two of hearts

Баттерс ловит лучи только-только вставшего солнца и не понимает, откуда исходит этот глухой звук ровно до одного момента: в одно из двух окон прилетает камушек, заставляющий испуганно подскочить и уставиться прямиком в источник шума. Маккормик… Что он тут забыл? Часы на стене показывают шесть часов утра, а для первого дня каникул это уж слишком ранее пробуждение! Открыв окно, Стотч вопросительно кивает и ловит улыбку снизу: — Пошли это… Уточек половим, камушки в озеро покидаем, — Маккормик потирает нос и кричит уж слишком громко для шести часов утра. Что он вообще делает в такое время под его окном? Если родители проснутся, то будет ужасно… — Я не могу, меня не выпустят, — Шипит со второго этажа парень и старается всем своим видом намекнуть на скорейший уход товарища. Нет, Баттерс бы ни за что не пропустил такую прогулку в тишине улиц, когда все вокруг только-только просыпаются и не спешат заполонить шумом их городок. Стотч нервничал, ведь все таки оплеуху получить мог неземную, а просидеть дома несколько дней, если не недель его совсем уж не радовало! — Все спят, ириска, пошли. Ненадолго, обещаю, — Пародирует его шипение Кенни и покусывает губы, непрерывно смотря вверх, прямо на взбаламученного друга. — Не смогу выйти, Маккормик, как бы не хотел! Последнее оправдание так, чисто из-за сомнений. Уж очень хотелось почувствовать дух свободы в этом прохладном и тихом утру. — Прыгай на крышу гаража, а внизу я тебя словлю, — Отсюда видит как тот подмигивает и Баттерс клянётся, что щеки вновь дурно вспыхивают при таком взгляде на него. Он был слишком слаб чтоб отказаться от такой заманчивой идеи. Положив пару подушек под одеяло, якобы спит самым сладким сном, парень надевает первую попавшуюся толстовку и не меняет пижамные штаны. Собравшись с духом, Баттерс щурится и спускает ногу на крышу, стараясь все провернуть крайне тихо. Та еле дотягивается, но низкорослым парень не был, потому вторая нога так же быстро спускается и чувствует желанную опору. Первое препятствие пройдено, осталось лишь прикрыть окно и спрыгнуть вниз. Одно делается быстро, а вот второе с явной задержкой, ведь высота была слишком впечатляющая. Как бы не упасть плашмя на асфальт… — Я ловлю, — Вытянутые руки вверх, очень худые кстати, но удачно скрываемые курткой. Такому щуплику доверять свое не самое лёгкое тело очень опасно! Но Стотч послушно спускает сначала одну ногу, а за ней и вторую, когда как широкая ладонь накрывает сразу две и сжимает крепко, едва ли не тянет на себя. От такого прикосновения в груди заныло, но Баттерс только прикрывает глаза и отталкивается, ожидая худшего. Но Слава Санте, сегодня обошлось без переломов конечностей, ведь Маккормик удивительно крепко сжал его бёдра руками и прижал чуть ближе, смотря снизу вверх из под расслабленных век. Так и не скажешь что руки через несколько секунд затрясутся и будут требовать немедленного снятия нагрузки. — Я же говорил, — Опускает наконец на землю и только сейчас Стотч осознаёт, что вышел в одних носках и домашних тапочках. Черт… — Плохая идея, — Грустно бормочет он и двигается к пруду неподалёку, теряя позади Кенни. Тот, благо, быстро ровняет шаг и заглядывает в опущенное лицо друга, с привычным ему расслабленным выражением вещая: — Да ладно, когда бы ты ещё такое сотворил, — Сбоку вырывается смешок, а рука ложится на плечи и прижимает ближе, заставляя недовольного до этого Баттерса прижаться к груди, чувствуя тепло куртки и запах дешевого одеколона. Готовился, что ли… — А как залезть то обратно потом? — Не парься, подсажу, — Осуществить первые два слова было крайне сложно, ведь Стотч натура слегка тревожная, но он постарается. Если бы не мысли о родителях, то он с радостью сейчас рассказывал бы Маккормику о чём то отдалённом: он любит болтать, а Кенни любит слушать. — А ты чего не спишь? Все таки унимается парень, ровняясь и не чувствуя пустоту на плечах. Все ещё идут вот так странно, но приятно. — Родичи опять кости друг другу перемалывают, вот и решил прогуляться, — Усталости на лице не наблюдалось, хоть и время совсем ранее. Баттерс привык рано вставать, но так неожиданно не особо, конечно, потому вялость все ещё виднелась на его моське. — Ты