Три весёлых дня - три удивительных начала

8 сентября, 1998 год.       — Гермиона, ну заканчивай уже ломаться.       Глубокий вдох. Девушка продолжает взмахивать палочкой и уже прочитанные книги летят на её кровать, а она придерживает балдахин.       — Джин, хватит. Я сказала, что не пойду, — как бы Грейнджер не пыталась скрыть раздражение в голосе, оно наверняка чувствовалось даже в подземельях.       — Да что с тобой не так?! Перестань. Все уже отошли от этих ужасов, даже Гарри почти оклемался, — эта рыжая бестия явно не собиралась сдаваться.       После окончания битвы за Хогвартс прошло уже 4 месяца.       — Почти..       — Гермиона, даже не смей цепляться к словам, — та поджимает губы. — Это просто вечеринка. Ничего страшного, — Уизли отходит к другой стороне кровати, чтобы видеть лицо собеседницы.       «Ничего страшного.. Ну да..»       Гермиона просто продолжает левитировать книги, не поднимая глаз от своего проекта по маггловедению. Гриффиндорка перечитывает его 6 раз за утро.       — Ага, всего лишь куча алкоголя, сигары, громкая музыка, танцующие на столах студентки и пошлые намёки студентов. Ах, да, а ещё нарушение комендантского часа и..       — Да, да, я поняла, ты против, — Джинни отмахивается от неё. — но это не значит, что тебе не нужно расслабляться. Ты единственная, кто всё ещё так зациклен на произошедшем.       Гермиона, наконец, поднимает глаза и смотрит на подругу со скепсисом. Книги перестают летать между их головами.       — Ну да, ты ведь уже полностью отошла от.. — глаза Джинни расширяются.       — Не надо... — она сглатывает ком в горле.       Грейнджер тут же ретируется, понимая, что сказала.       «Какая же я идиотка..»       Вздыхает, прикрыв глаза.       — Прости, просто.. Ты слишком настойчива. — Гермиона снова поджимает губы, опуская взгляд.       «Надо лучше следить за словами..»       — Ничего. Я всё-равно не отступлю. Гермиона, тебе правда нужно развеяться, мы просто придём потанцевать, ничего сверх запретного. Это всегда было, есть и будет. Можем даже не пить алкоголь, если хочешь.. Хотя это не так весело.. — девушка приподнимает уголок губ и внимательно следит за подругой.       Наконец, Гермиона опускает руку с пергаментом и глядит на все книги на её кровати.       «Ровно 13 штук».       Не счастливое число.       — Ты когда-нибудь доведёшь меня, Джиневра Уизли, — подруги встречаются глазами. — Чёрт с ним, хорошо, уговорила.       Лицо Джинни просияло мгновенно. Она улыбнулась, но тут же стала серьёзной.       — Что ты наденешь – выбираю я, — Гермиона фыркает, усмехаясь.       «О, естественно. Джинни в своём репертуаре».       — Ну конечно, кто бы сомневался. У меня всё-равно нет настроения на составление образов, — девушка подошла к прикроватной тумбочке, взяла свою любимую биссерную сумочку, положила туда свой проект и перо, лежащее на той же тумбе. — Итак, вечеринка Слизерина, значит? Когда она хотя бы будет?       Подходя к Гермионе, Джинни заглядывает той через плечо. — Думаю, где-то через две недели, — Грейнджер разворачивается с удивлением на лице.       — Две недели? Серьёзно? Что там можно готовить 2 недели?       — Слизерин – боги вечеринок. А чего ты хотела? — улыбаясь, говорит Джин.       — Ладно, заранее – лучше, чем за день. Пойдём, а то мальчики нас потеряют, — Гермиона направляется к выходу. Джинни идёт за ней. Они выходят из пустой спальни.       По пути в Общий Зал девочки переговариваются.       — Кстати, после уроков я не смогу пойти с тобой к Чёрному озеру..       — Какие-то дела? — Грейнджер просто интересуется.       — Да, мы с Дином хотим прогуляться, — подруги обходят колонну с разных сторон.       — Джин.. Когда вы уже в очередной раз расстанетесь, чтобы этот раз был последним? — на это Джинни закатила глаза, пребывая в явном негодовании.       Дин Томас и Джинни Уизли состоят в отношениях ещё с довоенного времени. Ну, как в отношениях.. Они проводят в расставании больше времени, чем в самих отношениях.       — Если у тебя нет личной жизни — это не значит, что её не должно быть у других. — Гермиона усмехнулась, но ничего не ответила. Чужие отношения не её дело, но такое ощущение, что Дин ранить Джинни. Не хотелось бы, она и так многое пережила.       