Способ отдохнуть

      Через два дня была их дата, подарок к которой Рафаэль так прятал. К сожалению, это были не выходные, а будние, из-за которых пришлось отложить время подарка. Но утро началось не менее приятно. Проснулись они по будильнику. Лео потянул руку назад, попав по устройству и выключив его. После потянулся, выгнувшись, пока задира тоже зевнул, потягиваясь рядом.       — Утра, — старший приподнялся на локтях, посмотрев на брата.       — Доброе, — холерик присел и поцеловал его еще сонно в губы, погладив по рукам того, после отстранился. — С годовщиной, — мечник тепло улыбнулся и обнял его нежно, уложив обратно в кровать.       — И тебя, Рафи. Ты с утра всегда такой забавный. Прости, что у нас праздник будет отмечен только поздно вечером.       — Да нет, все в порядке. Вечером даже лучше.       Сегодняшний день тянулся безумно долго: сначала учеба у обоих, потом работа, тренеровка не менее короткая, от которой спать хочется. Но мечник вспоминал о своем подарке и потому мог быстренько взбодриться. Когда это наконец-то закончилось, они все вернулись к домам, Раф сразу партнера потащил домой за руку. Старший удивился немного, но понял, что тот просто очень этого ждал с самого утра, поэтому и сам ускорился, идя за ним и улыбаясь. Они зашли домой, и Лео поцеловал его нежно в щеку, захлопнув дверь за ними.       — Переоденься пока что, я нам поесть пока сделаю. Что-то по типу романтичного ужина.       — Как скажешь.       Бунтарь забрался наверх, чтобы достать одежду, которую оставлял на кровати, начав тут переодеваться сидя. Мечник достал из холодильника уже готовую еду: рис, конечно же, мясо, подливка, салатик, а еще купленный до этого пирог, который он согрел в микроволновке. После все поставил на стол, оставив свет только рядом с ним и на лесенке, чтобы была уютная обстановка. Леонардо повернулся к Рафу, который уже к нему спустился.       — Я сейчас переоденусь и поедим.       Пока брат переодевался также наверху в домашнюю одежду, Рафаэль по-быстрому достал коробочку и всунул себе в карман, насколько она маленькая, хотя камараны у них громадные в этих штанах. Они присели за стол, начав кушать.       — Может, хочешь сказать о нашей годовщине пару слов? — спросил саеносец, улыбнувшись немного.       — Не знаю. Как-то быстро время пролетело, на самом деле. Три года и не много, и не мало, среднее что-то. И не смотря на это, на небольшую стабильность быта, ничего не наскучивает, я уверен, что будет еще много новенького в будущем, — он положил аккуратно вилку на полупустую тарелку, переплетя между собой пальцы своих рук и оперевшись на них подбородком, а ноги скрестил между собой. — Да и нам есть над чем еще поработать, как мне кажется. Короче, у меня только приятные чувства от осознания, насколько долго это все продолжается. А, кстати. Твой подарок. Я кое-что приготовил для тебя, — он поднялся из-за стола, залез на второй этаж и откуда-то вынул маленькую коробочку, но у Рафаэля она кубообразная, а у него продолговатая. Мечник мел снова напротив и протянул ему.       — Надеюсь, там не поддельные доллары.       — Просто посмотри, не паясничай, — Раф поставил ее на стол, развязав ленточку и убрав упаковку, приоткрыл коробочку и увидел там бумажку, напоминающую купон. Лео с нетерпением смотрел на его затяжную реакцию, потому что брат просто не понимал, что ему подарили. Но когда прочитал, то улыбка полезла до ушей.       — Лео, это... Охуеть. Серьезно? — он поднял к нему голову.       — Ты уже давно упомянал об этом, вот я и подумал, что если ты получишь права, то спустя какое-то время сможешь наконец-то купить себе мотоцикл, — старший брат подарил ему оплаченное полностью обучение вождения транспорта категории А. Тот и правда не раз заикался между строк об этом. — В свободное время наконец-то сможешь получить права.       — Спасибо, это очень круто, — холерик довольный разглядывал купон, после аккуратно убрал в коробочку. — Я пока уберу, чтобы не просрать ненароком. У меня тоже есть для тебя подарок, — Леонардо приулбынулся, отпив чая. Рафаэль полез в карман, а после поставил перед ним небольшую коробочку.       — У нас, видимо, подарки маленькие, но очень приятные.       — Верно. Открывай, — бесстрашный открыл коробку без упаковки и захлопал глазами, слегка покраснев от увиденного. А потом ему стало даже немного жарко от того, что он просто не ожидал такое увидеть: такой приятный и необычный подарок. — Они не настоящие, понятное дело. Но выглядят шикарно.       — Раф... — любитель красного подарил, кажется, самый романтичный подарок, который мог придумать. Это была пара серебрянных колец, не свадебных, конечно, но ценность у них будет громадной, они будут их носить как нечто сверхважное. Старший аккуратно взял одно из парных колец и взял его руку, самостоятельно надев ему его. — Это так очаровательно... Я даже подумать не мог, что ты такое подаришь, — братец пересел к нему поближе, надев кольцо и себе, все на безымянный палец. Он взял его за руку, поцеловав пальцы, после перекрестил их со своими.       — Я рад, что тебе понравилось. Я все боялся, что ты их случайно найдешь, — мечник посмеялся коротко, поцеловав партнера в щеку с любовью. Холерик приулыбнулся, погладив того свободной рукой по плечу.       — Я тебя очень люблю, — задира приобнял его за плечи, а Лео того за спину, а их скрещенные в пальцах руки лежали на столе.       — И я тебя люблю, — бесстрашный притерся носом к носу брата, коротко поцеловав в губы, но Рафаэлю оказалось этого мало, поэтому он притягивает оппонента за руку к себе поближе, начиная продолжительно целовать его в тонкие губы. Мечник приулыбнулся в этом поцелуе, пересев чуть поближе на стуле. После чего положил брату голову на плечо, начав его заботливо кормить тем, что тот еще не доел, параллельно подъедая из своей порции.       Когда они укладывались спать довольно уставшие, старший как всегда лег на спину, Рафаэль рядом на бок, закинув на оппонента ногу и руку, как на длинную подушку. Леонардо понял, что не может заснуть. Как бы он ни хотел, а глаза не закрывались, как на зло. Это было приятное нежелание, потому что мысли были забиты не чем-то неприятным, а этим вечером. Саеносец еще не успел хорошенько заснуть, поэтому тут же проснулся, как только бесстрашный взял его руку, лежащую на нем, своими двумя и начал осматривать, поглаживая по безымянному пальцу.       — Ты будешь спать? — приоткрыл один глаз задира.       — Я тут думал, почему этот палец называют безымянный. Ведь именно на него всегда надевают свадебные кольца, которые олицетворяют связь партнеров. Другими словами, мы даем этому пальцу имя того, кого любим, — он нежно приулыбнулся, смотря на потрепанную руку холерика сверкающими глазами, а затем приложил тыльной стороной к своей щеке, закрыв глаза. — Я понимаю, что это самые обычные кольца, но я не могу перестать об этом думать, ты подтверждаешь свою преданность нашим отношениям все больше и больше. Когда я их увидел, на секунду буквально я ощутил то, что ощущал в шестнадцать, в начале наших отношений. Я не могу описать это конкретными словами, но была такая мягкость внутри и тепло, трепет. Я ощутил сильный восторг от того, насколько ты меня в себя влюбил. Раньше я бы не сказал, за что именно я тебя люблю, но сейчас этот список просто громадный, начиная с того, как ты моргаешь, а заканчивая стилем одежды, я могу говорить о тебе часами, ты настолько... — он дрожаще вздохнул от трепета в груди, повернув руку брата ладонью к своему лицу, притираясь. — Прекрасный и идеальным для меня, что мне плакать хочется от осознания, что это правда происходит. Я безумно счастлив, что выбрал тебя клану, вот этому всему бреду, который мне к черту не нужен. Мне нужен только ты, — бунтарь погладил его большим пальцем нежно по щеке и приподнялся.       — Лео, только плакать не надо, — он прилег тому на грудь, приобняв за плечо и притиревшись ему под головой. — Я не особо могу выразить словами эмоции. Но мне приятно, что у нас вроде как гармония.       — Да, правильное слово подобрал, — лидер ласково обвел руками его шею, уткнувшись в волосы. — Напомни мне тебя подстричь, уже оброс немного...       — Окей...       Наконец-то они заснули вместе, прижимаясь друг к другу еще крепче, чем до этого хоть раз, обнимаясь под мягким, еще летним одеялом, которое нужно было бы уже поменять на зимнее. Они были как какие-нибудь животные в морозы, которое крепко-крепко прижимались в маленькие пушистые комочки.       — Хозяин, у меня есть кое-какая информация за последние несколько дней, — присел на колено боец Крис. — Мы знаем, где находится Леонардо, старший ребенок. Точнее, где он учится. С нашими людьми он говорил. Говорил о Вас.       — И что же?       — Он знает, что мы его ищем, они сами придут, когда посчитают нужным, — Шредер раздраженно ударил по подлокотнику.       — Наглый мальчишка. Он подрывает мои планы. Не знаю, что он задумал, но это повод ускориться. Я правильно говорю, Брэдфорд?       — Все верно, учитель Шредер. Предлагаю свое скромное предложение: расположить в нескольких точках города клановцев и при виде одного из них идти следом либо ловить и нести Вам.       — Хозяин! — вошел Бакстер Стокман, таща в руках с трудом какие-то непонятные стальные острые вещи. — Прошу, я сделал, что вы просили меня. Ваши перчатки с выдвижным острием. Примерьте, — он протянул ему вещь. Шредер неспеша натянул себе на обоженные руки большие блестящие перчатки, согнул руку в локте, нажав изнутри на кнопку — тут же вылетел острый наконечник прямо перед носом скромного ученого. — Р-работает...       — Хорошая работа, Бакстер. Брэдфорд, я принимаю твою идею. Если она принесет плоды — это будет прекрасный результат. Появится у нас хотя бы один — придут и остальные. Бери сколько нужно клановцев и заполняй город.       — Благодарю, учитель Шредер.       Тренеровки братьев проходили каждый день по два-три часа, через пол месяца октября начали тренеровки с оружием, но не драки, лишь давали рукам вспомнить, как работать со своими старыми друзьями. Первую тренировку, правда, было слегка тяжеловато совладать с орудием, но буквально на следующий день уже все было намного лучше, ведь, как говорится, опыт не пропьешь.       В последний месяц осени, когда уже появилась первая слякоть и серость полностью поглотила американский мегаполис, тела братьев уже привыкли к ежедневным тренировкам, прыткость вернулась, бегать по крышам стало в несколько раз приятнее и свободнее. Первоначальные страдания от непривычки стоили этих вернувшихся ощущений. Братья чувствовали себя будто обновленными, освежевшими и сильными. Они привели свое оружие в подходящее состояние, чтобы оно их не подвело в неподходящий момент. Но это еще не значит, что они остановятся и перестанут заниматься.       В одну из таких тренировок, когда все уже ходили в подходящей спортивной одежде, Леонардо слегка помахал катаной за плечом.       — Не знаю, как вы на это смотрите, но я считаю, что пора бы уже нам подраться друг с другом, — он облакотился на эту же катану локтем.       — Я уж думал, ты никогда не предложишь, — воодушевился Рафаэль, вытащив саи с пояса и прокручивая между пальцев.       — Опять меня бить будут, — Микки потыкал краями нунчаков себе в щеки, высунув кончик языка.       — Давайте опустим тот момент, что мы тут в отношениях, чтобы при битве с партнёром все не заканчивалось поцелуями или подобным. И не сильно жалейте. Договорились?       — Пф, ну знаешь, мне иногда хочется тебя хорошенько стукнуть, так что я вообще не пострадаю, — посмеялся Раф.       — Хоть бы сделал вид, что тебе будет тяжело.       Майки прильнул к рослому, встав на носочки боком к боку брата, и начал жмякать ладонями его худые щеки.       — Лео, ну как же я могу бить это прекрасное личико с этой кожей? Это же кощунство! Ужасные правила.       — Или ты боишься, что тебе шею намылят, — ухмыльнулся задира, скрестив руки на груди, все еще держа в руках оружие.       — Нет! — он отпустил ученого, взял свои упавшие нунчаки, раскрутив их. — Если не веришь, то можешь нападать прямо сейчас, — он не успел даже договорить, как прямо перед лицом пролетело острие Рафовых сай. — А-а-а!?       Донни сразу отскочил от них, чтобы ему ненароком не прилетело в глаз. А старший решил, что может сделать тоже самое, но Ди успел прикрыться палкой Бо от двух катан.       — Исподтишка, Лео?! Ты меня убить хочешь?       — Зато честно, — он ухмыльнулся, надавливая на бедную палку, которая в руках Дона она уже тряслась от такого давления.       — Ничего честного! — он провернул посох и отскочил, начав делать очень много тыков одним из концов, чтобы образовать между ними расстояние хоть какое-то.       Майки скрутил кончик саи цепью нунчак, выдернув в сторону. Хотя бы минус одна была. Но задира только больше раззадорился, наступив на цепь ногой, прижав ее тем самым к земле, а Микки не догадался отпустить, но успел резко упасть на поперечный шпагат, после прокруиться назад, встав на ноги и защищаясь оставшимся нунчаком, так как первый пришлось бросить. Вот сейчас у них сравнялось количество оружия у каждого.       Донни сумел сделать подсечку бесстрашному, но тот будто этого и ожидал, поэтому, когда падал на бок, смог успеть протянуть руки с катанами к полу, сделал колесо и снова оказался на ногах, перейдя в наступление. Ди по-быстрому проанализировал его угол наклона торса в его сторону, а так же скорость его приложения, поэтому, когда Лео уже хотел полоснуть, Ди сделал полшага в сторону, протянув палку ему под ноги, и братец плюхнулся животом.       — Поторопился, Лео, — мечник посмеялся, перевернувшись на живот. Дон помог ему подняться.       — Не спорю. Неплохо, чтобы уронить меня, по сути, подножкой, нужно постараться подобрать момент. Обычно, когда на человека уверенно бегут, он закрывается, а ты меня подловил.       — Хватит льстить мне, сделать кувырок после подсечки тоже чего стоит.       Задира активно атаковал брата своего одним саем, но не менее успешно, потому что запыханный светловолосый мальчик уже не мог удержать цепью его напор. Бунтарь второй рукой схватился за цепь и отдернул ее в сторону, сделав резкую подсечку, из-за чего Микки мало того, что потянулся за цепью, но потом еще и на бок свалился. В данной их тренировке падение на землю — проигрыш.       — Раф, ты качок чертов... — младший сел в позу лотоса, тяжело вздыхая.       — Ты тоже неплох. Выносливость у тебя на высоте, на самом деле, — задира поднял улетевшие сай и нунчак, вернув последний хозяину. — В любом случае, ты неплох, — Рафаэль помог ему подняться. Подошли Лео с Донни.       — Вот видите, как хорошо вышло. Тут же влились в процесс, — старший похлопал им по плечам, улыбаясь. — Осталось только тренироваться и оттачивать свои приемы.       Когда ребята, как обычно, вернулись на поверхность и разошлись по домам. Майки вошел в их квартиру с Донни первый и протопал быстренько в ванную, помыл руки и вышел, а затем плюхнулся на диванчик, уютившись на нем. Ди подошел, тыкнув ему в лоб.       — Вставай, мы еще не ужинали.       — Ну Донни-и... Я устал, давай не будем?..       — Тогда я снова наемся кофе.       — Ла-адно, — малыш нехотя встал с дивана и пошел на их кухню, начав готовить рис с мясом. Когда еда была приготовлена и уже остывала на столе, Ди присел и начал есть, прогартывая ленту различных статей в телефоне. Майки набивал рот едой, не сводя с незаинтересованного и немного уставшего брата взгляд, что был прикован к экрану. Младший доел, поднялся из-за стола и обнял рослого со спины, навалившись слегка на него. — Донни, моя умняшка, — он нежно поцеловал его растрепанные волосы, поглаживая по объятым плечам. — Я соскучился-я...       — Тебе скоро на работу, Микки.       — Мне сегодня на час позже, — Ди поднял к нему голову, смотря на довольное щекастое личико с зарумяненными щечками. — Так что мы успеем.       — Тебе так хочется сегодня?       — А тебе не хочется? — он закинул голову ученого чуть сильнее и наклонился, коснувшись с нежностью губ того своими таким перевернутым поцелуйчиком, после чего отстранился и потащил его за руку к кровати. — Мы уже давно этим не занимались, вдруг ты уже от меня отвык.       — Человеческое тело очень хорошо умеет приспосабливаться, старые привычки или какие-то обстоятельства даже спустя долгое время могут вспомниться мозгом, — Микеланджело уложил брата на спину, нависнув сверху. — Поэтому я вряд ли отвыкну от этого, с учетом того, что уже не раз растягивался.       — Ну, тем не менее, я немножечко отвык от тебя, поэтому... — Майки наклонился вниз лицом, нежно поцеловав Донателло в центр губ, слегка наклонив голову на бок. Ди ответил на поцелуй, приоткрыв сходу губы и коснувшись мягкого, слегка сладкого языка младшего, приложив руки к его плечам и поглаживая пальцами.       Конечно, Микки был не прямо секс машиной, потому что он действительно не был каким-то двухсторонним. Каким он появляется при остальных — такой он и есть. Искренний, немного глупенький, но не идиот, просто у него немного специфичный склад ума, а так же это солнышко никогда не был и не будет извращенцем или похотливым, все его предложения о разнообразии их интимной жизни — лишь желание укрепить отношения с Донни. Дело было не в том, что секс уже не тот. Он боится, что может ему вдруг надоесть из-за того, что у них все однотипное. Ну а как он получил роль постоянного доминанта в их паре? Скорее всего, все как и у Лео с Рафом: кому что больше нравится. Единственное, они это поняли на опыте. Один интересный момент: у Ди член больше, чем у Микки, он даже больше, чем у Лео, но не менее важна еще и толщина, а в этом плане старшему он уступает. Так как им всем уже по девятнадцать и, понятное дело, выросли не только тела. Если говорить наиболее точнее, на убивание цифры идут так: у Леонардо шестнадцать с половиной, Доннатело - семнадцать и восемь(здесь мы учитываем так же еще и диаметр, потому что у Ди он восемь, а у старшего почти двенадцать без трех десятых), у Рафаэля четырнадцать и семь, а у Микеланджело четырендать с половиной. Если снова говорить о диаметре, то он у последних двоих почти одинаковый с разницей в две десятые в сторону холерика.       Ди согнул ногу в колене, притираясь к паховой области того, а Майки в ответ погладил его рукой по тому же месту, спустившись поцелуями от его губ на тонкую шею, но на долго не задержался. Слегка оттянул ему футболку в сторону, чтобы поцеловать несколькими короткими поцелуйчиками, а пока рукой залез ему под нижнее белье, разогревая его орган и поглаживая пальцами вдоль, массируя ими головку. В это время начал изводить брата теплыми засосами на шее, заставив ученого покраснеть сильнее и сдержанно мычать. Когда процесс прелюдий подошел к концу, младший присел поудобнее между ног того и, приспустив ему брюки, обеими руками стал поглаживать сначала только по вставшему влажному члену, чтобы сам процесс секса не занял у них много времени. Микеланджело одной рукой вытащил из ящичка рядом с кроватью смазку, слегка вылив на два пальца, и так приступил к растягиванию его анального кольца, проникая медленно вовнутрь. Дон тихо промычал, сжимал свою футболку и одеяло, слегка закидывая голову на подушку и томно вздыхая. Младший приспустил свою одежду, надел презерватив на вставший орган и направил его в нужную сторону. Начал неспеша входить, придержав партнера за таз и промычав в удовольствии. Рослый глубоко резко вздохнул и посмотрел на того, убирая очки на соседнюю подушку.       — Только будь потише... — попросил не в полный голос Донателло, приподнявшись на локтях.       — Блин... Я постараюсь... — конопатый вошел до конца, взглянув на лежащего. Ди ему приулыбнулся немного, протянув руку, чтобы тот к нему лег. Микки сразу заулыбался смущенно, охотно облакотился на руки по бокам от брата, слегка прилег на него и поцеловал в губы. Донни ответил на поцелуй, погладив Микеланджело по щеке и слегка потрепав его непослушные волосы. Вдруг младший сделал неожиданный толчек, не выжидая хотя бы минуты, как обычно делал. Ученый мыкнул в поцелуй, сжав его плечи по бокам.       Через несколько минут Микки уже делал постоянные толчки, придерживая себя на кровати, сам от удовольствия сжимая одной рукой руку оппонента, с которой перекрестил пальцы, а второй одеяло, неспеша ускоряя темп, пытаясь не сильно шуметь голосом, хотя все равно раз через раз стонал громче стандартного, в то время как Дон лишь мычал и горячо вздыхал, придерживаясь на месте, чтобы сильно не ездить по кровати. Продолжительность любовного акта была равна где-то минутам десяти, они излились в один период времени, младший опять простонал громче, чем рослый, который лишь сдержанно вздыхал даже во время оргазма. Майки вышел из того медленно и устало прилег, притиревшись под головой.       — Ты снова шумел. Особенно под конец.       — Ну прости, пожалуйста, ничего не могу сделать. Мне слишком нравится с тобой этим заниматься, никак не получается сдерживаться... — Ди похлопал его голове, после взял очки и надел снова. — Я тебя люблю...       — И я тебя люблю, глупыш.       Через несколько минут светловолосый убежал на работу на заправку побыстрее, чтобы не опоздать точно. Он залетел через вход для персонала, надел фирменную одежду места. Ночью обычно людей было мало, поэтому Микеланджело занимался уборкой, поправлял товар на полках, чтобы все красиво было. Изредка только заезжали люди заправиться. В шесть утра он закончил работу и вышел, позевывая и топая домой. Да, было бы чудесно сейчас прийти домой и подремать, но у клановцев были на него другие планы.       Они видели его на заправке, но ждали, когда конопатый выйдет и уйдет подальше от места работы. Только он подошел к повороту на одной улице, чтобы пройти к станции метро, как вдруг, спрыгнув прямо с крыш, его окружили все люди на одно лицо из-за одежды. Микки обернулся несколько раз, назмурившись.       — Ладно, бить меня не надо только, я и так пойду, — с ходу сказал Майки, сжимая от волнения сумку. Его слабо толкнули в плечо в нужную сторону, начав вести из теней его в сторону церкви. Пока они шли, он протянул руку в сумку, нажав на специальную кнопку на телефоне, чтобы всем пришло сообщение о помощи и его геолокация. Не факт, что у него не получится уйти самому, но помощь ему не помешает уж точно. Хоть и не хочется быть приманкой для своих братьев.       Его провели к логово Шредера, ввели вовнутрь и толкнули на колени. Микеланджело поерзал на коленях по полу, облакотившись на сжатые руки. Он взглянул недовольно на вставшего Шредера, что начал к нему спускаться.       — Неудивительно, что один из первых попался именно ты, — конопатый только больше нахмурился, не чувствуя ни капли страха перед своим дядей, что приближался к нему неспеша. — Самый младший, самый слабый, самый глупый, самый неспособный. Но очень юркий, быстрый и неуловимым. Хотя тот факт, что ты здесь, ставит под сомнение последний пункт... Но Йоши отзывался о тебе именно так, — он сел перед тем на колено, приподняв лицо парня за подбородок. — Наверняка твои братья будут очень беспокоится, если с тобой что-то случиться, особенно Леонардо, — Микеланджело бешенно нахмурился, взбесившись, и плюнул тому на шлем.       — Да пошел ты к чертовой бабушке, дядюшка, — клановцы, что стояли вдоль продольного помещения церкви, аж резко вздохнули от удивления, что младший позволил себе такое поведение. — Лео и так из-за вас намучился. Радуйся, что вместо меня не Рафаэль, который бы разорвал тебя прямо на месте, — Саки поднялся, салфеткой протерев свой шлем, и кинул тряпку на пол, один из клановцев ее подобрал и выкинул. Он хотел ударить младшего племянника ногой, но тот остановил его ногу рукой, откинув ее от себя. — Не строй из себя крутого воспитателя, понял? Ты мне вообще никто и мешаешь нам всем жить. Не думай, что мы так просто согласимся на ваши идиотские фамильные традиции, — мальчишка быстро вскочил на ноги, создав между ними расстояние. — Поэтому пошел ты, — Шредер нахмурился, молча смотря на бушующего племянника, и обернулся, чтобы вернуться на кресло. Для ниндзя это означало, что нужно тащить его в подвал в клетку на время, поэтому парня подхватили под локти и потащили, Майки закинул голову, не особо сопротивляясь, но вдруг увидел троих братьев, которые только-только прибежали, так как были запыханые. Леонардо спустил ему веревку, поэтому Микки просто двумя руками уложил этих двоих на землю, заставив их себя отпустить, запрыгнул на свисающую веревку, и его потащили наверх, а в добавок к этому он сам еще полз. Микки посмотрел на очень недовольного Шредера и показал ему язык, чтобы не повадно было.       Его подняли к проломанному окну, старший тут же его крепко обнял, сильно перепугавшись за брата. Они выбрались отсюда, пока их никто не увидел, и перебежали на другие крыши.       — Я так испугался, когда увидел твое сообщение, - все еще взволнованно говорил бесстрашный, приложив ладонь к груди. — Как хорошо, что у меня телефон всегда стоит с включенный звуком, иначе бы я не проснулся.       — Да уж, как ты себя позволил поймать вообще? — скрестил руки на груди Рафаэль, подтаптывая ногой. — В такую-то рань.       — Да я с работы шел в метро, а там человек десять вылезло, что мне оставалось? У меня с собой только банан, да крюк в сумке, вряд ли я что-то смог бы сделать путного.       — Не зря я на телефоне поставил эту кнопку, — похвалил себя Ди и погладил партнера по волосам. — Что он тебе сказал?       — Ничего приятного, хотел меня как приманку использовать. А еще у него в голове какой-то идиотский перечень о нас, как бы... Краткая характеристика. От отца, наверное.       — В любом случае, у него ничего не получилось и это главное.       — Нам спать уже не имеет смысла, а вот тебе — надо, — ученый поставил руки в бока. — Как ты еще с ног не валишься?       — Валюсь, просто... Я слишком злой! — он показательно надул щеки агрессивно.       Когда они разошлись по домам, Лео подошел к кухне, взглянув на брата.       — Нам нужно быть аккуратнее, я не хочу чтобы такое снова случилось. Ничего страшного не произошло, но им ничего, видимо, не мешает просто похитить человека в любое время суток. Будь аккуратнее, когда идешь с работы и из колледжа.       — Я предельно аккуратен в этом плане, специально хожу по многолюдным местам, — задира подошел к нему, приобняв с боку и положил подбородок на плечо. — Не бойся, мы покажем эту наглому родственнику. Он еще пожалеет, что приперся сюда, — Лео сначала приулбынулся, но потом улыбка пропала с лица.       — Раф... Как думаешь, я бы смог убить человека? Ну, в крайнем случае, я имею в виду. При опасности.       — Кхм... Странные вопросы задаешь, но... Ты очень выходишь из себя, когда нам угрожают, в таком состоянии, при нашей защите, ты можешь ненароком и человека прирезать. Но мне в такое тяжело поверить.       — Я похож на жестокого человека?       — Нет, совсем нет, наоборот. Я бы тебя в некоторые моменты нюней хочу назвать. Ты совсем не жестокий, ты скорее... М... Сильно любящий свою семью, думаю как-то так... Я не такой начитанный, не могу подобрать подходящего слова, — лидер негромко посмеялся, поцеловав его в лоб.       — Спасибо. Я тебя понял. Раз мы так рано встали, то можем перед выходом телевизор за завтраком посмотреть. Хочешь?       — Ты еще спрашиваешь? И так почти ничего в месте дома не делаем, только спим, завтракаем и ужинаем.       — Со временем снова станет легче.       — Я верю.