Next to me

      Жизнь спортсмена похожа на пьедестал, ступени, для движения по которым нужно делать шаги. Шаг за шагом, пока, наконец, не достигнешь вершины. Но нет никакой гарантии, что ты останешься на ней навсегда — обязательно найдется кто-то лучше, кто столкнет тебя. В ком-то из-за падения просыпается азарт, а кто-то рушит все внутри себя. Чайлд знает обо всем это не понаслышке, знает на личном опыте. Таймер отсчитывал последние десять секунд, Чайлд набрал скорость, удачно приземляясь с двойного сальхова. В следующую же секунду фигуристов попросили уйти со льда.       Чайлд оттолкнулся и доехал до выхода. Чжун Ли встретил его улыбкой и уверенным кивком, протянул ему жилет, чтобы было не так холодно. Парень надел жилет и встал у борта, ожидая появления первого фигуриста — Син Цю. По результатам произвольной он оказался на пятом месте, сразу после Аякса. Его разница с Альберихом составила 0.14 балла, тот на третьем месте.  — Что я говорил? — произнес подошедший Чжун Ли. Он встал по левую руку Аякса, глядя на его профиль.  — Что мне нельзя идти на четверной, — произнес Чайлд, как заученное правило.  — И ты на него не пойдешь, так ведь? — поднял брови тот, заглядывая в лицо ученика. Он сжал губы, барабанил пальцами по барьеру.  — Это может…  — Нет, Чайлд, он ничего тебе не даст. Тебе нужно практиковаться еще, — перебил мужчина, что совсем ему не свойственно. Он замолк, вздохнул. — Попробуй понять меня, ладно? Мы обязательно прогоним их перед третьим или четвертым этапом.  — Без четвертных я до четвертого не дойду, — спокойно ответил Чайлд, пустяковые обиды он больше не держал, теперь прекрасно понимая, где заканчиваются их рабочие отношения, и где начинаются их дружеские. Дружеские — за этими стенами и вне льда.  — Мы обсудим все по возвращению домой, — придя к хрупкому компромиссу, Чжун Ли смог сам немного расслабиться. — Прошу тебя не рисковать, Аякс.       Чайлд согласно кивнул и прикрыл глаза, ровно в этот момент отовсюду раздалась музыка. Тарталья открыл глаза, тут же цепляясь за хрупкую фигуру на льду. Син Цю отлично справлялся, но иногда оступался. Он зашел на флип, два оборота были сделаны, приземлился немного неровно, но на ногах устоял. Чайлд понимал, что что за четыре с половиной минуты и сам выдохнется. Он обязан сделать семь-восемь прыжков, три вращения и дорожку, которые в последнее время получаются все лучше.       Было видно насколько сложно дается Син Цю последняя минута, в нее он вложил оставшиеся три прыжка и вращение, им и завершил программу. Выпрямился, было видно, что дыхание его частое, сбитое. Он поклонился, приложив руку к сердцу, и покатился к выходу под громкие аплодисменты. Вновь прошел мимо Чайлда, улыбнулся ему.  — Итак, первый участник показал себя. Ожидаем подсчета очков, — диктор замолк лишь на пару секунд, а после громко произнес. — Результат за произвольную программу составил 157.78. Сейчас фигурист на первом месте с результатом 247.75 за обе программы. У Син Цю имеются все шансы на победу.              Чайлд поднял голову вверх, сейчас он переместился на пятое место. Он скинул с плеч жилет, протянул его тренеру.  — Что скажете на этот раз? — поправляя неудобный костюм, что был приобретен специально для произвольной, поспешил узнать Чайлд.  — Делай как знаешь, — уверенно глядя в глаза произнес мужчина. — Но потом не говори, что я тебя не предупреждал.  — Так и знал, — усмехнулся Чайлд, уже будучи на льду.       Он быстро достиг центра, встал в позу. Музыка для произвольной имеет одну особенность: прямо посреди программы она резко должна смениться на противоположную. Начало выбранной мелодии было быстрым — такое решение принял Чжун Ли, так как он знал о том, как быстро Чайлд выдыхается. Начало должно быть максимально активным, чтобы после смены музыки он смог восстановиться и завершить все в более спокойном темпе. На второй минуте с небольшим мелодия сменится на более медленную, стоит лишь не упасть навзничь до нее.       Резвая скрипка вмиг заставила сорваться с места, на первые же тридцать секунд было намечено два двойных зубцовых прыжка — лутц и флип. Он выполнил их идеально, с зубцовыми проблем не было. Следующий элемент — это быстрое вращение. Он вновь сделал заход как на прыжок, резко присел на колено, выставляя вторую ногу горизонтально льду. Прижал ее ближе, кружась вокруг оси еще быстрее, выпрямился, ударяя зубцом конька о лед.       