зефирными

сказать, что феликса интересовал только дешевый малиновый чай в комплекте с приторным зефиром, от которого сводит щеки, пока он, будучи выпускником старшей школы, лениво готовился к экзамену и уплетал все за одну щеку — значит бесстыдно соврать самому себе. ведь его мысли терялись между длинными определениями по истории и припухлыми губами хан джисона, которые на вкус, вероятнее всего, были такими же сладкими, как кажутся невооружённым взглядом. если мы пройдемся полностью по классическому сценарию, то для описания джисона достаточно будет всего произнести «сын маминой подруги» и понять, что здесь подразумевается прямой смысл истинного выражения. это тот самый парень, живущий этажом выше и раз в год появляющийся на праздники со статусом порядочного мальчишки. правда, никто не учёл факт, что тот все время, будучи ребенком, отбирал любимые машинки и играл с ними в своем уголочке; рисовал яркими, но затупевшими (как сам феликс, когда пытается спать больше чем три часа в сутки) цветными карандашами свои абстрактные картинки о новых галактиках во всей вселенной. и знаете, в тот момент ликса бесило больше всего, как хан на полном серьёзе затирал дичь взрослым, которые им восхищались, что рано или поздно откроет туда прямой путь длинной, сказочной тропинкой и докажет ещё, что это все не шутки детского воображения. но самой нелепой шуткой для скромного и тихого феликса стала новость от матери, что этот умник — хан джисон, собрался духом для поступления на кафедру космологии в универе. самой причиной такого мнения послужил насыщенный пубертатный период джисона: большая шумная компания из парней и девчонок старше его на несколько лет, дешманские сигареты, от которых несло табаком за километр, но зато купленные на свои честно достойные карманные деньги в каком-нибудь маленьком магазине за углом, а не стыренные у чанбина. чего стоят только в тысячный раз перекрашенные волосы. и как он ещё не облысел? возможно, феликс успевал беситься ещё и потому, что ему светил статус только «прилежного маминого мальчика-зайчика», который в подъезде оттирает каракули как раз таки великого соседа-абстракциониста, помогает бабулям и вежливо выслушивает, как выкручивают суставы коленей на погоду, уверенно стремится к золотой медали ради родителей и медленно гибнет внутри от преждевременного саморазрушения, что накатывает каждую весну, а спасение даже в мелочах найти не способен. хотя сам юноша и не жаловался в априори, ну почти. до того момента, когда их встречи с джисоном не участились на узкой лестничной площадке, что стали экстренно вызывать прямую зависимость у мелкого, который начал со своим скудным пониманием математики высчитывать часы выхода на перекур своего соседа и готов был жертвовать головой на отсечение перед родителями ради пары минут залипаний на небольшую родинку на щеке, аккуратный носик и отросшую челку, прикрывающую глаза. чего только стоила пара выкрашенных ногтей на левой руке, которые очень привлекали внимание в моменты, когда из карманов спортивных штанов вытягивалась небрежно мятая пачка, по всей видимости, любимых сигарет, и в следующее мгновение загорался яркий фитилёк зажигалки. но его строгий взгляд говорил сам за себя: «спалишь мамке, что я снова взялся за это — убью». и даже сейчас, среди глубокой майской ночи, светлые волосы феликса с отросшими корнями казались идеально вылизанными на фоне растрепанных, возможно даже после чуткого сна, мягких волос джисона. но и это позволяло ему местами совершать попытку силой отвести взгляд, дабы только не спалиться. — и чего ты здесь сопли снова собрался пускать? — манера парня всегда остаётся неизменной и периодами заставляет ликса сворачиваться до размеров спичечного коробка. он слишком ранимый и в данном случае старается держаться бодрячком с целью соблюдения субординации, иначе как ляпнет что-то со своего острого языка, за который периодами получает по шапке от матери, а только тут джисон уже потом сам к стенке возможно ляпнет и уйдет. — минхо снова не выдержал твое разбитое сердце после очередного неудачного флирта? феликс не понимает, в какой момент своей жизни находит поддержку в этом человеке и почему именно сейчас все чаще изливает ему душу. возможно всему виной постоянные рабочие смены его лучшего друга минхо, что учится на втором курсе университета и батрачит после пар до полуночи, чтобы потом взять побольше выходных и приехать в родной город. или же потому, что феликса