Каждый сходит с ума

— Блайнд, ты спишь на матрасе в чем есть. — подошел ко мне Валеска, руки в боки, деловой такой, но я не сразу поняла о чем речь, находясь в своих размышлениях о проблемах «хозяина». — Что? — выйдя из транса, я посмотрела на рыжего, который лишь поморщился от моей реплики. Сейчас он не выглядел безумным убийцей, скорее отцом, пытающимся воспитать особо буйную по его мнению дочь. — Ты спишь на матрасе в соседней комнате. Там есть батарея, не замерзнешь. — из последних сил сдерживая ярость, Валеска сжал свои кулаки и улыбнулся, скрипя зубами. У него явно проблемы с подобным. Нужно научить его сдерживаться. — Почему я не могу спать на диване? — поинтересовалась я по абсолютно очевидной причине. Парень лишь обреченно и раздраженно вздохнул. — Потому что потому, окончание на " у».- посмеялся Джером, выставив вперед ногу на пятке, гордо посмотрев на меня. Он похож на ребенка, еще не вышедшего из «возраста, когда можно». — Ладно. Мне сейчас идти? — посмотрела я на него с огромным нежеланием делать это. Честно, я привыкла ложиться спать тогда, когда уже пора вставать. Может быть, это шанс. Шанс научиться жить, как нормальный человек. — Да. Из комнаты не выходить до рассвета.- членораздельно прошептал Валеска, ведя меня в комнатушку за мою бледную худощавую руку. Я ем не мало, достаточно употребляю витаминов. Может быть это из-за того, что я живу в чертовом Готэме, где солнце увидеть — чудо. В детстве, к слову, я была достаточно пухлой, но к подростковому возрасту вытянулась и похудела. Может быть, на фоне стресса произошло мое преображение за один год, а может просто выросла. Комната, в которой я буду спать выглядела пустой и холодной. Она ничем не отличалась от обычной хрущевки в стареньких районах города. Стены были исписаны чем-то безумным, а прямо над матрасом был нарисован улыбающийся человечек. Я таких в шестом классе рисовала в тетрадках по математике. К слову, каждый год их я сжигала, поэтому найти уже не выйдет, но может я забыла про какую-то одну. — Располагайся… — громко сказал Валеска и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Что же, матрас выглядит не так уж и плохо, постельное белье белое. Думаю, Джером ненавидит бестактность, но часто не замечает ее за собой. Как жаль. Я присела на матрас. Не мягко, чувствую пружины, но спать можно, лучше, чем на бетоне. Я сняла брюки, рабочий халат, но вот футболку решила оставить. Мало ли что произойдет. Лиф же я сняла, даже не снимая кофту, которая, кстати, достаточно длинная, можно назвать ее даже туникой. Все вещи я сложила в соседнем углу, после чего легла на матрас, укрывшись пододеяльником. Мне ничего не оставалось, кроме как смотреть в стену, граничащую с холодной улицей. Мне не прохладно физически, только морально. Тяжело в первую ночь вдали от дома, когда ты не можешь даже сказать, что у тебя все в порядке родным. Под родными я имею в виду подругу и пациентов. Да, они правда ближе, чем отец. Пациенты хотя бы любят меня, стараются угодить, а я отвечаю им тем же. Лучшие взаимоотношения. Уже засыпая, я услышала неразборчивые звуки. Это голоса из телевизора. Кажется, вот она — рутина Джерома. Смотреть какие-то фильмы перед сном. Непонятно одно. Почему я не могу выходить? Может он смотрит их и плачет. Для меня это останется вопросом, ведь перечить ему мне не слишком хочется. Голоса, говорящие о каких-то изменах, сменились громкими прерывистыми нечленораздельными звуками. Погодите-ка… Почему Валеска занимается этим в присутствии меня в апартаментах? Смотреть эротику, когда у тебя гости — самый мерзкий поступок. Напоминает мне о времени, когда мать трахалась за стеной ночью, пока я пыталась уснуть, чтобы позже пойти в детский сад. Жаль, что тогда я не могла возразить, но сейчас хоть могу. Но не буду пока. Может быть заснуть получится. Я закрыла глаза, свернувшись калачиком, пытаясь сосредоточиться не на этой мерзкой картине дрочильни. Почему-то вместо образа молодого красивого парня, мне виделся образ мерзкого полного усатого потного мужчины за сорок. Странно, но самоудовлетворение у меня ассоциируется лишь с таким, будто я подобного не делаю. Ну… редко… раз 5 в год может, когда выходные появляются. Я резко открыла