Я не готов снова терять тебя

      Пенные волны омывали чистый песчаный берег.       Серёжа стоял у самого края, там, где песок ещё соприкасался с водой, но был сухой. Там, где песчинки темнели и тяжелели, но оставались на своём месте, не уползая в море. Он смотрел вдаль, на бесконечный горизонт, окрашенный в чудесный розовый цвет с разводами алого, как на картинах талантливых художников, и чувствовал, как ветер треплет его непривычно короткие рыжие волосы. Серёжа улыбался. Тут было хорошо, спокойно. А ещё за спиной, в небольшом уютном бунгало, ждал Олег.       При мысли о нём Серёжа улыбнулся ещё шире. Олег... Олег, который прошёл ради него буквально и огонь, и воду. Олег, который вытащил его не только с того света, но и вырвал из лап удушающего пугающего безумия. Олег, который возился с ним, пока сам Серёжа едва мог о себе позаботиться.       Руки всё ещё помнили тёплые и нежные пальцы Олега. Его заботливые прикосновения, успокаивающие поглаживания. И крепкие надёжные объятия. Кажется, в тот вечер, когда Серёжа чудом вернулся из музея, они долго сидели в объятиях друг друга. А потом уснули так же — тоже вместе, обнимаясь до самого утра.       Серёжа сам от себя не ожидал. То, что было между ними в юности, вспыхнуло с новой силой. Они обожали друг друга до безумия, до нехватки воздуха, и это было нечто большее, чем банальная любовь. Точнее, это была любовь, но всепоглощающая, всеобъемлющая, это было чем-то, что не подходило под словесное определение.       Олег стал для Серёжи всем. Целым миром.       Подул свежий влажный ветерок. Серёжа подставил лицо под прохладные капли, долетевшие до него с поверхности воды, и упустил тот момент, когда оказался не один. Олег ловко поймал его уверенным объятием, и Серёжа вздрогнул. Впрочем, он тут же успокоился в родных руках и расслабленно прижался спиной к его груди.       — Ты меня напугал, — признался Серёжа.       — Я заметил. — Олег прижался губами к его тёплой шее и жадно вдохнул медовый запах кожи. — О чём задумался?       — О тебе, — честно ответил Серёжа. — И обо мне.       Он поднял руку и зарылся пальцами в мягкие волосы Олега. Сжал их у корней и игриво потянул. Олег тихо засмеялся, щекоча дыханием шею Серёжи. Было хорошо. Тихо, спокойно. Уходить не хотелось. Всё же хорошо, что они решили на время покинуть Питер — оставить город с его маньяками, убийцами, телепатами и экстрасенсами. Они вернутся, но потом. Позже. Как только залижут раны и наберутся сил. А пока что только они, тишина и бесконечное море.       — Я иногда думаю, — прошептал Серёжа, массируя затылок Олега, — что ты во многом неправильный.       — Интересное заявление, — снова усмехнулся Олег. — А ты правильный?       — Нет. Конечно же, нет.       — Хорошо... в чём неправильный я?       — Ты... — Серёжа замялся. — Никто больше в целом мире не простил бы даже одну пулю, не говоря о пяти.       Олег вздрогнул при упоминании тех выстрелов, но перебивать не стал. Хотя он столько раз говорил, что простил и всё забыл, что они могли не возвращаться к этой теме. Видимо, Серёжа так и не отпустил.       — Ты столько сделал для меня... — продолжил Серёжа. — Спас. Возился со мной, когда я был болен. Вернулся со мной в Питер, ввязался в историю с Чумным Доктором. Весь израненный бросился спасать меня из музея...       — А ты пришёл за мной в явную ловушку, — прошептал Олег. — У тебя не было никаких гарантий, что Лера поможет. Но ты пришёл, зная, что можешь умереть.       Серёжа задумался. Да, пришёл... сам от себя не ожидал, наверное. Почему-то ему казалось, что он трусливее (может, потому что в нём остался Тряпка?..), но когда Олега похитили... нет, Серёжа не был смелым. Он боялся, у него тряслись ноги и руки, он даже на машине доехал чудом. И только в бою он собрался и отвлёкся на дело, потому что в тот момент стало ещё страшнее. Только вот он боялся не за себя, а за Олега.       За Олега.       — Пошли в дом, — позвал Олег, зарывшись носом в его шею. — Темнеет.       