Раскрашенное небо

Дима смотрел на портрет, оставленный ему своим парнем. На нём был изображён сам Дима, его портрет был выполнен красным цветом. С первого взгляда можно подумать, что работа выполнена красными красками, но надпись в углу листа с подписью автора заставляет думать обратное. ”Работа выполнена кровью автора„ — читает Дима уже в сотый раз, до сих пор не осознавая всей ситуации. Его солнышка. Его Эмильки, который всегда вызывал у него улыбку, больше нет. Этого человека просто не существует. Завтра похороны. Время уже было далеко за двенадцать ночи, поэтому Дима, наконец, оторвав взгляд от портрета, двинулся в их двуспальную кровать. Больше никто не будет лежать у него под боком, сопя ему в шею. Больше нельзя будет погладить кудрявые волосы, приговаривая, что всё будет хорошо. Больше некого будет сжимать в объятьях. Эту бессонную ночь Дима провёл за воспоминаниями. ”4 июля" Дима шёл по ВДНХ, слушая музыку в наушниках, просто разглядывая всё вокруг. У него было чудесное настроение, ведь он сдал сессию на пять! К сожалению, отметить было не с кем. Всё друзья находились в других городах, точно так, же как и родители. Но даже если ехать к ним, это бессмысленно. Родители уехали в отпуск в Тайланд. Почему бы не расслабляться? Но, взглянув в левую сторону, Дима заметил парня. Ему, наверное, было лет шестнадцать-восемнадцать. Парень сидел и рисовал что-то на холсте. Скорее всего портрет, ведь перед ним сидела женщина. Дима сам не понял, но почему-то залип на эту картину. Он рассматривал умелые руки художника, которые вырисовывал черты лица женщины, нахмуренные брови и сосредоточенное лицо. Когда парень пытался в точности повторить все черты, складки, затемнения. Через пару минут парень улыбнулся и протянул женщин холст. Женщина восхищённо ахнула, приложив руку к груди, и протянула парню деньги. Портрет на заказ. И Дима подумал: ну а почему нет? И направился к парню.

