Солнце
3 марта 2022 г., 14:45
— Игорек, твой звонил, сказал, что завтра не сможет, какие-то дела срочные, на сегодня попросился. Но будет не раньше девяти, придется тебе задержаться.
Игорь поморщился. Эдик, как всегда, не упустил случая позлорадствовать в его адрес. Администратор престижного и посему весьма недешевого барбершопа невзлюбил нового мастера сразу, как только Игорь там появился, и он искренне недоумевал, за что. За то, что увел богатого клиента у другого мастера, с которым Эдик «дружил» против всех остальных? Но ведь Александр Сергеевич сам принял решение доверить Игорю заботу о своих волосах…
Александр Сергеевич. «Его» Александр. Из уст Эдика это «твой» прозвучало сейчас издевательски, но Игорь словно и не заметил тона, уцепившись мыслью за само слово. На самом деле он отчаянно мечтал назвать однажды этого мужчину своим. И задержаться на рабочем месте ради очередной встречи с ним, пусть всего лишь в качестве парикмахера, оказывающего услугу клиенту, был безумно счастлив.
***
На работу в этот салон Игорь попал случайно: один из членов жюри конкурса профессионального мастерства, в котором принимал участие без пяти минут выпускник колледжа, приметил талантливого парнишку. И волей судьбы, но в общем-то вполне заслуженно, в тот счастливый день Игорь стал обладателем первого места для родной шараги, далеко не первого сертификата в свою копилку достижений и рекомендаций на работу по окончании учебы. Игорь с детства хотел быть только парикмахером и уверенно шел к своей мечте, делая прически, стрижки и всячески экспериментируя на младшей сестренке и ее куклах. Даже став старше, Игорь не изменил своей мечте. Первый любительский конкурс он выиграл еще в пятнадцать, поразив жюри своим незаурядным талантом и эстетическим чутьем. Он изо всех сил старался не обращать внимания на недвусмысленные шутки одноклассников, среди которых «Стилист — не профессия, а ориентация» была самой безобидной. В конце концов, кого должны волновать его предпочтения, кроме него самого? Тем более, ему нравились девушки, с двумя он встречался, правда, недолго. Парни тоже нравились. Как человека с художественным взглядом на окружающий мир его цепляла необычность, изюминка, яркая индивидуальность, за которой обычно скрывалась столь же неординарная душа. И гендерная принадлежность тут совершенно не при чем. Игорь ушел из школы после девятого класса и поступил в колледж, чтобы однажды стать крутым профессионалом в своем деле. За время учебы он не раз участвовал в различных дополнительных программах по обучению парикмахерскому искусству и соревнованиях, но уже как профессионал, и всегда занимал призовые места. Различные сертификаты и диплом с отличием — далеко не всё, чем мог похвастаться юноша. Главным было то, что в отличие от многих, избравших эту профессию, он обладал настоящим чутьем и пониманием того, чего на самом деле хочет клиент. Как преобразить человека, чтобы подчеркнуть имеющиеся у него достоинства или превратить в таковые недостатки. Ему повезло — недавний выпускник, практически без реального опыта, и сразу взяли в такое крутое заведение! Но несмотря на лестную рекомендацию близкого знакомого владельца салона, принимать там Игорька с распростертыми объятиями никто не спешил: мастера смотрели на него свысока, а администратор почти сразу начал распускать слухи, что невысокий, худенький симпатичный паренек со светло-рыжими волосами, карими глазами теплого янтарного оттенка и густой россыпью золотистых веснушек на фарфорово-белой коже просто вовремя подставил кому надо свой маленький упругий зад. Поначалу Игорю даже не разрешали брать в руки ножницы и подходить к клиентам, а лишь гоняли из угла в угол с разными поручениями — разложить полотенца, сварить кофе для клиента — хотя все это входило в обязанности Эдика. И только спустя две недели подобной «дедовщины», которую Игорь вытерпел с завидным упорством и достоинством, ему разрешили стричь так называемых «неважных» клиентов, потеря которых не грозила престижу заведения. Впрочем, это никак не сказывалось на качестве работы юного улыбчивого мастера, у которого легко получалось угождать посетителям на зависть коллегам. А однажды пришел он, Александр. Игорь как обычно раскладывал полотенца, когда услышал за спиной сначала звон колокольчика на входной двери, а затем громкий, притворно радостный возглас Эдика: — Добрый день, Александр Сергеевич, очень рады вас видеть! — Здравствуйте, Эдик, — раздался голос, который показался Игорю мягким, вкрадчивым и каким-то невероятно чувственным. В нем переливалось множество эмоциональных оттенков, но без труда угадывалось хорошо скрытое пренебрежение к собеседнику. Юноша не удержался и обернулся, чтобы посмотреть на обладателя волнующего тембра, и увидел высокого, стройного и очень привлекательного мужчину лет тридцати с темно-каштановыми волосами и смуглой кожей, одетого в черный костюм и туфли, уже на первый взгляд безумно дорогущие. В руках у посетителя, кроме смартфона последней модели, ничего не было — видимо, на улице его ожидал личный автомобиль. — Кофе, Александр Сергеевич? — спросил Эдик посетителя и тут же крикнул, — Игорек, сделай Александру Сергеевичу кофе как обычно. Игорь вздрогнул от неожиданности, услышав свое имя, и чуть не уронил чистые полотенца на пол. Что значит, как обычно? Он понятия не имел, какой кофе предпочитал этот Александр Сергеевич. И, похоже, подсказывать ему никто не собирался. Ладно. Игорь еще раз взглянул на посетителя, который уже успел сесть на диван, откинувшись на спинку, и что-то непрерывно просматривал на телефоне. Ладно. Он решительно подошел к кофемашине и выбрал программу приготовления эспрессо с двойным сахаром. Дождавшись ее окончания, он аккуратно подхватил тонкими пальцами блюдце с маленькой чашкой, наполненной до краев ароматным напитком, положил на краешек сложенную треугольником салфетку и понес клиенту. Мысленно подготовив себя к тому, что этот самый кофе может сейчас оказаться у него на голове, он поставил чашку на столик перед Александром Сергеевичем. Тот оторвал взгляд от экрана смартфона, посмотрел на кофе, потом оглядел с ног до головы самого Игоря, готового провалиться сквозь мраморный пол под непроницаемо холодной синевой глаз. Игорь поспешил было убраться прочь с этих самых глаз и продолжить прерванную работу, но… — Александр Сергеевич, к сожалению, произошел небольшой форсмажор, Володи сегодня нет, — мерзким тоном произнес за его спиной Эдик. — Вас обслужит Игорь, наш новенький. А вот это уже чересчур, подумал Игорь. Неужели Эдик так сильно ненавидит его, что готов пожертвовать постоянным и, по всей видимости, весьма обеспеченным клиентом, лишь бы подвести под увольнение? Ладно. Будь что будет. Он снова повернулся к Александру, сидевшему на диване и, о, ужас, прихлебывавшему приготовленный им кофе, элегантно зажав чашечку в пальцах, и улыбнулся ему той милой улыбкой, от которой сердца его клиентов мгновенно таяли как сахар в горячем чае. Если бы в этот момент он посмотрел на администратора, то от души посмеялся бы над его обескураженным видом: глаза Эдика чуть не вывалились из орбит от удивления, ведь обычно он подавал «Пушкину» капучино, но никак не эспрессо. Но Игорь смотрел только на Александра, ставшего сейчас для него центром Вселенной, — так он относился ко всем, с кем работал. — Пойдемте со мной, — произнес он и показал в сторону своего рабочего места, находившегося в самой глубине салона, подальше от роскошного холла. Александр Сергеевич поставил чашку на блюдце, легко поднялся с дивана и пошел следом за Игорем под удивленными взглядами уже не только Эдика, а всех остальных мастеров смены: никто из них не ожидал, что он согласится на то, чтобы его стриг абы кто. Но «Пушкин» спокойно сел в кресло, был ловко и аккуратно облачен в накидку с прозрачной вставкой впереди, чтобы клиент мог пользоваться мобильной техникой даже во время стрижки. К