Научи меня жить

Через месяц новый год. Казалось бы, начало сентября, Ваня только-только с Серёжей познакомился, а прошло уже столько времени. Ваня много нового об этом чуде узнал; он любит говорить со своими кактусами, и когда Ваня застал его за этим, он жутко смутился и сделал вид, что это Ваня головой ударился. Почему бы и нет? Свалил ответственность, молодец. Ваня посмеялся только. И все-таки, с соседом повезло. Теперь даже стыдно становится за свои мысли в начале года. И если Пешкова попросить, даже носки по парам разделит. Такой послушный, аж придраться не к чему. Ваня научил его машинку стиральную включать, так что теперь в их комнате две "хозяюшки". Конечно, были крики и вопли Сережи, мол, "Ваня, оно сломалось! Ваня, блять, там что-то пищит!". Ну а Ваня со спокойным лицом и расшатанными нервами послушно шел в ванную, снова показывать алгоритм нажатия на кнопки. На Новый год Бессметных собирается домой уезжать, с мамой увидеться, иначе обид на год вперёд хватит, а Ваня ещё планировал жить спокойно. Но мысль о том, что придётся расставаться с Серёжей, да ещё и в дом нелюбимый ехать, очень удручает. Правда грустно становится, ведь с Сережей так тепло и уютно, можно поговорить ни о чем и обо всем на свете, можно молча попить кофе и посмотреть стримы на твиче. С Сережей идеально. Бессмертных к экзаменам упорно готовится; тикток тиктоком, а учиться нужно. Только за Серёжу он очень переживает, тот вообще ничего не делает. В игры играет, Ване успевает всяких милостей наговорить и с друзьями потусоваться. Это напрягает. Напрягают тетради на тумбе, так ни разу и не открывшиеся. Сережа что-то делает, но этого слишком мало. Ведь если Серёжу выгонят — Ваня и знать не знает, что делать будет. А вдруг к нему подселят не самого адекватного человека? Парень отмахивается от таких мыслей всеми силами и решает, что подготовит Пешкова к сессиям во что бы то ни стало, ибо не хочет с ним прощаться. Да и Серёже сейчас не круто вылететь — что с ним будет? Хотя, Серёга тот человек, который точно не пропадёт, но нужно же придумать причину помимо Ваниной привязанности к нему. А этот оболтус, как ни в чем не бывало, клапушки на ноуте тыкает и с напряжённым видом в монитор смотрит — точно играет. Ваня вздыхает. Трудно будет его уломать. Задача сложная вдвойне, потому что они на разных факультетах, и программа мало чем похожа. А сессии у Серёжи, кажется, по трём дисциплинам. Ваня рядом садится, а Серёжа отвлекается чуть, но игру на паузу не ставит. Черт, это будет очень сложно. Бессмертных кладет ладонь Сереге на голень, привлекая его внимание. —Серёж. Три недели до сессий, ты чего делать будешь-то? На листочке писать — "я стример, сорян"? Закругляйся давай, учиться тоже надо. —Бля, Ванёк, что мне эта учёба? Ща-а... — он намеренно проигрывает и виноватый взгляд на Ваню переводит. На него ведь даже злиться не получается, хотя сейчас как раз тот случай, когда надо бы и пиздюлей надавать. —Тебя же исключат. И похуй им будет на то, что ты стример какой-то там, и похуй, что денег кучу заплатил. Ты же не бюджетник. Тебе тем более нужно вкалывать. — Серёжа кивает и стыдливо на стену смотрит. Потому что Ваня прав абсолютно. — Это не шутки, ласточка. Он всё понимает, только как заставить себя? Слишком лень что-то делать, намного лучше ведь залезть под одеяло, поставить перед собой ноутбук и выиграть очередную катку. Или просто полежать, поговорить с Ванюшей, который вечно в делах весь. —Если исключат? То что? Пойду гулять... Одиннадцать классов закончил же, в Маке тоже платят. —Ты совсем не понимаешь, Серёж... Короче, я не буду кота за хвост тянуть, ты закрываешь ноут сейчас же и идешь со мной на кухню. С конспектами. Понятия не имею, че у вас там за предметы, но ты прямо сейчас идешь со мной и учишь всю эту парашу. Всё. Серёжа от такой резкости прихуел малость, ноутбук медленным движением закрыл и ошарашенным взглядом проводил Ваню, ушедшего на кухню. Попал так попал. Никогда Пешков не видел Ваню таким. Таким настойчивым и строгим. Но на душе так тепленько становится от того, что Ване не всё равно. Другой бы хуй забил на то, что его сосед по комнате не учится и рад бы был, что тот свалит, наконец. Но Ваня — не другие. Серёжа на ноги тапочки надевает с собачками и топает на кухню с портфелем. Стыдно будет