Прошло явно больше двух минут, Чайлд сделал четыре прыжка из восьми и одно вращение. Наконец, музыка стала по немного ослабевать, стала более размеренной. Во время этого перехода Чайлд сделал второе вращение, с прерывистым дыханием приступая ко второй части. Чайлд пошел на каскад. Выполнил двойной аксель, из той позиции, в которой приземлился прыгнул ойлер, и завершил каскад флипом в три оборота, ровно оттуда же, где приземлился без лишних шагов и перегруппировок для удобства. Осталось одно вращение и один прыжок, одна дорожка шагов.              Последним прыжком Чайлд решил сделать двойной аксель, перед ним исполнить дорожку шагов, и, вторя за Син Цю, завершить программу вращением. До конца оставалось чуть меньше минуты: он прокатил неполный круг, выполнил дорожку шагов с предыдущего прыжка, глядя прямо перед собой. На аксель заходят с лица, Чайлд оттолкнулся ребром конька, но с излишней силой. Два с половиной оборота оказались тремя с половиной, парень рухнул на лед, но тут же поднялся, продолжая как ни в чем небывало. Осталось лишь красиво зайти на вращение и конец, с чем он легко справился.       Он закружился вокруг своей оси, и под самый конец мелодии поднялся, отпуская ногу. Закрыл глаза и провел руками по лицу. Громкие возгласы и аплодисменты раздались одновременно и со всех сторон, закладывая уши. Он провел рукой по волосам, покружился, выискивая глазами мужчину. Тот стоял на самом выходе, видно, ждал. Чайлд поспешил вернуться к нему, ему не хватило шага, чтобы ступить на твердую почву, как на его шее кто-то повис.  — Какой же ты молодец, — прошептал девичий голос. Чайлд признал в нем голос Люмин, несмело обнял ее дрожащими руками. Прикрыл глаза и уложил подбородок на ее макушку, стараясь отдышаться.  — Что ты делаешь здесь, глупая? — усмехнулся тот в ее волосы, гладя по лопаткам. — Когда ты прилетела?  — Два часа назад, — пробурчала она куда-то в его грудь. — Видел бы ты себя со стороны, — она отстранилась, шепнула тому что-то на ухо, — извини, но мне нужно идти.  — Так скоро?  — Я обязана была увидеть тебя, я и увидела. В твоем номере подарок, обязательно открой как вернешься, — она быстро чмокнула парня в щеку. — У меня самолет через сорок минут. Напиши мне!  — Ты сумасшедшая…       Чайлд проводил девушку взглядом, словно та была лишь видением. Он обернулся в сторону, замечая идущего на него мужчину.  — Я правда собирался сделать двойной, просто не рас…       Начал оправдываться рыжий, но мужчина не дал ему этого сделать — крепко обнял парня, проводя рукой по лопаткам. Аякс замер, не зная куда деть руки, и все же уложил их на плечи тренера. Тот отстранился, правда, с хмурым выражением лица, которое через секунду сменилось на более доброжелательное. Он не сказал ничего, пока этого и не требовалось. Положил руку ему на плечо, пытаясь поддержать.  — Итак, второй участник завершил произвольную программу, ждем подсчета очков, — комментатор сделал небольшую паузу. — Результат произвольной программы составил 163.69. Количество баллов, набранных фигуристом за две программы составляет 256.97. Чайлд Тарталья занимает первое место, но надолго ли?       Аякс выдохнул последний воздух, что был в легких. Он поднял голову вверх, чувствуя, как рука на его плече сжимается. Он первый. Впервые за долгое время он видит себя на первой строчке, с наивысшим результатом. Тихо засмеялся, обнажая ряд зубов. Откинул голову назад, легкие словно раскрылись, в них вновь начал поступать воздух. Он взглянул в глаза Чжун Ли, улавливая в них некую гордость, даже радость.  — Ты… Хорошо справился, — было видно что мужчине трудно подбирать слова, но он попытался. — Я, пожалуй, возьму свои слова обратно.  — Я рад этому, — со смешком ответил Чайлд, все еще чувствуя на плече руку мужчины.       