этому моменту Игорь совсем перестал волноваться. Он внимательно посмотрел на отражение Александра в зеркале, заправил длинную рыжую челку за ухо и снова улыбнулся. — Вам понравилось, как вас подстригли в прошлый раз? — спросил он, осторожно перебирая пальцами каштановые волосы клиента, оказавшиеся мягкими, словно шелковыми, на ощупь: клиент явно пользовался первоклассной уходовой косметикой. — Даже не знаю, что вам ответить. Да, наверное. — Александр произнес это, по-прежнему уткнувшись в телефон. — Позволите мне сделать немного по-другому? — набрался смелости Игорь. — Делайте. — Отлично! И работа закипела. Всем известно, что можно бесконечно смотреть на горящий огонь, бегущую воду и на то, как работает человек, увлеченный своим делом. На Игоря было любо-дорого посмотреть: он просто горел и всего за сорок минут успел управиться с мытьем, стрижкой, повторным мытьем, сушкой, доработкой и укладкой. Затем тщательно удалил специальным приспособлением волосинки с мускулистой шеи Александра, чтобы ни одна из них, ни дай бог, не попала на воротник его белоснежной рубашки или идеально черную ткань костюма, и снял с него накидку. — Готово, — произнес он, довольный результатом. Даже если его сегодня уволят за неправильный кофе или самодеятельность, вид клиента, его стараниями заметно посвежевшего и похорошевшего, станет для него отличной наградой. Игорь взял на себя смелость убрать лишнее с линии шеи клиента, чем выгодно подчеркнул ее красоту и идеальную форму лица, и сделал слегка небрежный удлиненный перед и челку. Такую стрижку можно было с легкостью уложить и в строгом деловом стиле, и просто небрежно растрепать для более неформального образа — тут все решало желание ее обладателя. Александр, который все это время залипал в телефоне, медленно поднял голову и поглядел в зеркало. Оттуда на него смотрел он сам, но красивее и моложе лет на пять-семь точно. Он встретился взглядом с искрящимися неподдельным счастьем янтарными глазами Игоря, и губы его дернулись в подобии улыбки. Впрочем, он тут же снова напустил на себя серьезный вид и встал с кресла. — Спасибо, — сказал Александр, — и за кофе, кстати, тоже. Как вы догадались, что я люблю очень сладкий эспрессо? Вопрос был риторический, Игорь лишь пожал плечами, не переставая улыбаться, и ответил: — Пожалуйста. Ждем вас через две недели. — До свидания! Александр удалился в сторону стойки ресепшена, чтобы расплатится за стрижку. А Игорь принялся не спеша убирать рабочее место. Будущий постоянный клиент в тот день оставил такие шикарные чаевые, что Эдик еще долго скрежетал зубами и перемывал ему кости на пару с Владимиром, у которого Александр Сергеевич стригся раньше. А Игорька не только не уволили, ему даже выделили кресло поближе к холлу, да и коллеги наконец-то признали его профессионализм. Ровно через две недели Александр снова приехал на стрижку, заранее обговорив время. Чашечка горячего сладкого эспрессо, приготовленного Игорем, уже ждала его на столике в холле, а сам Игорь с неизменной улыбкой — у кресла. Александр как бы между прочим заметил, что не возражает, если Игорь будет разговаривать во время работы, это помогает ему сосредоточиться на своих задачах. И Игорь понемногу начал рассказывать ему о себе и своей семье. О том, что наконец-то может позволить себе жить отдельно, и его комнату теперь с удовольствием занимает младшая сестра со всеми своими плакатами звезд k-pop и огромной коллекцией мягких игрушек. О радостно встречающим его с работы мопсе по кличке Жорж, с которым он любит подолгу гулять в парке по выходным. О прочитанных книгах и просмотренных фильмах… Он не знал, слушал ли его Александр, но рассказывал ему обо всем на свете в то время, как его руки с зажатыми в них инструментами ловко порхали вокруг головы клиента, деликатно касаясь волос, шеи, лица. Иногда Александр Сергеевич все-таки отрывал взгляд от своего смартфона и смотрел на Игоря. Тот был занят работой и попутной