Машина Времени

Саки, чувствуя себя необычайно потерянной, шагала по городу. Музыка на всю играла в неё в наушниках и в какой-то степени помогала так заглушить боль и ненужные мысли. Всё в порядке. Ей вовсе не одиноко. Ей вовсе не грустно. Всё хорошо, разве нет? Девушка хотела бы, чтобы музыка зазвучала ещё громче, чтобы мелодия поглотила её с головой. Ей не одиноко. Ей не грустно. Разве не заметно? Она всё сделала правильно: спасла брата, а это главное. «Руи-кун наверняка счастлив, — подумала она, горько улыбнувшись. — Я всё же выполнила своё обещание.» Блондинка взглянула вверх и вдруг заметила три знакомые фигуры. В шоке её глаза распахнулись, но после улыбка тут же расцвела на её лице. «Иччан, Шихо-тян, Хона-тян! — перспектива озвучить это пугала. Вдруг и они не узнают её? — Я так соскучилась по ним!». Подходить тоже было страшно. Девушка помялась какое-то время, пока обернувшаяся назад Хошино сама её не заметила. — Саки! — крикнула она с улыбкой. Остальные девушки в шоке глянули назад, а после помахали руками. «Узнали... Мы всё ещё друзья!» — с радостью подумала Саки, чувствуя, что на глаза вновь наворачиваются слёзы. Как же она рада! Вмиг Шинономе подбежала к ним ближе и тут же ринулась в объятия Ичики. Знакомые добрые руки тут же обняли её в ответ. — Мы как раз хотели позвонить тебе и спросить, пойдёшь ли ты с нами на репетицию, — сказала Шихо с улыбкой. Саки тут же дёрнулась. Шихо ведь теперь... «Сестра Цукасы, — рассудила с грустью девушка, мигом приуныв. Как ей теперь чувствовать себя рядом с подругой. Наверняка будет тяжело, зная, что она буквально отняла её брата. — Это, конечно, не её вина... а моя. Но первое время мне точно будет не по себе, — однако после Саки дала себе мысленную пощёчину. — Нет! Нельзя из-за этого плохо относится к Шихо-тян!! Шихо-тян ничего плохого не сделала. Я во всём виновата сама, поэтому не нужно замешивать в это других.» К тому же... Репетиция, хах? Значит, они точно друзья. И у них есть своя банда. «Ох, значит, и наш сэкай наверняка тоже остался цел и невредим!» — засверкав глазами от счастья, подумала Саки. — Конечно, пойду~! Только, где будем проводить сегодня? — Сегодня мы планировали в сэкае с Мику и остальными, — объяснила Мочизуки, а после немного обеспокоенно посмотрела на подругу. — Саки-тян, неужели ты забыла? — А, э... — на миг Шинономе замешкалась, но после всё же смогла натянуть на лицо улыбку. — Вовсе нет, Хона-тян! Просто решила уточнить ещё раз~ Девочки, вздохнув, всё же улыбнулись. Саки надеялась, что вела себя так, как и должна была себя вести. Многое тут отличалось от её родной реальности, так что адаптироваться тяжело. Что-то не стоило говорить, что-то не стоило делать — в общем, ещё учиться и учиться. Но зато за ближайшие несколько часов Шинономе действительно стало легче на душе: хотя бы что-то в этом мире сохранилось. Она всё ещё дружит с Ичикой и остальными. Без них наверняка было бы раз в сто тяжелее. — Тогда, пойдёмте уже скорее в сэкай~ Мне не терпится начать!! *** Саки нервно дёргала левым глазом. Эта чёртова реальность, должно быть, насмехалась над ней — сто процентов, именно в этом и заключалось дело. «Почему Шихо теперь за клавишами?! Она никогда не умела на них играть! — подумала блондинка, но после что-то в её голове медленно щёлкнуло. — Ах да... раз она — сестра Цукасы, то моя мама стала её мамой. И наверняка научила её игре на фортепьяно, — что ж, это и вправду многое объясняло. Объясняло, но не успокаивало. — Но мне-то как играть в таком случае?! Я же басс в жизни в руках не держала!! Здесь поможет или Бог, или какие-то умения, что у меня присутствуют в этой реальности...» — Саки-тян, ты в порядке? — спросила Хонами, с тревогой глядя на девушку. — А? Д-да, конечно! — тут же отозвалась блондинка, хихикнув. — Просто задумалась. Шихо вздохнула, глядя на подругу, а после вернулась к своим клавишам. Саки же в ужасе посмотрела на басс, что стоял прямо перед ней. Первое