Cigarettes out the Window

Эндрю махнул рукой—мол, успеем попрощаться. Любимое МБОУ, в котором им приходилось учиться целых девять лет, случайно сменилось школой с упором на спорт. На Экси. Миньярд вышел с территоррии школы, кивая своим мыслям, соглашаясь с тем, что это-безумие, которое проглатывает его каждый день. Жизнь порой выдает настолько нереальные моменты, что уже ежедневная покупка пачки сигарет становится под вопросом. Он жил далеко. Две пересадки и еще от метро до дома. Таков был район Тушино, в котором расположился Эндрю .И Нил. Он был Натаниэлем, но это имя слишком длинное, вся команда по Экси говорили Нил. Три звука стали родными. В бреду, в алкогольном, в наркотическом опьянении, во время приступов дереализации, он шептал. .Шептал это имя, находясь в замкнутом круге, заходя в метро и пробегая с какой-то женщиной, снимая неудобную шапку, в которой становилось жарко. Черные наушники летят вниз—в сумку-шоппер—которая сразу же захлопнулась и продолжила свое существование у блондина на плече. Пробежав вниз, он резко завернул направо, сбивая людей и заходя в вагон. Ему надо добраться домой быстрее, быстрее доложить эту новость наркоману, надо было. Мне нравиться смотреть, как он улыбается. Эндрю дергает плечом на свои мысли и носом зарывается в воротник короткой черной куртки, засыпая на своем же плече. *** Нил. Нил вздохнул и устало глянул на часы: было уже около пяти вечера, Эндрю должен был быть дома около четырех. Уснул в метро, —вслух предположил парень, слыша, как открывается входная дверь. Выбежав в коридор, он прошелся по скрипучему полу до двери, открывая внутренний замок. И впуская мокрого голкипера. Он выглядит жалко: черная шапка съехала вниз, куртка в известняке. Обмазался им, пока искал ключи в сумке? —Привет, —его проигнорировали, сразу проходя на кухню и садясь на стол, закуривая сигарету. Тонкие пальцы аккуратно обхватили палочку, второй рукой беря зажигалку с микроволновки, поджигая кончик. Янтарные глаза застыли на горящем материале, чувствуя, как медленно сжигают не сигарету, а его личность. Его такая безучастная, безэмоциональная личность ломается, когда видит, как горит сигарета. Тупо и смешно. Ужасно. Он старается отмахнуться. Не может сдклать этого как в метро—просто забыть. Может лишь дожидаться, пока его тревожность пойдет на спад.

***

Нил спал. Ложился слишком рано. В час он дрых, иногда посапывая и дергаясь во сне от резких звуков. Коты, которые решили оживиться лишь в позднее время суток; соседи, которые отдыхают ночью, смотря телевизор. И резкий, неприятный звук, который бьет по ушам: скрип подоконника. Он сквозь сон понимает, под чьим весом прогнулся тонкий подоконник. Эндрю. Эндрю сидел на краю подоконника, держа в трясущихся руках сигарету, слегка прокручивая ее в руках, закатывая глаза. Стоило понять почему. —Пялишься, —Впервые за вечер сказал слово Миньярд, вдыхая ядовитый дым. —Именно, —все же ответил Нил, садясь на кровать, —Можешь поделиться? Эндрю молча протягивает сигарету и зажигалку. И они смотрят в окно вместе: идет медленный снег, хотя по сугробам так и не скажешь. Он был мягким, пушистым и изящным. Эндрю лишь позволил себе мелкую слабость: облокотился на Джостена, туша сигарету о подоконник и вздыхая. —Я хочу поцеловать тебя. Да или нет? —спрашивает Нил, поглаживая по волосам. —Да. Нил уверенно целует его, аккуратно придерживая за блондинистые волосы. Им нравиться и это главное.