Девушки вошли в Зал. И сразу же заметили Гарри и Рона, активно что-то обсуждающих. Они подошли к своему привычному месту.       — Привет, мальчики. О чём речь? — Уизли села рядом с братом.       — Пушки Педдл выиграли очередной матч, — говорит Рон, кладя в свою тарелку тосты. Гермиона тоже садиться и тянется к кубку с тыквенным соком.       — В принципе, не удивительно, — отзывается Джинни, уже поглощая яичницу. — Гарпии в этот раз расслабились.       Рон вдруг поворачивается к сестре и, заговорчески смотря, спрашивает. — Ну что, ты её уговорила?       Джинни победно улыбается и гордо кивает. До Гермионы доходит смысл сказанного.       — Так вы знали!? О, Мерлин, вы сговорились, — это было скорее утверждение, чем вопрос.       Гарри слабо улыбнулся, смотря на подругу с некоторым беспокойством.       — Гермиона, нам кажется, что тебе нужно отвлечься.       Тяжёлый вздох. Лёгкая улыбка.        — Ладно, спасибо. Наверное, вы правы.       Гермиона уже не первый раз думает, что она слишком погрязла в своих страхах. Хотя Гарри пережил вещи и похуже, да и Рон с Джинни пострадали очень.. Девушка до сих пор видит, с каким выражением лица они читают письма от Молли. Бумага как будто пропитана слезами. Гриффиндорка не понимает, почему все так спокойно проводят время после войны. Почти каждый волшебник магического Лондона потерял родных людей. А сейчас, как и не было всего этого кошмара. Но она просто слишком на этом зацикливается. Да. Наверное..       — Я же говорила, что она поймёт, — Джинни улыбается. Гермиона тоже дежурно улыбнулась и вернулась к тарелке.       Дальше Грейнджер просто слушала разговоры про квиддич и думала о том, есть ли в этом огромном замке кто-то ещё, кто так же переживает, не притворяясь, что ничего не было.       После уроков Джиневра ушла на встречу с Дином. Мальчики решили полетать и вспомнить парочку трюков. А Гермиона направилась к Чёрному озеру, как и планировала. Она была одета довольно легко, несмотря на погоду. Очень обидно, что уже в начале осени было так холодно. Обычно первые осенние деньки студенты ещё радовались остаткам летнего тепла.       Лёгкий солнечный свет отражался от глади воды. Вокруг было тихо. После войны бóльшая часть студентов проводит время в гостиных своих факультетов. Дремучая Ива склонила ветви к озеру. Она тоже последнее время тихая. Гермиона ступает по росистой траве. И вдруг ей в голову приходит идея снять обувь. Она, долго не думая, снимает свои ботинки. Её нога опускается на почву и она ощущает холодные капельки росы. По её телу пробегает стая мурашек. Довольно странно, но ей нравится это ощущение. Гермиона выходит на берег. Достаёт палочку и создаёт себе покрывало, расстилая его на траве. Обойдя, чтобы не испачкать грязными, мокрыми ногами, она садится на него и смотрит на озеро. Тишина. Довольно приятно её слушать, после такого количества шума вокруг. Голоса, стук чернильниц, шелест пергаментов, смех, звуки шагов, вспышки заклинаний...       — Грейнджер, — протягивает кто-то позади неё. Она резко поворачивает голову, испугавшись внезапного звука голоса. — Оприходовала моё место?       Дорогие туфли, чёрные джинсы и большой чёрный свитер, поверх которого накинута мантия. Острые черты лица, впалые скулы, ледяной взгляд, усмешка на губах и платиновые волосы..       «А он почти не изменился. Только вот одежда для него не типичная. Джинсы? Мешковатый свитер?»       — Малфой, чёрт тебя подери! Зачем так пугать? Чего ты хочешь? — Гермиона хмурится и невольно крепче сжимает палочку.       — Хочу отдохнуть в месте у озера, которое заняла ты, — невозмутим и хладнокровен. Как всегда. Он стоит в расслабленной позе, его руки в карманах джинс.       — А есть разница? — Грейнджер хмурится ещё больше и поворачивает корпус к нему.       — Есть. Это моё место, — ну да, конечно, этот пренебрежительный тон.       Гермиона внимательно на него смотрит. Сейчас, когда она пригляделась внимательнее, она заметила фиолетовые круги, залёгшие под его глазами. Впалые скулы.. Точно, девушка и не обратила на это внимания. Он похудел.       — Я проводил тут время ещё с прошлого года.       — Ты имеешь в виду довоенное время? — Гермиона замечает, как двигаются его желваки, но он тут же возвращает свою невозмутимость.       — Ага. Так можно я сяду? — он всё ещё стоит в той же позе, точно статуя.       — Ну.. Садись куда-нибудь, я тебе, вроде не мешаю, — она возвращается в положение, в котором была до его прихода. Тишина длиною в 3 секунды. Шаги. И..       — Малфой? Что ты..       — Сажусь, как ты и сказала, — он приземлился рядом с Гермионой на покрывало. Она удивлённо на него смотрит.       — Я имела ввиду куда-нибудь на берег, но не на моё покрывало..       — Мне что, нельзя просто посидеть на твоей тряпке? Как так, героиня войны не даст посидеть рядом с ней бедному Слизеринцу.. Ах, точно, я же был на тёмной стороне.. — такое чувство, что эти слова даются ему не просто, но он ухмыляется, наверное, он просто играет. Как всегда.       — А создать себе своё покрывало? — Грейнджер недовольно на него смотрит.       Только сейчас слизеринец рассматривает её более внимательно и замечает, что она босиком. Да и одета довольно легко. Странно, он не думал, что заучка тоже любит холод.       — Грязнокровки разучились носить обувь? — он просто переводит тему. Его светлая бровь выгибается, но смотрит он всё так же безэмоционально.       — Что? — Гермиону прошибает холодом. Это слово.. Она встряхивает головой и смотрит на свои ноги. Девушка уже и забыла про это. Они грязные и мокрые. Довольно резкий ответ — Нет.       — Ну ладно, — он отворачивается и смотрит на блики воды.       — Так может ты всё-таки пересядешь? — Грейнджер не желает на него смотреть. Она так же наблюдает за рябью на воде.       — Ты такая дотошная. Магглы все такие? — парень слишком безэмоционален, будто кукла.       — Ты упомянул чистоту моей крови 2 раза за минуту. Хватит. И слезь уже с моего покрывала, — как же она могла забыть.. Конечно, это же Малфой. Ярый противник магглов.       — Хм.. Дай-ка подумать.. — он притворно задумывается. — Нет.       Гермиона медленно встаёт и подходит ближе к воде. Она молчит. Грейнджер очень бы хотела выплеснуть свои эмоции, этот парень её раздражает. Он нарушил её спокойствие. Единственный миг сегодня, когда она могла побыть в тишине. Но чтобы его не отпугнуть, она молчит. Заходит в воду. Ледяная. По коже гриффиндорки снова проходит куча мурашек.       — Грейнджер, вода наверняка холодная. Не простудишься? — это что, забота? Будь это кто-то другой, это, возможно, было бы так. Но это Малфой. Очередная попытка поддеть.       Гермиона с трудом отвечает спокойно.       — Это не твоё дело.       В это момент он замечает, что у неё в руках палочка.       «Что она?..»       Взмах и Малфой скатывается вниз по влажной траве. Раздаётся звук удара о воду. Драко весь грязный и мокрый. Он ошарашенно поворачивается назад и видит, что покрывала нет. Поворачивает голову в сторону Грейнджер. Она очень неумело скрывает улыбку.       «Ура, хоть какие-то эмоции, всё же хорошо, что этот белобрысый придурок сюда пришёл».       — Ты больная?! Грейнджер! — он разьярён. Вскакивает на ноги и смотрит на неё со всей злостью, которую способен выразить в своём состоянии, но она об этом не знает. — Ты ёбнутая?       Гермиона поворачивается к нему и просто говорит:       — Я просила тебя уйти. Сам виноват.       Она выходит из воды. Её ноги почти онемели от холода. Гриффиндорка просто высушивает их заклинанием и надевает ботинки. Малфой тоже поднялся по склону вслед за Грейнджер и хотел что-то ей сказать, но, видимо, передумал. Она смотрит на него, недоумевая, почему он упустил такую возможность. Видя злость, решает, что это ей на пользу. Девушка молча направляется к замку.       Драко ещё какое-то время смотрит ей в след. И зачем он только пришёл? Хотел повеселиться, подразнить маленькую заучку Грейнджер, а досталось ему.. Всё же война изменила и её. Судя по виду, она была подавлена. Неужели он не единственный, кого тоже не может отпустить война?       «А может она просто получила "удовлетворительно", вместо "превосходно"?»       