Всему своё время

      У Пик никогда не было нормальных отношений.       Когда ей исполнилось пятнадцать, отец устроил её в престижный лицей-интернат, и, хотя среди воспитанников было много девчонок, Пик, выросшая без матери, общалась в основном с мальчишками: с ними ей было комфортнее, проще и в разы интереснее — с ними ей не приходилось притворяться.       Пока сверстницы гуляли со своими возлюбленными, Пик готовилась к тестам — она любила читать и имела репутацию прилежной, ответственной девочки, такой девочки, на которую можно положиться и которую просто-напросто нельзя позвать на свидание.       Да, Пик не была красоткой, но многие считали её симпатичной. Поначалу ей даже признавались, но она не знала, как реагировать, и потому улыбалась. Улыбалась так, как будто услышала что-то по-настоящему забавное. В этой улыбке, вопреки всеобщему мнению, не было самодовольства: Пик просто не верила, что может нравиться кому-то всерьез.       Она сторонилась отношений и неосознанно выстроила вокруг себя и своего сердца несколько высоких стен. Годами Пик продолжала любить только «своих» мальчишек — Зика, Райнера, Бертольда, Марселя и Порко, но в этой любви не было ни капли романтики. Она видела в них братьев, полагая, что они признают в ней сестру. Так продолжалось до тех пор, пока Пик не заметила, как пугающе сократилась дистанция между ней и Порко Галлиардом.       Всё изменилось в выпускном классе, когда Пик и Порко вместе трудились над учебным проектом: впервые за четыре года дружбы они проводили время вдвоём — без Зика, Райнера, Бертольда и даже без брата-близнеца Порко Марселя. За месяц совместной работы они заметно сблизились и после сдачи проекта часами говорили по телефону и переписывались ночи напролёт. Теперь, когда их взгляды пересекались, нечто простое и лёгкое, что было между ними раньше, становилось сложнее и глубже. Пик, сама того не подозревая, открылась Порко, она начала доверять ему больше, чем кому-либо ещё.       Когда они оставались наедине, Пик было ужасно неловко: они держались за руки так, как держатся за руки все влюбленные, но никогда не говорили о любви. Пик не была уверена в себе и своих чувствах. Да, она не могла отрицать того, что Порко ей нравился, однако мысль о том, чтобы быть с ним, пугала. Ей достаточно крепких объятий при встрече и нежных — при прощании, большего — не нужно. Она молчала. И Порко молчал.