показывать свои тетради, потому что там дай бог чтобы одна страница исписана была. По некоторым дисциплинам конспектов нет и в помине. Ваня просматривает мельком страницы пустые и хуеет, какой же Серёжа всё таки лентяй. Даже лекцию записать не в силах, не то что задания сделать. Кое-где на полях хуи и сердечки нарисованы пастой синей, и Ваня выгибает бровь. О чем только этот идиот думает на уроках? Работы много, Бессмертных понимает. —Так, милочка моя, рассказывай, по каким предметам сессии? — Серёжа по памяти вспоминает; даже всплывает, что темы есть, которые учить надо. Хотя бы с этим повезло. — И не пизди мне лучше, я все равно зайду на сайт универа и узнаю. Отхватишь по полной программе. — Твердо говорит Ваня. —Э-э. Экономика, история искусств и какой-то там рисунок. Всё. — Ваня пытается переварить в голове услышанное и чутка не догоняет. —Стоп. Ты чего, блять, на дизайн пошёл? Я всё время думал, что на программиста какого-нибудь... Охуеть просто, Серёж, ну... — Ваня за голову берётся и в голове уже придумывает план, как выучить с нуля основы рисунка, перспективу и светотень. —На рекламу. Менеджмент. Ты почти попал, так-то —Ну и нахуя тебе этот менеджмент сдался? Боже, я ещё историю искусств не учил, обычную еле-еле сдал... Сережа плечами пожимает. Ванек сам на это подписался, а теперь руками лицо закрывает и вздыхает тяжело. Только, до сессий месяц остался, а по экономике список тем целый. Легче умереть, честное слово. —Ладно... Ты меня до гроба доведешь ещё и положишь саморучно туда... Несерьёзный ты. — Ваня на часы глядит и считает что-то в голове. — Смотри, сегодня отдыхай, проси одногруппников конспекты поскидывать, а с завтрашнего дня приступим, так сказать. И попробуй потом хотя бы на три не сдать, пришибу. Понял? —Ага. А ты, Ванюш? У тебя же тоже... —За меня не думай, я учился в отличие от некоторых. Объясни мне только, чем ты думал, ласточка моя? Что тебе преподы сами рисунок напишут? Или задачи по экономике порешают? —Да не думал я, Вань. Дебил чуть-чуть, что тут сделаешь?.. — тихо промямлил Пешков. —Оно и понятно... Серёжа чутка приуныл, край тетрадки погнул и губы надул. Обиделся, что-ли? —Ладно тебе. — Ваня по волосам его проходится пару раз, чтобы тот повеселел хоть немного, смотреть больно. — Выкрутимся. Я не хочу, чтобы тебя с первого курса выгнали. И не хочу, чтобы ты бросал меня... — Сережа улыбается и взгляд на него переводит, глазками сверкая. —Ради тебя можно и экономику ебучую выучить. Как её люди вообще понимают. Я одно только слово — девальвация — услышал, и уже обосрался. Думаю, тут люди экономику учат или дьявола вызывают? Пиздец. —Понимаю. Кстати, где ты новый год будешь отмечать? Общагу, наверное, закроют. Серёжа поникшим становится. Вряд ли его в Армавире кто-то ждёт. Мама? Возможно. Серёжа не уверен, ведь они даже не созванивались всё это время. Мама только рада была, когда Сережа с полной уверенностью заявил ей о том, что съезжать собирается. Это было слишком больно. —Если не закроют, останусь тут. Закроют, напрошусь к Славе. Не хочу домой. — Ваня видит, как Серёже тяжело говорить на эту тему. Он вопросов больше не задаёт, только кивает понимающе и по плечу Пешкова хлопает поддерживающе.—А ты? —К маме поеду. Я всегда с ней новый год отмечал, ещё тётя приезжала с детьми. Меня бесила всегда эта однотипность — салатики-хуятики, по телеку одно и то же каждый год. Ничего интересного. Но я не могу к маме не приехать. Серёжа всё понимает. Трудно просто так разорвать общение с человеком, даже если он не особо приятен. Тем более с матерью. —Тогда, я буду провожать тебя! И сумку вместе сложим, а потом по фейстайму созвонимся! Как тебе такая идея? Ваня улыбается. Серёжа неугомонный, во всём найдёт плюсы. Хорошая идея, думает Ванек и конспекты Сережины в сторону отодвигает, любуясь его лицом счастливым в свете холодном зимнем. —Хорошо-хорошо. Как приеду, обязательно вместе ещё отметим. Согласен? —Спрашиваешь, ебать, конечно. Давай без оливье только? Не люблю его... Лучше пиццу купить и пивко бахнуть. И Ваня согласен. Согласен со всем, что он скажет, лишь бы одиноко Серёже не было. И пиво ему купит (в меру, конечно, пусть не расслабляется), и пиццу собственноручно приготовит, если тот захочет. Пойдет гулять с ним посреди ночи, если Пешков его разбудит.

