Сплав

      Что Люциус забыл в этой дыре? Ему хотелось выпить не дома, чтобы не выслушивать нравоучения Цисси: та осталась не в восторге от его плана. Люциусу было плевать. Главное, что он избавится от Уизли, да еще и мерзких грязнокровок убьет чужими руками. Темный Лорд будет доволен. И это кружило голову.       К величайшему сожалению, свободный столик в «Дырявом котле» был только поблизости от Локхарта. Люциус с порога узнал этого разряженного петуха. Сидеть за барной стойкой и слушать пьянчуг или — боже упаси! — разговаривать с болтливым Томом, который промахивался элем мимо кружек, Люциус бы не согласился даже за золотые. А палить заклятиями в неугодных отчего-то до сих пор запрещалось. Накинув на себя капюшон, он прошел к бару, заказал самого дорогого виски и сел за дальний стол. Так были видны только руки Локхарта. Но его собеседника Люциус разглядеть смог. Это был мужчина средних лет, загорелый и бородатый, с убранными в неаккуратный хвост волосами.       — Позорище, — фыркнул Люциус.       Будто из джунглей сбежал.       Люциус сделал небольшой глоток и откинулся на спинку стула. Можно было, конечно, найти место поприличнее этой помойки с пьянчугами, но там велик риск наткнуться на кого-то из «своих». А здесь никто не обратит внимания на мужчину, чье лицо скрыто капюшоном.       Люциус заметил, как Локхарт взмахнул палочкой, и его собутыльник вдруг упал головой на стол. А потом поднял голову — взгляд у него был не пьяный, а растерянный. Люциус подвинулся так, чтобы ему было немного видно и Локхарта. Тот что-то прошептал бородатому, погладил его по плечу и улыбнулся своей фирменной улыбкой. У Люциуса от нее сводило зубы. А Локхарт все продолжал улыбаться и успокаивать растерянного мужчину.       Люциус сделал большой глоток и подошел к столику Локхарта. Тот сначала нахмурился, а потом, видимо узнав Люциуса, снова широко улыбнулся.       — Вам, видимо, нужен автограф? — спросил он.       Люциус скривился. А потом выпустил Ступефай в бородача — тот снова упал лицом в стол.       — Что вы себе позволяете, мистер Малфой? — возмутился Локхарт.       Люциус сел напротив, брезгливо скинув крошки со стола.       — Хочу узнать, что вы с ним сделали. Это бы немного скрасило мой скучный вечер, — он левитировал на стол свой стакан и бутылку виски и с наслаждением сделал глоток. — Напоили его Веритасерумом? Одурманили и забрали кошелек? Или, — Люциус бросил взгляд на исписанный блокнот, — стерли ему память, узнав что-то важное?       — Что за глупости! — засмеялся Локхарт. К удовольствию Люциуса, смех его был неестественным и трусливым. — Мой приятель немного перебрал эля. Не стоило с ним так грубо обходиться…       Люциус взмахнул палочкой, и блокнот Локхарта оказался в его руках — сам Локхарт даже не успел среагировать.       — Мистер Малфой, вы переходите все границы! — сердито сказал он.       Посетители «Дырявого котла» тут же принялись оглядываться на бесплатное представление. Люциус же и глазом не повел. Откинулся на спинку стула и пробежал взглядом по страницам. Там были описания путешествий, схватки с грифоном, приключений в магических джунглях — Люциус оказался прав, этот неопрятный мужчина действительно сбежал из леса.       Локхарт перегнулся через стол и схватил Люциуса за руку с блокнотом.       — Какого черта вы творите? — прошипел он, вмиг растеряв весь свой лоск. Добродушие тоже исчезло, будто его и не было никогда.       Люциус сбросил его руку и кинул на стол блокнот.       — Ненавижу, когда меня трогают, — при этих словах Люциус поиграл палочкой в руке. — Впрочем, раз вы такой умелый боец, то вмиг меня разоружите, не так ли?       Локхарт отодвинулся и выпил кружку пива за несколько глотков. Что же, некоторые таланты у него все же имелись.       — Вам все равно никто не поверит! — заявил Локхарт и с громким стуком опустил кружку на стол. — Хотите сместить меня с должности преподавателя ЗОТИ?       — Боже упаси, — усмехнулся Люциус. — Возможно, в Хогвартсе впервые появится достойный учитель.       Локхарт посмотрел на него с изумлением. Когда маска спадала с его лица, он выглядел совсем другим. Возможно, если его переодеть да убрать этот слепящий блеск с его волос, он даже будет выглядеть как приличный волшебник.       — Ох, Генри, вы пришли в себя? — вдруг воскликнул он.       Бородатый Генри поднял голову и растерянно огляделся по сторонам.       — Что произошло? — хрипло спросил он.       — Вы просто выпили лишнего, друг мой, и…       — И теперь проваливайте отсюда, — перебил Люциус Локхарта.       Генри обиженно поджал губы, но решил не спорить. Наверняка он узнал Люциуса, и слухи о жестокости Малфоев принесли свои плоды.       — Мое почтение, Гилдерой, — Генри склонил голову. — Надеюсь, нам еще удастся поговорить без лишних ушей, — он бросил неприязненный взгляд на Люциуса. — А мне, пожалуй, стоит пойти поспать…       — Был рад пообщаться, — Локхарт расплылся в улыбке.       — И часто вам приходится общаться с такими отбросами? — спросил Люциус, едва Генри отошел от их стола.       Локхарт хмыкнул, но отвечать не стал.       — Не возражаете, если я возьму виски и присоединюсь к вам? — спросил он вместо этого.       Люциус благосклонно кивнул. Все лучше, чем с остальными пьянчугами в этом свинарнике. Еще час — и можно будет аппарировать домой.       Локхарт оказался ужасным собеседником: он только и делал, что расхваливал себя. И драконов он ловил, и с троллями сражался, и даже оставался в Запретном лесу на неделю, чтобы выяснить, обитают ли в нем келпи. Люциус перестал вслушиваться в эту болтовню и потягивал виски. Кажется, он прилично захмелел.       — Может, составите мне компанию в номере? — спросил вдруг Локхарт. — Я снял самый приличный из всех.       Люциус выгнул бровь.       — Компанию? Что же, боитесь спать один?       — Бросьте, мистер Малфой, вы прекрасно меня поняли. Вы хотите отвлечься от трудного дня, я хочу закончить его правильно.       Теперь Локхарт выглядел другим. Смотрел пьяно, с поволокой, прикусывал губу — верно, нервничал в ожидании ответа.       — С чего вы взяли, что я сплю с мужчинами? — спросил Люциус, сузив взгляд.       — Вы не выглядите как любитель мужчин, — торопливо ответил Локхарт. — Но я не мог не спросить после нашего вечера. Вы так внимательно слушали… Я понимаю, что все мои истории безумно захватывают, но все же не всем удается дослушать их до конца.       Люциус усмехнулся. Видимо, остальные сбегали на первых минутах.       — Так вы…       — Пойдемте, мистер Локхарт, я провожу вас до номера, — бросил Люциус.       Он допил виски, оставил на столе монеты и направился в сторону номеров. Локхарт догнал его через минуту.       — Право слово, я мог бы дойти и сам, — протянул он. — Вы, наверное, решили, что здесь повсюду мои поклонники? Что же, просьбы об автографах я слышу чаще, чем «доброе утро»!       — Даже не сомневаюсь. Этот?       Люциус ткнул тростью в дверь из темного дерева.       — Да! Сейчас я достану ключ.       Локхарт неловко закопошился в карманах, спьяну не сразу в них попадая. Люциус закатил глаза, притянул пьянчугу к себе и за несколько мгновений нашел нужный ключ. Открыв дверь, он ударил ее тростью — та широко распахнулась.       — Ох, мистер Малфой, как чудесно, что вы меня проводили! — восхитился Локхарт. — Сам бы я провел в поисках ключа всю ночь…       Люциус захлопнул дверь и поставил на комнату заглушающее.       — Раздевайтесь, — велел он.       Локхарт посмотрел на него с удивлением.       — Вы все-таки решили согласиться на мое предложение? — изумился он.       — Думаете, я действительно беспокоился, что вы не попадете внутрь? — фыркнул Люциус.       — Я не… Ох, да!       Локхарт принялся торопливо расстегивать бесконечные пуговицы, избавляться от слоев золотой одежды, но выходило слишком медленно.       — Мистер Локхарт, если вы не справитесь сами, мне придется вам помочь, — Люциус выставил вперед палочку.       — Что вы задумали? Этот костюм, между прочим, шился на заказ!       Локхарт наконец расправился с одеждой и теперь стоял перед Люциусом в одних трусах — разумеется, тоже золотых. Он был довольно неплохо сложен и выглядел таким загорелым, будто только и делал, что путешествовал по морям.       — Почему вы до сих пор одеты? Давайте я вам помогу, — Локхарт сделал шаг вперед.       Люциус решил не сопротивляться. Он погасил в комнате весь свет, позволяя Локхарту подойти ближе.       — Уверяю вас, при свете вам понравится больше, — мурлыкнул тот.       Связи с мужчинами у Люциуса случались нечасто. Да и типаж у него был совсем другой. При свете с Локхартом могло ничего не получиться, а Люциусу хотелось окончательно расслабиться.       