Дверь, что была скрыта трибунами резко раскрылась. Молодой человек с коротко постриженными волосами показался первым, Чайлд тут же обратил на него внимания, но лучше бы он этого не делал. Сразу после него показался Дотторе. Он махал в камеры, что подставляли почти что к его лицу, паренек же, наоборот, отгораживался от них рукой, хмурился. Меньше секунды потребовалось Тарталье, чтобы понять, что этот юнец — новый воспитанник Дотторе. Правда, он не помнил его имени. Впрочем, голос комментатора помог ему.  — Следующим на лед ступает фигурист, чье сценическое имя Скарамучча, новый воспитанник известного Иль Дотторе. Очень странно что именно этот юноша отправился на Гран-При, но на короткой программе мы убедились в его способностях. Несколько воспитанников Дотторе, что отстояли свои места в рейтинге, спокойно могли принять участие, когда мы спросили об этом его, он ответил: «Я занимался им целый год и уверен в его победе. Остальные же показались мне неготовыми выступить на таком масштабном соревновании.»  — Юноша и правда показал себя с наилучшей стороны, — ответил женский голос. — Я, если можно так выразиться, отдаю свой голос ему, — посмеялась она.  — И все же этот Гран-При можно назвать настоящим противостоянием. Среди участников есть именитая двойка, думаю, их имена и так знают, но я все же назову. Чайлд Тарталья и Кэйя Альберих, в прошлом они тоже были под опекой Дотторе, но что-то заставило их пути разойтись. Никто из них не дал ответа.       Когда было упомянуто имя Чайлда, тот невольно вздрогнул. Обернулся на юношу, которого представили, ловя на себе его взгляд. Он поставил ногу на скамью, крепче затягивая шнуровку. Демонстративно подошел к нему, будто бы специально растягивал время. Его лицо было абсолютно пустым, было видно, что он незаинтересован в разговоре ровно настолько же, сколько и в фигурном катании.  — Это ты, да? — не уточнил парень, кто именно, — Слышал о тебе, — после этих слов он вышел на лед, быстро достигая центра.       Чайлд пропустил его короткую, точнее, он не видел вообще никого — сразу же ушел. Сейчас же представилась возможность обозреть всех. Он не сел на место, наблюдал стоя. Чжун Ли вдруг обошел его, а на непонятливый взгляд, брошенный в его сторону, едва заметно качнул головой. Приближающаяся фигура принадлежала Дотторе. Маска, что скрывала большую часть лица, не скрывала его улыбки, наоборот, так она казалась более хищной.  — Доброго вечера! — начал тот, игнорируя начало выступления своего подопечного. — Вы новый тренер Чайлда, верно? Хах, представляю, что он наговорил вам. Жаловался, так ведь, Аякс? — он вел себя странно весело, словно пришел на чей-то день рождения.  — Жаловался? — Чжун Ли перевел взгляд на Чайлда, что вцепился в борт до побеления костяшек. — Я не люблю это слово. Он поставил меня в известность и только, — невозмутимо ответил мужчина, сделал полшага назад, будто бы загораживая ученика.       Чайлд смотрел ровно перед собой, но чувствовал взгляд на своем профиль. Он, безусловно, благодарен Чжун Ли, потому что еще не готов встретиться с ним лицом к лицу. Дотторе не утолил своего любопытства, поговорить с бывшим учеником ему не удалось. Он улыбнулся, скорее оскалился.  — Передайте Аяксу, что я заходил, — усмехнувшись, произнес мужчина и развернулся на пятках, покидая их.       Едва тот отошел на несколько метров, как Чайлд подал голос.  — Мне стоит...  — Не нужно, — перебил тот и улыбнулся, — расскажешь, когда будешь готов.  — Обязательно, — кивнул парень, вновь вернув взгляд на лед, где уже завершал программу Скарамучча.       Он двигался как-то механически, на то не влияла усталость — он начал так же. Словно каждое движение было заучено, хотя быть так не должно. Он оступился лишь раз, при тройном акселе, на что с завистью посмотрел Чайлд. Он хотя бы приземлился, Чайлд же упал. Он завершил программу, кружась на месте, морщился от боли в груди. Трибуны взорвались аплодисментами.  — Результат за произвольную программу составил 161.44, — объявил голос, что уже стал ненавистен Чайлду, — 259.12 — общий результат за две программы. Дотторе воспитал еще одного чемпиона, не иначе. Скарамучча становится на первое место, опуская на строчку ниже своего предшественника.       Чайлд сжал губы и глянул на табло: он второй. Прикусил щеку изнутри и уронил взгляд на исчерченный лед.  — Пойдем, нам нужно на конференцию, — произнес Тарталья, не дожидаясь ответа.