***

Масленников сидел на кухне, попивая чай, рассматривая свой портрет. За весь процесс творения Дима узнал, что парнишку зовут Эмиль и что он закончил десятый класс и перейдет в одиннадцатый. Дима сам не знал, что это любовь с первого взгляда, симпатия, потребность с кем-то пообщаться, называйте как хотите. Но Масленников оставил парню свой номер телефона, говоря, что если тот захочет пообщаться, может позвонить и написать, он будет рад. И вместе с творением Эмиля ушёл, улыбаясь. "18 декабря" Дима сил в кафе, ожидая своего парня. Да, именно парня. Сам Дима ещё в 17 лет понял, что является геем, но об этом знали только родители, да и близкие друзья, да и по сути, всё. Лучше в России не рассказывать о таком публично, а Эмиль просто не был никогда против ЛГБТ и понял, что ему вдруг начал нравится Дима. Несколько дней назад парни начали встречаться. За всё общение с Эмилем Масленников удивлялся, насколько тот дружелюбный и весёлый. Иманов очень редко был в плохом настроении. Чаще всего от него веяло позитивом и оптимизмом творить что-то новое каждый день. Именно поэтому Эмиль занялся рисованием. Ещё в детстве ему нравилось рисовать всё то, что он видит перед собой. Пусть это будет человек или цветок. Также парнишка любил высказывать свои эмоции на бумаге, но никто эти листы никогда не видел. Несмотря на все эти качества Эмиля, он был очень стеснительным и постоянно носил вещи с длинным рукавом и джинсы. Дима был в недоумении: почему, когда на улице плюс двадцать, на Эмиле лёгкая ветровка нараспашку и синие, порванные на коленях джинсы. Даже пытался заставить Иманова надеюсь шорты и футболку, но тот был непреклонен. Парень сам говорил, что когда наступит время, он сам всё расскажет. Из воспоминаний Масленникова вырвал колокольчик, оповещающий о новом госте кафе. К столику в углу двинулся парень, который был одет в красную толстовку и черные джинсы. Ничего нового. Но Дима не осуждал, просто не понимал. И ждал, когда, наконец, узнает причину. — Привет. — Искренне улыбнулся Дима, смотря на его Эмильку. — Привет. — Не более искренне улыбнулся парень. К сожалению, больше приветствия и улыбок в кафе сделать было нельзя, а вот дома...но не об этом. Парни выбирали блюда, пока официант не подошёл к ним. Дима заказал Цезарь с курицей и латте. А Эмиль пасту карбонару и Sprite. За время ожидания парни обсуждали всё, что можно, доходя до смешных историй в детстве. Когда блюда принесли, Дима и Эмиль всё равно прерывались, разговаривая друг с другом. Когда пища была съедена, официант подошёл к ним и Дима, положив за них с Эмилем вместе плюс чаевые, двинулся на выход. Ожидая Эмиля у двери, которые пошёл за Масленниковым только спустя секунд двадцать. — Я вообще-то сам за себя могу заплатить. — Буркнул Эмиль, не очень довольный таким исходом. — Не бурчи, солнце. — Эту фразу Дима сказал тихо, чтобы никто не услышал. — Кто на свидание позвал, то и платит! И оба парня двинулись к машине Димы, которая у него появилась год назад. "17 марта" Время было около двенадцати ночи, Дима давно уже видел десятый сон, потому что преподаватель по философии его конкретно измотал, но всё было сделано в десять вечера, и после этого Дима сразу же завалился спать. Но его разбудил настойчивый звук в дверь. Нехотя поднявшись, он подошёл к входной двери и не смотря кто за ней, открыл. А тот кто был за ней, заставил впасть в ступор. На пороге стоял Эмиль. Но только не весёлый и жизнерадостный, а побитый, весь в синяках, с дорожками слёз на щеках. — Боже, солнце, что случилось? — Дима аккуратно провёл пострадавшего на кухню, доставая из навесного шкафчика аптечку. Эмиль молчал, давая понять, что ему нужно настроиться на разговор. Пока Дима обрабатывал все раны, которые есть, Эмиль молчал, обдумывая свою речь. Когда Дима закончил, он убрал аптечку обратно в шкаф, придерживая Эмиля, прошёл в гостиную и, беря его руки в свои, начал ждать. — Ты всегда спрашиваешь, почему я всегда хожу в толстовках и джинсах. — начал парнишка. — Я скрываю синяки, которые мне наносит отчим. Мой папа умер, когда мне было четыре года от лейкемии ( заболевания системы крови). После этого моя мама начала пить, тратя все деньги на алкоголь, но в частности меня не трогала и хотя бы давай хоть какие-то деньги. Но потом появился он. Олег. Он стал выпивать вместе с мамой, а после и вовсе переехал в нашу квартиру. Когда он слишком много выпьет, (а это в последнее время происходит очень часто), он начинает лупить меня ремнём ни за что. Просто если в комнате не убрано, учебники на столе разбросаны, какая-то вещь стоит не на своём месте и так далее. Так продолжается уже третий год, а я просто скрываю это всё, чтобы не привлекать лишнее внимание. — Закончив свою длинную тираду, Эмиль опустил взгляд на свои руки,на которых проявлялось пару новых синяков. Дима слушал всё это с ужасом и одной мыслью, что никто не достоин такого обращения от какого-то незнакомого человека, а его Эмиль и подавно. Он подвинулся к Эмилю и крепко, но чтобы не было больно, сжал его в объятьях, гладя по голове. — Эмиль, пообещай, что если такое будет продолжаться, что как только есть попытка убежать, ты идёшь ко мне, хорошо? — Хорошо. — прошептал Эмиль, засыпая в руках Димы. "16 апреля" Дима и Эмиль сидят к Димы в квартире, смотря новый сериал с Томом Холландом "Анчартед: На картах не значится." Оба вникали в суть фильма до одного момента. В фильме началась романтическая сцена, и Дима задумался. А почему за пять месяцев отношений они ни разу не целовались. Да, в это сложно поверить, но это действительно так. Дальше обнимашек и поцелуев в лоб, макушку, щёку, висок, нос не заходит. В губы они не целовались ни разу. И Масленников понял, что сейчас хоть и не самый романтический момент, но когда-то же надо начинать и Эмиль, который смотрел прямо ему в глаза, добавлял ещё