Локхарт снял с него пальто и аккуратно повесил его на стул. Контраст между его сброшенной на пол одеждой и сложенной одеждой Люциуса умилял. Двигался Локхарт плавно, нежно оглаживал пальцами обнаженную кожу шеи, медленно, будто играясь, расстегивал пуговицу за пуговицей. А избавившись от рубашки, он сел перед Люциусом на колени. Огладил бедра и уткнулся носом в пах. Люциус замер в предвкушении. Но Локхарт снова не спешил. Он медленно расстегнул ширинку и прижался к члену, целуя его через трусы.       — Он прекрасен, — выдохнул Локхарт, обдав горячим дыханием полувставший член.       — Быстрее, — велел Люциус, еле сдерживаясь, чтобы не разложить Локхарта на кровати прямо в эту минуту.       — Не торопитесь, мы все успеем, — мягко засмеялся тот.       Может, влияли темнота и обстановка, может, поза Локхарта, но его голос распалял еще сильнее.       Локхарт тем временем освободил член из трусов и, не давая и минуты, чтобы привыкнуть, вобрал его в рот. Люциус вздрогнул, когда оказался в мягком и обволакивающем тепле.       — Я делаю лучший минет, — заявил Локхарт, выпустив член изо рта. — Уверен, вы и сами все почувствуете.       Люциус зарылся пальцами в его кудри — те оказались мягкими и приятными на ощупь — и направил Локхарта туда, где он должен был быть. Тот не сопротивлялся и принялся ритмично сосать. Стоило признать: он действительно был в этом хорош. Облизывал головку, оттягивая крайнюю плоть, брал глубоко, как не мог никто из любовников и любовниц Люциуса, и постанывал так сладко, будто ему самому это доставляло не меньшее удовольствие. Теперь возбуждение ощущалось острее, Люциус мог бы кончить так, в этот податливый и умелый рот, но на этом останавливаться ему не хотелось.       — Поднимайся, — сказал он, слегка потянув за мягкие волосы наверх.       Локхарт посмотрел на него с удивлением.       — М-м? Не нравится? — спросил он.       — Нравится.       Люциус помог ему встать и оттеснил к кровати, стягивая по пути штаны. Локхарт послушно лег на белоснежное одеяло. Он был такой покорный и жадный до ласки, что Люциуса бросило в жар.       — Иди ко мне.       Люциус, в отличие от Локхарта, медлить не стал. Лег сверху, оперевшись на локти, и прикусил нежную кожу на шее. Локхарт сдавленно простонал и прогнулся в спине, теперь они, обнаженные, касались друг друга разгоряченными телами. Люциус поднимался поцелуями-укусами выше, пока не впился в губы Локхарта. Вкус собственной смазки на чужом языке будоражил, как и жаркие поглаживания — Локхарт касался его везде, куда только мог дотянуться. Они соприкоснулись членами, и Люциус, желая продлить момент, вжал Локхарта в постель. Тот застонал в поцелуй.       — Мы можем… Я могу… Ах! — бормотал Локхарт в поцелуй. — Ты можешь войти в меня.       Люциус перестал потираться о чужой член. Терпеть больше не хотелось. Хотелось получить долгожданную разрядку, хотелось втрахать Локхарта в кровать, чтобы тот стонал хриплым голосом и все позволял. Нащупав палочку, Люциус произнес все заклинания подготовки. Локхарт перебирал его волосы, целовал шею, подбородок, ключицы и спустился ниже, чтобы коснуться языком соска. Стало слишком жарко.       — Перевернись, — выдохнул Люциус, привставая.       Локхарт быстро лег на живот и выставил задницу, прогнувшись в пояснице. Даже в полумраке номера была видна плавность его движений и соблазнительность поз. Люциус шлепнул его по заднице и, не сдержавшись, укусил за ягодицу.       — Можно сильнее, — выстонал Локхарт.       Люциус и не собирался церемониться. Он засунул три пальца на пробу — заходили легко. Никаких больше прелюдий он бы не стерпел. Люциус толкнулся сразу на всю длину, и Локхарт одобрительно застонал. Хотелось сразу вбиваться со всей силы, но Люциус решил все же начать с медленного темпа. Он плавно вгонял свой член, постепенно ускоряясь.       — Силь… нее!       Люциус толкнулся сильнее. С Локхартом оказалось лучше, чем он предполагал. Можно было вбивать его в кровать, чтобы та надсадно скрипела, тянуть за волосы, шлепать по ягодицам, сжимать их, оставляя синяки. Локхарт уже не стонал — скулил. Люциус лег на его спину, нащупал истекающий смазкой член и принялся надрачивать, сам сбиваясь на быстрый и беспорядочный темп. Чужая сперма брызнула в его ладонь, и сам Люциус толкнулся несколько раз и кончил, падая на Локхарта. Они шумно дышали и молчали. Люциусу было хорошо.       Наутро он проснулся в постели один. На столе лежал лист бумаги с адресом для писем и приписка: «Люциус, надеюсь, эта встреча была не последней». И размашистый, мать его, автограф на пол-листа. Люциус фыркнул и отбросил записку в сторону.       Пора было возвращаться домой.

