Ваше сердце

      «Съедобны ли монстры?» — задавалась я вопросом ещё с самого начала наших приключений. — «Если да, то какие они на вкус?»       Готовка была чем-то, что придавало моей жизни смысл, приносило мимолётное счастье и заполняла грудь чувством неописуемой радости с каждым новым изобретённым рецептом, с каждым вкусным блюдом. Видеть изумлённые в восхищении лица людей, которые пробовали то, что я готовлю, было чуть ли не самым вдохновляющим, что со мной происходило. Делать людей счастливыми с помощью различной еды стало моей главной целью, к которой я, засучив рукава, стремилась, прилагая все возможные усилия, будто недолюбленный ребёнок, желающий постоянной похвалы. Унывать было нельзя, ведь готовка без позитивных эмоций — преждевременная заявка на провал.       Каждое утро меня встречало яркое солнце, щекотало своими теплыми приятными лучиками, мотивируя продолжать своё дело. И я продолжала.       Вскоре, у меня появилась мечта: открыть свой ресторан, или же, для начала, небольшую забегаловку. Бизнес-стратегии и предвидение никогда не были моими сильными сторонами, но на худой конец, если бы все планы обернулись прахом, оптимизм не покидал меня, ведь всё ещё оставались любимый нож и способность готовить. В жизни больше не было ничего важного. Мне и не нужно было.       Но затем появились Вы.       И после этого даже вкус риса больше никогда не станет таким, как прежде.       Вся моя жизнь, все мои остальные жизни были посвящены готовке и ничему, кроме неё, но вдруг… она встала на второй план. Вы, Аша, словно упёртый баран, оттолкнули её, загнали куда-то в угол моего сердца и встали на самое почётное место, заполнили всё пространство, не оставив и миллиметра ни для чего больше.       Веселое тёплое солнышко в ясные дни стало ещё ярче, а дождь во время бури лишь веселил, ведь это значило, что я смогу побыть поближе к Вам. Вы не били меня, когда я грелась рядом. Да и не пугали меня эти удары. Будто владельца котёнка, который обнажает когти и зубы во время игры. Я больше не смотрела на разнообразие ингредиентов этого мира — мой взгляд был направлен на Вас.       Вы стали главным ингредиентом в блюде под названием «Моя жизнь».       Это была первая и единственная любовь всей моей жизни. Это была любовь, от которой мне начало сносить голову.       Период влюбленности тяжело описать словами: он словно буря — то стихает, то поднимает волны и сносит всё на своем пути, не щадит ни морали, ни психологического, ни физического состояний. И пускай на нашем пути приходилось принимать много различных решений, определяя, какие из них правильные, меня всё равно тянуло к Вам. Та ситуация со злой богиней, обратившейся Вами, была последним происшествием, в котором мы пришли к разногласию, пусть даже это был лишь замаскированный злодей.       Знаете, идея победы над злодеями всегда казалась мне чересчур благородной и солидной, будто после этого мир вдруг станет в разы лучше, а все беды пропадут. Но я лишь поняла, что каждый из нас отчасти является злодеем, жертвой собственных моральных заблуждений. Но что заблуждение, а что нет — определить сложнее всего.       Пускай и были те, кто хвалил мою готовку так, будто с этими блюдами сами ангелы спустились с небес, это не вызывало во мне столько эмоций, как когда это делаете Вы, моя дорогая Аша. И я замечала, что глубоко внутри злилась. Гнев во мне бурлил всё сильнее и сильнее с каждым новым существом, что привлекало Ваше внимание. Ревность завладела мной. Но страх быть отвергнутой приглушал все остальные острые подобные этому чувства.       И вот сейчас, когда мы заговорили о чужих отношениях и нашей судьбе, которая может полностью разделиться, меня охватила искренняя паника, такая сильная, которую, не уверенна, что когда-либо ощущала. Это был приступ, который Вы успокоили. Это были уничтожающие меня изнутри чувства, которые получилось бы унять лишь у Вас. И в благодарность я целую прохладные уши, продолговатые и гибкие, наверняка ощутимо чувствительнее, чем человеческие. И Вы смотрите на меня, сжав кулачок на моем рукаве.       — Ведь теперь мы точно будем вместе, верно? — со смехотворным хрипом раздался мой голос, дрожа от предвкушения и волнения. Ашин кардиган полетел в сторону, оголяя все больше участков бледной гладкой кожи.       