главное не расстраивайся! У меня родители тоже часто ссорятся, но потом всё как обычно! Бывают такие периоды у женатых, думаю, твои не исключение… — Сто-о-отч, — Протягивает гласную друг и лениво посмеивается, отпуская того из таких комфортных объятий. Маккормик сверкает щербинкой, а Баттерсу вдруг так забавно со всего этого, что не сразу замечает насколько быстро они пришли к пруду. С утра тут ни души, только вот обещанные уточки все ещё спят. В голову подкатывается мысль, как ему было бы лучше сейчас — нежиться в тёплой кроватке или же гулять с другом у пруда. Ответ не приходит, но сейчас ему крайне хорошо. Рисковые вещи такие манящие! Вообще, с Маккормиком все казалось таким же притягивающим и крутым, что чувства все больше и больше тащили его к этому человеку. Может быть, являйся он кем похуже, это завело бы Баттерса в череду не самых приятных событий. Но Кенни хоть и легкий разгильдяй, для Стотча он же был чудесным другом. Интересно, будь он такого же мнения, не уйди тогда с тусовки вместе с ним? Марш тогда предоставил свой дом в качестве сбора подростков, что отчаянно хотели выпить дешевого пива и не скрываясь спокойно покурить, а Стотч нервничал, как бы вещи не пропахлись этой адовой смесью и все поглядывал на часы, неумолимо идущих к десяти часам. Маккормик выловил его на заднем дворе куда все выходили на покурить, а Баттерс лишь вдохнуть свежего воздуха после духоты комнаты, да и диалог завязал совершенно рядовой. Слово за слово и Кенни провожает его до дома, слушая безудержную болтовню знакомого. Так как-то завертелось, что после этого события фигуру Маккормика он стал видеть рядом чаще, прогулки к дому стали чем-то обыденным, а желание увидеться стало неожиданно сильным. С обеих сторон, но Стотчу оставалось лишь догадываться об этом. — Красиво? Вырывает из мыслей вопрос, из-за чего парень ойкает и не сразу замечает сидящего на газоне друга. Тот почему-то был в одной футболке, а его кофта расстилалась на земле, пока сам он сидел на корточках рядом и крутил в руках помятую пачку сигарет. Стотч помедлил с несколько секунд и неуверенно присел на поданную вещь, нервно перебирая собственные пальцы. Взгляд медленно идёт по небольшому водоему, в отражении воды которого виднеется вставшее солнце. Водичка слегка колышется, а домик уточек, что поставлен сюда отчасти в целях декорации выглядел более чем миленько. Пахло свежо и легкий ветер поддевал белёсые волосы обоих, будто напоминая о своём присутствии тут. Совсем скоро послышится чириканье птиц и обещанные уточки проснутся, забавно окуная головы в чистую воду. — Очень…, — Завороженно шепчет Стотч совершенно точно уверенный в том, что Маккормик вместе с ним наблюдает за такой красотой. — Бывал в такую рань тут? Он вертит в руках пачку до сих пор, но лишь теребит край и не удосуживается достать никотиновую палочку. Баттерсу только в радость — запах сигарет не переносил, он заставлял окунаться в странные и еле останавливаемые приступы кашля. — Нет, тут нет… Но на речке за городом приходилось! Отец взял с собой на рыбалку, там то я и раньше вставал, — Вспоминает он, наконец оставляя в покое пальцы и отводит руки назад, упираясь на них. Взгляд куда-то в другой берег пруда устремлён, — Поймали, но немного… Но было интересно, хоть и рыб жалко. Маккормик сбоку хмыкает чему-то, завоевывая взгляд Стотча. Правда, хмурый — на секунду показалось, что того веселит смерть рыбок! — Ну, городской запах пруда с атмосферой загородной речки не сравнится… Хотя, что нам мешает словить попутку и добраться туда прямо сейчас? — Ой, нет, ты о чем?! На это я точно не решусь, — Спохватывается Баттерс и мотыляет головой из стороны в сторону, представляя, какие последствия его ожидают, если родители узнают о его местонахождении, да ещё и в такое время…, — Мне с тобой тут лучше всего! Знаешь, подъем в четыре утра и сон в палатке с комарами так себе затея! А их там ух, просто жутко… А тут ты и пруд, это намного лучше чем то! Ты ведь намного лучше комаров, Кен, а поговорить с тобой лучше, чем с отцом! Тараторит не переставая, всматриваясь в застывшее выражение лица Кенни — не удивленное, со вскинутыми бровями, легкой улыбкой и будто ожидающего ещё более откровенных