* * *

      Люциус Локхарту все-таки написал. У него был дерьмовый день, а срываться на Цисси он не любил. Написал гневное письмо Драко, а следом отправил еще одну сову — с адресом гостиницы. Та была не в Косом переулке, где их мог увидеть кто-то из знакомых или — того хуже — журналисты. Не давая себе времени, чтобы передумать, Люциус сразу аппарировал туда.       Локхарта пришлось подождать.       — Долго, — недовольно сказал Люциус.       — Очень хотелось аппарировать в тот же миг, но Дамблдор, боюсь, не одобрил бы мою причину покинуть собрание учителей.       — Старый идиот.       — Согласен.       Локхарт скинул мантию, под которой не было ничего, кроме трусов.       — И в таком виде ты ходишь по собраниям? — изогнул бровь Люциус.       — В таком виде я пришел к тебе. Запомнил, что ты не любишь медлительность.       В этот раз Люциус свет не выключал. Смотрел, как Локхарт подходит к нему ближе, садится на колени перед креслом.       — Я говорил тебе, что делаю лучший в мире минет? Никто еще не смог меня переплюнуть, — хвастливо начал он.       — Сомнительно, — ухмыльнулся Люциус.       Только хвалебных речей оральным умениям ему не хватало. Наслушался уже в прошлый раз.       — Что? — возмутился Локхарт.       Он даже не стал дразнить, как в прошлую ночь. Резво расстегнул брюки Люциуса и вытащил еще вялый член. В этот раз Локхарт приложил куда больше усилий: сосал старательно, жадно, будто все, чего он хотел эти две недели, — это член Люциуса. Он ласкал головку и уздечку, а затем спустился ниже и вобрал в рот сначала одно яичко, потом другое. Люциус не сдержал стона. Он снова запустил пальцы в золотистые пряди.       Локхарт оторвался на мгновение.       — Мне нравится, когда ты обращаешься со мной грубо, — мурлыкнул он.       Люциус тут же потянул его за волосы, а потом ткнул лицом в пах.       — Не болтай, — выдохнул он.       Да, Цисси вела себя совсем по-другому. Минеты ей редко удавались, всегда казалось, что касаться губами члена ей было неприятно. Локхарт же действительно умел сосать. Он делал это жадно, стонал, смотрел соблазнительно и вызывающе, покорно позволял толкаться в свой горячий рот.       Было так хорошо, что Люциус громко простонал и кончил Локхарту в рот. Тот слизал и проглотил все до последней капли.       — Лучше так, чем отмывать сперму от волос, — подмигнул он. — Хотя читал я один журнал, где волшебница писала об омолаживающих свойствах спермы…       Казалось, Локхарт действительно об этом задумался.       — Это был лучший минет, — признал Люциус, немного отдышавшись.       — Ха! — Локхарт вскочил на ноги. — Разумеется, ведь я в этом мастер. Меня обучали в Гималаях, где маги устраивают…       Он расхаживал по комнате голым и со вставшим членом. Сейчас его хвалебные речи звучали еще абсурднее.       Люциус встал с кресла.       — Мы не закончили, — напомнил он. И заткнул Локхарта поцелуем.