♡♡♡

Сережа снимает с карты деньги и, наконец, идёт в салон. Он окончательно решил, что будет делать со своими давно надоевшими прямыми волосами, которые как сопли висят и в глаза то и дело попадают. Он никого не предупреждал, никому не говорил о своих планах. Так, заикнулся только, что имидж поменяет. Кутается в куртку теплую и шарфик, который он благополучно у Вани на время отжал — тот все равно дома сидит. Серёжа с мастером здоровается и в кресло садится. Он уже был здесь. Всё в таких приятных цветах бежевых, да ещё и пахнет чем-то интересным. Внутри рождается тревога, но Серёжа успокаивает себя тем, что волосы не зубы — отрастут. На крайняк, можно налысо. А что, идея вполне себе. Только, представив себя с башкой лысой, Серёжа пугается не на шутку и даже думать об этом забывает. Ну уж нет. Фильтр в тиктоке больно реалистичный и пугающий до усрачки, спасибо. Он то и дело в зеркале себя разглядывает во время всей процедуры, которая казалась даже дольше, чем шесть пар в универе. Мастер что-то наносит сверху, крутится вокруг, кресло его вертит, пока Пешков в мыслях своих летает. Зад уже онемел, и ноги не чувствуются совсем, а девушка всё ещё продолжает с Сережиными волосами что-то делать. Состав на прядях химозой в нос ударяет, поморщиться заставляет. "Оно того стоит" И вот, наконец, Серёжа отдаёт деньги и видит в отражении полный результат. Он уже представляет, как охренеют друзья, а самое главное — Ваня. Он не будет интригу портить, пусть Ванюшка до самого конца думает, что Серёжа осветляться пошёл. Пешков перед зеркалом крутится и мастера благодарит, потому что работа проделана колоссальная и очень качественная (волосы не выпали, а значит все классно). По дороге он пару голосовых в телегу записывает о том, как ему холодно, и о том, как спина болит от сидения на месте несколько часов. А ещё о том, что у него для зрителей сюрприз и он ждёт не дождётся увидеть их реакцию. Серёжа дверь открывает и тихо в квартиру заходит. Внутри ни звука, но Пешков уверен — Ваня дома, потому что из кухни доносится приятный запах чего-то сладкого. —Ванюш, можешь глаза закрыть, пожалуйста? —Закрою, только если обещаешь мне хуйни не вытворять. Крикнув звонко "обещаю" Серёжа куртку с себя снимает и заменяет ботинки на домашние тапочки. Так волнительно, как Ваня отреагирует на такое преображение. Может вообще на улицу выгонит. Пешков заходит на кухню и видит Ваню в растянутой футболке голубой. Он сидит за столом с закрытыми глазами, и Серёжа снова умиляется; как можно быть таким прекрасным? Хватает только одного взгляда на него, чтобы почувствовать себя лучше всех в этом мире. —Дай руку. — Ваня доверчиво руку протягивает, и Пешков аккуратно её в свою берёт, наверх тянет и даёт Ване к его волосам прикоснуться. А тот ахает и за сердце чуть ли не хватается. Серёжа, прямо