Часть 9
12 марта 2022 г., 17:44
Леон Гершвин. Именно так теперь звали одного из разведчиков АНБ. Бюро в США настолько засекреченного, что до определённого времени о нём вообще мало кто знал. Он точно знал, с кем ему придётся столкнуться. Демоны… причём демоны высшие. Милая мордашка Риас никого в агентстве не обманывала. Агенты-маги, которых в больших количествах нанимали в агентстве, вовсю твердили об опасности общения с такими, как она. Он был одним из штатных разведчиков глубокого внедрения. Одним из сотен таких же, засланных на предприятия концерна Гремори.
Нет, он не бросился сразу наниматься в конструкторское бюро или на одну из фабрик, ни в коем случае. После приезда в город Запорожье, он побродил по городу, вселился в одну из гостиниц, потом подыскал себе жильё, убедился, что он вписался в среду, и за ним не идёт слежка, устроился на одну работу, где проработал целых два месяца, после чего уволился под предлогом нахождения новой, более оплачиваемой работы, и таки отработал на ней целых пять месяцев в роли инженера-машиностроителя, и вот только теперь он со всей уверенностью шёл наниматься в концерн Гремори, где всегда нужны были всё новые и новые инженеры. Концерн Гремори нанимал людей на многие позиции, а потому Леон верил, что удача ему улыбнётся.
Отлично проработанная легенда, замечательный послужной список, действительное, а не дутое профессиональное инженерное образование, всё должно было играть в его пользу и играло. Он прошёл первичное интервью на совместимость в коллективе, прошёл профессиональное интервью у специалиста, продемонстрировав свои инженерные знания и умения, и вот теперь он общался с абсолютно неприглядным молодым человеком. Чёрные волосы, зелёные глаза, вот только иногда взгляд, который тот бросал на него, заставлял мурашки бегать по коже.
Служба безопасности. Самый ответственный момент. Это точно демон. Явно демон. Хоть и походит внешне на человека. В этот момент черноволосый безопасник слегка улыбнулся. Он отвернулся от Леона и тяжело вздохнул.
Кажется, что-то пошло не так. Кажется, это провал.
— С вами хочет пообщаться госпожа Гремори.
Леона пробил холодный пот. Это не было запланировано. Этого не предполагалось. Что делать? Может сбежать?
Но сбежать он не успел. Дверь открылась, и в неё вошла молодая красноволосая девушка и в упор уставилась на него. Она молчала и смотрела, ничего не говоря, а Леон смотрел на неё в ответ, неспособный оторваться от этого взгляда.
— Как же вы, уроды, надоели! — с чувством высказалась она. — Ну уже бы самый тупой гоблин понял, что вы сюда не пролезете.
— Что вы имеете в виду, госпожа? Я не понимаю, — заюлил агент.
Сильнейший удар по роже выкинул его из кресла и бросил в стену с гулким звуком.
— Так понятнее? — спросила девушка у еле способного соображать человека.
— Что вы себе позволяете? Я буду жаловаться…
Глаз не успел моргнуть, как девушка уже держала агента одной рукой за горло.
— Может, ты такой же тупой, как предыдущие? У вас ведь там своих магов полно. Вам что, не сказали??? Мы! Читаем! Ваши! Мысли!
Риас тяжело вздохнула и пожала плечами.
— Пора уж понять, что ни один из вас от нас ничего не сможет скрыть. Тебе же перед миссией дали информацию о том, кто мы? Дали. С магами ты пообщался? Пообщался. Вы чего, совсем тупые? Твоя Америка сказала, что не хочет нас у себя, мы и не пришли. Ну так чего же вы к нам постоянно лезете? Особенно в таких количествах? Хочешь увидеть, как это бывает, когда даже один легион ада входит в мир с целью завоевания? Вы уже начинаете надоедать. Чего вам так неймётся?
— Что с нашими агентами? — еле шевеля разбитыми губами прошептал шпион.
— Я их убила. Всех.
— Как?
— А так. Нехер к нам лезть. Мы же к вам не лезем? Нет. Но вам же, кретинам, больше всех надо, да?
Риас постояла, глядя на шпиона, и он интуитивно понял, что сейчас решается его судьба.
— Значит так, я хочу, чтобы ты передал сообщение. Мы к вам, дегенератам, до сих пор не лезли и вас не трогали, вы меня объявили персоной нон-грата, и я у вас свою сеть не разворачивала. Желаете оставаться в каменном веке… да сколько угодно, мне-то что? Но вы шлёте шпионов, вы шлёте убийц, вы очерняете нас в прессе и по телевидению. Знаешь, мы ведь демоны, а не ангелы. Понимаешь, к чему я? Даже моему терпению может прийти конец. Слушай меня внимательно и передай там в своём клоповнике. Сидите все там тихо и не квакайте. Не хотите, мы к вам не придём. Остальные люди скоро выйдут в космос, будут жить в тепле и комфорте, а вы будете гордо прозябать на окраине мира, но если ещё раз к нам полезете, приду я и вырежу вас всех. Вообще всех до единого. Поверь, меня там и одной хватит. Вырежу всех политиков, армейских генералов и вообще всех, кто мутит воду. Не лезьте к нормальным разумным, которые хотят жить в мире и подальше от таких уродов, как твоё правительство.
Перед Леоном открылась рамка портала, в котором он увидел своего босса, ошарашенно вытаращившего глаза, и одним броском Риас Гремори бросила его, словно нашкодившего пса, к своему хозяину, после чего портал исчез.