* * *

      Они встречались несколько раз в месяц. В основном трахались. Иногда разговаривали, иногда Локхарт даже не пересказывал свои выдуманные подвиги, а говорил о Хогвартсе. Люциуса это устраивало — так он мог быть в курсе происходящего.       С Цисси он спать перестал. Секс с ней начал казаться ему слишком пресным. Впрочем, Цисси не выразила никакого неудовольствия. Наверное, так и бывает в долголетнем браке? Жена пусть и остается любимой, но спать с ней больше не хочется. С Локхартом было иначе. Они, будто сплав золота и серебра, вжимались друг в друга так тесно, что между ними не оставалось и миллиметра. Выучили все эрогенные точки, понимали друг друга без слов. Хотя остановить болтовню Локхарта удавалось не всегда: тот постоянно трепался о своих успехах. Зато, пытаясь убедить Люциуса, что он лучший в минете, поцелуях и сексе, он старался еще сильнее…       С Люциусом такое было впервые — чтобы секс вызывал столько эмоций.       И Локхарт не ошибся: при свете оказалось лучше в сотни раз. Он был таким гибким, сексуальным и игривым, что Люциус возбуждался от одних прелюдий, которые раньше терпеть не мог. Если бы кто-то только узнал об их встречах…       Нет, все меры безопасности были приняты. В их письмах были лишь разговоры об успеваемости Драко, а встречи проходили в самых укромных местах. Локхарта устраивали такие игры в шпионов. Он говорил, что ему хватает славы от новой книжки и не хотелось бы появляться во всех новостях из-за того, что его трахает Люциус Малфой.       Хотя против последнего он как раз таки не возражал.

* * *

      Люциус был чертовски зол. Цисси ушла в сад с розами, только бы не попадаться мужу на глаза, Драко тоже где-то прятался. А так хотелось весь свой гнев на кого-нибудь излить! Или, может, выразить ярость другим способом.       Он написал письмо Локхарту — впервые за два месяца. По негласному уговору писал всегда Люциус, и это устраивало обоих. Он мог прекратить эти встречи в любой момент, но именно сейчас ему был необходим этот странный человек в золотых одеждах и с фальшивой улыбкой на лице.       Ответ не приходил час. Два. Спустя четыре часа Люциус готов был отправиться в Хогвартс, чтобы достать Локхарта из-под земли, но в окно постучалась сова.       — Наконец-то, — зарычал Люциус. — И проваливай, — прикрикнул он на сову, оставив ее без угощения. Та обиженно клюнула его в руку и улетела.       Люциус сел за стол, потирая больное место. В последнее время все шло не так: и Василиска убили, и с Уизли все обвинения сняли, да еще и мерзавец Поттер освободил Добби. Хотелось свернуть этому мелкому ублюдку шею собственными руками! Люциус швырнул свою трость в сторону — та с грохотом покатилась по деревянному паркету. Он глубоко вздохнул и распечатал конверт.       Письмо было написано не рукой Локхарта. Люциус давно запомнил эти дурацкие завитушки и автографы в разных местах. «Пройдут годы, и ты сможешь продать их и разбогатеть», — с самым серьезным видом говорил ему Локхарт. Будто Люциус не сжигал эти письма сразу после прочтения.       Письмо не только написал не Локхарт. Это была автоматическая записка из Мунго от лица больных, которые не в состоянии ответить. Чтобы адресант знал, что его письмо доставили, но ответа в ближайшее время он не получит.       «Уважаемый Люциус Малфой,       Спешим уведомить вас, что пациент Гилдерой Локхарт находится на 5 этаже больницы Святого Мунго с потерей памяти и рассудка после Обливиэйта.       Если вы хотите навестить мистера Локхарта, просьба прислать ответное письмо с желаемой датой и временем.       С уважением, Св. Мунго».       К письму было прикреплено его собственное, так и не вскрытое.       Люциус перечитал ответ Мунго несколько раз. Как иронично получалось: человек, который стирал память направо и налево, сам слег с потерей рассудка от этого заклятья. Просто смешно! Как он вообще позволил этому произойти?..       — Дорогой, все в порядке? — Люциус и не заметил, что Нарцисса вошла в кабинет. — Прислали дурную весть? У тебя такое лицо…       — Реклама, — отмахнулся Люциус. Он сжег оба письма Инсендио и смахнул пепел на пол. — Пусть эльфы здесь уберут.       И покинул кабинет.