Отвратительный кофе из прекрасных рук

      Хонджун морщился, пока делал очередной глоток напитка (по крайней мере, он лучше вчерашнего, но это мало о чем говорит, когда вкус все равно отстойный).       И не то чтобы, его заказ был особенно привередливым — латте с овсяным молоком, чтобы его кишки не возненавидели его, и две порции ванили, для душевного равновесия.       Когда несколько дней назад его заказ оказался немного не таким, как ожидалось, Хонджун списал это на обыкновенную случайность: это было неизбежно, чтобы кофе оказался неправильным хотя бы раз за годы, что Хонджун посещал кафе по соседству со своим магазином.       Он выпивает не самый лучший латте, чтобы проснуться перед ужасным днем встреч с татуировщиками, и продолжает свой день.       Два раза подряд — это досадное совпадение.       В третий раз Хонджун понял, что новый симпатичный парень за прилавком просто ужасно справляется со своей работой.       Хва :), — как гласил его бейдж, парень улыбался передавая Хонджуну напиток в течение последних трех дней. Он — великолепное отклонение от типичного утреннего распорядка Хонджуна, хотя его навыки приготовления кофе делают его менее очаровательным.       — Фу, — произнес Хонджун, делая особенно горький глоток, где на дне подсластитель был плохо размешан.              — Ты можешь пить кофе чуть тише? Я пытаюсь сосредоточиться на этом эскизе, — сказал Минги, даже не поднимая глаз от планшета.       Юнхо фыркнул с передней стойки, где он должен был заниматься организацией новой партии ювелирных изделий, которую они получили, — разве твой напиток "не ошибается каждый день на этой неделе? Почему ты не попросил их переделать его?       Хонджун пожал лишь плечами, — не хотел показаться... — Он сделал неопределенный жест, — грубым или что-то в этом роде. Думаю, парень новый. И там была очередь.       — Откуда столько сочувствия? Ты не был так снисходителен, когда я был новичком! — Минги поднял взгляд от своего эскиза и хмуро посмотрел на Хонджуна через стену, разделяющую их.       Хонджун жалко фыркнул, — ты не варил мне кофе, ты вводил перманентные чернила в кожу людей, Минги. Здесь, объективно, меньше прав на ошибку.       — Оу, — заговорщически сказал Юнхо, — может быть, у тебя просто растет сердце, хён.       Хонджун закатил глаза, не обращая внимания на выходки парней. Отпив остатки латте и характерно поморщившись, он наконец выбросил измученную чашку и сел готовиться к своей первой встрече за день.

***

      На следующий день снова назначены встречи и снова неудачный кофе.       В этой чашке полностью отсутствовала ваниль, и Хонджун получил лишь горький эспрессо и овсяное послевкусие. Он почти говорил претензию об этом, но уже у двери, когда принял наконец решение. К черту длинную очередь, Хонджун просто хотел, чтобы его латте был вкусным. Когда он развернулся, намереваясь вернуться и сказать красавчику-бариста, что его напиток совсем дерьмовый, это выглядело так, будто он повернулся только для того, чтобы помахать на прощание.       Сонхва ярко улыбнулся рядом с эспрессо-машиной и помахал в ответ ему рукой.       Раздражение Хонджуна ослабло в один момент, и он инстинктивно кивнул в ответ.       Черт.       Куда делся его позвоночник? Хонджун развернулся, чтобы уйти, и сделал еще один неприятный глоток вместо того, чтобы пожаловаться.       Ему просто нужна энергия, а плохо сделанный или нет, но четыре порции эспрессо точно не помешают. Первым делом у него консультация, хотя его обычный энтузиазм по поводу разработки новой работы немного притуплен кошмарной нерешительностью нового клиента. Однако, к концу консультации у него уже есть утвержденный эскиз и новая встреча в календаре — все могло быть и гораздо хуже.       В те несколько минут, которые у него есть до следующей встречи, Хонджун вышел на аллею за магазином, чтобы подкрепиться отрезвляющим холодом.       Он удивлен, что Сонхва, который бариста-неудачник, тоже оказался там. Он сидел у заднего выхода из кафе, рядом с дверью, через которую Хонджун вышел из своего магазина. Сонхва поднял голову, когда дверь закрылась за Хонджуном, и на мгновение нахмурил брови, прежде чем в его глазах всплыл знакомый облик.       — О, привет! ...Хонджун, верно? — сказал он первым, улыбаясь, когда Хонджун кивнул, — я не знал, что ты работаешь в соседнем доме.       —Да, вообще, это моя собственность, — скромно прошептал в ответ Хонджун, он еще раз посмотрел на бейдж с именем, чтобы тысячный раз убедиться, — Хва, да?       — Сонхва, вообще-то, — поправил он, вставая, чтобы пожать руку Хонджуну. Он задержался на мгновение, провернув руку Хонджуна в своей, чтобы увидеть, как конец рукава татуировки Хонджуна ползет вниз по тыльной стороне руки и по пальцам, выглядывая из длинных рукавов рубашки, — логично, что ты работаешь в соседнем магазине. Не могу поверить, что не заметил раньше.       Хонджун рассмеялся, немного стесняясь, но все-таки задрал рукав, дабы открыть больший масштаб рисунка на руке. Он не смог побороть кратковременную нервную вспышку, когда кто-то такой красивый осматривал его татуировки.       — Вау, это действительно круто, —восхищенно промолвил Сонхва: его глаза следили за волнами океанской сцены, закручивающимися вокруг предплечья Хонджуна, прежде чем он наконец отпустил его руку.       — Спасибо, — тихо сказал Хонджун.       Он проделал огромную работу, чтобы украсить свою кожу, и ему всегда приятно, когда это оценивают по достоинству. Тем более от того, кто сам выглядел, как произведение искусства. Но, все же он чувствует себя немного взволнованным.       Прочистив горло, он нарушил тишину, — итак, ты новенький, верно?       Сонхва кивнул, — да, это моя первая полная неделя. Все еще чувствую, что мне нужно многому научиться... — Хонджун старался не кивнуть в знак согласия с энтузиазмом — но мои коллеги оказались очень милыми. Хотя ты, наверное, знаешь их лучше, чем я, ведь ты постоянный клиент. К своему стыду, Хонджун не мог вспомнить имя другого сотрудника, который работал в утреннюю смену, его обычного поставщика кофеина, с которым он уже должен был бы завести светскую беседу. Тем не менее, он кивнул в знак узнавания.       — Надеюсь, ты хорошо устроился, — предположил Хонджун с добродушной улыбкой на лице. Может быть, в конце концов, его кофе будет когда-нибудь хорошим.       — Спасибо! Мне пора возвращаться, но было очень приятно с тобой познакомиться, —улыбнулся Сонхва на прощание, — увидимся?       — Я так долго не мог научиться варить кофе, так что, да.       Сонхва рассмеялся, поворачиваясь к двери, — ну, тогда, дай мне знать, если тебе понадобится добавка.       Хонджун нервно хмыкнул в кулак.       Нет, конечно, не нужно.

***

      Хонджун почти с нетерпением ждал нового дня, чтобы заказать кофе.       Может быть, не очень хотелось его пить. Но, по крайней мере, заказать его — точно.       — Доброе утро! — Сонхва мило улыбнулся, когда Хонджун подошел к кассе; взяв уже большую горячую чашку из подставки, маркером пишет заказ, — большой латте?       Хонджун утвердительно кивнул, — квадрупл шот с овсяным молоком и двумя порциями ванили.       Нацарапав подробности на боку стакана, Сонхва поднял вопросительный взгляд, —что-нибудь еще?       В мозгу Хонджуна промелькнуло несколько ужасных фраз для пикапа, прежде чем он вежливо покачал головой и протянул кредитную карту. Сегодня у него были закатаны рукава рубашки, и взгляд Сонхва задержался на руке, которую он не осмотрел полностью днем ранее.       Левое предплечье Хонджуна все в серых тонах: несколько старых, менее изысканных татуировок теперь скрыты нависшими соснами и различными лесными существами, составляющими лесную иллюстрацию. Это одни из лучших работ Минги, и Хонджун всегда с гордостью выставлял их напоказ всему миру.       Хонджун терпеливо ждал, пока взгляд Сонхва снова не встретился с его взглядом, и наслаждался тем, как Сонхва, кажется, немного смущен тем, что его застали за этим занятием.       — Я сейчас принесу, — быстро проговорил Сонхва, протянув чек.       