больше уверенности. Аккуратно потянувшись к лицу Эмиля, он взял двумя руками его за шею, прижимаясь своими губами к губам парнишки. Никакой грубости, никакой пошлости. Только нежность. Иманов приоткрыл рот, давая возможность проникнуть внутрь. Дима на пробу провёл своим языком по ровному ряду зубов, потом перешёл на нёбо. А после сплёлся в бешеном танце вместе с языком Эмиля. Отстранившись друг от друга из-за нехватки воздуха, они прижались друг к другу лбами, глупо улыбаясь. Оставшуюся часть фильма они смотрели в обнимку, иногда лениво целуясь. "23 марта" Эмиль проснулся от нежных поцелуев в шею и руки, которая в наглую шарилась по его паху. — Дим, что ты делаешь? — сонно пробормотал Эмиль, переворачиваясь лицом к собеседнику. — Помогаю убрать утренний стояк. — Невозмутимым тоном ответил Дима, начиная поглаживать член сквозь ткань боксеров. — Дим, не надо. — слабо простонал Эмиль от ласок Масленникова. Но Дима его не слушал, забираясь рукой под ткань, поглаживая розовую головку, размазывая естественную смазку. Дима медленно провёл рукой вверх-вниз, всё ещё слегка надавливая на головку. Эмиль стонал и выгибался от таких действий. Дима начал ускорять движения рукой, но внезапно Эмиль его прервал. — Я думаю, ты можешь ещё кое-что убрать. — Жарко прошептал парнишка, впиваясь в губы напротив грубым поцелуем. "14 мая" Эмиль окончил школу. Незабываемые чувство, но чтобы его точно больше ничего не держало, Эмиль собирается съездить к родителям, забрать оставшиеся вещи и забыть про этот дом навсегда. Дима слишком переживал за парнишку, поэтому напросился поехать с ним. Подъехав, оба вышли из автомобиля, направляясь к подъезду, но около него остановились. — Дим, всё будет хорошо, не переживай. Я люблю тебя. — прошептал Иманов, коротко поцеловав того в губы. — Я тебя тоже люблю. — так же шёпотом ответил Дима, отстраняясь. Парнишка ободряюще улыбнулся и зашёл в темный подъезд. Не успел Эмиль пройти внутрь квартиры, как его сразу же прижали к стене сильные руки, а от этого человека, сжимающего его футболку, несло перегаром за километр. — Ты педик? — без прелюдии зло спросил Олег. — Что...? — переспросил Эмиль, не до конца понимая сказанные слова. Его слишком резко прижали к стене. — Ты, блять, педик?! Я видел, как ты целовался с мужиком!! — Заорал Олег. — Ты мне отец, чтобы претензии предъявлять? Да и вообще, с какого перепуга тебя волнует моя ориентация? — За эти месяцы Эмиль заметно осмелел, но он об этом пожалеет. — Да вас истреблять надо! Вы хоть понимаете, как губите эту планету? Тебе так сильно нравится, чтобы тебя долбили в жопу? Фу, блять! — Олег сморщился от представления. — Загрязняете мир вы, ёбанные алкоголики, которые, блять, не замечают ничего, кроме бутылки пива. — Сквозь зубы процедил парнишка, пытаясь выбраться из мощных лап этого животного. — Так значит, да? Хорошо. — Отчим злобно ухмыльнулся, а в следующую секунду в нос парня полетел удар, а после в живот, в скулу, под ноги, по спине, по голове, по лицу и все по новой. Олег бил несчастного парня, который хрипел от боли, пока тот едва ли не умер. Но Олег вовремя остановиться, уходя куда-то. Тело болит. Всё ноет. В ушах гудит. Перед глазами плывет. Больно сделать вдох, не слушаются конечности. Парнишка чувствовал, как под ним расползается большое поле пятна. Перед тем как окончательно погрузится в тьму, Эмиль отправил Диме заученное наизусть сообщение. Как только Диме пришло сообщение, он сразу же схватил телефон и, увидев сообщения Эмиля, заволновался ещё больше. В сообщении было всего шесть слов: «В моей комнате, под матрасом кровати.» Сказать, что Дима испугался и сразу же направился к дому парня, это ничего не сказать. Как только Дима подъехал, он рванул на знаковый четвертый этаж. Похуй на лифт, пешком быстрее. Как только Дима влетел в квартиру, он остановился. Кровь в жилах застыла, ноги подкосились, из глаз хлынули слёзы. Нет-нет-нет! это не правда! Так не может быть! Не может! Словно в замедленной съёмке, Дима опустился рядом с Эмилем на колени, не обращая внимания, что упал коленями в кровь. Масленников аккуратно поднёс два пальца к шее парнишки и замер, не дыша. Но не было «тук-тук, тук-тук». Пульса нет. Вызвав полицию и скорую, Дима ещё раз посмотрел на своего парня, который больше не дышал. Слёзы с новой силой хлынули из глаз. Дима положил свою голову на грудь парню, которая, к сожалению, больше не делала вздохов. — Почему, Эми? — отчаянно зашептал Дима, надеясь, что парнишка услышит. — Ты же не заслуживаешь... Полиция и скорая приехали одновременно, минут через семь. У Масленникова не было сомнений, что это сделал Олег, но только где тот находился, он не знал. Полиция взяла это дело на себя, а скорая увезла его Эмильку, не давая поехать с ними... Дима осел на пол, просто смотря в одну точку. В голове не было ни единой мысли, только белый шум... Внезапно Дима вспомнил о сообщении Эмиля и пошёл в его комнату, поднимая матрас. Там находилось два листка. На одном был изображён сам Дима, и это был тот самый рисунок, который был нарисован кровью... а другим листком являлась записка. Дима разложил листок и начал читать. «Привет, Дим =) Если ты это читаешь, значит меня больше нет на этом свете. Я не знаю, что такого я мог сделать, чтобы Олег меня убил. Да-да, именно он. Я знал, что если совершу что-то страшное, то живым он меня не оставит, но видимо совершил. Я очень благодарен за то, что ты появился в моей жизни. Ты стал тем самым лучиком солнца сквозь тучи. Наше первое свидание, наш первый поцелуй, наш первый секс. Мы с тобой так много прошли, но к сожалению я не смог остаться до конца. Но я всегда буду с тобой. Да, мы не сможем видится, трогать друг друга и так далее, но я буду рядом. Я буду рад, если ты найдешь себе другую любовь и будешь счастлив. Я очень сильно тебя люблю! Твой Эмилька.»