*** Незарегистрированный частный остров рядом с побережьем Багамских островов. ***
Мои слегка влажные после купания красные волосы раскинулись по мягкому и удобному шезлонгу. Я отдыхала и медитировала, принимая солнечные ванны. Нет, демонам солнце совершенно не вредит в любых количествах, хотя и загара у нас не появляется, но сейчас я была расслаблена, как никогда. Я не просто так отдыхала на семейном острове. В последнее время меня донимали со всех сторон постоянные нападки проигравших конкурентов, в которых числились многие. От больших корпораций до целых стран. В Америке, например, и дня не проходило, чтобы про меня не написали какой-нибудь пасквиль в интернете или не тиснули статейку в газете. Вот только замыкалось это всё на их собственный, локальный сегмент. В нормальных странах устаревшим, медленным и ненадёжным интернетом уже давно никто не пользовался, и все, кто туда и заглядывал, ограничивался конкретными, необходимыми только им ресурсами, и то количество таких ресурсов постепенно сокращалось, ведь все энергетические и сетевые нужды стран с лихвой покрывала я. Евразия, Африка и Южная Америка спокойно пользовалась почти дармовой электроэнергией и без проблем общалась в Гиперсети. Чего-то более существенного они сделать мне не могли и только грозили, вводили пошлины, запреты и вели информационную войну, хотя очень многие простые граждане выезжали за границу, где заказывали любые устройства концерна Гремори. Так как на это никаких запретов не существовало, а работали они где угодно. Ну что стоит просто слетать за границу и привезти с собой моё устройство? Мои злопыхатели могли только бессильно грызть ногти и продолжать грозить. В американском правительстве даже решили было напасть на некоторые второстепенные заводы в других странах, чтобы потеснить и перехватить технологии, но в американском генералитете случился внезапный падёж. Пропали сразу двадцать семь высших чинов, тщательно готовивших военную операцию и… в общем, не срослось. Ну а уж после того, как концерн Гремори предоставил на всеобщее обозрение секретный прототип новой подъёмной платформы Евроазиатского союза для исследований в космосе, основанной на новом принципе антигравитации, размером с огромный стадион, после чего Россия, Франция и Япония вышли из договора по использованию Международной Космической Станции, оставив рассыпающуюся, морально устаревшую станцию американцам, те совсем съехали с катушек. После этого, семья и главы СБ компаний Гремори в разных странах запустили весь компромат на этих политиков в сеть сразу на нескольких ресурсах, а меня культурно попросили исчезнуть из вида хотя бы на несколько дней, а лучше и подольше, пока тот котёл дерьмеца, который сейчас бурлил в США, не уляжется. Вот и отдыхала я, пока новые астронавты осваивали новую, полностью оборудованную космическую станцию размерами со стадион. Меня попросили не расстраивать дядь и тёть из NASA и не сообщать им, что это был всего лишь один модуль, и уже заканчивается строительство ещё шести таких же платформ, которые буквально через месяц пристыкуются к этой, и тогда суммарный объём станции вырастет до размеров небольшого микрорайона. О том, насколько я расслабилась, можно было судить по двум вещам. Во-первых, из всей одежды на мне были только модные солнечные очки, в остальном я была абсолютно голой, а во-вторых, я закрыла глаза и унеслась в медитацию настолько глубоко, что заметила присутствие постороннего рядом только тогда, когда тень от него закрыла солнце. Я подскочила, увидев перед собой мужчину, но через секунду расслабилась, узнав знакомую блондинистую макушку улыбающегося красавчика. Краска покрыла мои щёки, и я попыталась закрыться от взгляда стоящего напротив меня и в ступоре осматривающего моё тело Михаила, но через секунду подумала и убрала руки с объёмной груди. Я уже получила сообщение от родителей о том, что они дали доступ ангелу на наш остров, и чтобы я ни о чём не волновалась. Накрыло меня совершенно внезапно. Я даже не успела спросить, что он тут делает и зачем оказался на острове, многие столетия принадлежавшем семье. Гормоны суккубы взяли верх, и сдерживаться так долго перед сильно нравящимся мне парнем я была уже просто неспособна, видимо, время пришло, а потому всякий контроль слетел полностью, и в ход пошло всё: и сильнейший афродизиак, и поток чувств, направленных на ангела, и походка, и сногсшибательная фигура. Михаила тоже накрыло. Виляющая бёдрами, улыбающаяся и облизывающаяся я подошла к наблюдающему за этим великолепием архангелу. Я вжалась грудью в грудь так и продолжавшего молчать Михаила, но когда мои руки обвили его шею, а губы замерли в сантиметре от его губ, архангел не выдержал. Я успела только пискнуть, ощутив, как голодные губы впились в мои, а крепкие, твёрдые руки подхватили меня за попку, приподняв над землёй. Я не растерялась и обвила избранника руками и ногами, а архангел повалил меня на горячий песок, продолжая целовать. Яркие, страстные поцелуи обжигали мои губы, а я спешно продолжала сдирать одежду ангела. Через две минуты таких поцелуев мы оказались лежащими на пляже, а вокруг нас валялись сброшенные и ненужные вещи. Михаил не церемонился, да и не был способен к долгим прелюдиям после такого удара афродизиака, но мне сейчас этого и не надо было. Когда его член вошёл в буквально заглотившую его киску, я промычала ему в губы страстно, не разорвав поцелуя. — М-м-м да-а-а! Я сама подалась вперёд, насаживаясь на член Михаила своей пылающей жаждой киской. — Трахни меня! — крикнула я и снова впилась поцелуем в его губы. Я была просто не в силах вытащить свой длинный язычок изо рта своего избранника, а Михаил начал вышибать из меня воздух своими бёдрами. Он страстно, размеренно вбивался внутрь, а я старалась подмахивать сильному архангелу, отдавшись ему полностью. До конца. Безжалостно накачивая моё тело наслаждением, при каждом толчке с пошлым шлепком и хлюпаньем резко повлажневшей киски ударяясь ягодицами об неописуемого красавчика. Его руки мяли моё тело, а член тёрся внутри киски, каждым ударом приводя меня в экстаз. Мои глаза закатились, и я улетела от полнейшего кайфа соития со своим любовником. Когда я почувствовала ручеёк энергии, втекающий в меня, я тут же дёрнулась и насильно перекрыла отток. Я не желала выпить своего избранника. Придётся это контролировать. Настолько новое ощущение заставило меня погрузиться в пучину секса, но моя внутренняя суть полностью запретила и перекрыла отток. Это был мой возлюбленный, и поглощать его жизненную, духовную и магическую суть было табу, а кроме того, у меня и так было полно этих типов энергии. Я стонала во время каждого удара и старалась преподнести, отдать, подставить себя под своего избранника, а Михаил превратился в обычного парня, у которого совсем сорвало тормоза. Навредить мне он не боялся, ведь половые органы суккуб могут запросто выдерживать и не такое. Никаких ограничений у него не осталось, а потому он вовсю отдался процессу, с силой пытаясь доставить как можно больше радости нам. — Ох, да, — застонала я, ощущая