Хонджун подошел к прилавку и начал наблюдать за тем, как Сонхва готовил напиток. Он не настолько разбирался в кофе, чтобы притворяться, будто пытался оценить методы Сонхва, которые неизменно приводят к плачевным результатам. Он знал только то, что Сонхва великолепен, и тощие мышцы его предплечий завораживающе напрягались, когда он утрамбовывал кофейную гущу в корзине для эспрессо. Изящные пальцы обхватили ручку корзины, когда он устанавливал ее в машину и нажимал несколько кнопок, чтобы она наконец ожила. Затем он перешел к молоку: налил его в металлический кувшин, а затем поставил его под паровой жезл машины. Запястье Сонхва плавно вращалось, когда он двигал кувшин, чтобы вспенить молоко, и Хонджуну, наверное, должно быть немного стыдно за то, что он так сильно пялился.       — Хорошего дня! — мило прощебетал Сонхва, протянув готовый напиток. Их пальцы соприкоснулись, когда Хонджун забрал стакан.       — И тебе того же, Сонхва, — ответил Хонджун.       Сонхва так очаровательно собирал напиток, так мило передавал его с улыбкой на губах, что Хонджун почти забыл о том, что он, скорее всего, будет безвкусным, как минимум.       По крайней мере, это помогло Хонджуну пережить утро, и он вышел на улицу подышать свежим воздухом между приемом и следующей консультацией.              У него было всего пара минут, чтобы почувствовать разочарование от того, что Сонхва еще не вышел, прежде чем задняя дверь кафе открылась, и из нее "выглянула" пушистая макушка с розовыми волосами.       — Привет! Я надеялся увидеть тебя здесь, — промолвил радостно Сонхва, и Хонджун не смог не почувствовать себя неловко от подобного, — у тебя аллергия на арахис?       — Нет? Нет, — ответил торопливо Хонджун, застигнутый врасплох вопросом.       — Подожди секунду, — опомнился вдруг Сонхва, после чего убежал в дом и через минуту вернулся с пакетом из кафе. Он протянул его, и когда Хонджун взял, тот оказался на удивление тяжелым, — они должны были быть безопасными для аллергенов, но произошла путаница, и наше оборудование получило перекрестное загрязнение арахисом. Они в порядке, но мы не можем их продать, и я бы не хотел, чтобы они пропали зря, — он пожал плечами, — кроме того, я уверен, что ты пьешь кофе только на завтрак? Так что, пожалуйста, ешь. —О. — Хонджун заглянул в пакет и обнаружил, что его вес объясняется тем, что в нем гораздо больше кексов, чем он мог бы съесть сам — Юнхо и Минги наверняка будут довольны своей долей. — Спасибо, это очень приятно.       Сонхва все еще смотрел на него с ожиданием, и Хонджун понял, что он серьезно хотел, чтобы тот поел. Хонджун взял из пакета кекс, и помолился, чтобы умение Сонхва печь оказалось лучше, чем умение варить кофе, и откусил кусочек.       Вкусно.       Слава богу, действительно вкусно, потому что Хонджун не уверен, что его актерские способности справились бы с задачей притвориться, что это не так. Он издал довольный звук вокруг рта, пока жевал.       — Нравится? — с надеждой спросил Сонхва и ухмыльнулся, когда Хонджун наконец кивнул.       — Мне кажется, что ты просто пытаешься заманить меня, чтобы я покупал пирожные каждое утро, — хитро заметил Хонджун, при всем прочем, лыбясь.       Сонхва рассмеялся, будто то было действительно нормальной шуткой. Очень мило.       — Высокая оценка. Я передам ваши комплименты хозяину. Это все его рецепты, мне доверяют только отмерять и смешивать.       Хонджун рассмеялся еще сильнее, что подавился ломтиком кекса. Сонхва, наверное, тоже не стоило доверять приготовление кофе. Он, конечно, не уведомил об этом, только хрипло произнес, что :"я в порядке", — когда приступ кашля заставил Сонхва положить обеспокоенную руку ему на плечо.       — Еще раз спасибо, — поблагодарил очередной раз Хонджун, когда его рот больше не был набит кексом. Кофе в сторону — его согревала мысль о том, что Сонхва так беспокоился о том, позавтракал он или нет, — хотел бы я предложить что-нибудь взамен. если только ты не хочешь татуировку— отшутился он.       Сонхва сморщил нос, рассмеявшись, а Хонджун испытал мимолетное безумие, когда подумал, что мог бы выпить еще много чашек дерьмового кофе, лишь бы не услышать этого вновь.       — Спасибо, но я думаю, что оставлю это тем, кто умеет хорошо носить, — сказал Сонхва, жестом показывая на Хонджуна — точнее, на его обнаженные предплечья. Хонджун сопротивлялся желанию повыпендриваться своей натурой. Он уже начал с нетерпением ждать этих разговоров вновь.

