Безмолвное пение

      «Почему? Почему это не может быть сном? Почему всё так должно было случиться?! Неужели…Неужели нельзя, что бы всё было хоть раз хорошо, хоть раз не так как всегда…» раздавались туманные стоны в голове Типпи эхом разносясь по всему сознанию.       Типпи лежал, не чувствуя сил, смотря в пустоту. Он понимал и вполне осознавал, где он, понял сразу куда попал и кто так нежно, приобнимая, прижимает его к мягкому и тёплому, но в то же время сильному телу. Особенно он чувствовал это горячее дыхание на обнажённом плече, которое так давно не чувствовал, которое не мог забыть, с тех пор как покинул этот дом. И на удивление чувствовал спокойствие, что чувствовал всегда, когда его так нежно приобнимали эти лапы, настолько нежно, как будто боялись поранить… Даже сейчас Типпи не хотел переставать ощущать их, особенно сейчас, чувствуя поддержку от одних прикосновений. Не в состоянии что либо сделать, Типпи только крепче прижался к нему, чувствуя как лапы обняли его плотнее, а плечо лизнул горячий и влажный язык.       Типпи снова оказался в апартаментах Ленса, понимал, что на нём не было одежды, снова так легко лишился защиты от этих лап, в которые снова попал… Типпи это было совершенно не важно, он этого не особо и замечал… То зловещее извещение не покидало его мысли. Его сердце не покидало осознание того, что он остался один, что не куда ему больше ехать, нет смысла искать новую работу, с высоким заработком, нет смысла надрываться. Теперь, все его усилия, все его надежды и мечты, всё было зря…, всё кончено, всей его работе пришёл конец с тем письмом, как и его жизни, в которой не было никого более важнее... Это была потеря смысла жизни, ради чего же теперь жить? Неужто ради выживания? А стоит ли оно того? Хотелось просто забыться и перестать мыслить, осознавать всё происходящее.       Типпи даже не пытался сдерживать те слёзы, что катились из его глаз, стоило ему их открыть и снова осознать всё что произошло. Вспомнить последний момент у парома и его обещание, которому не суждено никогда сбыться, эти последние нежные и теплые прикосновения, этот старый, грустный взгляд… Не хотелось шевелиться, даже если было бы это возможно, не хотелось дышать, не хотелось больше думать о том, что случилось в последние дни… Хотелось, просто забраться с головой под одеяло и погрузится в этот безвестный сон.       Но не один Типпи проснулся этим ранним утром. Ленс, что лежал и так нежно его приобнимал, проснулся так же, смотря на вздрагивавшего Типпи, слушая эти тихие несдерживаемые всхлипы, прерывистое дыхание, чувствуя, как маленькие пальчики сжимают от бессилия его шерсть, понимая как тому тяжело. Впервые за то время, что он знал этого человека, Ленс впервые видел его таким - раздавленным и сломленным. Впервые понимал, что тому плохо на столько, что не хотелось жить… И самое печальное, что беспокоило Ленса, ему было не лучше от этого.       Раньше Ленс всегда наслаждался тем, что доводил своих жертв до такого состояния отчаяния, получал удовольствия смотря как они разрушаются… но не сейчас. А понимание, что он ничем не мог ему помочь, как бы не хотел, причиняло непонятную тяжёлую боль, что тянула вниз, что было в первые…       Ленс видел, как Типпи смотрит куда-то в пустоту, как слёзы не перестают катиться, ручьями стекая на подушку, но он даже не мог ничего сказать, понимая, что не знает, что вообще можно сказать в таком случае. Казалось, что, то, что чувствовал Типпи, его состояние передалось Ленсу, как будто он испытывал ту же боль, что и Типпи. От этого было не легче. Ленс впервые чувствовал такое и не мог понять хорошо это или же напротив…       Осознание одного того, что ты остался один, что у тебя никого не осталось уже было болезненным, а пережить это в миллионы раз хуже… Хоть у Ленса и была семья, у него была сестра…, но почему то, ему казалось, что он понимал Типпи как никто другой и не мог на него злиться как раньше, даже не мог себя заставить раздражаться… Он просто смотрел на него, зарывшись носом в его волосы тяжело выдохнув, нежно сжав его ладонь в своей огромной лапе, что так же на удивление Ленса, слабо сжала его.       «Прости меня малыш…» мысленно сказал Ленс, чувствуя, как даже мысленно было тяжело это сказать, понимать, что эти слова ничего не значат, они не вернут того, что уже случилось. Однако, когда Ленс почувствовал еле заметный кивок, не смог сдержать шумный выдох, как будто Типпи почувствовал то, что он сказал и простил… Ленсу очень хотелось в это верить.       