приближающийся ураган. Дикое наслаждение заставило меня задрожать на солидном члене своего любовника. Это был первый, но далеко не последний за сегодня оргазм. Уж выносливости демонов и ангелов могут позавидовать многие. Через несколько часов мы, разгорячённые, лежали обнявшись. Я была довольная и умиротворённая и теперь водила пальчиком по рельефной груди Михаила. — Кстати, а ты чего приходил? — улыбнулась я. — Это сейчас ты вспомнила? — рассмеялся ангел. — Вот так вышло. Что поделать, если ты такой сексуальный. С делами я разобралась, платформу в космос вывела и пошла отдыхать, а тут ты… а я уже давно хотела… — Я понимаю, — погладил меня по щеке Михаил. — Так что же? — Хотел попросить тебя помочь с троном отца. У меня не выходит на него настроиться, а ты богиня. Вдруг у тебя получится. — Я только оденусь! — вскочила я. — Что, прямо сейчас? — А чего тянуть? Меня из моей компании прогнали домой. Слишком уж я там всем мозоли отдавила. — И что ты сделала, перебила там всех? — с подозрением спросил ангел. — А вот надо было бы, но нет, я просто выложила везде компромат на всех этих политиков. У них у всех рыльце в пушку. Я имею записи всех их бесед и частной жизни, а также доступ к их компьютеру и внутренним сетям. Моему искину взломать их хилые сети ничего не стоит. Вот и выходит, что там сейчас такое поднялось! Все друг друга топят быстрее свиста. Америка и Британия даже из штанов выпрыгивают со своими угрозами. Мне это всё незачем слушать. Отец сказал, что ещё немного, и я сорвусь и поступлю с ними по жёсткому варианту, хотя я так не считаю. Я этого не понимаю, они сами отказались от моих услуг и от моей продукции. Я у них ничего и не продаю, но зачем тогда так сильно расстраиваться? — хитро улыбнулась я. — Они ведь получили именно то, что хотели. — А будто ты не знаешь? — Конечно, знаю. Признать, что сам был дурак, никак не возможно. Вот они и бесятся и пытаются скинуть свою вину на меня. Они допрыгаются, и я их просто устраню физически. — Да уж.*** Седьмое небо. Трон творца. ***
Огромная, даже можно сказать помпезная, монументальная комната с высокими арочными потолками, отделанными золотом, драгоценными камнями и орнаментом, имела только один элемент мебели ровно по центру. Довольно солидное, вделанное прямо в пол кресло. Я вошла в комнату и пропала. Настолько сложной структуры, причём исполненной за счёт энергии ба-хионь, я не ожидала. Оно и понятно, что никто ничего не мог понять. Да тут без моего искина, заточенного на разборку таких магических заклинаний, я бы и сама даже не попыталась понять. — Вот и нашлось занятие на ближайшие несколько месяцев, — в полном шоке пробормотала я. — Что? Всё так сложно? — Я видела и сложнее, но тут почти всё сделано при помощи божественной энергии. Я вообще не знала, что с её помощью можно плести какие-то структуры. — Попробуешь с ним взаимодействовать? — Сейчас — точно нет. Кто там знает, как он настроен? Вначале с ним надо полностью разобраться. Честно говоря, работа меня увлекла и не столько потому, что при помощи трона можно было управлять огромными массами разумных, а потому, что мне был интересен сам артефакт. Только от него одного я получила столько новых знаний… Я здесь дневала и… нет, ночевала я всё-таки в покоях Михаила. Сам он тоже был очень занят, всё-таки огромные домены в количестве девяти штук были на нём, а я очень хорошо понимала долю активного управляющего большим хозяйством. Долгоживущих ангелов и демонов во все времена спасали только магические клятвы. Работники и слуги дома, давшие клятву, не могли обманывать, не могли воровать, не могли работать спустя рукава, ведь за этим следили и другие, а клятва им не позволит скрыть проблемы других работников, ведь это нанесёт прямой вред клану. Бессмертные уже настолько привыкли к такому, настолько свыклись с такой картиной мира, что даже не мыслили доверить хоть какую-то работу без магической клятвы, а демоны и ангелы привыкли к ним, не считали их чем-то из ряда вон выходящим и исполняли свои обязанности и без клятвы. Я оказалась права, разобраться с троном удалось только к концу второго месяца, и то это только разобраться, но пока не повторить. Манипуляции ба-хионь придётся тренировать как обычно, ведь его в моём накопителе было хоть и много, но не бесконечно, как других энергий. Тратить его на то, что я пока могла повторить и обычной магией, было не нужно. То, что делал трон, было просто с одной стороны и очень сложно с другой. Он управлял эгрегорами. Да-да, тот самый эгрегор христианской веры был одним из них. В него входили эгрегоры церквей разных народов и даже просто верующие в бога, но этим возможности трона не ограничивались. У него имелось огромное количество всевозможных дополнений. К примеру, божественные механизмы, регуляция самих доменов девяти небес, энергетическая насыщенность. Всё это управлялось с трона. Последний месяц после этого я не столько изучала трон, сколько пыталась упорядочить все знания и по эгрегорам, которые я смогла наконец отыскать, выделить и рассмотреть и по их воздействию на большие группы людей и по их применению как огромных накопителей ба-хионь. Именно поэтому боги, имеющие верующих, были неизмеримо сильнее богов, не имеющих такой паствы, вот только библейский со своим артефактом пошёл дальше. Он создал возможность подключения к любому эгрегору любого бога. То, чего, насколько я знала, ни один другой бог сделать не мог. Другие могли черпать свою ба-хионь только из эгрегора своей веры, к которым и сами были подключены. Теперь я понимала, как библейский в своё время занял доминирующее положение, серьёзно потеснив и греческих, и индийских, и японских богов, занимавших на Земле определённую нишу. Он просто выкачал их ба-хионь, заставив их эгрегор распасться. Я теперь знала, как сделать то же самое или даже ещё проще — перехватить все потоки управления существующим эгрегором. Соблазн был слишком велик, и моя совесть боролась с жадностью аж целых пять секунд, но после этого я отошла на несколько шагов от трона и вышла из комнаты, наткнувшись на нескольких ангелов, охраняющих священное место. — Привет, ребята, а где Михаил? — спросила я. — Вроде бы с утра был в золотом городе в Асгарде. Что-то там обсуждал, — махнул рукой высокий блондин Сераил. — Потом у него была встреча где-то в Индии на Земле, а потом, хм-м… не знаю, возможно и вернулся к себе. — Хорошо, сейчас спрошу. Звонок по внепространственной связи занял всего несколько минут, и я мигнула, оказавшись в просторной и широкой комнате, обставленной полками с древними фолиантами и сидящим в большом кресле архангелом. Я тут же и без зазрений совести плюхнулась на колени к занятому и заработавшемуся правителю ангелов, а тот тут же обнял меня. — Я разобралась с артефактом трона. — Полностью? — Практически да. — И что сделала? — Ничего, — пожала плечами я, — это же ты попросил разобраться, я и разобралась. — Я думал, ты сразу захочешь внести изменения. — Зачем мне? Это ведь ваш артефакт. Как он работает, я уже поняла и могу построить такой же… со временем… и тренировкой. Я, если бы и