***

      Хонджун привык к своему посредственному кофе, — это просто начало становится новым дополнением к распорядку дня: проснуться, одеться, постараться не выглядеть глупо перед горячим бариста, выпить свой невкусный кофе, справиться с дразнящими его сотрудниками, открыть магазин вовремя.       Сегодня Сонхва выглядел особенно хорошо, когда Хонджун зашел к нему за напитком: волосы уложены мягкими розовыми волнами, под фартуком, возможно, мягкий свитер. Хонджун хотел потрогать его, но сделал лишь комплимент по поводу его стиля, когда тот стоял возле кассы.       — Спасибо, — тихо прошептал Сонхва, на мгновение прикрыв лицо рукой. Забавно, что такой привлекательный человек может так плохо воспринимать комплименты — наверняка он знал, как выглядел, — как обычно?       Хонджун утвердительно угукнул и протянул свою карту. Как обычно. Приятно быть постоянным клиентом, настолько, что его заказ известен, хотя в руках Сонхва его обычные блюда редко бывали одинаковыми на вкус. Игра в рулетку, в которую он играл каждое утро, когда делал глоток, уже давно стала частью его привычной жизни.       Сегодня за ним выстроилась очередь, поэтому он не стал отнимать у Сонхва время на светские беседы, а просто переместился к другому концу стойки, чтобы дождаться своего напитка.       — Приятного аппетита, Хонджун, — сказал Сонхва, когда через несколько минут поставил напиток на стойку.       Хонджун улыбнулся и забрал стакан, и... сделал осторожный глоток, отвернулсяя и... ждет. Он сделал паузу, прищурился, чтобы посмотреть через отверстие в крышке, как будто взгляд на жидкость внутри даст любые ответы.       Это даже не кофе.       Он принюхивался, чтобы убедиться, что это не очередное смешение вкусов сиропа, и еще раз проверил название, написанное сбоку — это его собственное. Но он определенно только что сделал глоток горячего шоколада.       И это... это просто не пойдет. Он имел дело с менее чем посредственным латте, сомнительными сиропами, слишком горькими порциями эспрессо; Хонджун довольствовался тем, что безропотно поглощал напитки по причинам, не имеющим ничего общего с тем, насколько привлекателен Сонхва.       Однако, это даже не было кофе с кофеином. Он мог многое вытерпеть ради того, чтобы выпить кофе в каком-то виде, но на одном сахаре ему не прожить и дня. Он бы уснул на игле. Снова повернувшись к стойке и махнув рукой, чтобы Сонхва обратил на него внимание.       — Сонхва, — Хонджун прочистил горло, чтобы прогнать нервную дрожь в голосе, вспыхивающую, когда Сонхва внимательно смотрел на него, — мой напиток неправильный.       — О?— Сонхва округлил от удивления глаза.       — Да, эм, я думаю, это горячий шоколад? —объяснил Хонджун, а затем снял крышку и открыл содержимое стакана насыщенного шоколадного цвета — не совсем молочный оттенок его обычного латте.       Сонхва изобразил смущенную гримасу, забрав напиток обратно, — о, ничего себе, извини, Хонджун. Должно быть, перепутал твой с чьим-то другим. Позволь мне исправить. Хонджун утвердительно кивнул с болезненной улыбкой. Переделанный напиток, вероятно, тоже будет не очень, но, по крайней мере, это будет кофе. Пока Сонхва суетился возле стойки, взяв новый стакан и настроив эспрессо-машину, чтобы сделать четыре порции для напитка Хонджуна.       Новый напиток быстро оказался в руке Хонджуна, а выражение лица Сонхва было извиняющимся, смешанное с чем-то еще неизвестным: на его щеках проявился блеклый румянец.       Сонхва нервно перевел взгляд на напиток — Хонджун повернул его и увидел на рукаве цифры, написанные в беспорядке.       Номер телефона. Номер телефона Сонхва.       — Может, я могу угостить тебя кофе, чтобы загладить свою вину? — спросил Сонхва, а потом поправился, — не кофе. А напиток. Могу я как-нибудь угостить тебя?       Хонджун на мгновение остолбенел, не понимая, что Сонхва пригласил его на свидание. В конце концов, его рот оказывается быстрее. — О! Да, это было бы очень здорово.       