признаний. Когда речь была досказана, а лицо вспыхнуло вновь, Маккормик тут же оттаял и засмеялся, откидывая голову назад. Посмотреть на его профиль и задумчиво пожевать губу, чтобы дальше отвернуться к воде и заметно поникнуть. Вот бы Кенни не подумал что это слишком странно и не свинтил отсюда… — Мне тоже нравится с тобой разговаривать, — Наконец подаёт голос друг, из-за чего Стотч сразу выпрямляется и улыбается, будто мыслей ранее и не было никогда, — И слушать тебя тоже нравится. Ой как сердце то забилось… Баттерс от волнения готов был в воду нырнуть, лишь бы сбавить жар в теле и мыслях, резко улетевших с чемоданчиками куда-то в отпуск. — Это очень хорошо! Знаешь, иногда родители мне говорят что я слишком много болтаю, но с ними я говорю в два раза меньше, чем с тобой! Или с друзьями по видеосвязи из других штатов… — Они врут, — Маккормик улыбался, хоть и на крупицу был согласен с тем, что Стотч любит потрепаться. Но точно не в плохом контексте, ведь он, являясь человеком не самым разговорчивым, находясь рядом с такими людьми чувствовал себя более чем в своей тарелке. Ведь рядовые ответы никак их не смущали и только продолжали поток информации. Баттерс был таким и это было просто прекрасно. — Правда? И на окрылённого друга смотреть одно удовольствие. Кажется, его радовал даже самый маленький, вскользь сказанный комплимент. Это мило, особенно его реакция, но ужасно было представить то психологическое давление, оказанное его родителями. Свои не лучше, конечно, но иногда Маккормику прям таки казалось, что поколачивания стоят на ступень ниже, чем ментальные приемы. — Правда, правда, — Кивает он и этим самым вселяет в Баттерса частичку счастья. Так приятно получать от любимых людей признания! Любимых… Кажется, Стотчу нужно основательно задуматься над званием Маккормика в собственной башке. Наблюдая за тем, как друг неуверенно кладёт пачку обратно в карманы штанов, парень внутри ликует и на радостях один волнующий вопрос вырывается сам по себе: — А ты почему не садишься? Намекая на расстилающуюся куртку, Стотч вопросительно ведёт бровью и уже готов было двигаться на самый край, дабы дать другу больше места, но слышит ответ: — Так я специально для тебя, ириска. Сиди, мне и так хорошо, — Слабо отбивается он, но и без того смущенному Баттерсу хватит этих слов чтоб замереть и спешно отвести взгляд к проснувшимся уточкам. Те нелепо топают с бортика их домика, погружаясь в прохладную воду и окунаются, мотыляя головами из стороны в сторону. — Смотри какая красота, — Шепчет тихо, будто те точно могли услышать и спрятаться. Хотя наверняка этим милым созданиям уже предельно все равно на людей, ходящих сюда изо дня в день. Но Стотч боковым зрением уловил, что друг рядом и не спешит смотреть в ту же сторону. Пару секунд, десять, все это время Маккормик просто смотрит в профиль друга, не уделяя внимания уточкам! Да, Баттерс уже не такой заспанный, а след от подушки ещё давно должен был сойти с щеки, но это явно не красивее чем те уточки. — Что-то не так? Не выдерживает, поворачивается и одаривает вопросительным взглядом, после чего напротив следует улыбка. Баттерс не понимает, выглядит он нелепым или самым серьезным, ибо Кенни взгляд не отводит, лишь глазами по лицу бегать продолжая. Такие кульбиты прямо в солнечном сплетении он редко чувствовал, а непонятную атмосферу хотелось продлить на ближайшую вечность, ведь так до жути хорошо и спокойно, что забылись прежние тревожные мыслишки. — Баттерс, — Зовут его неожиданно, вырывая из собственных дум и заставляя вновь сосредоточиться на лице напротив. Россыпь веснушек и голубые глаза изначально очень сильно бросались во внимание, а белёсые волосы, прядки которых обычно было видно из под капюшона, сейчас представляются в полной красе, демонстрируя пушистость, — Можно тебя поцеловать? Вопрос заставил разлепить сонные глаза окончательно и вызвать еще большее давление в груди, перетекающее куда-то в живот. Странное чувство, но приятное… А что Баттерс? Согласен ли он? Наверное, да… Он хотел бы. Но боится, жуть! Он ведь никогда по взрослому то и не целовался… А Маккормик, по слухам, имел в этом необычный успех. Ой как не хочется опозориться… Стотч глаза закрывает до белых