хотела, могла бы и без всего этого внести изменения. Ручками-ручками. У меня есть искин, дроны и целая гвардия дома, да и союзная. При сильной надобности мы вообще раскатаем в пыль несколько миров за день. — Этого я тоже не понимал никогда, зачем демонам такие войска? — задумчиво спросил ангел. — Сама не знаю. В полную силу они вообще ни разу не применялись после той войны. Насколько я знаю, когда первых потомков Люцифера вышвырнули на планету, которую мы зовём Адом, там были не особо радужные условия для жизни. Огромные, сильные животные, от чьих лап гибли многие, ураганные ветра, непригодная к сельскому хозяйству и жизни почва. В общем, библейский был тем ещё затейником и вышвырнул наших предков подыхать. Что поделать, приходилось охранять отвоёванные территории. Крутились как могли. Потом была война… ну ты это и сам знаешь. В общем, все адские легионы так и остались. А дальше… ну ты ведь знаешь, как мы, демоны не любим выпускать из своих загребущих рук то, что считаем своим. Я ещё крепче прижалась к ангелу, мои глаза загорелись синим светом, и я прильнула к нему в поцелуе. Намёк был понят, и ответ последовал незамедлительно, тёплые, сильные руки обхватили мою задницу. — И ты после этого хочешь общаться с нами? — оторвался от поцелуя Михаил. — Меня там не было, да и если бы и была… это же не вы отдали приказ. Вы нас потрепали, мы вам по лицу настучали. Сколько уже можно на этом концентрироваться? Мои опьяневшие глаза горели синим пламенем, а руки уже расстёгивали ширинку брюк, извлекая на свет кое-что тёплое и твёрдое. Хитрая игривая улыбка украсила моё лицо. Михаил посмотрел на меня светящимися белым светом глазами, поднял, удерживая за попу и тут же со мной на руках пошёл в свою спальню. Секс был жарким и страстным. Я отдавалась своему избраннику со всем жаром молодого желания. Стоны и удары заполнили комнату, и сильнейший запах секса, порока и разврата витал в воздухе. — Ох, да, бери меня! — постанывала я, обнимая идеальную спину ангела.***
На то, чтобы разобраться с ментальным управлением троном, у меня заняло всего несколько часов. Всё было довольно интуитивно, тем более тут была имплементирована похожая на мой искин с реальным думающим интеллектом и личностью часть, которая хоть и не была в полной мере разумной, но имела нечто похожее на псевдоразум, похожий на нечто вроде преданного щенка, который готов был всячески услужить. — Ты готова, девочка моя? — спросил меня обнимающий красавчик, укутав в белые крылья. — Нет, но тут не подготовишься никак. Твоё присутствие меня успокаивает. — Тогда я буду держать тебя за руку. — Сколько угодно, — взглянула я в светящиеся белым глаза ангела. Вдвоём мы подошли к трону, который я видела уже в течение последних нескольких месяцев. Всё было готово, и я решительно шагнула и усадила свой аппетитный зад в большое кресло. В момент подключения меня ожидал шок. Я ощутила на себе огромную, поистине божественную мощь, вседозволенность и эйфорию. Я ощущала себя способной одним мановением пальца рушить и создавать планеты. Так отражался контакт с бездонным озером ба-хионь, собранного за тысячи лет эгрегором. Первые несколько минут я тонула в океане возможностей, ощущая нарождающиеся и рвущиеся вероятности событий, ходу которых я могу поспособствовать. Океан энергии намерения давал возможность притянуть даже самую невероятную вероятность сюда. Вынырнуть из этого потока не было никакой возможности, и я отпустила все фильтры, но вместо этого впала в тот боевой транс, которому меня обучила одна из поистине сильнейших демонов, Серафолл Левиафан. Подсознание и чувства отключились, голый холодный разум работал как хорошо отлаженный механизм. Всё, что мне нужно, всё, о чём я договорилась с Михаилом и с семьёй, уже и так содержалось в моей задаче. Эту задачу мой разум и поставил артефакту трона. Через секунду все желаемые изменения были внесены, и я отключилась. — Ух… — упала я в объятия подхватившего меня любовника. — Что случилось? — Задача выполнена, — монотонным голосом проговорила я. — Любимая, что с тобой? — не на шутку обеспокоился ангел. — Пришлось полностью на время заблокировать чувства. Еле справилась. Нужен отдых, — ответила я. - Не переживай. Чувства временно заблокированы. Это минутное подключение стоило мне слишком дорого, но, как говорят, нет худа без добра, прошедшие через меня океаны ба-хионь имели и позитивные результаты. Мой резервуар ба-хионь и понимание этой энергии прыгнули скачкообразно. Теперь мне точно было понятно, что же это такое, и как вообще возможно этим пользоваться. Теперь осталось только тренироваться. Это было именно то, к чему я привыкла. Тренировки. Понимание веяний разумных существ и их взаимодействие с эгрегорами… теперь эти связи я просто видела. Я и раньше знала, что они такое и для чего нужны, но теперь теория, которую дали мне демиурги в прошлом мире, объединилась с практикой, которую я увидела собственными глазами… ну ладно, не глазами. Моё магическое зрение точно так же скачкообразно усилилось и включало в себя теперь и этот слой реальности. Сами эгрегоры представлялись мне этакими упорядоченными структурами, многомерными многоугольниками очень сложной формации, в которых постоянно происходили какие-то процессы, и именно этими эгрегорами трон и управлял. Не выдержав напора информации, я удостоверилась, что меня подхватил Михаил и отрубилась прямо у него на руках.*** Спальня архангела Михаила. Девять небес. ***
Я снова проснулась на груди у моего ангела. Я ещё смутно помню, что уложил он меня саму, но лёг спать рядом. Кровать у ангела была непривычно мягкой, но небольшой. Полагаю, что до сих пор более обширной кровати ему и не нужно было. Я внаглую оккупировала плечо мужчины и пригрелась в тепле его рук. Смотрел он на меня с нежностью, любовью и некоторым желанием. Всё это были достаточно непривычные чувства на его лице, ведь за эти тысячелетия он привык к своим ограничениям. — Ну как ты? — спросил Михаил. — Теперь всё хорошо. Просто если резко отключать чувства, их потом долго возвращать обратно. — И как, помогло? — Да, я сделала всё по твоему сценарию, как ты и просил. — И как, всё получилось? — А как может не получиться, если трон напрямую управляет эгрегорами. — Чем-чем? — Эгрегоры, не знаю как ты их называешь. — А что это? — Сложная пространственная структура в высших слоях астрала. Она может содержать в себе энергию намерения, может одновременно влиять на массы разумных, может… да много чего может в принципе. Именно в них библейский копил свою божественную мощь. — И ты поняла, как он это сделал? — удивился ангел. — Не до конца конечно. Надо будет ещё долго тренироваться, но нечто похожее, точнее, начальные этапы управления эгрегором я смогу сделать. Да я и сделала, когда песни мои в гиперсети распространила. Теперь я самая настоящая богиня. У меня уже есть три лично моих эгрегора. Личный, от моей корпорации и от моих песен. Теперь я смогу из них качать энергию. — Так что же это за эгрегоры такие? — Что такое? Это достаточно непросто объяснить вот так сразу. Тут следует углубиться в механизм работы