ВОЗВРАЩЕНИЕ

— Туча… грозовая туча… ливень… вода… полив… — я едва заметил, как в моём сознании стали мелькать обрывочные мысли, но пока ещё не представлял, чем всё это может закончиться, эта спонтанная игра мыслей.       А завершилась она довольно неожиданно, так как до меня, наконец, дошло, в чём я был неправ во время проведения первой попытки, и как теперь нам всем стоит поступить, чтобы Одея вспомнила ещё и Мию с Витаей, теперь уже точно. — Мия, Витая… нам потребуется тучка…. Создайте грозовую тучку, примерно такую, какую вы создали в прошлый раз, поливая веточку Одеи, сразу после того, как посадили её в землю. — я свои мысли произносил почти шёпотом, но уже будучи точно уверенным, что это сработает. — Одею надо полить. Полейте кустик из этой маленькой тучки, как поступили тогда…. Ну же, давайте. У вас всё получится. Теперь точно получится. — Что…? О чём ты говоришь, Виталий? — обе девочки смотрели на меня, пока я обращался к ним, поначалу удивляясь моим мыслям, и не понимая, о чём я им говорю, но затем на их лицах засияли улыбки, и они хитро переглянулись между собой, кивнув друг другу. Девочки теперь тоже догадались, о чём я им говорил, о настоящем смысле моих слов.       Кустик по поведению девочек похоже догадался, что сейчас что-то должно было случиться, и заволновался. — Одея, не бойся того, что вскоре произойдет, тебе это не навредит, а наоборот понравится, и ты, наконец, вспомнишь девочек. — радость постепенно заполняла и меня. Теперь я знал, в этот раз всё получится, всё обязательно сработает, и Одея вспомнит девочек, вернётся себе память о них.       А между тем в нескольких метрах над верхушкой кустика небо начало постепенно темнеть. Над ним собиралась грозовая тучка. В этот раз она была гораздо больше по размерам, но ведь и кустик теперь не был единственной маленькой веточкой.       Внутри тучки засверкали молнии, и мы сразу же услышали довольно громкий треск от электрических разрядов. Затем хлынул ливень, и тёплые потоки воды стали омывать веточки и листики Одеи.       Я заметил, что поначалу она всячески пыталась отстраниться, уйти в сторону, закрыться от низвергающихся потоков воды, наверное посчитала их опасными для себя, но затем напряжение с веточек Одеи постепенно стало сходить. Видимо, кустик понял, что ему всё же ничего не угрожает, а с неба льётся обычная вода, и спустя несколько мгновений уже сам стал подставлять под струи дождя свои веточки с листиками, стараясь не упустить ни единой капли.       Этот ливень был кустику приятен.       Он словно принимал душ, какой также «смывал» с него незнание и забывчивость. Этот ливень менял Одею, менял её память, менял её чувства, менял её суть.       Мы все трое смотрели на Одею, ополаскивающую свои ветви и листья под тёплым дождём, шедшим из тучки над кустиком, и на наших лицах сияли счастливые улыбки. Никто из нас троих уже больше не сомневался, что Одея на этот раз действительно вспомнит Мию и Витаю, теперь уж точно.       Спустя некоторое время, дождик, наконец, прекратился, а тучка сначала посветлела, превратившись в лёгкое облачко, а затем и вовсе рассеялась.       Одея стряхивала с себя лишнюю влагу.       Затем из своих веточек и листиков сложила подобие ладоней, приглашая девочек прикоснуться к ним. Атлантийки не заставили себя долго ждать, и ладони девочек, обвитые ветвями Одеи, слились в приветственных объятиях. А спустя ещё несколько мгновений кустик практически сразу же обвил руки обеих девочек уже до локтей, что означало с его стороны очень сильную привязанность.       В этот раз Одея их вспомнила, всё действительно получилось.       По лицам атлантиек вновь вовсю струились слёзы, девочки вновь плакали, но в этот раз уже от счастья, а Одея мерно покачивала из стороны в сторону остальными своими ветвями.       