Такая странная любовь.

Темная комната. Однако в этот раз она ничего не скрывала. Девушка как на ладони была видна Чонгуку, который наконец-то оказался в комнате, при этом чуть не снеся дверь с петель. Его жена, которая до этого момента надеялась, что сможет скрыться от мужа, сейчас сидела в углу, поджимая ноги к туловищу. Ее лицо, опухшее от слез, которые она пролила не только за последние несколько часов, но и задолго до этого, сейчас выражало только страх. Страх перед прекрасно известными ей действиями. Действиями, которые с педантичностью повторялись раз за разом. Чон также выделялся в этой темноте, несмотря на то, что одежда была его темных оттенков. Со стороны во внимание сразу же бросался этот контраст, создаваемый ими же. Она, в светлом, он же весь окутанный тьмой, окутанный ей уже так давно. Вот и сейчас, помимо его внешнего вида в общем, выделялись глаза мужчины. Глаза полные ярости и безумия, которое так внезапно там поселилось. Безумие, которое не давало спокойно жить не только ей, но и ему. — Нет, Чонгук, не надо, — начала шептать девушка, стараясь хоть немного отодвинуться в сторону, хоть и сидела в углу, однако муж, резко ухватив ее за ноги, одним рывком притянул к себе. — Ну почему же, ты же так любишь внимание, — таким же полушепотом ответил он ей, заглядывая в глаза, пытаясь что-то найти, — Особенно от чужих мужчин. — Это не так, — пытаясь воззвать мужчину к разуму, отвечала девушка, стараясь скинуть его руки, — И ты это прекрасно знаешь. — Раз так, то думаю, тебе понравится то, что будет дальше… Чонгук, не церемонясь, навалился сверху, придавливая ее своим весом к полу, и тем самым не позволяя ей совершать лишние движения, которые его сейчас так раздражали. На данный момент его глаза застилала пелена ревности, которая закрывала его глаза вот уже на протяжении полугода. Сейчас, все, что он видел перед собой, так это свое непреодолимое желание обладать собственной женой, и этим доказать всем, кто посмел на нее посмотреть, то, что она занята. И занята не абы кем, а им. И только им. Только он обладает ее телом и душой. И только ему позволительно себя так вести. Не обращая внимания на жену, которая по-прежнему всячески пыталась вырваться из-под него, Чонгук, влепив звонкую пощечину, вторгся в некогда прекрасное, а на данный момент истощенное и покрытое шрамами, синяками и царапинами, но, как и раньше, очень любимое им тело. Он не помнил сколько именно это длилось. Для него это не имело никакого значения. Единственное, что запечатлелось в его памяти, так это безграничное удовольствие. Удовольствие, которое не имело себе подобных. Удовольствие, которое Чонгук получал под вой своей жены, которая просила его перестать, просила его вернуть ей того Чон Чонгука, который когда-то клялся в том, что не причинит ей ни боли, ни страданий, любящего ее Чонгука. Сделав свои дела, и утолив свою жажду, мужчина, как ни в чем не бывало, поднялся и вышел из комнаты, оставляя жену одну. Одну наедине со своими мыслями. Пролежав какое-то время на том же месте, она, наконец-то, поднялась. Все тело отзывалось болью на каждое движение, пусть даже самое незначительное. Но что самое неприятное, болью отзывалась ее душа, которая до последнего верила Чонгуку, верила в то, что он изменится. Верила, что вернется тот Чон, что когда-то с улыбкой будил ее по утрам, покрывая ее тело нежными и такими трепетными поцелуями, которые доставляли ей просто непередаваемое удовольствие. Чон, который частенько хозяйничал на кухне, стараясь порадовать любимую своим очередным кулинарным шедевром. Чон, который когда-то сам, замечая восхищенные взгляды других мужчин на свою жену, шутил над этим, повторяя, что как же ему повезло. Все это был все тот же ее Чон Чонгук. Однако