***

      Банкет проходил в огромном светлом зале. Громоздкая люстра, стеклянные подвески которой переливались и мерцали, грозилась сорваться с крюка. Круглые столы с белыми скатертями полнились бокалами с шампанским, молодой персонал стоял у стен, ожидая, когда первые фужеры опустеют. Середина зала была пуста, она рассчитана на танцующие пары, коих пока не наблюдалось. Еще никто не выпил столько, чтобы идти и привлекать к себе ненужное внимание.       Людей было явно больше, чем ожидалось. Много дам — видимо, спутницы выступающих фигуристов — о чем-то оживленно беседовали в небольшой компании, окидывая оценивающими взглядами через плечо юных спортсменов. Чайлд пожалел, что не позвал Люмин с собой, как-то не успел, растерялся. Кивнул в сторону ближайшего стола, приглашая Чжун Ли пройти. Тот молча согласился и отправился к одинокому столику.       Чайлд подхватил два бокала, один из которых протянул тренеру, тот благодарно кивнул и принял напиток. Они синхронно поднесли фужеры к губам и сделали глоток, так же одновременно поставили их обратно с тихим стуком. Парень сложил руки на груди, выискивая нового подопечного Дотторе в надежде не найти. Тарталья слышал о себе многое, от хорошего до плохого, но усмешка на его лице и взгляд, которым он одарил его, сказал больше любых слов. Он не собирался ввязываться в конфликт из-за такой мелочи, но встречи разумно избегал, считая, что сдержать себя не сможет.       Чайлд поднял взгляд, с удивлением наблюдая за первой парой. В кавалере он узнал Альбериха, тот плутовски улыбался и говорил что-то девушке на самое ухо. Та засмеялась, заливаясь ярким румянцем. Чуть поодаль от стены за сие действием наблюдал огненноволосый Рангвиндр, что явно не одобрял такое поведение. Он мотнул головой и вскинул брови, явно поймав взгляд ученика, говоря этим, мол, и что ты доказал. Кэйе уже не до него, музыка стала громче, он вел девушку, продолжая заговаривать ее, наслаждаясь скромным девичьи смехом. Поборов стеснение, остальные пары тоже вышли в центр, с удовольствием вальсируя.  — Пригласишь меня? — тихо усмехнулся Чайлд, поднимая свой бокал.  — В другой раз, — так же тихо ответил Чжун Ли, не скрывая легкой улыбки.       Аякс нигде не находил Аято, особого желания заводить с ним диалога не было и выяснять причину его отсутствия тоже не хотелось, просто это казалось странным. Он помнил, что Камисато ждет ужина с Чжун Ли, явно появится, когда придет время. Сегодня он и правда показал всего того, что достиг, Чайлду даже завистно. Он хорош, обладает талантом, и его гонит вперед то же, что и Чайлда — победа. Никто из них не станет уступать, оттого сложнее и интересней.  — Ты был удивлен появлению Люмин?  — Еще как, — фыркнул Чайлд, не зная как еще выразить свое удивление. — Вы… Ты ведь знал?  — Узнал в последнюю минуту: она пришла во время твоего выступления.       Чайлд повернул голову в его сторону и не нашелся со словами.  — Она очень хотела поддержать тебя.  — Я знаю.       Вечер проходил настолько спокойно, что казался затянувшимся сном. Все складывается как нельзя лучше: он прошел дальше, хоть и знал об этом со стопроцентной гарантией. Он «сеянный», но теперь такая возможность иссякла. Второй этап он обязан завершить в первой тройке. Пятое место вполне неплохо, Син Цю обогнал его, заняв четвертую строку. Это больно ударило по выстроенной планке Чайлда: бетон, скорее, картон дал трещину.  — Не хочешь вернуться в отель? — голос Чжун Ли он услышал сквозь гул толпы, но все же склонился ближе, якобы не расслышал. — Ты не устал? Не хочешь вернуться? — спокойно повторил мужчина, отодвигая третий выпитый парнем бокал.  — Нет, все хорошо, — мотнул головой Аякс и выпрямился.  — Мне вскоре нужно будет уйти, и вряд ли я вернусь сюда. Позвони мне или напиши как доберешься до отеля, ладно?  — Конечно, я… — начал было Чайлд, но заметил чуть поодаль идущие в их сторону фигуры.       