серёжа всегда курит сигареты, когда не может уснуть.

      серёжа курит всегда. курит когда грустно и одиноко, когда весело и рядом близкие люди, когда стримит, когда гуляет, курит в любых удобных, и не совсем, ситуациях. злоупотреблял никотином пешков еще лет с пятнадцати точно. тогда, как и у всех это бывало, за школой после уроков пробовал с рук какого-то знакомого. вот и осталась привычка. когда-то старался бороться с зависимостью, но вскоре перестал. силы воли не хватало, а курить хотелось всегда. покупал всякие леденцы, пшикалки, в конце концов просто выкидывал все свои заначки, но всё безуспешно. через дня два забывал и про свои обещания, и про то, что выкинул все свои сигареты и электронки чтобы побороть свою зависимость. сразу бежал в круглосуточный и накупал всякого, что скурит в лучшем случаем через четыре дня.       ваня был не таким. он презирал губительный образ жизни. всегда придерживался правильного питания, занимался спортом, следил за своим здоровьем и вёл здоровый образ жизни. раз в месяц, и то, по праздникам, разрешал себе сходить в кальянную, а все оставшиеся время испытывал чувство вины.       бессмертных до жути бесил пешков. весь такой тактильный, лезит ко всем не только обниматься, да целовать, а еще и в трусы. шутками своими гейскими смущает до жути, что аж так и хочется по ебалу этому красивому зарядить. не подумайте, ваня не гомофоб, просто раздражает его это всё потому, что краснеет сильнее обычного из за таких подколов. но больше всего парень ненавидел сережу за то, что курит он как паровоз.       ваня честно пытался переубедить этого упертого и кучерявого барана, что курить это плохо, вредно и нельзя так, но успехами это не заканчивалось.

***

             блондина кошмары мучают, спать совсем не может. то присниться, что остался он совсем один, или вадима больше нет. просыпался он в холодном поту и со слезами на глазах брал электронку, дабы успокоиться. иногда из-за тревоги вообще уснуть не мог. опять сигареты брал и дымил, много и часто. сам не замечал, как за пол часа пол пачки уже нет.       когда снилось что-то такое жуткое, то сразу всех друзей обзванивал, спрашивал, хорошо ли там все у них, и слыша утвердительный ответ облегченно выдыхал и опять брал сигарету.       как-то приснилось ему, что вани не стало. он звонит ему в истерике, во всех возможных соц сетях пишет. не волнует его, что сейчас четыре утра, все равно услышать хочет, что жив, что дышит, что его заебал кудрявый, а он спать хочет. бессмертных отвечает на звонок и раздражённо спрашивает, что же такое важное у пешкова случилось в четыре-ебаных-утра. а тот в трубку плачет, о кошмаре говорит, говорит как сильно за него испугался, и невзначай говорит, что сейчас покурит и спать ляжет.       ваня как только это слышит с места подрывается, глаза трёт, накидывает на пижаму фиолетовый лонгслив и носки шерстяные, которые ему сережа подарил, надевает. быстро кроссовки и куртку накидывает, из дома выбегает, в метро садится и едет на другой конец москвы. через минут двадцать пять в дверь звонит, а ему открывает блондин, глазами удивленными смотрит, говорит что-то нечленораздельное и в объятия кидается. крепко к себе прижимает, по голове гладит, а электронку изо рта все не вынимает. ваня уже не выдерживает, из рук сергея выхватывает ашку и кидает куда-то в сторону кухни. скидывает обувь и верхнюю одежду, хватает сережу за руку и в спальню тянет. на кровать кудрявого ложится, обнимает младшего и уснуть помогает. сам спать жутко хочет и через минуту в сон проваливается вместе с роллтоном.       любит он его. не может он по другому. нельзя ему по другому.