глаза, громко вздохнув и поморщившись. Встав матраса, я пошла к выходу. Я должна помешать этому. Пусть Джером хотя бы тише сделает. Мне противно. Собравшись с мыслями, я вышла из комнаты в одной лишь футболке, которая мне длиной до середины бедра. Рискованно. Я посмотрела вперед. Да, эротика на телевизоре, посреди сидит на диване рыжеволосый парень. Такой здесь лишь один. Увидев его, я приостановила свои мысли. Всегда я видела красоту в том, что могло бы быть чем-то страшным или неримечательным, а в этом случае мерзким. На секунду я замерла, вобрав в себя воздух, смотря жалобно на парня, которого застала за непристойным занятием. Валеска запрокинул голову назад, приоткрыв рот в тихом стоне. Тонкая ниточка слюны натянулась между зубами парня, а уголки губ были немного направлены вверх. Даже сейчас он улыбается. Интересно, когда он будет умирать, то будет ли улыбаться… Может быть. Я лишь с интересом наблюдала за парнем пару минут, не понимая, что так меня привлекло сейчас. Когда мне интересно, обычно я не смею мешать моему мозгу наслаждаться, но в этот раз я не уверена, что наслаждается именно он. Именно поэтому я вывела себя из легкого транса, щипнув пару раз запястье. — Джером… — на выдохе тихонько сказала я, все еще собираясь в себя. Парень резко вернул голову в привычное положение и громко выдохнул, переключив на другой канал. — Что сложного в том, чтобы просто послушать меня и сидеть в комнате спокойно?! — в его голосе я почувствовала легкое раздражение… ну… как… сильную злость я бы сказала. Кажется, мои выходки ему немного надоели. — Как же ты достала меня за сегодня… — Валеска встал и быстро пошел ко мне твердым шагом. Он с силой схватил меня за плечо, больно надавив на рану от ножа. Из моих глаз невольно потекли слезы от боли. — Ох, ты что плачешь?! — Джером провел большим пальцем по моей щеке, вытирая слезу, а после попробовал то, что попало на него. Его улыбка быстро натянулась, пока он зло скрипел зубами. — М… мне нравится. Плачь. — подло рассмеялся он, все так же сильно держа меня. Рыжий повел меня в ту же кладовую, где просто с силой бросил, тут же закрыв дверь. Больно. Очень больно. И физически, и морально. Потрогав рану, я почувствовала, что она вновь кровоточит. По моим щекам полились реки. Ужасно. Я же просто хотела хоть немного уважения. Устроившись в самом дальнем углу кладовой, я свернулась калачом. Спать надо. Только закрыв глаза, я вновь услышала звуки дам. Что же, больше мне не выйти. Промучившись всю ночь, я все же уснула под утро.

***

— Эй, Блайнд, завтрак. — почувствовала я, что кто-то с силой тыкает меня в плечо, и проснулась. Увидев Валеску, я тут же испугалась и еще сильнее зажалась в угол. Кто знает, что же еще придет в голову этому шуту, который решил пойти против короля, прямо как в рассказе «Хоп фрог». Ладно, ничего удивительного. Руки я прижала к себе, чтобы схватить было особо не за что, будто меня нельзя взять на руки полностью. — Ты чего так шугаешься? Поняла ошибку? Умничка. — широко улыбнулся Джером, поглаживая меня по голове ладошкой. Почему-то стало так тепло и спокойно, словно ничего и не было. Не спорю, парень умеет располагать к себе, но я то все помню. Это было адски больно. Рыжий приобнял меня за талию и поднял на ноги. Кажется, он понимал, что сейчас я нахожусь в диком страхе и боюсь даже шевельнуться, чтобы не получить по морде. — Успокойся… — Валеска взял меня за нижнюю челюсть, не сильно сжимая, и развернул к себе. — Все же в порядке, ну же. — безумно смотрел он на меня, не понимая, что делает не так. Пальцами он пытался поднять мои уголки рта, чтобы я улыбнулась. Ужасно неприятно. Он еще и смеется. Однако от его действий мне захотелось улыбнуться, что я и сделала. Джером выглядел слишком растерянно и от этого мило, что невозможно воспринимать его без эмоций. Тут либо отвращение, либо страх. — Вот так. Отлично, не так ли. — еще шире улыбнулся он, чуть сильнее прижимая меня к себе. Я посмотрела на пол и резко вдохнула. Там кровь. Моя кровь. После меня туда посмотрел и рыжик. Он слегка замешкался. — Ну… Уборка тоже неплохо. — оценивающе сказал он, смотря на меня. Джером надул губы. Ведет себя как взрослый ребенок. Мне нравится. Лучше, чем тот каннибал