мироздания, а это довольно долгий разговор. — Ничего, я потерплю. Мне же интересно. — Хорошо. Ещё учти, что это та картина, которую я смогла понять и на моём уровне восприятия. Так что делай скидку. Я повернулась и взглянула в глаза Михаилу. — Представь, что всё вокруг тебя, вообще на всех уровнях — это лишь информация. Информация во всех её проявлениях. — Что значит, информация? — А вот то и значит. Только информация. Нет физического мира. Нет атомов, электронов, кварков. Нет духовного мира, а есть только информация в чистом виде. Пока остановись на этом. Не надо представлять, в виде чего эта информация присутствует, и внутри чего она находится. — А тогда как же я воспринимаю реальность? Магию? Души? — Кроме информации, существует ещё одна единственная вещь. Механизм просмотра и обработки информации. Видоискатель. Считывающий, сканирующий луч. Он и способен воспринимать эту информацию. Как именно он это делает, зависит от конкретного восприятия. Обычные люди воспринимают реальность в пяти органах чувств. Маги, как мы, ещё могут приплюсовать к этому магическое зрение. Шаманы могут видеть астральным зрением. Мы с тобой видим ещё и души, а боги видят и эгрегоры, и некоторые другие вещи. Возможно где-то в мироздании существуют разумные камни, которые воспринимают мир через вибрации земли, кто ж его знает? Я подмигнула ему и улыбнулась. — Уверена, что демиурги тоже видят гораздо больше и воспринимают мир по-другому. — Хорошо, но вокруг же полно других вещей, вокруг целый мир. — Мы на самом деле не знаем, что там вокруг на самом деле. Мы весь остальной мир воспринимаем как нечто вне нас, но на самом-то деле мы можем познать только то, что из этого самого “вокруг” входит внутрь нас и ощущается нами. Нашими органами чувств. Причём на том уровне, на котором наши органы чувств нам как раз и позволяют. Может быть, там вокруг ещё много всего, а может кроме этого вообще ничего и нет. Ты никак этого не узнаешь, пока не воспримешь это внутрь себя и не пощупаешь или как-то по-иному ощутишь. Так же, как, например, фотоаппарат, не воспринимает мир вокруг себя, а только тот свет, что входит в его объектив. Там, вокруг, ещё полно всего, но он это не воспринимает. — Знаешь, я об этом тоже задумывался, но просто не знал, что с этим делать. — Я не думаю, что с этим надо вот обязательно что-то делать. Всё идёт своим чередом. Наше восприятие постепенно расширяется, и мы воспринимаем всё больше и больше. На каком-то этапе мы сможем воспринимать настолько много, что будем воспринимать абсолютно всю картину без искажений. Такое время придёт, и надо к этому стремиться. Стремиться к собственному развитию и духовному продвижению. — Погоди, но что тогда с этими самыми эгрегорами. Я так и не понял. — А это я издалека захожу. Иначе ничего не будет понятно. Представь теперь безграничные массивы информации. Везде есть только она и её бесконечное количество во всех направлениях. Кроме неё есть наблюдатель. Это мы. Все мы. Мы можем получать и обрабатывать информацию. Картина, которую мы наблюдаем, это перемена “кадров” информации. Будто бы некий сканирующий луч, который проходит по информации из одной стороны в другую. По пути мы каким-то образом воспринимаем то, что он считывает, и то, что в нас попадает, и таким образом мы видим мир. — Это интересная концепция. Пока что всё выглядит логично, но я всё ещё не могу понять, где же здесь эгрегор. — А если будешь меня перебивать, и не поймёшь, — ответила я. — Хорошо-хорошо. Больше не буду, продолжай. — Ладно. Так вот. Мы можем получать информацию о внешней среде и ощущаем её так, будто бы это “внешний мир”. Кадры сменяются один за другим и для нас становятся этаким фильмом под названием жизнь. Мы живём в этих кадрах, мы развиваемся в них и умираем в них. Нас много, и мы способны выбирать любые кадры. Наш этот самый “сканирующий луч” может сканировать в любом направлении, но для того, чтобы это делать, нам нужно топливо. Этакая “энергия”, при помощи которой мы двигаем этот луч. Эта энергия на самом деле не энергия, а намерение. Наше намерение перевести луч в одну или другую сторону и есть та самая “энергия”. Заметь, именно намерение, не желание. Это приходит ещё ДО того, как мы это намерение осознаём и обдумываем. Только после этого у нас появляется осознанное желание. В этом огромном поле информации имеются любые возможные “кадры” на этой “киноленте”. Мы можем выбирать любые абсолютно свободно. — Тогда каким же образом выходит так, что я не могу переключиться сразу на тот кадр, который хочу? Почему не могу так просто пожелать и получить моё желание, раз на киноленте есть именно любые кадры? С таким успехом каждый мог бы выбрать тот кадр, который ему по душе и жить в нём. — Ну да, и застрять в нём навечно. Ведь зачем двигаться дальше? Я ведь уже выбрал тот кадр, который мне больше всего подходит. Именно этот кадр был бы самым оптимальным, и одновременно это значит, что любой другой кадр был бы для меня хуже. — А откуда ты знаешь, вдруг где-то там есть другие, получше. Ты ведь даже не попробовала. — Во!!! Именно. Мироздание устроено именно так, чтобы мы не застревали на месте, в стагнации, а развивались, а как мы можем развиваться? — Нужно ограничить выбор кадров на киноленте так, чтобы мы обязаны были продвигаться. — И не только. Но да, ты прав. Поэтому тоже. Схема тут такая. Один, сам по себе, без никакого взаимодействия, ты это сделать не сможешь, а значит ты не будешь один. Кроме этого есть эгрегоры. Мы все части одного наблюдателя, который наблюдает одну картину со многих триллионов углов. Чтобы хоть как-то синхронизироваться в одном и том же месте и начать взаимодействовать, нам нужно смотреть примерно одинаково на примерно одни и те же кадры, иначе мы разбредёмся по этому бесконечному полю кадров на киноленте и никогда даже не узнаем о существовании друг друга. Нас надо синхронизировать в одной и той же области бесконечного поля информации. Именно эгрегоры и есть механизм такой синхронизации. Ведь все, кто подключаются к одному и тому же эгрегору начинают направлять свои намерения примерно в одну сторону. Они сегрегируются на классы, роли, группы, партии. Михаил сдвинул свои белые брови на идеальном челе. — Это как? — К примеру, ты ангел, ты мужчина, ты пользуешься светлой магией, ты живёшь на седьмом небе, тот срез мира, который тебе доступен, очень отличается от… ну, скажем, девушки, человека из Рио-де-Жанейро. Я тебе даже больше скажу. Эти срезы наблюдаемой реальности даже не пересекаются. То, что видишь и чувствуешь ты, даже не близко к тому, что чувствует эта девушка. На неё воздействуют другие эгрегоры. Например, эгрегор страны Бразилия. Эгрегор женского пола. Возможно, эгрегор христианской религии, если она верующая. Эгрегор той корпорации, в которой она работает. Ежедневно она окружена воздействием этих эгрегоров, которые диктуют ей её мысли и поведение постоянно, заставляя её более-менее крутиться в одной и той же области этого информационного пространства. Ну а тот факт, что вместе с ней это делают ещё миллионы других людей, подпитывает