Закрой глаза, агент, закрой

«Напомните, почему я до сих пор с вами?» – Вспоминая эти слова, Акиа вертела в руках серую маску, напоминающую мордашку лисы. На лбу её нарисована большая "А", отверстия для глаз узки и злобны на вид. У неё единственная она была не чёрной, а под цвет дождя и пыли, этого мира и пелены тумана. Серая. Невзрачная и ничего не значащая вещица. Держа её в руках, ощущая холодные края подушечками пальцев, Акиа чувствовала пробирающий в теле страх. Они разбиваются, ломаются, отламываются да блекнут – эти маски. Как и люди. Только первое всегда можно заменить, а второе уже никогда не вернуть в старый вид. Человеческие души обжигаются и гаснут, трескаются, безмолвно воют в пустоту. Они зовут: "На помощь!". Никто не услышит, никто не придёт. И только когда ты упадёшь на колени, а по щекам пробегут дорожки слез, когда глаза, некогда полные света, зажмуриться в муках, испытаешь на себе это.. Ты просто никто. Твою пропажу даже не заметят, потоскуют чуток да унесёт воспоминания мертвый ветер. Акиа сидела за столом, отложила в сторону маску и глянула на свет, льющийся из лампы. Он холодный. Фальшивое солнышко в таком же обманчивом мире. – Но это ведь не так, – Она поднялась, отодвинула стул и прошла вперёд по коридору. Через небольшие окна пробивался из-за штор свет. Акиа резко отдёрнула их, позволяя лучам солнца попасть на кожу, заиграть на лице и опалить её карие глаза. Бесчисленное количество душ гибнет ежедневно, не успевая даже ответить на вопрос "Да кто же я, черт возьми!?". Тела их живы, дышат и бьются сердца, а разум померк. – Они даже не догадываются, что неправы. Вспомнить только ночь. Её темноту разрезает луна. У "погибших" людей душевный свет скрыли тучи лжи, отчаянья и страха со злостью. Когда исчезнет спутник Земли, найди светлячков. Тех людей, кто все время был рядом и освещал путь. Нет даже их? Ночь беспощадна. – Но зло всегда проигрывает... Если сердце окутала тьма, разум горит в агонии, а душа в состоянии комы. Если нет лунного света, светлячков или ещё чего яркого. Просто поройся в глубинах сознания, найди карманы и достань оттуда фонарик. Посвети на лицо, на мрак и под ноги. Даже если никто не желает помочь тебе, сам стань спасительным светом во мгле. Воскресни из мертвых и докажи, что сильнее серой смерти! *** Это была кошка. Или кот. Теперь же просто сожженное до чёрной плоти тело, истекающее кровью. Оно мертво. Навсегда. И даже не поймёшь кто это был. – Какой ужас! – Мира отвернулась. – Неужели? Как там девиз Агентов? "Из одной неприятности в другую". – Смолкни! – Её серые глаза прищурились, шерсть вся встала дыбом, – Ты просто бесчувственное чудовище! Мира боялась. Она вообще пуглива, хотя змеиный нрав сначала скрывал это. Она резка и слишком эмоциональна. – Ты ничего не понимаешь! – Тихо, – Прошипела Акиа. – Сама заткнись! – Тихо! Мира замерла с поднятой лапой и приоткрытым ртом, будто поломанная кукла, которую бросили на середине игры. Акиа прикрыла глаза, ощущая дрожание этого ослабленного мира. – Я же говорила, что Аномалия нас сама найдёт, – Улыбнулась она. Все происходящее, как в старых видеороликах, пытающихся доказать в существовании очередного НЛО или единорога. Все размыто, будто снимали утюгом, трясётся и грохочет. Мы лишь герои новой саги. Мы её второстепенные и главные персонажи. Мы её авторы. Акиа улыбнулась чёрному монстру, что выбрался из недров земли. Она даже забыла, что находится в неудобном облике кошки. И повернулась лицом к чудищу, прищурила глаза. – Вот черт! – Приговаривала Мира. Акиа косо глянула на союзницу и прошептала монстру, некогда бывшему человеком: – Ну, здравствуй, отец...