Все они были счастливы, да и я тоже радовался тому, что всё вышло так удачно, хотя конечно и не сразу.       А предыдущая попытка вернуть память Одее о девочках, как оказалось, обернулась неудачей потому, что я ошибся и выбрал неправильный момент в событиях первого контакта девочек и кустика. Всё дело было в том, что изначальное событие прикосновения девочек к веточкам кустика ладонями, о каком я их попросил, не являлось ключевым для этой троицы. Оно было важным именно для меня и Одеи, и произошло именно при моей первой встрече с ней. И только поэтому всё это сработало в моём случае, но не в случае атлантиек.       Я осознал это не сразу, а только в тот момент, когда мне на глаза попалась далёкая гроза.       В случае же девочек знаковым событием оказался момент посадки Одеи на созданной детьми планете и последующего за тем полива веточки кустика из тучки, какую создали Мия с Витаей.       Не сразу, не с первой попытки, но я всё же каким-то чудом осознал, что, для восстановления памяти Одеи, людям нужно было поступать так, как они вели себя при первых своих контактах, при первых знакомствах с кустиком. И более того, фактор первого контакта с Одеей также не был полностью определяющим. Необходимо было также учитывать и эмоции, их силу и «яркость», какие люди вкладывали в эти самые моменты своих знакомств с живым исцеляющим кустиком.       Не знаю почему, но я предположил, что хоть она и забыла практически всё, в памяти Одеи ещё могли храниться не только самые первые моменты встреч с атлантийцами, но и самые эмоционально насыщенные и яркие, хотя уже и единственные для каждого случая контакта человека и кустика, а всё остальное, блеклое и незначительное вполне могло быть полностью стёрто без возможности восстановить хоть что-то.       И похоже, что эта моя догадка работала, а значит подобным образом можно было постепенно восстановить память Одеи и обо всех остальных атлантийцах.       Пребывая в состоянии эйфории от осознания, что теперь всё сработало, а также радуясь за девочек, я не стал им мешать общаться с кустиком, и отошёл подальше. Нашёл ближайшее дерево и сел на землю, прислонившись спиной к его стволу. На душе у меня было легко, и я, сидя на земле недалеко от девочек и Одеи, наслаждался этим состоянием….       Очнулся от того, что Витая теребила меня за плечо, приводя в чувство и возвращая в реальный мир, а Мия тем временем обрывала ветви растения-гибрида, освобождая меня от его захвата. — Ах…! Да чтоб тебя…! — сознав, происходящее, я сразу же вспомнил свой предыдущий опыт поимки меня этим жутким растением и, как ошпаренный вскочил на ноги, окончательно освободившись от этого странного растения. — Бррр…! Вот же ж зараза приставучая, достала уже! — Ох, извините меня, Мия, Витая. Я забылся, забыл на мгновение об этом странном растении и о том, какое оно на самом деле. — Что ж, Виталий, впредь, когда ты будешь находиться здесь, проявляй внимательность и осторожность, и, пожалуйста, не забывай больше о нём. — произнеся эти мысли, Витая взяла меня за руку. В ответ на её замечание я слегка кивнул головой, подтверждая, что услышал и понял атлантийку. — Что ж, нам пора возвращаться, но теперь мы сюда обязательно вернёмся, и не один раз, так что не скучай Одея, жди нас очень скоро, и очень хорошо, что ты всё же вспомнила нас. — произнесла исполненные радости мысли Мия, а я тем временем ощутил волну тепла, в одно мгновение прошедшую через всё моё тело от кончиков пальцев ног до макушки головы. Ещё, спустя миг, в моих глазах ненадолго возникла темнота, а затем мы все трое уже очутились в цветущем саду, раскинувшемся вдоль стены по всему периметру здания. Это