Аято широко улыбался, ведя под локоть свою сестру. Она, Камисато Аяка, трехкратная чемпионка, не отстающая от брата количеством наград. Полы темного синего платья едва касались пола, рукава, что доходили до локтей, были кружевными, как и вся верхняя часть платья. Она отцепила руку брата, улыбнулась доброжелательно, вовсе не как брат, и протянула ту же руку. Чайлду она кивнула, так как первая встреча уже прошла у катка.  — Доброго вечера, мое имя Камисато Аяка, — Чжун Ли принял ее руку, мягко сжал. — Господин Чжун Ли?  — О, не стоит так официально, для вас просто Чжун Ли, юная леди, — он кивнул и убрал руки за спину, обращаясь уже к Аято. — Пора?  — Да, учитывая время поездки мы будем на месте вовремя, — ответил он, после чего обернулся и обратился к сестре. — Будь рядом с Аяксом, думаю, его компания не наскучит тебе.  — Перестань, — шикнула девушка, легонько ударяя брата по плечу, — я не стану задерживаться, Аято, отправлюсь домой раньше. Всего доброго, — Аяка наклонила голову в бок, даря улыбку, и отправилась к дверям.       Аято проследил за ней до самого выхода, после обернулся на мужчину, демонстративно игнорируя Чайлда, что стоял по его левую руку. Аякс понял, что его специально выводят из себя таким пренебрежением, провоцируют, и перестал реагировать на это. Чжун Ли взглянул на часы, на Чайлда, что подцепил еще один бокал.  — Дай мне знать как будешь в отеле, — поправляя ворот рубашки произнес мужчина.  — Обязательно, — отсалютовав ему бокал сказал парень. — Будьте осторожны, Чжун Ли.  — Обязательно, — вторил за ним мужчина, глядя в его глаза со странным прищуром.  — Пойдемте, — развернулся на каблуках Камисато, уже направляясь к выходу из зала.       Чжун Ли с вопросом наклонил голову, на что Чайлд рассеяно пожал плечами. Не дождавшись внятного ответа, мужчина поспешил следом за молодым человеком. Аякс смотрел ему в спину до тех пор, пока она совсем не скрылась из виду. Он окинул взглядом зал, стало как-то неуютно, давяще, словно стены понемногу сдвигаются, а замечает это лишь один Чайлд. Где-то вдали он заметил Кэйю. Странно, он был один, без пары и без Рангвиндра рядом. Возможно, идея подойти к нему была глупой, учитывая, что он постоянно избегал ее, но именно сейчас хотелось поговорить. Чайлду не пришлось делать даже шага, Альберих заметил на себе его взгляд.  — Скучаешь без своего кавалера? — вальяжно подходя ближе и занимая место Чжун Ли, бросил тот.  — Развлекать меня пришел, клоун? — неоправданно грубо встретил его Чайлд, хмуро вглядываясь в гогочущую толпу. — Весь вечер только этим и занимаешься.  — Ты сам подозвал меня, разве нет? Если я тебе не нужен, пойду исполнять свои клоунские обязанности, — он оттолкнулся от стола, но Чайлд цокнул языком, усваивая урок.  — Ладно, стой, — Кэйя довольно улыбнулся и встал на место, — ты уже видел Дотторе?  — Видел.  — И?  — Что «и»?  — Что ты сказал ему?  — Мне давно наплевать на него, Аякс, и тебе советую, — его улыбка чуть угасла. — У меня и у тебя новый тренер, какое до него дело? Он воспитывает себе нового пса, пусть занимается этим и дальше. Без тебя и меня подле него.       Чайлд выдохнул и прошелся рукой по волосам, понимая, что доля правды в словах Альбериха есть.  — Перестань забивать голову идиотскими мыслями, — будто бы дал добрый совет Кэйя, и похлопал друга по плечу. — Расслабься, Аякс, но не слишком сильно, иначе твое первое место заберу я, — засмеялся Кэйя и тут же поморщился, получив удар по плечу.  — Заткнись лучше, — сказал рыжий и все же немного улыбнулся.       В юношестве они почти все время были вместе. Со старшей школы и до последнего курса университета. Некоторое время даже приходилось жить вместе, но это не было каторгой, было даже весело. И все же за маской легкомысленного человека скрывается некто более чуткий и серьезный, эти слова никак нельзя отнести к Альбериху настоящему, который прямо сейчас растирает плечо, словно получил удар дубиной, а не рукой.  — Веселись, — бросил Кэйя на прощанье и поспешил подойти к Дилюку, что вновь появился на горизонте. Рангвиндр сдержанно кивнул Чайлду, здороваясь, парень же приподнял руку, в которой держал бокал.  — Веселюсь, — вяло пробормотал Аякс.

***

 — Почему же Вы отказываетесь, Чжун Ли? — с легкой усмешкой на губах спросил Аято.  — На то есть свои причины.