теперь он изменился до неузнаваемости. Внешне он выглядел также, но вот внутри сидел незнакомый ей человек, не тот, которого она когда-то полюбила. Этот Чонгук вселял в нее животный ужас. Чонгук, заставляющий одним своим взглядом сжиматься. Это был не ее любимый муж, хотя она по-прежнему его любила. Придерживаясь за стену, девушка вышла из комнаты. Медленно обойдя квартиру, которая когда-то была полна их общими счастливыми воспоминаниями, однако сейчас этими воспоминаниями приносила лишь боль и страдания, она так и не нашла мужа. На небольшом столике она заметила их общую фотографию, которую девушка неоднократно порывалась оттуда убрать. Однако Чон каждый раз возвращал ее обратно. Да, моментами ее Чонгук возвращался. И именно в это время он приползал к ней с извинениями, которые она не могла не принять, потому что все также любила. Понимая, что уйти от него просто напросто не сможет, девушка решилась на отчаянный шаг. Шаг, который на данный момент ей казался правильным, верным, который решил бы все. Покопавшись в небольшой сумке, она нашла то, что искала. Маленькие белые таблетки, которые должны были решить все. Все то, что не смогли решить они с Чонгуком. А дальше все происходило быстро, настолько, чтобы не передумать, настолько, чтобы успеть. Трясущимися руками она высыпала содержимое себе на ладонь, а затем также быстро отправила все в себя, параллельно стирая с лица непрошеные слезы, которые сейчас застилали ее глаза, показывая все в размытом фокусе. Запив это все, она принялась ждать. Решение на этот раз пришло очень быстро, даже внезапно, унося эту измученную, но жаждущую душу куда-то в бесконечность и безмятежность. Вернулся Чонгук домой только через несколько часов. Открыв входную дверь, квартира встретила его странным холодом, который раньше он никогда не чувствовал. Сразу почувствовав что-то неладное, Чон быстро прошел в дом, направляюсь в комнату, где и оставил девушку до этого. Однако ее там не оказалось. Сердце мужчины в неприятном предчувствии забилось быстрее. Вылетев обратно, Чонгук направился в гостиную, паралельно зовя жену. В момент, когда он зашел в гостиную и нашел свою жену, кажется, остановилось его собственное сердце. Она, смысл всей его такой странной жизни, лежала без признаков какой-либо жизни, а рядом с ней находилась их общая фотография, которую он так любил. На негнущихся ногах Чонгук подошел к ней, а затем рухнув рядом, притянул к себе, прижимая к собственному телу. Он до сих пор не мог поверить, что она так поступила, что оставила его вот так вот, так быстро и внезапно. Продолжая обнимать жену, Чон рыдал на всю квартиру. Рыдало и его сердце, которое сейчас готово было биться за двоих, лишь бы она была жива. Рыдала и его душа, которая сейчас не хотела отпускать ту, что любила больше жизни. Неожиданно все прекратилось. Чонгук, который до этого момента буквально разрывался, резко остановился. Осторожно поднявшись, мужчина, словно ничего не произошло, принялся что-то искать по комнате. А найдя, безумно, но очень грустно улыбнулся. Оказавшись рядом с ней, он высыпал в себя практически всю упаковку каких-то лекарств, все то, что ему удалось найти. Запив это все, он также, как и его жена несколькими часами ранее, принялся ждать. Ожидая нужного эффекта, Чонгук ласково гладил свою любимую по щеке, молясь всем, кому только можно, чтобы он отправился туда же, куда и она. Последнее, что он помнил так это то, что просил ему дать возможность попросить у нее прощения. Странное место заполненное светом. Здесь ничего толком не было, однако впереди вырисовывались какие-то очертания, какие-то предметы и силуэты. И только две фигуры, которые стояли ближе всех, нежно обнимали друг друга, делясь любовью и деля ее на двоих.