как барашек, кудрявый. Под пальцами ощущаются локоны накрученные и приятно кожу щекочут. —Блять. Охуеть... Охуеть Серёг, ты что сделал?! — Ваня глаза открывает и будто в трансе на волосы Сережины глядит. Прядки лежат так аккуратно, лицо обрамляют, а Серёжа ему улыбается слегка и губы кусает — волнуется. —Тебе не нравится? — Серёжа назад шаг один делает и руку в волосы свои запускает. —Ты че? Это просто офигительно. Удивил так удивил, я думал, ты просто покрасишься. Честно, я в полнейшем ахуе. Ваня встаёт со стула медленно и пальцами пробует кудри его на ощупь. Вовсе не сожжённые, мягкие, как пуховое одеяло. Бессмертных улыбается, совсем как дурак, и отлипнуть от Серёги такого не может. Слишком уж он охуенный сейчас. Такой нереальный. Темными глазами смотрит в глаза напротив. —Правда нравится? — и Ваня кивает, а Серёжа выдыхает наконец. Он так боялся, что Ваня не оценит, скажет, что ему не идёт. Но теперь можно вздохнуть с облегчением. У Ванюши руки такие тепленькие, он иногда шеи касается, пока волосы трогает, а Серёжа оторваться не может. У Вани родинка над губой, глаза горящие такие. Он совсем сказочный, и Серёжа в полной мере осознаёт, как Ваня дорог ему. Никогда в жизни Сережино сердце не билось так быстро, будто из груди выпрыгнет вот-вот. На ноуте тихо-тихо играет песня Земфиры Главное, и Ваня в такт ей немного пританцовывает, глаза иногда прикрывает, продолжая на ощупь Серёжи волосы пробовать. Так кайфово именно сейчас. Время как будто остановилось, и за окнами мира не существует больше, есть только они и ничего больше. Серёжа даже подумать не мог, что кто-то по типу Вани сможет вызвать в нём столько разных чувств и эмоций. Он вроде бы не был никогда романтиком, но именно с Ваней хочется убежать на край света, целоваться долго, закат встречать на крыше где-нибудь, пить Доктор Пеппер из одной баночки и не думать ни о чем, только друг о друге. Серёжа ещё долго смотрит на Ваню, такого расслабленного, в ритме песне двигающегося и просто кайфующего. У него брови расслаблены и губы чуть в улыбке растянуты. Ресницы подрагивают и волосы в разные стороны торчат. От него пахнет приятно персиком, тем самым персиковым гелем для душа, который Ваня поставил на Сережину полку в первые дни их знакомства. Тогда Пешков возмущался, а теперь отдаст всё, лишь бы запах его почувствовать. —Ванюш? О чем думаешь? Сережа первый прервал приятную для обоих тишину, потому что жутко интересно, что в Ваниной голове сейчас. Ведь, он такой счастливый. —М-м. Не знаю. Думаю о том, что мне сейчас хорошо. Ваня мелодию тихонько напевает. А Серёжа слушает молча.

Главное, что я ещё чую.

Главное, что я ещё помню.

Жаль, что я совсем не рисую.

Мне бы хотелось рисовать твои руки

Читать твои мысли

Не думать о звуках

Не помнить о числах

С тобой мне ничего не страшно.