из Аркхэма. Парень буквально повел меня к столу, после чего усадил на стул, аккуратно погладив по голове. — Завтрак. — Валеска направился на кухню, откуда вышел гордой походкой, широко улыбаясь, с тарелкой и чашкой. Пахнет приятно. Даже вкусно. Парень поставил это все передо мной. На тарелке лежала глазунья с золотистой корочкой снизу, пару полосок жаренного бекона и тост. Неужели Валеска сам это готовил… — Ты готовил? — посмотрела я на него жалобно, но с интересом, пока Джером искал что-то в тумбе рядом с диваном. — Нет, Барбара приходила, коллега. — спокойно ответил он. Бытовая беседа такая, получается. — Понятно. — принялась я тут же поедать завтрак. — Вкусно. — да, действительно очень вкусно. Не ожидала, что меня так вкусно покормят. Неожиданно Джером подошел и сел передо мной на колени. Что он делает? Нахмурившись, я посмотрела на него. С особой внимательностью и концентрацией в глазах и на лице, парень начал обрабатывать мое «ранение глупости». Жжется. Я немного поморщилась, шипя. Валеска, видимо, заметил это и немного подул. Мило. Он слегка улыбнулся, иногда поглядывая на меня. Я слегка рассмеялась. Ребенок исправляет то, о чем жалеет, хотя, скорее всего, ему это просто невыгодно. — Спасибо… — прошептала я, запивая уже проглоченный завтрак. — Не за что. — сказал он, поднимаясь с колен. Джером выкинул ватку. Он взял со стола сигару и, усевшись на стул, закурил. — Значит куришь… — слегка улыбнулась я, царапая вилкой тарелку. — Иногда. Очень редко. — сказал он, смотря в окно, после того, как затянулся. — У тебя волосы пропахли… — в ответ Валеска промолчал, слегка улыбнувшись. Он поправил волосы, а после положил ноги на стол. — Итак… Сегодня я ухожу почти на весь день. Ничего не вытворяй здесь, я тебя прошу. Придут несколько мужчин, скажут, что от меня. Они привезут мебель в твою комнату и будут собирать. Насчет Маркуса… — Я не помню. — призналась я, отчего Джером немного сморщился. Было видно, что он уже начинает выходить из себя. Рыжий убрал ноги со стола и быстро повернулся точно ко мне, смотря из-под лба с ужасным отвращением. — Оно есть в документах… они у меня в квартире… — тут же попыталась я усмирить его пыл, что получилось. Он откинулся на спинку стула, затушив сигару. — Я заеду тогда. Где они лежат? — На столе в спальне… — расслабилась я и пересела со стула на стол, скрестив ноги под собой. — Это еще что такое… Поиграть решила? — оскалился Валеска, посмеиваясь. Да, поступок глупый и необоснованный. Зачем мне это? Я сама не знаю, честно. В голову взбрело, я и сделала. — Может штаны хоть наденешь. — Сам-то без штанов, — надула я губы, пытаясь передразнить парня. Мои глаза расширились, а брови поползли наверх, словно гусенички. — Я в халате. Он длиннее твоей футболки с кроликами, — да, это так. Моя футболка с кроликами, а что плохого. Джером говорил, улыбаясь. Я не пыталась высмотреть насколько искренне, просто чувствовала, что-то теплое от него и доброе сегодня. Хотелось даже обнять парня, но это в другой раз. — Так купи мне тоже халат. — широко улыбнулась я, приблизившись к лицу Валески. Я была уверена, что такое в дружеской беседе, когда его безумие на минимуме, к нему применяют впервые. А я ведь просто творю все, что лезет в голову. Не управляю поведением. Парень слегка отодвинулся, опешив, что странно для его характера. Я вопросительно посмотрела на него. — Ладненько. — широко шаблонно ухмыльнулся он, встав и направившись к себе. — Веди себя хорошо. — я свесила ноги со стола. Чем занять себя, пока его не будет. Интересно, куда он поедет, что будет делать. Пострадает ли кто-то… а может быть нет. Все возможно. Невозможно только узнать что же на уме у Валески. Минут через десять Джером вышел из своих покоев. Он на меня посмотрел, слегка улыбнувшись. Я легонько помахала ему рукой, на что парень лишь кивнул и вышел из квартиры. Валеска был одет в красную рубашку с черными пуговицами, сверху которой парень накинул черный вельветовый пиджак, а снизу слегка обтягивающие брюки и лакированные кожаные туфли. Его волосы были зачесаны назад, что открывало лоб. Джерому идет такое. Особенно ему идет, когда передние пряди падают на чело. Особый шарм. Я проводила парня взглядом и тяжело вздохнула.