Все что я помню.

Когда я был ещё маленьким дитя, моя матушка погибла мучительной смертью от рук моего папеньки… В тот вечер они сильно поругались и похоже папенька не мог сдержать злости и обиды накопившиеся в его сознании. Этим же вечером он привязал ее к деревянному стулу и стал медленно отпиливать ей все конечности, внимательно следя, чтобы она не потеряла сознания и чувствовала всю боль. Это продолжалось недолго — всего минут пятнадцать, но смею предположить что для матушки это длилось целую вечность… Наблюдал я за этим от начала и до конца, пока папенька не заметил меня в проёме чуть открытой двери. Он внимательно посмотрел на меня — выискивая хоть какие либо отражения эмоций на моем лице, но убедившись что оно абсолютно безэмоционально — подозвал к себе. Несколько секунд — этого времени мне хватило что бы испугаться и взять себя в руки, я видел что тело матушки в крови, как и папенькины руки, пугающее зрелище, не так ли? Широко распахнув дверь, я улыбнулся оголяя верхний ряд зубов и побежал на ручки к папеньке. В этот момент у меня было всего две мысли по исходу этого события — «Либо он убьёт меня, либо посчитает меня глупцом». Отец, завидев мою улыбку расслабился и раскрыл свои руки для объятий. Когда я добежал до него, он подхватил меня на руки и подкинул наверх. Напряжение сменилось радостью и безмятежностью. В этот вечер Я по-настоящему понял, каково это — притворяться сквозь страх и боль… Это притворство, эту ложь я хранил на протяжении десяти лет, до своего юношества, но все изменилось одним вечером. Отца долгое время не было дома и я решил спросить у его товарищей, где мой папенька. Каково же было мое удивление, когда я узнал что он находится в небольшой больнице для лежачих. Я то час отправился к нему невзирая на непогоду. Как только забежал на территорию больницы, меня остановила сестра. Я рассказал ей про своего папеньку и она отвела меня к другим сестрам, которые по её словам: «Должны были знать где находится мой отец». Она меня не обманула — сёстры к которым меня привели сразу поняли о ком я молвлю и повели меня к койке с каким то незнакомым человеком, лишь некоторыми чертами сходим с моим отцом. На мой вопрос: — «Кто это?» Они лишь склонили головы и ушли из палаты, оставив меня в недоумении. Лежачий человек похоже услышал мои слова и решил ответить на вопрос, заданный мной сёстрам: — «Я Алекс, одинокий отец дитя по имени Стив». — «Вы не можете быть моим папенькой! Мой папенька гораздо привлекательнее вас, а ещё у него никогда не было «голодных скул». *Лежачий лишнее громко усмехнулся и начала рассказывать что с ним произошло* — «когда я уходил в лес на охоту, мой сын Стив был в школе, поэтому я положил на обеденный стол небольшую записку. В ней было сказано: Придёшь, руки помоешь, покушаешь. Я вернусь ровно через одну ночь. Со старшими веди себя почтительно. Не пререкайся и кайся, если совершил прегрешение. К сожалению в лесу со мной произошла череда неприятных событий: то я выпил чёрствую воду, то бешеные собаки меня покусали, то заблудился и долго ходил кликал кого-нибудь в надежде что мне помогут. Блаже неподалёку проходил знакомый мне охотник, он-то и спас мою шкуру, но жить мне осталось недолго. Медсёстры сказали что отравление, бешенство и истощение организма привели к непоправимым последствиям. Я боялся что ты не придёшь не попрощайся со мной. Но ты пришёл, мой маленький сынишка! " Из под закрытых век покатилась бедная слеза. Я понял — это был мой отец, мой папа, но в ужасном состоянии. Всю ночь мы говорили о всяком, также речь зашла и про матушку. Отец мне рассказала как она умерла. А я лишь кивнул и сказал что знаю. Видно было как папенька удивился. Я рассказал ему о том, что помню. И мы вместе провели его последнюю ночь. На утро он притих. Позвав сестёр, они лишь подтвердили мои предположение и покатили его тело прочь. В омывальню. После это в глазах помутнело и я очнулся все в той же маленькой комнате в полном одиночестве.