прикосновение к нему отозвалось каким-то шоком. Про себя девушка молилась, что хоть какие-то навыки в этой реальности у неё будут и она не разочарует своих друзей ужасной игрой. Инструмент ощущался довольно тяжёлом, но, скорее, из-за непривычки. Кое-как Шинономе всё же взяла его в руки и подошла ближе к Ичике. Она никогда ещё не играла в первой линии. Ей было куда привычнее прятаться возле Хонами, а не выступать так близко к концу сцены. И как у Хошино вообще хватало смелости это делать? «Я ничего не умею, — думала она, пока ледяная капля пота скатывалась вниз по её щеке. — Я ни на что не способна. Я ничтожна. Ничего не получится, всё будет ужасно, я только всё порчу! — мыслей было так много, что от них уже начинало тошнить. — Я делаю лишь хуже... Каждый раз, каждый раз одно и то же! Я не смогу, я же ничего не могу!!..» В ужасе Саки нервно сглотнула. Она боялась того, что могла совершенно не знать, что ей надо делать. Быть новой собой было ужасно — всё было таким непонятным и страшным. Дрожащими пальцами она провела по струнам и они отозвались каким-то звуком. «У меня же должны быть тут какие-то умения, не так ли? — у самой себя спросила девушка. — Должны ведь, не так ли?!» Мику присоединилась к девочкам и дала команду, что пора начинать играть. Саки выдохнула и вновь коснулась струн. Всё её тело дрожало, но, казалось, у неё получалось. Неуверенно, но звук быстро слился с гитарами Хацуне и Хошино. Блондинка была без понятия, как вообще сообразила, что ей нужно делать, но песня продолжалась. Шихо, надо заметить, хорошо играла на клавишах. Возможно, практиковалась с братом в свободное время... Грусть вновь накрыла Саки с головой, но она заставила себя сосредоточиться на песне. Она теперь другой человек. Больше у неё нет старой фамилии, прошлой семьи и даже многих друзей. Теперь она — Саки Шинономе. Кто вообще такая эта девушка и как именно стоило изображать её, чтобы никто ничего не заподозрил? Наконец музыка закончилась и Саки облегчённо выдохнула. «Это было так тяжело!! — подумала она, еле переводя дыхание. — Но всё же я смогла это сделать. Значит, какие-то умения у меня и вправду появились в этой реальности. Тогда... выходит, что я полностью забыла, как играть на клавишах? — мысль об этом причинила боль. Девушка вспомнила, как мама учила её игре на фортепьяно. Как брат улыбался, а папа, гладя дочь по голове, хвалил. Теперь, когда такой важный навык был утрачен, это означало лишь одно: — Я больше никак с ними не связана...» — Молодцы, отлично постарались сегодня, — похвалила Мику, улыбнувшись. Но после глянула на блондинку и чуть призадумалась: — Саки, тебя что-то тревожит? — А? Ам... Вовсе нет! И вновь ложь. Кажется, теперь придётся только врать и врать до конца дней. «И, если новая реальность тебе не понравится, то вернуться обратно ты уже не сможешь.» Шинономе зажмурилась, вспоминая эти поучительные слова, которые она смела не послушать. «Тебе придётся жить в новой реальности, какой бы она ни была.» — Со мной всё хорошо, Мику-тян!! — громко и слишком неестественно хихикнула блондинка, а после аккуратно поставила басс на место. Ощущалось это так, словно она сняла с души огромную ношу. — Я просто чувствую себя немного уставшей, после такой усердной тренировки. — Вот оно что, — кивнула Шихо, а после слабо улыбнулась. — Тогда на сегодня будет достаточно, не так ли, девочки? Хонами и Ичика покивали, так как волновались за состояние подруги. Репетиции репетициями, а о здоровье ведь очень важно заботиться! Мику улыбнулась и на прощание пожелала всем спокойного пути. — А, Шихо-тян, подожди, пожалуйста! Можно сегодня я провожу тебя до дома? — вдруг окликнула Саки, когда она и её подруги уже покинули сэкай. — Э, а... — Тенма была ошарашена, но после кивнула. — К-конечно, пойдём. Блондинка внимательно посмотрела на подругу, как бы пытаясь выяснить, почему всё так обернулось. Почему теперь она — сестра Цукасы? Почему теперь она живёт с её