Да, темнело. Солнце плавно опускалось к горизонту, окрашивая ровную водную гладь и небо в алые тона. Тень медленно наползала на песчаный берег, темнела и вода. В ночи она казалась пугающей и бесконечно глубокой, и только волшебная лунная дорожка могла развеять этот морок.       Олег привычно готовил, а Серёжа сидел за ноутбуком. Он отрывался от экрана только чтобы посмотреть на улицу, на сливающиеся с сумерками тени. Они с Олегом уехали в этот тихий райский уголок, чтобы отдохнуть от Питера и его новоявленной мистики. Чтобы залечить раны. Успокоиться. Подумать. Выдохнуть.       Взять свои мысли под контроль. Принять то, что в любой момент...       — Мне нет смысла держать под подушкой пистолет, — сказал Олег, словно поняв, о чём Серёжа думает. Он перемешал скворчащее на сковороде рагу и чуть вскинул брови. — Ты сильнее, чем думаешь. Где твоя былая уверенность в себе?       — Умерла вместе с тем, с другим, — ответил Серёжа, взъерошив свои волосы. — Это он был уверен во всём и контролировал каждую мелочь.       — Неправда.       Олег вытер руки, выключил плиту и медленно подошёл к Серёже. Положил ладони на его плечи, чуть сжал пальцы, вызывая мурашки.       — Странно... — прошептал Серёжа, откинув голову. — Ты такой сильный, умеешь причинять людям боль, не боишься убивать... но ни разу не тронул меня. Даже после того...       — Прекрати.       Олег наклонился и обнял Серёжу за шею. Уткнулся лицом в его плечо, потерся, жадно вдохнул запах, вжал его в себя, будто они единое целое.       — Я бы никогда не смог тебя ударить, — признался Олег. — Это невозможно.       — Ты мог безжалостно избить кого угодно, — усмехнулся Серёжа. — Кроме меня. Даже когда я вёл себя как последний говнюк.       — Это твоё обычное состояние.       Серёжа резко развернулся и сурово зыркнул на Олега. Тот засмеялся и примирительно поцеловал его в макушку, обозначая, что это шутка. Серёжа фыркнул, но прижался сильнее — конечно же, он не обижался.       — Если твоей силой был тот, другой, — сказал Олег, мазнув губами его ухо. — То... Найди ему замену. Например... Меня?       — Тебя? — Серёжа глянул на Олега и шутливо прищурился. — Хм... Ну, может, ты и подойдёшь конечно...       Олег куснул его за ухо и отстранился. Конечно же, он тоже шутил. Олег вернулся к плите, поднял крышку сковороды, и по кухне поплыл будоражащий запах специй и соуса. Серёжа, наблюдая за Олегом, думал, что он всегда и был его силой. Он заставлял вставать на ноги каждый раз, когда Серёжу избивали в школе или в детском доме. Он заставлял стремиться к свободе, когда вокруг были одни решётки. Он заставлял жить дальше, когда собственные ошибки и грехи тянули на дно.       — Я не готов снова терять тебя, — прошептал Серёжа.       Он встал, подошёл к Олегу и нырнул в кольцо его сильных рук. Поднял голову, ткнулся носом в его щёку, потёрся.       — Что тебя беспокоит? — шёпотом спросил Олег, поглаживая его спину.       — Сложно сказать... — ответил Серёжа. — Наверное то, что я всё равно не смогу жить спокойно и захочу вернуться в Питер.       — Я и не прошу покоя, — ответил Олег. — Это было бы слишком скучно. Помнишь, как весело было в Америке? Или в Мексике?       — Да уж помню, — засмеялся Серёжа и качнул головой. — Кажется... я твоя самая большая неудача в жизни.       — Не смей.       В голосе Олега впервые послышалась обжигающая холодом сталь. Серёжа вздрогнул и отстранился, не узнавая его, а Олег обхватил ладонями его лицо.       — Ты, — сказал он, смотря Серёже в глаза. — Моя самая большая удача. И я тоже не готов снова терять тебя.       Серёжа открыл рот, чтобы ответить, но Олег прижал к его губам ладонь. Молчи, не порти момент. И ничего не бойся, я с тобой, был и буду. Ничего не изменится. Серёжа кивнул, давая понять, что понял. Он улыбнулся в тёплую ладонь, а в его груди растеклось непривычное тепло. Сердце забилось сильнее. Дыхание перехватило. Олег убрал ладонь и наклонился, целуя Серёжу в губы. Давая обещание. Повторяя одно и тоже.       Я не готов снова терять тебя.