Как же я боялась Вам признаться. До сих пор и не призналась напрямую, на самом деле: лишь шептала дрожащим голосом, когда мы вместе лежали в одной кровати. Легонько скользила рукой по талии, гадая, спите ли, или же просто притворяетесь спящей, давая зеленый свет? Но большего себе не позволяла. Не могла. Ещё тогда что-то меня сдерживало, как бы сильно я Вас не желала.       Услышать Ваше «нет» было чем-то ужасающим, вызывало лишь от одной мысли холодный пот, пускай это являлось вполне реальным исходом. Чужие слова прекращали для меня что-то значить, когда говорили Вы. И лишь то ласковое «Ашаша» могло выразить всю мою глубокую привязанность и верность. Слова о верном слуге были шуткой или, по крайней мере, уже стали. Но ощущения остались навеки.       — Ашаша… — шепотом повторила я вслух, не в силе оторвать взгляда от Вашего лица, пока руки убирают ткань в сторону. Дыхание участилось и тяжелые вдохи заставляют лёгкие ныть наступающей болью.       Мне стало нестрашно пожертвовать собой ради Вас. Мне стало нестрашно пожертвовать кем-либо, лишь бы продолжать видеть Ваши чувственные рубеллитовые глаза, лишь бы вновь иметь возможность касаться прохладных нежных женственных рук, не привыкших к грубой работе. Лишь бы просто быть рядом с Вами и дышать тем же воздухом. Всё остальное словно потеряло смысл.       «Какие монстры на вкус?» — снова спрашиваю себя вдруг я. И какая же глупость затмила мой разум тогда, заставляя слепо ступать в бесконечную неизвестность непредсказуемой приключенческой жизни. Всё это время я не понимала главного: монстром были не те существа, что окружали нас на Лилейном Континенте, а Вы.       Именно Вы, Аша, были монстром, который полностью овладел моим сердцем, рассудком, а позже и телом. Гений тактики и статегии, великий детектив Идеального города, капитан воздушых пиратов Кровавого Поцелуя, наследница трона Эльфийского королевства, и наконец — моя жена. Моя гордость, моё счастье, вдохновение и радость, моё влечение, зависимость, мания, безумство…       Когда монстр перестает им быть? Когда его любишь. Но нет, не подумайте, ни в коем случае! Я всё еще люблю Вас всем своим сердцем и душой, люблю до дрожи в коленях, до горячего дыхания. Вы всё еще захватываете мой вольный дух и переполняете мысли. Представьте, какая же моя любовь сильная, что даже после осознания этого я всё ещё готова уничтожить весь мир лишь ради Вас…       Но теперь я могу сказать, какие они на вкус.       Сладкие и такие приятные на ощупь. Тело мягкое, словно свежая булочка из рисовой муки, и гладкое под языком. На нечеловеческой эльфийской коже нет ни волоска, который испортил бы мою дегустацию. Вы не сопротивляетесь, когда я по шее спускаюсь к ключице. Словно задержав дыхание, широко открытыми глазами смотрите на меня. В мою сторону. Сквозь меня.       Вы не дергаетесь, когда я опускаюсь к животу и, поглаживая бедро, слизываю ещё горячую, такую вкусную и приятную красную жидкость. Мои щёки пылают от жара, вызванным моей и только моей Ашей. Лишь губы на Вашем личике искривились навеки, застыв от холодного ужаса.       Какая жалость. Но это уже не имеет значения. Ведь наши тела теперь связаны навеки.       И, вытирая эльфийскую пряную кровь со своих губ, я понимаю, что улыбаюсь так широко, как ещё никогда в жизни. Чувство эйфории и безумное счастье переполняют грудь, позбавляют диафрагму возможности сжаться, захватывают дух.       Я поднимаю глаза на голубое ясное небо и не щурю глаза, смотря прямо на солнце. Ещё никогда оно не было таким ярким, как сейчас. Ещё никогда я не ощущала такой прилив счастья, как в этот момент. Ещё никогда такая ответственность за свои обещания не ложилась на мои плечи.       Взгляд словно приковало к Вам снова, и я больше не в силах его оторвать, а руки будто сами знают, что делать. И вновь между моих пальцев нож, лезвие которого еще мокро блистает от тёплой алой крови и яркого солнца, тёплые лучи которого опять будто подбадривают меня, толкают, ласково шепча: «Ну же, сделай это». И я делаю.       Рука вновь уверенно поднимается вверх, и без колебаний опускается вниз во второй раз, после себя лишь раздав приглушенный противный звук. Вы мой самый ценный ингредиент во всем мире. Я буду нежной.       Вина за произошедшее лежит на Вас. Ответственность — на мне.       Ведь я обещала, что исследую Ваше сердце…