*В настоящем*

Дима лежал на кровати, погруженный в свои мысли, не обращая внимания на слёзы, которые катились по его щекам, оставляя мокрый след. Сегодня ему уснуть не получится, да и время уже пять утра. Похороны будут проходить в двенадцать часов дня. Ещё семь часов. Похороны организовал сам Дима, поэтому и составлял все сам. Он позвал только близких людей для Эмиля. Олега посадили в тюрьму на десять лет, а мать забрали в больницу.

***

На улице было пасмурно, скоро было должен был начаться дождь. Погода прямо подходила под сегодняшний день. Все люди, которых являлось всего пять человек, были одеты в черную одежду. Все близкие Эмиля покинули могилу раньше, чем Дима. Он же остался. Аккуратно подойдя ближе к надгробию, он сел на корточки, смотря на счастливое лицо Эмиля. — Я не смог, Эмиль. — Начал Дима. —Я не смог тебя оберечь. Мне же сердце велело пойти с тобой вместе в эту грёбанную квартиру, но ты же всегда был упёртым. Сказал, что всё будет нормально. Ты первый человек, который вызвал у меня такие невероятные эмоции. Всегда, когда смотришь на тебя, хочется улыбаться, ты ведь такой солнечный, так и прёт теплом. Наверное, является тупым, что я разговариваю с каменной плитой, но я надеюсь, что ты слышишь меня, Эми. Чтобы ты знал, я тоже тебя очень сильно люблю....

***

Дима шёл по Крымскому мосту, уже начало вечереть. С момента похорон Эмиля прошло больше месяца. Дима так и не смог никого полюбить. Он сейчас работает в офисе и живёт с котёнком по кличке "Изи"* Масленников остановился, глядя на закат, сегодня он был особенно красив. Солнце уже почти ушло за край горизонта. Небо было ярко оранжевое, а в самом верху даже розовым. Внезапно в голове Димы возникла фраза Эмиля: « — Знаешь, говорят, что каждый раз, когда умирает художник, Бог даёт ему разрисовать небо, чтобы попрощаться. — Сказал Эмиль, рассматривая заход солнца. — Если честно, звучит как бред какой-то. — Тихо рассмеялся Дима, явно не веря.» Масленников легонько улыбнулся этому воспоминанию, продолжая смотреть на закат. — Теперь верю. — Тихонько прошептал Дима.