семьёй? Что пошло не так? — Шихо-тян, скажи, а что ты делала, пока я была в больнице? — вдруг спросила Шинономе. Подруга удивлённо на неё посмотрела. Так, как будто только что услышала «ты летала на Луну в этом году?». — О чём ты говоришь, Саки? Я и остальные же постоянно были вместе с тобой и навещали тебя... — Ох, а... да. «Были вместе со мной? — изумилась девушка, а после вдруг расплылась в благодарной улыбке. — Значит, девочки никогда меня не бросали и всегда были мне подругами в этой реальности... Может, тут не так уж и плохо, как я думала? Пусть это и небольшой факт, но мне так приятно, хи-хи!» — Шихо-тян... ам, — после небольшой паузы, продолжила Саки. — А как там... Цукаса-сан? Он сильно изменился, не так ли? Можешь рассказать о нём побольше? Называть брата его настоящим именем становилось всё тяжелее и тяжелее, потому что девушка буквально ощущала, что такими темпами отдаляется от него. Для неё, он всё ещё член семьи. А для него, она уже никто. Чёрт бы побрал эту реальность. — Мой брат, хах... Обычно ты о нём не спрашиваешь, — и вновь Саки вела себя не так, как должна была. — Да и он о тебе не вспоминает. Он всё-таки ужасно забывчивый, поэтому я совсем не удивлена. — Не вспоминает?.. — Ну, всё же он помнит лишь маленькую тебя. До того, как ты была в больнице, — объяснила Шихо. «Так вот оно что... — поняла блондинка, приуныв вновь. — Значит, он смотрел так не потому что помнил настоящую, а потому что просто заподозрил, что я очень похожа на маленькую себя, хах... Тут и вправду никто не в курсе о том, что эта реальность — ненастоящая.» — Он всё ещё... неплохой человек, полагаю, — продолжила Тенма. — Старается заботиться обо мне, но меня бесит то, что этим он словно старается доказать... доказать, что он хороший. Как-то до Цукасы, конечно, дошло то, что его поведение меня выводит и он перестал надоедать и гиперопекать, — но после девушка притихла, словно о чём-то задумалась. — Просто иногда мне казалось, что он пытается угодить нуждам других напоказ. Но его никогда нет рядом по-настоящему. Саки тоже призадумалась, ненадолго решив окунуться в воспоминания из прошлой реальности. «Он делал тоже самое и раньше. Старался угодить каждому, старался быть лучшим для каждого, пока настоящего его рядом не было ни с кем. Но Шихо-тян, кажется, это не очень нравится, в отличие от меня... — тут же девушка сжала лямку своей сумки и, опустив голову, прикусила губу. — Я, как и мама с папой, использовала эту черту. Шихо-тян, наверное, гораздо лучше в качестве сестры, нежели я, не так ли?...» — И всё же, Шихо-тян, разве тебе не кажется, что стоит быть немного помягче со своим братом? — слегка помявшись, спросила Саки. — Я не одобряю лицемерия и Цукаса должен это знать. Девушка вздохнула с небольшим огорчением. Неужели она и вправду была настолько плохой сестрой, что одобряла очевидное лицемерие?.. всё ведь вовсе не так, да? — А Цукаса-сан ничем не занимался, пока я была в больнице? — Хм-м... Вроде он участвовал в различных шоу в театре, — девушка тяжко выдохнула. — После забросил. Однако его поющий голос всё также остался довольно громким, из-за всех этих репетиций. — Э? Поющий голос? Саки, несомненно, была удивлена. Значит, Цукаса всё же делал шоу и пел в этой реальности! Но звездой стать не хотел да и бросил все эти занятия по мере своего взросления. «Получается, если бы не я... то и в моей прошлой реальности, братик бы всё равно забросил это всё? — подумала девушка. — Неужели, только я одна и вправду была причиной его мечты?» — Ага, — покивала Шихо, поправляя сумку на плече. — Иногда он тренируется петь вместе со своей подругой, Хиномори Шизуку-сан, — блондинка явно не ожидала такого обращения. — Кажется, у неё ещё есть сестра, Хиномори Эна-сан, но лично с ней я не встречалась ни разу. Ах да. Саки вновь и вновь продолжала забывать, что больше её реальности не существует. Здесь всё совершенно по-другому. Даже Шихо и Шизуку больше не сёстры. Почему-то