Перестать улыбаться

Мэн Яо не любит свою работу. Мужчина с идеально собранными волосами кивает мыслям, продолжая улыбаться. Новые люди перед ним все говорят и говорят, заставляя сильнее следить за лицом — не хватало еще сморщиться. Если постараться, Яо бы вспомнил кто они и зачем здесь, но стараться не хотелось. Спустя двадцать минут бессмысленное сотрясание воздуха затихло и они ушли. Жаль, что он не запомнил ровным счетом ничего. Возможно за это его ждет наказание… Но сейчас хотелось только найти того, кто мог стереть эту чертову прилипшую улыбку и расслабиться, унимая мерзкую боль в шее и голове. Мужчина встал из-за стола, привычно приглаживая прическу, и одергивая полы пиджака песочного цвета. В последнее время он стал расслабляться, недовольно думает Мэн Яо, идя по просторному коридору. Отвратительно. Ровные стены сейчас почему-то раздражают. Уголки губ болят, а в голову почему-то начали лезть куски отчетов, назойливо вертясь там и усиляя боль. Наконец перед ним оказалась знакомая дверь. Рука с ухожеными тонкими пальцами неуверенно замерла поднятой. Постучать…надо постучать. А если он помешает? Собравшись с мыслями, Мэн Яо все же тихо постучал, проскальзывая внутрь. На его счастье, в кабинете оказался лишь тот, кто ему был нужен — Не Минцзюэ. Мужчина сидящий в кресле удивленно отложил лист с мелким текстом, над которым бился уже полчаса и внимательно осмотрел выглядящего сейчас еще тоньше Мэн Яо. — А-Яо, что-то случилось? — постаравшись сделать голос как можно мягче, Не Минцзюэ отодвинулся от стола. — Господин Не…нет, все в порядке, — Мэн Яо внезапно замялся, отводя взгляд. Своим поведением он отвлекает Не Минцзюэ от работы.он не имеет права ему мешать, — я хотел… — Подойди, — прозвучал приказ. Минцзюэ тут же пожалел о тоне, видя, как между бровей Яо пролегла морщинка, — пожалуйста, — добавил он мягче. Все так же улыбаясь Мэн Яо осторожно подошел, стараясь не выдавать свой страх. Не Минцзюэ, вспомнив длинные разговоры о состоянии А-Яо, тихо вздохнул, обнимая того за талию. — А-Яо, ты не должен притворяться перед нами, — сильные руки потянули Мэн Яо вниз, заботливо усаживая на колени и начиная поглаживать плечи. — Я не… — неизменно вежливо начал мужчина, растерянно замирая от ощущения пальцев на шее, мягко разминающих ноющее место. Голова внезапно закружилась, заставляя тихо замычать. — Тут болит? — улыбнувшись тому, как А-Яо старается держать глаза открытыми, Не Минцзюэ нажал на новые точки, заставляя сначала поморщиться от боли, а потом блаженно зажмуриться. — Господин… Не, — язык не слушался. — М? — оставив шею в покое, мужчина прижал А-Яо к груди, просто поглаживая по спине. — Я Вам не сильно…помешал? — Совсем немного, — пальцы растрепали тщательно уложенную прическу, — я и сам хотел отдохнуть, а ты — лучший отдых, — голос снова потеплел. Глаза Мэн Яо закрывались. Утыкаясь носом в ворот чужой рубашки, мужчина слабо сжал чужие плечи, чувствуя, что щеки больше не болят, а уголки губ не приподняты в фальшивой улыбке. — Люблю тебя, — тихий шепот заставил поднять голову и встретиться с серьезным взглядом Не Минцзюэ, — помнишь? Мэн Яо слабо кивнул, отводя глаза. Они сошлись лишь благодаря Лань Сиченю. Обдумывая сложившуюся ситуацию, Мэн Яо понимал, что не старайся Сичень так сильно, не помогай он им, ничего бы сейчас не было. Яо так же бы кусал губу смотря на Сиченя, украдкой целующего Минцзюэ, давил эмоции, чувствуя, что срывается даже на тех, перед кем обычно старался выглядеть лучше. Сичень, увидевший бушующие эмоции стал спасением. Мэн Яо помнил тот день, как горели щеки, когда он стоял перед двумя старшими мужчинами. Стыд за то, что он посягнул на их счастье, заставлял сильнее растягивать уголки губ в улыбке. Это был самый тяжелый разговор в его жизни… А потом были объятья. Крепкие — Минцзюэ и легкие, теплые Сиченя.