блёсточек и губы в трубочку вперёд вытягивает, дожидаясь заветного прикосновения, но последующие секунды их не следует, из-за чего приходится открыть один глаз и уставиться на Кенни. Склонив голову набок тот чего-то ждет, а Баттерс резко расслабляет лицо и едва ли не загорается от стыда. Облажался, теперь точно целовать не захочет… Но Маккормик в момент все же садится рядом на колени и подаётся вперёд, даруя легкий поцелуй в уголок губ. Не такой как у взрослых, не глубокий и совсем короткий, но бенгальские огни внутри возгораются и даруют непередаваемые ощущения в теле. Баттерс глупо пялится на него, но ему кажется это слишком малым. Хмурится чутка, руки вперёд тянет и хватается за ткань футболки у груди, чтобы потянуть на себя и словить напоследок слегка удивленное лицо Маккормика. Губы к чужим прижимаются на несколько секунд, но по наглому хочется ещё и ещё, ведь внутри огни горят так ярко и красиво, но будто не на полную мощь. Благо, Кенни быстро решает эту проблему лишь одним незамысловатым действием — приоткрывает рот и язык в чужой запускает, что открылся сразу же после первого. Вот они, фейерверки в желудке, под рёбрами и внизу живота. В разы не сравнятся с теми бенгальскими. Стотч понимает прекрасно что он не силён в чем-то подобном, но ведь учиться где-то надо, так? Потому он старается следовать за другом, насколько сейчас уместно называть его так, чувствуя улыбку прямиком в поцелуе и руку на шее, таком чувствительном участке тела. Баттерс мурашками покрывается целиком и полностью, непонятно от ветерка или от происходящего, а ведь его даже не оттолкнули из-за неумения! Это так приятно, приятнее даже чем сам поцелуй. Хотя, наверное, он бы ещё подумал… Руки его неуверенно к лицу чужому потянулись и гладили слегка щетинистые скулы, пока загривок и шею всячески облюбовали. Ох, нет, это точно лучше чем сон в тёплой кроватке. А может, все это сон? Потому что вряд ли ещё он сможет так спокойно сейчас чувствовать прикосновения перетекающие к спине, а собственной рукой спускаться к груди и сжимать отчаянно ткань легкой футболки. Но Маккормик отдаляется и довольно улыбается тут же, а Стотчу уж больно нравится видеть его румянец и влажные губы в свете проснувшегося солнца. Руку перехватывают и переплетают пальцы, но вот со спины никто ладонь убирать даже не думает. Баттерс на опомнится дает себе несколько секунд, но когда понимает что сейчас произошло и в каком положении они сидят, лицо вновь вспыхивает пуще прежнего, заставляя руки слегка подрагивать от волнения. Это намного лучше чем было в мыслях… Поодаль слышится начинающееся движение машин, но Стотч слышит только биение собственного сердца и чувствует тепло руки в своей. Мысли набатом бьют по голове, пока парень рядом не озвучивает время. Полтора часа прошло, родители могли уже проснуться… Стоило поспешить. — Все в порядке? Интересуется Маккормик, подавая руку встающему парню. Тот потёр шею и посмотрел в голубые глаза: — Да, все хорошо… Со стороны это выглядело ещё более неуверенно чем представлялось, потому Кенни слегка напрягся. — Уверен? Не бойся, озвучивай все что думаешь, — Куртка была наброшена на плечи, а рука будто по инерции легла на плечо Стотча, слегка поглаживая. Озвучивать все что думает? Это было бы так стыдно, что он не смог бы потом смотреть в глаза Маккормику, потому он мнётся и мякнет под рукой на плече, чтобы прервать молчание и бездействие простыми, но до жути приятными объятиями. Расслабиться в руках на спине и сжать ткань чужой кофты покрепче, выдохнуть все свои чувства. Кажется, его поняли без слов. И все таки залезть было довольно легкой задачей, невзирая на то, что ноги предательски соскальзывали с плитки и дрожали, но Кенни героически помогал и в конечном итоге лишь хмыкнул, когда Баттерс с неловким «ой» буркнулся на пол своей комнаты. — Аккуратнее, — Сквозь смешок шипит он не слишком громко, но так, чтоб встающая макушка в окне услышала все предельно четко, — Зайду сегодня в пять за тобой, выспись. Не дав времени на ответ, он отсалютовал парню на прощание и улыбнувшись самой яркой улыбкой, Маккормик неспешно побрел в сторону своего района, пока Стотч прекрасно осознавал тот факт, что вряд ли ему удастся заснуть.