры, а с лица всё не сходила пугающая улыбка. Чуя молча стоял и смотрел. —Я же знаю, что ты видишь их, Чуя! Нам будет весело... Дазай запустил в рыжего одну из бабочек. Когда голубое существо коснулось лица Чуи, бабочка разлетелись по комнате острыми осколками. Несколько из них попали в глаза рыжего, а один попал прямо в горло, лишая парня возможности дышать. Накахара упал на пол. По шее и лицу парня текла кровь. Всё это Чуя уведел как-бы со стороны, будто это вовсе и не его тело. Осаму стоял рядом с Чуей и смеялся так громко, что у рыжего заложило уши.

***

Чуя проснулся от того, что в коридоре громко хлопнула входная дверь. Парень сел на кровати. Он чувствовал слабость во всём теле, а голова немного кружилась. В комнату зашёл Дазай с пакетом в руках. —Что ты здесь делал, пока меня не было? —Просто лежал... —Вижу, ты уже вполне неплохо себя чувствуешь. В таком случае, вымой пол на кухне. Тряпка в ванной на батарее. —Дазай, у меня голова кружится... —И что с того? —Я не могу встать... Мне плохо. —Чуя. —Что?.... —Я не собираюсь долго тебя уговаривать. Повторяю последний раз: сейчас же вставай и делай то, что я сказал. —Дазай, пожалуйста... Одного взгляда Осаму хватило, чтобы Чуя встал и, опираясь на стену, чтобы не упасть, вышел из комнаты. Накахара нашёл тряпку, намочил её и, ползая по полу, вымыл пол на кухне. Дазай стоял рядом и следил за движениями Чуи. Голубоглазый чувствовал на себе тяжёлый взгляд, но старался не обращать на это внимания. Когда Чуя закончил и вернул тряпку на место, к нему подошёл Дазай и поднял парня на руки. —Можешь ведь, когда хочешь. —Дазай, что ты делаешь?.. Отпусти меня. —Ты не в том положении, чтобы указывать мне. —Я посто попросил. Дазай с Чуей на руках подошёл к двери комнаты шатена. —Мне же туда нельзя... Ты сам говорил. —Сегодня вместе со мной можно. —Ладно... Чуя обхватил шею Осаму руками. Дазай открыл дверь и вошёл в свою комнату, а затем поставил рыжего на ноги. Накахара осмотрел комнату. Повсюду были разбросаны вещи: одежда, пустые упаковки от бинтов и даже книги... На столе — множество ручек, карандашей, а ещё старые тетради и дневники. Рядом стоял стул. Двуспальная кровать стояла в углу комнаты и была аккуратно заправлена. —Садись на кровать. Чуя молча выполнил приказ Осаму. —Можно задать один вопрос?.. —Да, Чуя. Но я не обещаю, что отвечу на него честно. —Зачем ты притащил меня сюда? Сначала запретил входить, а теперь сам... Осаму перебил Чую. —Я просто захотел и всё. А если бы ты зашёл сюда сам, без моего разрешения, то я бы тебя наказал. Тебе понятна разница? —Да... Можно я пойду к себе? Дазай нахмурился и скрестил руки на груди. —Что-то случилось? —Н-нет! Просто здесь немного... Некомфортно. —Понятно. Осаму сел на кровать рядом с Накахарой и погладил его по голове. —Дазай, можем мы поговорить? Дазай усадил Чую к себе на колени. Накахара слегка покраснел, но, не обращая внимания на действия Осаму, продолжил: —Дазай, за что ты так плохо обращаешься со мной? Я ведь... —Замолчи. Ты опять начинаешь ныть. Это безумно раздражает. —Ты даже слова лишнего мне сказать не даёшь! Почему я вообще должен тебя слушать?! —Потому что если будешь плохо себя вести, я однажды тебя убью. —Что?.. —Ты всё слышал, идиот. Я не собираюсь повторять дважды. Дазай оттолкнул Чую, из-за чего Накахара упал на пол. —Сколько раз мне надо повторять, чтобы до тебя наконец дошло, что ты не имеешь никаких прав?! Дазай ногой наступил на руку рыжего. —Только попробуй издать хоть звук. Осаму переместил почти весь свой вес в ногу, а Чуя едва не закричал от боли. Послышался тихий хруст, а вслед за ним оглушительный крик Накахары. Дазай убрал ногу и нагнулся, а затем взял Накахару за подбородок и притянул к себе. Из глаз рыжего вновь текли слёзы. —Что я тебе говорил про лишние звуки? —Как ты предлагаешь мне сдерживаться?! Это чертовски больно, Дазай! Осаму отпустил парня и тот вновь упал на пол. Чуя схватился за больную руку и тихо всхлипывал. —Прекрати вести себя как ребёнок. Осаму молча покинул комнату, даже не посмотрев на Чую.