мысль об этом заставила загрустить, ведь Хиномори-сан казалась хорошей девушкой и замечательной старшей сестрой. «Зато! — тут же обрадовалась блондинка. — Здесь братик и Шизуку-сэнпай всё ещё друзья!» — А у него... больше нет друзей? — Не думаю, — пожав плечами, ответила Тенма. — Он... не очень-то и хочет говорить со мной. — Э? П-почему? — изумлённо спросила блондинка. Вновь, Шихо лишь неоднозначно пожала плечами. — Возможно, считает, что со мной необязательно делиться тем, что происходит в его жизни. Ну, я и сама виновата, — слабо хмыкнула девушка. — Я не доверяю ему и он научился делать тоже самое. В основном, брат старается улыбаться, будто у него всё хорошо, а после молча сидит в комнате. Тот ещё затворник... — Значит, он и вправду не хочет стать звездой, — пробормотала Саки. Шихо удивлённо моргнула, а после в шоке глянула на подругу. Они обе остановились, дабы внимательно посмотреть друг на друга. Тенма немного помолчала, а после неуверенно спросила: «о чём ты говоришь?». Блондинка быстро опомнилась и в панике затараторила: — А, н-нет! Ничего важного, Шихо-тян, просто дурацкие мысли вслух!! — У тебя и вправду странные мысли, — фыркнула девушка, разворачиваясь и идя дальше. Подруга неуверенно последовала за ней. — Я не уверена, что сейчас брат хочет славы. Наверное, мечтал об этом, когда был младше, но не сейчас. — Когда был младше? — удивилась Саки. — А, ты, наверное, уже и не помнишь. Я и сама забыла, пока мама не стала напоминать об этом совсем недавно. Оказывается, в детстве Цукаса постоянно пытался заставить нас улыбнуться и быть счастливыми. Особенно тебя, ведь ты явно страдала из-за своих проблем со слабым телом, — пояснила Шихо. Её подруга, молчаливо глядя на асфальт под своими ногами, могла лишь кивать. Всё было почти как в её настоящей реальности. Было. Саки достаточно быстро осознала многие вещи в своей жизни. Её брат всегда желал лишь счастье других людей. Мечта о славе, скорее всего, была лишь прикрытием. Только ради чего? Этого так и не получалось понять. «Но раз здесь он остался почти таким же, каким и был... У меня может получится что-то исправить! Вернуть что-то! — с радостью решила девушка, глаза которой тут же засияли. Однако после счастье мигом угасло. — Наверное... Если я не сделаю лишь хуже. Ведь я лишь ломаю и ломаю, и ломаю. Если я буду продолжать в том же духе, то, может... Братик и вовсе меня возненавидит?!» — Сейчас, как я уже тебе сказала, он ведёт себя, будто настоящий затворник, — продолжила Шихо, покачав головой. — Однако учителя и одноклассники отзываются о нём, как о лучшем ученике. Полагаю... их можно понять. Всё-таки у брата очень хорошие оценки. Цукаса не был лучшим учеником ранее, потому что у него почти никогда не хватало времени на учёбу. Но, раз тут он совсем ничем не занимается, то совсем неудивителен факт того, что его оценки значительно улучшились. Только вот Саки не знала, как следует себя чувствовать по этому поводу. — В-вот как, — пробормотала девушка. — Спасибо за то, что рассказала, Шихо-тян. — Да без проблем, рада ответить. Я просто была удивлена таким внезапным вопросом, — после Тенма, подняв голову, вздохнула. За всеми этими разговорами о брате она и не заметила, что дошла до дома. — Ну, я пойду. Саки внимательно посмотрела на подругу, а после на дом. Раньше этот дом был её. Он принадлежал ей и её семье. Было бы гораздо правильнее зайти внутрь и остаться там, а не брести по тёмным улицам в поисках ночлега в неизвестном месте с незнакомыми людьми. Шинономе поджала губы, а после вдруг не выдержала и крикнула: — А, погоди, Шихо-тян!! Можно я... эм, навещу тебя на выходных? — Э? Ам... — девушка немного замешкалась, но после кивнула. — Конечно, приходи в любое время. Скажу брату, чтоб приготовил тебе что-нибудь вкусное. Блондинка улыбнулась сквозь подступающие к глазам слёзам. Воспоминания о готовке брата вновь заставили её загрустить. — Мгм... Тогда, буду ждать, Шихо-тян!! Как только