разные эгрегоры, которые в свою очередь заставляют эту женщину и дальше смотреть на примерно одну и ту же информационную область. — Но как они могут учитывать так много факторов? Вселенная ведь огромна. — Не совсем поняла, что ты имеешь в виду. — Эта информация что, включает в себя всё её окружение, всю Землю вокруг, всех людей и зверей, все звёзды и планеты? — Нет, что ты? Она же это всё не наблюдает. — Но это ведь есть вокруг неё? — Уверен? — хитро прищурилась я. — Но… а как же? — Эта абстрактная женщина живёт в квартире, в этом самом городе, и каждый день ездит в свою компанию, в её офис на работу. Всё. Вот примерно всё, что она видит и знает. — Но она ведь знает о том, что вокруг неё есть ещё целый мир. Огромная планета и даже не одна, а кроме того… — Ну и что? — прервала я Михаила. — Как что? — Ну вот так, и что? У неё имеется информация, которую ей сказал кто-то. Эта информация в неё вошла. Но сама-то она этот большой мир не видела. Она кроме своего городка была ещё только в паре других и в своей компании. Заходила в несколько баров. Может, ходила в кино. Может, ездила куда-то в отпуск несколько раз. То, что вот прямо сейчас фиксируют её глаза и уши, не включает в себя, как ты там сказал… планеты, огромный мир, галактики и так далее. Её мир включает в себя очень ограниченное число вещей. Больше ничего именно ЛИЧНО она не видела. То есть она не воспринимала эту стороннюю информацию в себя. Её срез мира гораздо уже, чем, например, твой. Ведь ты сам, лично, ежедневно ведёшь переговоры с разными существами в разных мирах и даже в искусственных доменах. Твой кругозор и количество поглощаемой единовременно информации на порядки больше, но ты тоже не видишь всё информационное поле вокруг тебя на сто процентов. Именно потому, что и у тебя 99% намерения отнимают эгрегоры. — А ты? — Я тоже, но у меня как у богини есть преимущества. Я могу пользоваться этой “энергией” намерения при помощи специального, отдельного органа. Девятой оболочки души. Я могу намерение накапливать и использовать по своему усмотрению. Зато эгрегоры позволяют нашему миру быть более-менее стабильным. В нём соблюдаются законы физики. Работают константы. Да много чего. Нет того хаоса, который бы возник, если бы эгрегоры вдруг исчезли. — А что было бы? — Мир был бы как во сне. Для кого-то это мог быть осознанный сон, для кого-то это мог быть неосознанный сон, для кого-то кошмар, но эгрегоры имеют как полезную сторону, так и вредную. — Как и всё в этом мире… — Точно, — улыбнулась я. — Эгрегоры выполняют и другую функцию. Они отсасывают лишнюю энергию намерения у разумных так, чтобы у них не оставалось ничего. Ты ведь заметил, как дети ведут себя. У них нет забот и хлопот. Их не волнуют проблемы. Обо всём позаботятся умные взрослые. Что будет завтра — их не волнует. Потом дети растут, становятся старше, им надо учиться, кто-то идёт в школу, кто-то потом ещё и в университет, мало ли куда. У нас дети учатся драться, участвуют в рейтинговых играх и многом другом. На меня ложатся обязанности наследницы. Потом я создаю свою фирму, это тоже эгрегор, его тоже надо обслуживать. За этим, возможно, может прийти и семья, потом дети. Замечаешь? — Да, всё больше и больше обязанностей. — Да, всё больше и больше эгрегоров. — А почему? — Тоже эгрегоры. Все так делают, и я так делаю. — Понимаю. Интересная концепция. У меня так много вопросов… Я хитро улыбнулась и подмигнула ангелу, вот только через секунду улыбка слетела с моих губ. — Что такое? — Со мной связался глава службы безопасности концерна Гремори. Я слегка отстранилась от своего любовника и произнесла: — Слушаю? — Срочное сообщение. На филиал концерна Гремори напали. Есть трое убитых среди гвардейцев и шестьдесят человек среди работников завода. Сотни раненых. Мы эвакуировали всех в резиденцию и уже оказываем медицинскую помощь. Меланхоличное настроение смыло словно холодным ведром с водой, вылитой прямо на голову. Мысли зазвенели и заметались в моей голове. Я вскочила с кровати, глаза загорелись красным, чёрные крылья с хлопком развернулись за спиной, а оскал стал зверским. — Что произошло Риас? — услышала я голос за спиной. — На один из филиалов концерна Гремори, расположенный в Индии, напали маги. Сейчас как раз выясняют, кто это был. Есть убитые и раненые, которым уже оказывают помощь в нашей резиденции. — Кто это мог быть? — удивился мужчина. — Вот и я хочу это знать. Тут уж я стесняться не буду. Все они умрут. Уже через минуту мои клоны носились над руинами строений под отводом глаз и искали хоть какие-то более-менее целые тела и души людей, которые не успели уйти на перерождение. Клоны успевали лечить, буквально собирать людей по частям и приносить к специальной площадке, где я сама не покладая рук воскрешала тех, кого ещё можно воскресить, а демоны из клановой безопасности переправляли ошалевших, заново воскрешённых работников и своих товарищей на реабилитацию в клановый лазарет к остальным людям. Даже сам Михаил слегка окосел от того, чем я сейчас занималась. Не припоминал он, чтобы демоны так сильно беспокоились об обычных людях. Нет, демоны ни в коем случае не относились к обычным людям как к скоту, но считали их по большей части ненадёжными. Точнее, недоговороспособными. Ну какие долгосрочные договоры могут быть с существами, живущими от силы шесть-семь десятков лет, из которых их эффективная, рабочая деятельность продолжается всего каких-то сорок лет? До этого они несмышлёные дети, а после этого они дряхлые, ни на что не способные старики. Надеяться на то, что их потомки будут делать всё так же, как их отцы, не приходилось. В практике у демонов сотни раз было так, что приходившие на смену своим дедам и отцам потомки удобным для себя образом старались “забыть” о договоре с демоном. Вот и относились долгоживущие демоны и ангелы к этим разумным “соответствующе”. Здесь же Михаил видел не только сверхпрофессионального целителя, но и совершенно неизвестную даже для него область. Взаимодействие с душами, а точнее их вселение в тела. Он поражался тому, сколько же черт сокрыто в его возлюбленной. И ярость на врагов, и нежность и любовь к нему, и забота о своих работниках. Мои слуги носились и помогали со всеми аспектами. Акэно уже закончила переговоры с местными властями о восстановлении фабрики, а Широне смогла договориться с подрядчиками о подвозе некоторых строительных материалов. Михаил не сомневался, что и чинить всё я стану магией, совершенно не стесняясь остальных людей, но вот уничтоженную точную технику и материалы придётся вновь закупать. К концу дня я еле стояла на ногах, но сумела вернуть сорок три человека из почти шести десятков уверенных трупов. Остальные уже успели уйти в более плотные, высшие слои астрала. Тут уж было нечего поделать, и их останки со всеми почестями передадут родным вместе с очень солидной денежной компенсацией. Всё равно сейчас на этих руинах никто работать не сможет, значит у людей наметился оплачиваемый незапланированный отпуск. Я стояла перед вытянувшимися в струнку безопасниками возле руин здания завода. Вокруг всё ещё