Compromises/Компромиссы

— В последнее время… Ты была отстраненная, Энни. — тихо сказал Армин, наполняя воздух словами, которые тяжело отозвались у неё в груди.       Фильм тихо шел на заднем плане, и Энни солгала бы, если бы сказала, что знает, что происходит на мигающем телевизоре. Она медленно повернула голову, чтобы посмотреть на своего мужа, который не отрывал взгляда от телевизора. Она промурлыкала ответ, давая ему понять, что услышала его, прежде чем снова посмотреть на телевизор, положив голову ему на плечо.       Прошла пара минут, прежде чем он переместил руку на ее бедро, втирая легкие круги в ее кожу. Армин подождал, не отстранится ли его жена, а когда она этого не сделала, легонько поцеловал ее в макушку. — Ты не была такой уже много лет. Не слишком ли странно с моей стороны думать, что я сделал что-то не так?       Энни фыркает, прежде чем отодвинуться от Армина, давая ему возможность схватить пульт и выключить телевизор. Она отодвинулась от него, чтобы повернуться к нему лицом на маленьком диване, подтянула ноги и положила их ему на колени, прислонившись к подлокотнику. — Ну да, ты делаешь что-то не так почти каждый день, если быть честной, Армин.       Он почувствовал легкий укол в груди, прежде чем успел осознать, что она говорит не так уж серьезно. — Например, что? — Воу, хорошо, поговорим о загруженных вопросах, — она слегка рассмеялась, прежде чем покачать головой. — Ты буквально положил пустой лоток для кубиков льда в холодильник — не в морозильную камеру — и забыл закрыть входную дверь после того, как принес продукты прошлой ночью. Кто оставляет входную дверь своего дома широко открытой в 11 вечера?       Даже в темноте комнаты она могла видеть, как покраснел Армин. Он прочищает горло, прежде чем усмехнуться. — Что я могу сказать? Мне нравится держать свою жену в напряжении. — Энни закатывает глаза и поворачивается, чтобы снова посмотреть на телевизор. Он снова берет пульт в руки, готовый включить звук, прежде чем повернуться, чтобы посмотреть на неё ещё раз. — Я могу сказать, что у тебя что-то на уме, Энни. Это как-то связано с твоим визитом к врачу? Если с тобой что-то не так, у меня есть свя… — Я не умираю, Армин. — Она довольно громко вмешивается, легонько пиная его. — Я не больна, если ты об этом думаешь. Я просто хотела поговорить с тобой кое о чем, но я подожду до завтра. — Она слегка пожимает плечами, и Армин стонет. — Ты заставляешь меня нервничать, детка.       Энни ухмыляется и выхватывает пульт у мужа. — Я знаю, это здорово, не так ли? — Я получу подсказку?