Саки развернулась, до неё вдруг донеслось «брат, я дома» и «добро пожаловать, Шихо! Будешь ужинать?». Тут же её тонкие руки со всех сил сжали лямку школьной сумки, а лицо яростно оскалилось. Ну почему всё так вышло? Почему всё обернулось именно так? Почему теперь не ей говорят «добро пожаловать»? Саки не завидовала, но ей однозначно было всего-навсего обидно. Нечестно. Это всё было нечестно. Обида просто пожирала её изнутри. Потому что это её брат. Это её мама и папа. Её фамилия. Её дом. Её жизнь. Почему эта наглая реальность заставила лишиться всего сразу? Девушка не понимала и оттого становилось лишь хуже. Даже когда она сидела за столом уже с другой семьёй, одни сплошные «почему?» не покидали её голову. — Саки, доешь за меня морковку, пожалуйста, — пододвинув к блондинку тарелку, произнёс юноша. — Акито! — недовольно вскрикнула мама. Саки к этой женщине относилась странно. Точнее, никак к ней не относилась, потому что знакома с ней была максимум часа два. — Ты должен кушать свои овощи сам. — Э-э, вот ещё. Не хочу. Саки вот всякие витамины необходимы, а мне — нет. «Хм-м, — призадумалась девушка, крутя вилку в руках. — В целом, я не против доесть. Но почему Акито не хочет сделать этого сам?» Мужчина с каштановыми волосами и небольшой бородой лишь покачал головой. Кажется, он был немного уставшим. Саки не имела понятия, как вести себя с ним. О нём она знала лишь то, что он являлся очень известным художником. Но не более. Как ей вообще вести себя в этой семье, когда она никого тут не знает? Эта милая домашняя атмосфера, на самом деле, напрягала её настолько, что где-то в глотке уже застряли рвотные позывы. — Нельзя так, Акито, — произнесла Саки, протыкая вилкой морковку. — Что бы подумал о тебе... допустим, Тенма-сан? Он выглядит, как человек, что наверняка ест все свои овощи. Конечно, это было небольшой ложью. Цукаса вправду любил всю еду, что была у него на тарелке... За исключением, конечно, перцев, которые он презирал. До такой степени, что было смешно. — Не упоминай школу и сэнпая хотя бы дома. Тойя только и делает, что говорит о нём без конца, — фыркнул рыжеволосый. — Хм, а почему нет? Ты имеешь что-то против? В плане того, что Тойя-кун так его уважает. — Саки... — насторожённо прошипел Акито, глядя краем глаза на маму. Родители тут же навострили уши и заинтересовались новой темой для разговора. Женщина радостно улыбнулась, а после спросила: — Ох, что же это за сэнпай такой? Саки, неужели, твой новый знакомый? Девушка чуть не задохнулась от возмущения. Ещё немного и она бы выплюнула морковку, но, слава богу, смогла нормально её проглотить без каких-либо последствий. «Он мне не знакомый, — мысленно сказала Саки, хмурясь. — Это мой брат! Брат! Самый важный член моей семьи! Вы все мне никто, потому что у меня другая семья. И брат у меня другой!! Пожалуйста, поймите вы уже это!» — Ага, ибо Саки слишком хороша для дружбы с Цукасой-сэнпаем, — хмыкнул Акито и это кольнуло девушку ещё сильнее. «Не говори так о моём братике! — в глазах отчего-то заблестели слёзы. — Может, он мне и не друг, но не из-за того, что я «слишком хороша» для него.» — Ох, так его зовут Цукаса? — спросил отец. — Цукаса Тенма... звучит знакомо, как будто я слышал эту фамилию. — У него вроде богатые предки, — пожав плечами, ответил ему сын. — Вот как. Тогда, Саки, это вовсе неплохо, что ты дружишь с таким сэнпаем. Блондинка проглотила очередной кусок морковки сквозь адские усилия. Ещё немного и она не выдержит. Она точно расплачется и это будет явно не её вина. — Саки, Акито, дорогие, расскажите о нём побольше, — пролепетала мама, улыбаясь. — Ну же, не молчите. Каков он? Ваш сэнпай. Акито медлил с ответом да и Саки не хотела что-либо говорить. Вместо этого она просто опустила голову и погрузилась в молчание. «Просто отстаньте от меня, — подумала она. — Это место – не мой дом. И вы все – не моя семья.» Саки, наверное, так и останется чужой там, где должна быть родной.