Парень достал палочку из кармана мантии, очистил и высушил одежду и тоже направился в гостиную.       Драко заходит в подземелья, направляясь к лестнице в спальни.       — Выглядишь уставшим, — слышится голос Забини.       — Блейз, отвали.       — Весёлый поход на озеро? — Нотт ухмыляется, держа сигарету в губах. Ну конечно, этот идиот даже не ходит на Астрономическую башню или хотя бы в коридоры.       — И ты тоже отвали, Нотт.       — А почему это ко мне по фамилии, а к этому шоколаду по имени? — натурально возмущается Тео.       — Кого ты шоколадом назвал? — Блейз, сидит на большом кожаном кресле, но уже собирается встать, чтобы надрать одному курильщику зад.       — Ой, отвалите оба, — хмуро говорит Малфой, проходя в спальни. 11 сентября, 1998 год       Зельеварение. Ужасный день. Пара с Гриффиндором. И этот Слизнорт. Многим Слизеринцам не хватает Снейпа. За последней партой сидят Теодор Нотт и Блейз Забини. Малфой опаздывает, на него не похоже. Хотя его состояние после войны..       Грейнджер сидит на второй парте с Поттером и Уизелом. Они о чём-то переговариваются. Грейнджер бьёт рыжего по руке, тот шипит и опускает голову. Видимо этот идиот даже под присмотром самой выдающейся ведьмы своего времени не может нормально нарезать корень мандрагоры.       В кабинет входит блондин. Проходит к местам Тео и Блейза. Молча садится.       — О, Мистер Малфой, вы опоздали. Не могли бы вы обозначить причину? — Гораций, улыбаясь и проходя между рядами парт, глянул на Драко.       — Удивительное замечание, — тихо проговаривает тот, от чего Нотт приглушённо посмеялся. — Извините, профессор, но это не ваше дело.       Слизнорт странно посмотрел на слизеринцев, но поджав губы, лишь ответил:       — Какое у вас задание вы можете узнать у Мистера Нотта и Мистера Забини.       — Спасибо, — можно было обойтись и без этого.       — Чувак, где ты пропадал? — Теодор тихо стал расспрашивать друга о нетипичном для него опоздании. Забини в этот момент отмерял нужное количество чешуи соплохвоста, улыбаясь. Он довольно странно себя вёл.       — Не важно. Так что мы делаем? — Малфой стал рассматривать ингредиенты на столе.       — Что-то вроде костероста, только временного и не такого действенного, он на ограниченное время образует кость на месте повреждения или её отсутствия, — объяснил Блейз.       Драко коротко кивнул, стал смотреть в пергамент с рецептом и потянулся к банке с жалящими лютиками.       — Слушайте, а вы не думали, почему Пэнс так редко появляется вообще где-либо? — Тео глянул в сторону парты девушек Слизерина. Там сидели Паркинсон и старшая Гринграсс.       — Не знаю.. Надо обязательно включить её любимую музыку на вечеринке. Думаю, ей должно понравиться, — Блейз тоже глянул на подруг. — Поговори с ней, надо её возвращать. Без неё как-то скучно. Она была нашей чёрной жемчуженкой.       Все три парня заулыбались, смотря на темноволосую слизеринку. Но позже Малфой перевёл взгляд левее. Гриффиндор, как обычно, тихо выполнял задание. Вдруг, его взгляд зацепился за каштановые кудри. Гриффиндорка что-то объясняла своим идиотам Поттеру и Уизли.       — Эй, дракон, чего на львят засмотрелся? — Блейз с ухмылкой глянул на Драко, помешивая зелье в котле в правую сторону.       Малфой зло на него посмотрел.       — Я говорил, чтобы вы меня так не называли. Идиоты.       — Злой Драко, ой-ой-ой, — Тео паршиво сыграл испуг.       — Да пошли вы, — это слегка улыбнуло Драко, так же, как и самих шутников.       Дальше они работали в относительной тишине.       Гермиона переодически поглядывала назад. Почему Малфой опоздал? Хоть она и никогда за ним не следила, но отлично знала, что опаздывать не в его компетенции. Тем более, что в зельеварении он лучший в школе.. Должно быть ему нравится этот предмет. Странно. Хотя, может быть, это из-за того, что преподаёт Гораций.       — Гермиона, я нарезал корень, — тихий голос Рона.       Посмотрев на доску, Грейнджер глубоко вздохнула.       — Рон, он должен быть мельче. Я уже говорила тебе об этом.       Уизли страдальчески вздохнул и принялся измельчать корень дальше.