явно тянет на таких «плохих» парней, как джисон. хотя таковым он не является. — почему ты такой странный? — я не странный, это ты просто далёкий и застрявший на теме квантовой физики, — феликсу хочется закатить глаза после услышанного, поскольку его слабое место найдено. ведь этот предмет так упорно пытается спихнуть его с золотой медали в завершении школы, но вместо этого он может только сесть на лестничную ступеньку и проверить время на телефоне, чтобы не вспылить. — а если серьезно, то почему, джисон? и феликс чувствует очередной, резко давший о себе знать ком в горле и немного сдавливающую боль в солнечном сплетении, что вырывает воздух, как у типичного неудачника, который справиться с собой не в силах. он перестал отслеживать быстрые скачки собственного состояния и давненько платит за это недосыпом, слабостью вплоть до дрожи по всему телу. ему говорят: «пора обратиться за помощью специалиста», но он в силах только молча ухмыльнуться и отмахнуться, что после экзаменов самое то. джисон тушит окурок в старой железной банке из-под консервированной кукурузы и усаживается рядом с ним на эти гребаные холодные ступеньки снова. кладет руку на спину и нежно приглаживает, словно чувствует все без слов. а феликсу все труднее сдержаться от смешанных чувств, яркой симпатии, заполнившей его до кончиков пальцев на ногах и тошнотворных школьных экзаменов, что выедают всю душу ради поступления на исторический, который никогда не любил среди этих тупых периодизаций, надоедливых артефактов и попыток разобраться в политике каждого кандидата на этом посту. — я для тебя странный из-за того, что сам выбираю свой путь и никого не слушаю? или потому что… — или потому что ты не даёшь попробовать твои губы на вкус, — резко выпаливает феликс и следующим шагом начинает обдумывать каким красивым числом заказывать гроб. но в ответ слышит лишь легкий смешок и примечает передвижение рядом, из-за чего закусывает внутреннюю часть щеки и пытается выбросить из головы картину пухлой нижней губы джисона, которую тот любит закусывать при любом удобном случае. ну или же давит накатившее чувство вины. вокруг совсем не располагает к себе давящая тишина между ними двумя, что прерывается только звуками майского ливня за окном, и табуном мурашек под белой кожей феликса из-за прохладного ветра, что гуляет из открытого окна на лестничной площадке и забирается прямиком под зефирный кардиган, очень похожий на сладость, ухомяченную часами ранее. и кажется, проходит вечность, прежде чем джисон говорит что-то в ответ. — а ты не боишься, что твоя мать почувствует запах сигарет и снова посадит под домашний арест, если узнает об очередном побеге посреди ночи? — он точно издевается и достает последнюю сигарету из пачки, прежде чем спрятать где-нибудь подальше между батарей. — тогда дай мне эту ебаную сигарету и заткнись, — огрызается феликс, и джисон снова примечает его быструю смену настроения. — а если не дам? зачем она тебе, дитя? — джисон делает тягу и выдыхает едкий дым в лицо феликса, который держится на грани слез или же в лучшем случае простого кашля. отчаянный. — тогда я буду вынужден капитулировать. за окном разносится пронзающий и резкий раскат грома после неловкого смеха джисона, что демонстративно и назло феликсу тушит как можно быстрее недокуренную сигарету. устрашающе, но ли явно не справляется с эмоциями в отличие от собранного, спокойного хана. он сидит на ступеньке и тепло смотрит на младшего, что в ладошках быстро мнет края своего дурацкого кардигана, который совсем не по вкусу джисона. хотя его обладатель оказывается очень даже мягким, как только старший притягивает ближе к себе и большим пальцем гладит по впалой щеке, прежде чем тот поднимет на него свой слезливый взгляд и явно сейчас попытается сдержаться, чтобы не расплакаться. хотя он ошибается. феликс хитро и умело пользуется таким моментом и, прижавшись сильнее, завладеет желанными губами, что кажутся горьковатыми на вкус, но такими же сладкими, как и хотелось. он неумело целует, пока джисон робко улыбается и решает забрать все в свое управление. разместит ладошки на шее и мягко продолжит сминать верхнюю, немного обветренную губу, которая гармонично сочетается с нижней хана, но не будет ожидать на своих лёгкий укус, из-за чего выдохнет намного сильнее и мягко отстранится. но феликс уже не сможет остановиться до самого рассвета, пока капли дождя медленно продолжат отбивать собственный ритм вдоль всего окна.