***

      Энни так и не дала своему мужу ключ к разгадке, о котором он просил, и, в свою очередь, он разбудил её рано в их выходной серией легких поцелуев. Со стоном она попыталась откатиться от него, и Армин схватил ее за ногу под одеялом, прежде чем лечь на нее сверху, чтобы она не смогла отмахнуться от его ухаживаний. Он наклонился, чтобы нежно поцеловать ее в шею, погладить по бокам, прежде чем схватить за волосы и потянуть ее голову в сторону, чтобы у него было больше места для исследования. Энни издала тихий стон и провела руками по его спине, чтобы показать ему, что он завладел ее вниманием. Это небольшое действие заставило его скатиться с нее и сесть. — Теперь, когда ты проснулась, дорогая, скажи мне, о чем ты хотела поговорить.       Она разочарованно застонала, прежде чем посмотреть на будильник. — Еще даже нет семи утра, и ты собираешься разбудить меня вот так, просто чтобы остановиться? — Ну, да. — Армин издает тихий смешок, разворачивая ее из одеял. — Вставай, давай поговорим. — Я что, в аду? — драматично спрашивает она его, прежде чем повернуться и лечь на живот. — Сегодня у нас выходной, Арлерт. Если ты не позволишь мне снова лечь спать, я с тобой разведусь. — Если ты продолжишь заставлять меня ждать, я развожусь с тобой. — Если ты, по крайней мере, не закончишь то, что начал, я действительно разведусь с тобой. — Я не мог уснуть из-за тебя, у меня вспотели ладони, и, если ты не скажешь мне, что не так и о чем нам нужно поговорить, у меня наверняка будет приступ тревоги, и если это случится, я по-настоящему, по-настоящему разведусь с тобой. — Я просто хотела показать тебе сюрприз, вот буквально и все. — Энни закатывает глаза, прежде чем сесть на кровати. Она хватает с тумбочки резинку для волос и завязывает волосы наверх. Наверное, она выглядит дерьмово, но, пробыв замужем шесть лет, она давным-давно перестала заботиться о утреннем дыхании и пускании слюней. — Но сначала я хотела попросить тебя передумать и завести кошку.       На это Армин закатывает глаза. — Ты, черт возьми, издеваешься надо мной, если я снова потеряю сон из-за этого.       Тема домашнего животного не была для них новой. Это то, о чем они больше всего спорили. Ну, сказать, что они много спорили, было бы преувеличением. Это был их нынешний спор. — Я серьезно просто не понимаю, почему ты не хочешь кошку. — Я серьезно не понимаю, почему ты не хочешь собаку! — Он воскликнул: — И подумать только, я изо всех сил старался приготовить тебе кофе со льдом, прежде чем разбудить тебя.       Энни потянулась за чашкой, когда он протянул ее ей, несмотря на хмурое выражение своего лица. Она рассмеялась и сделала большой глоток, прежде чем поставить чашку на тумбочку. — Давай заведем кошку. — Давай не будем. — Сказал он, хватая свою собственную чашку. — Скажи мне, когда ты думаешь о будущем, что ты видишь? — осторожно спрашивает она, зная, что у них уже был этот разговор раньше, но не зная, как направить разговор в нужное ей русло, не поднимая эту тему. — Ты, я, хороший дом… Дети… И собака. — Он говорит медленно, зная, что они уже говорили о создании семьи раньше, и Энни тогда была более чем не готова сделать этот шаг. Он понимал ее, но все равно страстно желал иметь большую семью. — Почему не кошка? — Она говорит осторожно, изучая его реакцию, и он действительно не мог понять, к чему она клонит. — Какой смысл заводить кошку? Детка, они буквально ничего не делают весь день. — Я знаю! Это здорово. Собаки тоже… Они шумные, нуждающиеся, от них, вероятно, воняет, и они отнимают слишком много времени и энергии. — Энни встает с кровати, она сигнализирует ему оставаться на месте, когда он пытается последовать за ней, и, нахмурившись, он продолжает сидеть. — Как насчет того, чтобы пойти на компромисс и завести кошку. — Это компромисс, если вместо этого мы купим рыбу. Как завести кошку — это компромисс? Ты забавная. — Он скрещивает руки на груди, и Энни смеется, прежде чем выйти из комнаты. Он тихо сидит так пару минут, прежде чем она просунет голову в комнату и велит ему закрыть глаза. С громким вздохом он так и делает. Армин казался бы раздраженным, если бы Энни не была с ним достаточно долго, чтобы понять, что он был чрезвычайно саркастичен. — Лучше бы это было что-то хорошее. — Он бормочет сварливым тоном, который заставляет Энни снова рассмеяться, прежде чем она садится на кровать. — Держи глаза закрытыми, — говорит она ему, роясь в своей тумбочке. — Если я буду держать их закрытыми слишком долго, я забуду, как их открывать.       Закатив глаза, она садится напротив него. Ее ноги скрещены, когда она полностью повернута к нему лицом. — Хорошо… Открой глаза.       Когда он это делает, Энни оказывается перед ним, держа в руках серый комочек меха, который начинает двигаться через пару секунд. Он мяукает, и Энни кладет его ему на колени. — Я бы хотела, чтобы ты познакомился с новым пополнением в нашей семье, Кукурузка. — Она говорит немного нервно.       Он издает долгий смешок, не двигаясь, чтобы прикоснуться к котенку. — Мы говорили, что поговорим об этом, когда придет время. Ты обещала, что мы это сделаем! — Он спорит, явно расстроенный. — Энни, это несправедливо… — Мы также говорили, что поговорим о чем-нибудь другом до того, как придет время, но этого так и не произошло! Если ты хочешь тратить столько энергии на что-то, почему бы просто не завести ребенка вместо этого? — Она огрызнулась, прежде чем бросить на него извиняющийся взгляд. Она не собиралась говорить с ним в таком тоне, и он поджал губы, прежде чем закатить глаза. — О, да? Например, что? — Энни колеблется, и Армин прищуривается, изучая ее лицо. Теперь, когда он присмотрелся, она выглядела слегка бледной и потной. Но прежде чем он успел спросить ее, все ли с ней в порядке, она вытащила что-то из-под ноги и бросила ему на колени, едва не задев кошку. Армин моргнул, один раз, затем два, прежде чем медленно поднять тест на беременность, который его жена небрежно бросила в него. — …Что это? — Я думала, что вышла замуж за умного человека. — Э-Энни, ты действительно..? — Беременна? Да. Сохраним этого кота? Да. Ты хочешь собаку, потому что хотел иметь возможность выводить ее на прогулку, ходить с ней на пробежки и делать всякие глупости, которые делают собачники… Так почему бы просто не… завести ребенка, чтобы ты мог использовать эту энергию на что-то более приятное. Им тоже нужно много внимания, понимаешь? Я бы предположила, что они совсем как собаки.       Он кладет кошку на пол, пока Энни говорит, прежде чем подойти и уложить ее обратно на кровать. Все разговоры прекращаются, когда он прижимается губами к ее губам. Через некоторое время, когда они оба тяжело дышат, и прежде чем все может зайти слишком далеко, он отстраняется. — Энни. Детка, ты уверена? — Насчет того, чтобы назвать кошку Кукурузой? — О ребенке, глупышка. — Он смеется и играет с ее волосами. — Я знаю, что это было жесткое «нет», когда мы впервые заговорили об этом, и я не хочу тебя ни к чему принуждать… — Это было четыре года назад. Я знаю, мы не говорили об этом, и я знаю, что я не готова быть матерью, но это уже происходит. Я также знаю, что ты будешь отличным отцом, и если у меня будет твой ребенок — тебе придется мириться с моей кошкой.       Он смеется, счастливый, когда обнимает ее. Возможности будущего проносятся у него в голове, и он на мгновение перестает думать обо всех вещах, которые нужно сделать, и вместо этого наслаждается своим временем с ней. — Это компромисс, с которым я мог бы смириться. — Я так и думала, что ты это скажешь, — Энни говорит с улыбкой, она нервничает из-за будущего и напугана больше, чем Армин когда-либо мог понять. Но она знает, что он будет отличным отцом. Точно так же, как он знает, что она будет отличной матерью, несмотря на все ее сомнения. —…Ты не назовешь ребенка, если считаешь, что можно назвать кошку Кукурузой. Кроме того, ты что, сравнила нашего нерожденного ребенка с собакой? — Армин спорит, прежде чем снова прижаться губами к ее шее, продолжая то, что он начал ранее в тот день. — Да, это, по сути, одно и то же. — Энни шутит и хватает его за губу, прежде чем он начинает с ней спорить. Вскоре их рты и руки слишком заняты, чтобы продолжать свои препирательства.