был атлантийский дворец, точная копия дворца, какой существовал и в старом городе Атлантиды. — Забавно, это было уже третье место, где селились атлантийцы, и везде оказывались возведенными их жилища и дворец, в неизменном виде. Подобным образом воссоздавался весь город атлантийцев вот уже в третий раз. — я был слегка заинтригован проявившимися фактами, однако, практически сразу же наступило понимание, ведь создать детям Атлантиды город, со всей его вспомогательной инфраструктурой на самом деле стоило лишь небольших усилий. Практика в этом деле у них была большая, просто огромная, так как ранее они создали из энергии не просто какой-то там город, но планету целиком, с самого момента её сотворения. Так что теперь я воспринимал подобное спокойно.       Проходя вместе с Мией и Витаей по рукотворному прекрасному цветущему саду, я заметил чуть дальше по ходу беседку, утопающую в зелени. Её тоже окутывали лианы, но только эти побеги были уже не тем загадочным растением с большими листьями круглой формы. Этого гибрида на данной планете не было, как и самой Одеи. — Хоть мы и возвели на этой планете наш город, и находимся здесь уже довольно давно, однако нам всё же не стоит здесь обживаться окончательно. Тяготение данной планеты довольно большое, и оно всё равно мешает многим из нас. — воспринял я мысли какого-то мальчика, явно находившегося в беседке. — И мы тяготение на планете не поменяли специально, чтобы показать всем, что эта планета не наша Атлантида. — Я соглашусь с Яром, да. Здесь тоже неплохо, но однако же Атлантида, та планета, это творение наших детей, и она мне нравится больше. — воспринял я и мысли Нары. Ага, значит, рядом могут быть и Кида с Майло.       Что ж, я намеревался это в скором времени выяснить. — Вернуться на Атлантиду вполне возможно хоть сейчас, только для этого надо будет очистить планету от этого странного растения. Это под силу нашим детям, но вот только придется что-то делать ещё и с Одеей. Если она останется на Атлантиде, то всё может повториться снова и снова, каждый раз. — а это были уже мысли Майло. — Как…?! Вы что, вместе с этим растением с Атлантиды хотите удалить ещё и Одею?! — прозвучали мысли какой-то девочки.       Видимо, в беседки на данный момент могли проводить импровизированное собрание совета, так как на улице было достаточно комфортно находиться в данный момент. В здании в это время могло быть жарко и душно. — Да, Линея, это придётся сделать, иначе всё повторится через какое-то время, и это растение появится вновь. — снова прозвучали мысли Майло. — Но это же ведь Одея, мы не можем от неё так просто избавиться, убрать с Атлантиды. — Линея всё не унималась, пытаясь отстоять свою точку зрения, снова и снова приводя аргументы в защиту исцеляющего кустика. — Линея, а стоит ли её оставлять, ведь теперь она уже забыла нас всех? Если бы она помнила хоть кого-нибудь, тогда бы я ещё подумала над этим, но… теперь… — Кида высказала свою точку зрения. Она тоже присутствовала в этом месте. Однако её прервала Витая, подходящая к беседке вместе со мной и Мией. — А теперь Одея вспомнила. Сначала она, оказывается, вспомнила Виталия, а затем узнала и нас с Мией. Так что она теперь сможет вспомнить и всех остальных с кем общалась. Да, это будет нелегко, но теперь она сможет вспомнить нас всех. Я в этом уверена. — мысли Витаи несли радостные чувства.       