Сонхва улыбнулся ему, такой красивый и явно довольный, и Хонджун не в силах сдерживать улыбку, которая расцвела на губах самозабвенно.       — Хорошо, — счастливо ответил Сонхва. — И еще раз извиняюсь за свой кофе. Больше такого не повторится. — Он кивнул с насмешливой серьезностью.       А, кофе. Он чуть не забыл. Хонджун опустил взгляд на напиток в своей руке и гадал, будет ли он сегодня вкусным.       Все это время он ошибался, — прорвалась мысль, прежде чем Хонджун успел подумать дважды. Черт. Он не это хотел сказать.       — А?       — Мой заказ на кофе, — уточнил Хонджун, потому что в этот момент пути назад уже не было, — вообще-то ты никогда не делал его правильно.       — Что?— ошеломленно переспросил Сонхва, — правда?       Хонджун торжественно кивнул, наконец высвобождаясь из оков недосказанности, — я не очень разборчив? Так что все в порядке. Его всегда можно... пить. Более или менее.       — Хм...— выражение лица Сонхва проходило через все стадии горя и останавилось где-то рядом с изумлением. Прежде чем он успел сказать что-то еще, клиент, ожидавший у кассы, прочистил горло, и Сонхва оглянулся, глядя на него с легким испугом в глазах.       Он жестом показал "назад" к прилавку.       — Мне очень жаль, я должен...       — О, конечно, да! — Хонджун прочистил горло и подумал, может ли он сказать что-нибудь, чтобы сделать это менее болезненно неловким, но Сонхва уже помахал ему на прощание и отвернулся, — мы увидимся?       Он почувствовал странное смущение от своих грубых слов и тихое волнение от того, что у него теперь есть номер телефона Сонхва. Он надеялся, что предложение выпить все еще в силе.       Даже под воздействием кофеина первая встреча Хонджуна за день не проходит медленнее. Ему удалось закончить немного раньше запланированных двух часов — что еще хуже, ведь Сонхва каждый день делал перерыв примерно в одно и то же время, так что если первая встреча Хонджуна закончилась раньше, значит, Сонхва уже не застанет его в магазине.       Он убрал свой участок, готовясь к следующему, и достал планшет, чтобы хоть как-то попытаться работать. Должно быть, ему плохо удавалось выглядеть непринужденно, потому что Минги окликнул его примерно через три минуты.       — Ты в порядке, Джун? — Минги сморщил нос, — твоим потом от стресса воняет даже здесь.       Хонджун нахмурился и тайком обнюхал свою рубашку. Она пахнет нормально, как одеколон, который он наносил утром, и слабо пах дезодорантом, хотя красочное преувеличение Минги внезапно заставило его раздражаться из-за того, что от него воняло в дополнение ко всему остальному.       — Бариста из соседнего дома пригласил меня выпить, и я сказал ему, что он плохо варит кофе, — измученно объяснил Хонджун.       Минги даже не пытался подавить смех. Хонджун предполагал, что он мог оценить его честность.       — Может, нам с Юнхо стоит купить тебе на день рождения кофеварку, чтобы ты перестал выглядеть перед ним дураком, хён, — предложил Минги между приступами хихиканья, а Хонджун лишь удивленно смотрел в ответ.       — Да, да, очень смешно. — он закатил глаза, —эй, ты когда-нибудь выводил пятно со своих ботинок с того раза, когда Чонхо сгибал руки, и ты пролил целую бутылку чернил.       — Ладно, ладно! — торопливо перебил Минги, покраснев и сердито махнув рукой в сторону Хонджуна, чтобы тот остановился, — иди, будь злым и вонючим в другом месте.       — Я не вонючий.       В конце концов, Минги смеялся последним, когда Хонджун объявил, что выходит на улицу подышать воздухом — его сотрудники знали, почему он так стремился выйти на улицу, и использовали любую возможность, чтобы поддразнить его за это.       Отвлекшись, он, по крайней мере, успел вовремя. Сонхва уже там, сидел на первой ступеньке перед задней дверью в кафе, и потягивал из бутылки воду и листал что-то в телефоне.       — Эй, Сонхва, — начал Хонджун, чтобы привлечь внимание.       — Привет. — нерешительно сказал Сонхва, его лицо снова приобрело восхитительный алый оттенок, когда он встал. Хонджун подумал, как легко заставить его волноваться в таких ситуациях.       — Все еще хочешь как-нибудь выпить? — спросил Хонджун.       — Мое умение готовить кофе тебя не отпугнуло? — Сонхва мягко уточнил, и это было сказано как шутка, но Хонджун услышал унцию неуверенности, которая лежала в основе этого вопроса.       — Вообще-то, сегодня было неплохо, — возразил Хонджун, а Сонхва фыркнул и закатил глаза.       — Ты бы не сказал мне, если бы это было не так, — парировал Сонхва, когда подошел ближе, глаза сузив, — почему ты никогда не говорил мне, что я неправильно готовлю тебе кофе?       — Ну... знаешь, ты... очень... — Хонджун замялся, жестом указав на Сонхва... на всего него.              — Новый, — неубедительно закончил он за другого. Ему казалось, что причина его нежелания жаловаться должна быть очевидной — и она должна была быть очевидной, потому что Сонхва снова смеялся. Хонджун резко покраснел, —да, это неловко.       — А мне стыдно за то, что я все это время готовил тебе плохие напитки, так что, думаю, мы квиты?       — Думаю, да, — согласился Хонджун.       Сонхва подошел ближе, уже стоя на расстоянии вытянутой руки, — только я все равно хотел бы угостить тебя тем напитком.       — Я бы тоже не отказался, — смело ответил Хонджун. Он тоже сделал шаг вперед, ближе, чем нужно. Он не хотел, чтобы это было каким-то отдаленным событием — Хонджун хочет, и поскорее, — ты свободен сегодня вечером?       — Да.       Сонхва протянул руку, наконец-то прикасаясь. Осторожно проведя кончиком пальца по голубым волнам правого предплечья Хонджуна.       — Я бы также хотел увидеть остальные твои татуировки.       Хонджун надеялся, что он выглядел хоть на унцию круче, чем чувствовал себя сейчас — ему приходилось прочистить горло, прежде чем попытаться ответить, — это, да, это мы тоже можем сделать.       На лице Сонхва появилась довольная улыбка, он наклонился ближе, нерешительно, внимательно наблюдая, как Хонджун наклонил голову в знак согласия.       Ощущение губ Сонхва на своих губах, наконец, зарядило энергией сильнее, чем любое количество порций эспрессо, которое мог бы выпить Хонджун. Его сердце тоже билось сильнее, как будто он перебрал кофеина от одного только вкуса губ Сонхва. Хонджуну слишком легко было положить руки на талию Сонхва, запустить пальцы под мягкий свитер и притянуть его ближе, наклонить голову, чтобы углубить поцелуй. Хонджун надеялся, что он не чувствовал вкус кофе, но Сонхва, похоже, не жаловался на это, а жадно целовал в ответ.       Это все и одновременно недостаточно, и Хонджуну вдруг отчаянно захотелось оказаться где-нибудь еще, кроме середины переулка за его магазином. Желательно там, где он мог бы целовать Сонхва еще час или два, чтобы узнать все способы, как сделать так, чтобы этот довольный гул продолжал вырываться между вдохами.       Но с этим придется подождать — телефон Хонджуна пискнул будильником, напомнив о следующей встрече через пять минут. Он с сожалением отстранился и постарался не поддаться на уговоры Сонхва.       — Мне нужно... — Хонджун хмурым жестом показал на дверь.       — Да, я тоже думаю, что мой перерыв закончился несколько минут назад, — признался Сонхва. На его щеках пылал великолепный румянец, а в уголке рта расплылось розовое пятно, свидетельствующее о том, что он накрасил губы — о, Хонджуну придется несладко, когда он вернется в магазин с розовым пятном на губах. Это стоило того, чтобы увидеть, как Сонхва потянулся к нему, держа его за подбородок и пытаясь стереть пятно с его рта большим пальцем. Должно быть, это не очень хорошо получалось, учитывая его извиняющееся легкое вздрагивание.       — Прости за это.       — Не жалуюсь. Я напишу тебе после следующей встречи?— тихо спросил Хонджун, и Сонхва быстро кивнул, — круто. До вечера, Сонхва.       — До вечера, — повторил фразу Сонхва, подтверждая и обещая одновременно.       Возможно, дни стремного кофе Хонджуна подошли к концу.