Он так яро хотел увидеть этого человека раздавленным, так шёл к этому, но теперь, видя его таким, Ленс не хотел больше этого, не хотел, что бы он испытывал всю эту боль, хотя бы в одиночку и не мог отпустить его...       - Пойду приготовлю завтрак… я не на долго – всё же решился предупредить Ленс Типпи через несколько часов, когда Типппи боле менее успокоился и прошептал ему на ухо погладив по плечу, укрыв одеялом, чувствуя, как дрожит это тело от его голоса. Ленс понимал, что Типпи далеко не до еды. Но волк не мог смотреть больше на него. Хватило того, что Типпи вчера ничего не ел весь день, еще и сегодня, так и с голоду помереть недолго, а этого он не в коем случае не хотел. И не известно, как он питался последние недели, что они не разговаривали почти, на какие деньги жил? От этих мыслей Ленса пробивала дрожь, вспоминая ту холодную квартиру, в которой не было ни крошки еды. Он злился сам на себя за прошлые свои поступки, за то, что добился что бы этот человек вернулся туда, за то какой он есть и не может сдерживать своё эго, как этот человек его терпел, каждый его поступок…       Как можно быстрее Ленс накинул черный халат и пошёл на кухню. Вообще с тех пор, как Типпи у него начал жить, Ленс в первый день увидел его в своём халате, то не смог просто не наслаждаться этим видом и взял себе чёрный, а тот оставил Типпи, тем более заметил, что тот его надевает частенько.       Быстро приготовив яичницу с овощами, что всегда готовил на завтраки для Типпи, волк вернулся в спальню. Ленс всё недолгое время, что готовил, краем глаза заглядывал в спальню, проверяя, что делает Типпи. Но на его спокойствие, тот как лежал до этого, так и остался даже на сантиметр не пошевелившись, только смотря куда-то грустно в пустоту.       - Давай, тебе надо поесть – поставил Ленс на прикроватную тумбу тарелку и стакан сока. Типпи даже глазом не повёл, смотря всё туда же в пустоту, только попытался зарыться с головой в одеяло – Ну же, давай… - вздохнул Ленс и забравшись на кровать взял тощее тело под мышки и вытащив из-под одеяла, посадил к себе облокотив о грудь.       Ленс понимал, что перешёл одним только действием, все свои убеждения, но ему было как-то уже не до них, стоило просто посмотреть на состояние этого человека. Ленс взял тарелку с вилкой и поднёс к рукам Типпи – Если ты сам не будешь есть, я накормлю тебя своими силами – прошептал он на ухо Типпи, помня, как стоило тому раньше услышать такое, тот быстро начинал есть сам. Но в этот раз, даже после этой фразы, Типпи только судорожно вздохнул, но даже не пошевелил пальцем, помотав головой – Ладно…- тоже вздохнул Ленс и взяв вилку наколол несколько овощей – Давай, поешь хоть немного, не ради меня, ради себя… пожалуйста - лизнул он за ухом Типпи, хоть как то, чтобы тот отреагировал на его действия. Ленс давно понял, что его раздражает, расстраивает, выводит из себя, то что Типпи его вот так игнорирует его с самого начала, не делает то, что тот хочет, спорит… Но как же он сейчас счастлив чувствуя как Типпи начал есть из его лап, послушно и без каких либо споров съедая то, что даёт Ленс и запивая соком, что так же подносил тот – Молодец – улыбнулся Ленс, отставив Тарелку и вытерев его рот салфеткой – Почему всё так сложно в этом мире… – вздохнул он обняв и прижав Типпи к себе поглаживая по животу.       Лениво, Типпи взял свой блокнот, что лежал на той же тумбочке и под пристальным взглядом Ленса, не скрывая начал писать, не придавая значения почерку, просто как придётся «Что теперь будет?» не разборчиво написал он, хотя волк всё прекрасно понял.       - Не знаю – пожал плечами Ленс.       «Я совсем не знаю, что теперь делать…как жить?» потёр лоб Типпи, чувствуя как эта боль снова подступает и этот завтрак вот-вот полезет обратно – Эй – погладил Ленс его дрожащий подбородок и направил взгляд себе в глаза. Таких глаз он ни разу еще не видел, настолько несчастных и уставших, опухших и красных от слёз. Ленс любил ломать людей, доводить их до такого состояния, но теперь ему не хотелось видеть этого человека таким - Я тебе не дам пропасть… Больше не дам… -лизнул Ленс его нос.       «Ленс» не удержался простонал Типпи и отложив Блокнот перевернулся и прижался к его груди зарывшись лицом в густую шерсть, как будто последней недели и не было, не было того момента когда Ленс принёс ему ту боль и этой их разлуки, что казалось никогда не закончится – Ох малыш, малыш… - вздохнул Ленс слыша тихие всхлипы и как снова потекли горячие слёзы, обнимая это вздрагивающее временами тело – Быстрее бы это всё закончилось – прижал он к себе Типпи как самое дорогое что у него есть…