После мысленной речи Витаи, все, кто находился в беседке, разом обернулись в нашу сторону, и на их лицах засияли улыбки. — Представляешь, Витая, они хотят вместе с тем растением убрать с Атлантиды и Одею тоже. Я не хочу, чтобы её убирали. Хочу, чтобы она осталась. Тем более теперь, когда ты говоришь, что она начала вспоминать. — Линея изложила суть протекающего в беседке разговора. — Да, да, Линея, я уже всё слышала, пока мы подходили. И я тоже не хочу, чтобы Одею убирали с Атлантиды вместе с тем растением. — ответ Витаи прозвучал незамедлительно. — Мама, подожди. Давай пока не будем рассматривать вариант с удалением Одеи с Атлантиды. Возможно, мы сможем всё поправить, тем более, когда она вспомнила, пусть даже пока только меня, Мию и Виталия. — Хорошо, хорошо, Витая, никто больше не станет упоминать о том, что Одею надо убрать, и я знаю, что вы всё сможете поправить, ведь вы создали Атлантиду — наш дом. Вы сами решите, что предпринять и как действовать дальше. Да, все мы иногда совершаем ошибки, но нам также даётся и возможность их исправить. Так что я верю тебе, Витая, и знаю, что всё будет хорошо, что вы справитесь. — с этими мыслями Кида развела руки в стороны, и затем обняла, подбежавшую к ней Витаю. — Виталий, как ты себя чувствуешь? Тебе уже лучше? А то Витая мне рассказала, что тебя чуть не убило это растение, но они с Айей успели вовремя. — Кида отпустила Витаю и обратилась ко мне. — Со мной всё в порядке. Теперь мне лучше, хотя, конечно ещё надо восстановиться немного. А с тем растением… было дело, да, я немного влип в ситуацию. Ведь тогда ещё не догадывался, почему вы ушли с Атлантиды всего лишь из-за какого-то растения. Полагал, что оно безобидно, но теперь понимаю, что сильно в этом ошибался. Одея попыталась меня исцелить, а когда я съел, предложенный ею плод, то отключился, упав на это растение. — Одея решила исцелить тебя…?! Ты что чем-то был болен?! — вставил свои мысли и Майло. — Нет Майло, со мной всё было в порядке, просто она перед тем, как вспомнить, хорошенько меня отхлестала своими ветвями. А потом предложила свои плоды, желая исцелить все повреждения на моём теле, какие сама же и нанесла. — Когда мы с Айей его нашли, он был весь исцарапан и в крови, видимо, Одея его всё же сильно побила. — добавила Витая. — Да ладно, хватит об этом. Мне уже лучше, и я очень рад, что снова смог увидеть вас всех. Как же я скучал по вам. — я присел на свободное место в беседке. Мия и Витая, однако, продолжали стоять какое-то время, а затем просто исчезли каждая со своего места.       Я полагал, что они могли отправиться к остальной атлантийской детворе, чтобы сообщить им о том, что Одея, наконец, начала вспоминать, и что не все возможности ещё исчерпаны. Так ли это было на самом деле, я и понятия не имел, всего лишь предполагал. — Кида, а где претоселены? Они у вас бывают, здесь? — Да, иногда они прилетают к нам сами, на эту планету, а иногда кто-то из нас или наших детей желает с ними встретиться, и они тоже посещают нас. Но они прилетают сюда не все сразу, и надолго здесь не остаются, видимо, и у них есть свои какие-то дела. Они ведь тоже живые существа и тоже имеют полное право жить так, как захотят. Поэтому каждый раз их звать… мы решили не отвлекать их вызовами по пустякам, у них ведь и своя жизнь есть. — атлантийка сразу же мне ответила. — Да, в этом я с тобой соглашусь, у всех живых существ должна быть своя жизнь и слишком часто тревожить их не стоит.       Я также очень хотел увидеться с Айей, Сеей, Реей, но их на планете не было. Вызывать их я пока не решался, так как понимал, что, если Айя улетела сразу после того, как доставила меня сюда, значит, у неё могли быть срочные неотложные дела, и она прервала их на время, только ради того, чтобы оказать мне помощь.       Ах, Айя, я уж точно никогда бы не подумал, что во вселенной могут быть такие существа, и тем более не предполагал, что мне удастся повстречать их, и даже с одним познакомиться. Теперь же я не только был знаком с Айей, но вся раса претоселенов была у меня в друзьях. Об этом я даже и не мечтал.