вяло суетились спасатели и пожарники, вот только я и сама уже полностью завершила их работу. Пожары, где надо, потушены. Раненые эвакуированы, и им уже оказывалась помощь. Власти оповещены. Теперь оставались только разборы происшествия. Я перевела свой взгляд на безопасников и сказала: — Ребята, расслабьтесь, я ведь знаю, что вы ни в чём не виноваты. Вы всё сделали верно. Всех, кого могли — эвакуировали и защищались до конца. Вон, трупы нападавших до сих пор так и лежат. — Госпожа, от вас веет… чем-то. Я поняла, что моя ярость на сотворивших это уродов просто зашкаливает, причём так, что даже демонов тут придавливает ки. — Простите. Давление тут же схлынуло, а я вздохнула поглубже, успокаиваясь. Чуть смогли расслабиться и безопасники. — Что уже стало известно? — Практически всё. Сегодня в двенадцать ноль три по местному времени было осуществлено разбойное нападение магами из так называемой “Фракции героев”. Эта фракция в своё время вошла в состав “Бригады хаоса”, лидером которой являлась Офис. От неё они получали силу бесконечности. Цели их организации неясны. Когда-то они декларировали своей целью помощь в убийстве Великого Красного дракона, но ничего для этого не делали. Сейчас, после того, как Офис бросила свою организацию на произвол судьбы, их нанимают те, кто заплатит. — Фракция героев, значит? — Да. Их основные досье я переслал вам. Ко мне пришёл входящий файл с известными досье и фотографиями этих “героев”. — Всего в нападении участвовало двенадцать человек, семеро из которых остались здесь в виде трупов. Троих послабее смогли нейтрализовать наши гвардейцы сразу же, а вот тех, кто посильнее, приложила ваша защита, пока один из них одним ударом не разрушил всё здание. Это был божественный Лонгин. Механизм ударного типа. Тогда большинство защитных заклинаний были разрушены, и мы приняли решение об эвакуации. — Как я посмотрю, среди них почти все — носители священных механизмов? — Большинство. Так и есть. Многих в свою организацию они просто похищают. Находят носителей священных механизмов. Некоторым — промывают мозги. Редко когда к ним приходит кто-либо по доброй воле. Я задумалась. Зачатки плана сформировались у меня в голове. Я, конечно, могу драться с этими противниками, вот только их встроенные артефакты делают их непропорционально сильными. Да, сожрав двух сильнейших драконов, я способна победить их и так, но зачем стараться? К чему мучиться и пыхтеть, пафосно преодолевая сложности? Я повернулась к осматривающему руины завода Михаилу. — Михаил? Можно мне воспользоваться троном ещё раз? — Можно, что ты задумала? — Лишу всех этих “героев” их священных механизмов. — Большинство не переживут такого извлечения. Как только механизм срастается с аурой человека, его нельзя извлечь без тяжёлых последствий. — Вот и замечательно. Я их всё равно собиралась убить, ведь они убили десятки невинных. — Если бы только это, госпожа, — заметил один из гвардейцев, — в досье на них есть много фактов, это беспринципные отбросы, которые не чураются ничего. — Тем более. — Идём, — выпустил свои крылья Михаил, обнял и прижал меня к себе. — Спасибо вам, ребята. Вы всё сделали правильно. Можете отдыхать. Этот завод придётся восстанавливать. Через секунду мы исчезли. — Н-да… за мои пять сотен лет жизни я никогда даже не надеялся на то, что когда-нибудь увижу, как ангел добровольно сотрудничает с демоном. — Наша госпожа с ним встречается. Там, можно сказать, сотрудничество на высшем уровне. — На самом высшем, — показал третий непристойный жест, а остальные хихикнули. — Ладно, идём отсюда. Здесь мы закончили, и пока нам тут делать нечего.***
Второй контакт с троном прошёл для меня гораздо легче. Во-первых, хоть какой-то минимальный опыт у меня уже был, во-вторых, я была и так до отказа забита ба-хионь, и в-третьих, я заранее выключила свои эмоции. Теперь не было никакой эйфории, лишь голый расчёт, а потому приказ на возвращение нужных мне артефактов я отдала очень быстро и без колебаний. Все, кто имел хоть какое-то отношение к Фракции героев и имели внутри себя священные механизмы, дико заорали от боли выдираемого по живому механизма, а я засекла местоположение того самого замка, где была их штаб-квартира. Кстати, для всех священных механизмов я заодно ввела запрет на распространение. Как оказалось, библейский был очень сильным и увлекающимся артефактором, причём артефакты он строил на основе энергии ба-хионь, что вообще я считала невозможным, пока не познакомилась с троном, который сейчас занимала. Точнее, не только ба-хионь, но и на основе магии и даже духовной энергии. Вот заодно я и решила разобраться с тем, что библейский за свою жизнь наклепал, а уж наклепал он, надо сказать, немало. Да одних только священных механизмов у него были десятки, а уж разных второстепенных механизмов вообще сотни. Но особо мирным, таким вот белым и пушистым он не был. Клепал мечи, копья и ударные артефакты, а уж из чего брались все эти артефакты? В большинстве его механизмов, особенно в мощных Лонгинах, были заключены души сильнейших существ. Для этого их нужно было вначале изловить, убить, заточить в артефакт и уж тогда только получить мощный священный механизм. Вообще, конечно, разнообразие структур из ба-хионь меня удивляло и поражало, хотя… раз структуры, созданные на основе остальных энергий, возможны, почему бы им не быть возможными и для ба-хионь? Заодно, я засекла местоположения всех выдранных артефактов. Поэтому на тех местах сейчас должны находиться трупы бывших членов Фракции героев. На этот раз контакт с божественным артефактом прошёл намного легче, чем в первый раз, и я даже смогла встать с трона сама. Минуту у меня заняло прийти в себя хоть более-менее. — Спасибо, любимый. Я хочу добить эту фракцию бандитов и допросить тех, кто останется.*** Михаил. ***
Михаил вот абсолютно ничего против не имел. За все столетия он не раз имел серьёзные стычки с этими ребятами практически по всем вопросам. Эти выскочки, получившие заёмную силу его отца, со временем становились всё более разнузданными и неуправляемыми. Не раз интересы ангелов пересекались с этими уродами. В последнее время они примыкали то к одному богу, то к другому. Вначале, примкнув к Индре, выполняли его грязную работёнку, после чего примкнули к Офис, и тут у них вообще снесло крышу, и они полностью уверились в собственной безнаказанности. А ведь говоря по совести, все артефакты им выдал библейский, а потому их предательство Михаил считал личным плевком в лицо. Когда Риас действительно помогла дракону Офис, и та совершенно спокойно вновь обосновалась в пространстве между измерениями, бросив своих липовых почитателей, бывших с ней исключительно из-за её силы, во Фракции героев начались брожения. Часть из них хотели побежать, поджав хвост, обратно на службу к Индре, часть хотели пуститься в свободное плавание, вот только не срослось. Они нарвались на Риас, а Михаил уже уяснил, что его девушка к стандартным решениям прибегает очень редко. Нет, он не сомневался в силе богини, и были уже случаи убедиться. Риас способна уничтожить всю