милой болтовней и просто не мог заметить легкой улыбки, которая появлялась на губах обычно серьезного клиента. За несколько месяцев работы в салоне и семь визитов Александра Игорь успел многое рассказать ему о себе. И влюбиться в него, как бы странно это ни звучало — в его завораживающий голос, строгий взгляд синих глаз, спокойствие и уверенность в себе, яркую, почти экзотическую красоту. Как можно испытывать романтические чувства к тому, с кем перебросился за это время лишь парой дежурных фраз, думал Игорь? О ком практически ничего не знаешь, кроме того, что он какая-то важная шишка в очень крупной компании, то ли нефтяной, то ли еще какой-то? Игорь ни разу не отважился сам спросить о чем-то Александра и уж тем более не стал бы выведывать информацию о нем у других сотрудников. Ему оставалось только гадать, что за человек приходил к нему каждые две недели на стрижку, все время что-то просматривал и печатал в смартфоне и совершенно неожиданно заставил полюбить себя? Болтая ни о чем и обо всем, Игорь часто задумывался: а есть ли у самого Александра такой человек, которому он мог бы так же легко рассказать обо всем, что его интересует или тревожит. Ну, конечно, есть, тут же приходил на ум невеселый ответ. Наверняка, у него замечательные отношения, в которых он счастлив. И даже если нет, что очень и очень маловероятно, у него есть работа, которая занимает все его время и приносит ему хороший доход и удовлетворение от жизни…***
Барбершоп работал до девяти, но мастера иногда задерживались после закрытия по просьбам особых клиентов. Игорь не был исключением, но сегодня в пустой и по большей части полутемный салон в первый раз к нему должен был прийти Александр. Это сильно волновало, потому что, вопреки его желанию, в голову лезли всякие мысли, в том числе и довольно смелые. Александр пришел в девять двадцать и был почему-то без своего вездесущего смартфона. Да и в целом, он заметно отличался от себя обычного — строгого и делового, даже одет сегодня был не в костюм, тесно облегающий его стройную фигуру, а в свободную рубашку в полоску, светлые джинсы и кроссовки. Игорь не удержался и сказал-таки, что Александру Сергеевичу такой стиль тоже очень к лицу. — Прошу, Игорек, давай по имени и на «ты», я не настолько старше тебя, — добродушно усмехнувшись, отреагировал на комплимент Александр. — Ну, что вы, я не могу обращаться на «ты» к клиенту, меня за такое просто уволят, — возразил ему Игорь. Он пребывал в приятном шоке от перемен, которые произошли с Александром. И работалось ему сегодня вдвойне легче и задорнее, чем обычно. Смеясь, они переговаривались друг с другом о всякой ерунде, а когда Игорь закончил с укладкой и критически взглянул на результат своих трудов, Александр неожиданно взъерошил идеально уложенные волосы и лукаво улыбнулся отражению своего мастера в зеркале. На такую выходку Игорь шутливо нахмурился, упер руки в бока и, не переставая улыбаться, обошел кресло, чтобы оказаться с «хулиганом» лицом к лицу. Глядя сверху вниз в смеющиеся синие глаза сидевшего перед ним мужчины, он вдруг решительно наклонился и прижался губами к его губам, тут же обхватившим и смявшим их в поцелуе. На затылок Игоря легла теплая ладонь, словно не давая возможности отстраниться. Да разве он захотел бы сделать это сейчас? Нет и миллион раз нет! Игорь закрыл глаза и полностью отдался власти Александра, его губ, рук, обнимавших его за талию и шею, и сам не заметил, как оказался сидящим у него на коленях. — Между прочим, здесь везде камеры, — задыхаясь от переполнявших его эмоций, прошептал Игорь, когда этот первый, но очень жаркий поцелуй, наконец, прервался. Он обвил тонкими руками шею Александра и отпускать не собирался. — Мне все равно, сколько с меня могут потребовать за эту запись, — улыбаясь, ответил ему Александр. И после короткой паузы добавил. — Спасибо тебе, мой смелый мальчик. — Ты говоришь спасибо за стрижку или за поцелуй? — За тебя самого, солнце.