фракцию, особенно по одному, хотя наверняка ей бы пришлось очень и очень туго, ведь среди этих ушлёпков были люди с механизмами, способными убивать даже богов. Естественно, всем скопом она бы на них и не нападала, но она не стала делать и этого. Зачем пытаться забарывать всю фракцию, как немытый герой с острым двуручным мечом? Ведь существует же гораздо более элегантное решение. Михаил удивился. И как это ему самому не пришло в голову такое решение? Как-как, всё это потому, что трон его и не слушался. У него ушли сотни лет, чтобы хоть как-то заставить его более-менее работать без сбоев, и больше он его не касался. И уж тем более он не мог творить нечто столь тонкое, идя против отлаженного механизма выдачи божественных артефактов людям. До сих пор ни демоны, ни ангелы не желали ссориться с Фракцией героев потому, что их прикрывала Офис. В данном случае Риас поступила весьма тактически верно. Вначале помогла и убрала с поля дракона бесконечности, а после этого смогла вклиниться в момент, когда Фракция героев ещё не успела вернуться обратно к Индре. Хотя вряд ли он бы принял их. Михаил только теперь осознал всю дальновидность этих шагов.*** Риас. ***
Я вздохнула, улыбнулась ангелу, и мы вновь переместились, но не куда-нибудь, а на пустую лесную поляну в Ирландии. Я отошла от Михаила, и через секунду перед ним стоял дракон, но какой. С тех пор, как он видел меня последний раз, мой дракон подрос ещё больше. Видимо, контакт с великим троном творца тоже не прошёл для меня даром. Силы у меня явно прибавилось. Я и сама была обескуражена. Драконов стало два, потом четыре, потом десять, потом двадцать. Объёмы духовной и жизненной энергии, что изливались из меня, были колоссальны, хотя с бесконечным источником это и немудрено. Все драконы разом стали невидимыми, а я подошла к ангелу. — Сама я туда не буду соваться, но контролировать буду, тем более там ещё мог остаться неучтённый фактор. Подождём. Пока, хочешь покататься на драконе? — спросила я. Михаил улыбнулся и быстро запрыгнул на шею. — Ты только не привыкай, — хмыкнула я, — это обычно женщины на шеях мужчин катаются, а не наоборот. — Пха-ха-ха! — рассмеялся ангел.*** “Замок на вершине”. Ирландия. ***
Логово Фракции героев стояло на одном месте уже много столетий. Замок был мощным и неприступным, вот только единый удар сразу десяток бомб Биджу в исполнении громадного дракона, выпущенных в упор единым ударом сразу, не оставляли никаких шансов старинному строению. Хоть оно и было сокрыто и защищено магией, я уловила, где находились выдранные по живому священные механизмы. Первые бомбы перегрузили щит, а остальные взорвались уже внутри, похоронив “героев”, сумевших каким-то чудом пережить изъятие священных механизмов или слабосилков, их никогда и не имевших. Я пронаблюдала, как отлетели двадцать три души, а из-под камней выбрался еле живой парень. — Пощад… — ФУС! РО! ДА! — громовой драконий рык из такого количества драконьих глоток одновременно с выбросом океана духовной энергии, который просто уничтожил человеческого мага и превратил каменные остатки замка в пыль да ещё и вдавил фундамент в землю на глубину нескольких десятков метров. Клоны драконов исчезли, а дракон, находившийся в это время в гиперпространственном пузыре с архангелом на спине, сел на землю. Ангел раскрыл крылья и слетел со спины дракона, а я обернулась в свою человеческую ипостась. В нескольких шагах от нас чуть ли не в воздухе открылся портал, из которого выпал какой-то мужчина и рухнул в пыль. — Что? Кто? — вскочил он и выхватил меч, но копьё света, моментально выпущенное архангелом, пробило его грудь насквозь. Мужчина закашлялся и рухнул на землю, а я подошла к нему. Взмах, сложное заклинание, и перед нами появился видимый дух. — Да кто вы такие? Почему напали… Ещё один взмах, и дух замолчал. — Кто ты? — Да вы что?! Я Артур Пендрагон! — вскрикнул дух. — Да как вы… Кха-а-а… — выгнуло призрака дугой. — Отвечай, или будет больно. Почему вы напали на завод концерна Гремори в Индии? — На тебя поступил заказ. — От кого пришёл заказ? — Я не знаю. — Кто знает? — Никто, кроме Цао Цао. — Кто в последнее время приходил к вам? — Многие, — пожал плечами отходящий от боли призрак мага. — Кто мог бы выдать такой заказ? — Да откуда же я знаю? Я с ними не говорил. Я взмахнула рукой, и призрака начало корёжить во все стороны. — А теперь? Это освежило твою память? Перед тем, как ответить, помни, что я вижу душу и чувствую твои эмоции. Соврёшь мне ещё хоть раз, я запечатаю твою душу в накопитель и буду её пытать десятилетиями или пока не надоест. — Кхы-ы… Призрака перекорёжило и вывернуло в немыслимую позу, хотя у него и не было физического тела, однако было ясно, что ему очень больно. — Ещё раз. Перечисляй всех, кто приходил и говорил с Цао Цао в последнее время. Кто мог бы выдать такой заказ? — Многие, очень многие. С ним приходил говорить и Индра, и Ази Дхака, и даже Кром Круах. — Ну Индра понятно, а Кром Круах зачем? — Я не знаю. Я вновь взмахнула рукой и отпустила духа, после чего сожгла тело великого мага. Воистину, он не был готов к нападению, и Михаил сумел подловить его в уязвимый момент. — Кстати, спасибо, Риас, ты сделала очень доброе дело. Этот колдун был нам хорошо знаком и был нашим врагом многие столетия. — Как и нам. Он был очень силён. Настолько, что даже выдирание механизма из его ауры не убило его вот так сразу. Хоть как-то но он ещё двигался. Вон даже портал смог открыть. Может, потому, что священный механизм был второстепенным, может, как раз потому, что он был настолько силён, но он как-то сумел это пережить. — Зато все остальные, как я понимаю, были не так удачливы. — Нет, большая часть полегла тут. — Он сказал правду? — кивнул Михаил на то место, где раньше был Артур. — Да, правду. Знал о нанимателе только Цао Цао, а его душу я не могу найти. Видимо, его ауру разорвало настолько сильно и так резко, что он сразу понёсся на перерождение. Так нередко бывает. Если бы остался хоть клочок его тела… — Может, не надо было сразу так всё рушить. — Надо было. Иначе остатки этих гадов успели бы разбежаться, и разрушений по всему миру было бы гораздо больше. Если можно было решить всё одним сильным и сконцентрированным ударом, я решила сделать именно так. Вместо того, чтобы рисковать и подставляться, да и невинных подставлять не хотелось. Ведь эти бы сбежали в города, а там их убивать… придётся рушить целые районы. Даже без механизмов эти уроды были сильны. К чему подвергать опасности невинных людей? — И ты… — Да, между двух зол, совершить месть или сделать так, чтобы они больше не могли никому навредить, осознанно выбрала второе. Не всё потеряно. Заказчика ещё можно будет найти. Он рано или поздно объявится. Если объявится, а вот месть это… всё же знать после этого, что могла предотвратить ненужные смерти и выбрала месть, мне потом не хочется. Михаил посмотрел на меня долгим взглядом, после чего обнял и поцеловал. — Идём? — Да, здесь даже камни от замка в пыль разнесло, а пыль вбило и перемешало с землёй. Если что и осталось, то я этого почувствовать точно не могу.
