Hate my life & u.

– Крошка, знакомься, это теперь твой новый отец. Господин Денница. Собирай вещи.

Хван застыла в дверном проёме, прожигая взглядом то директрису, то незнакомого ей юношу, что выглядел достаточно... пугающе, но девушка не подавала виду. Услышанное повергло её в шок. Отец? Собирать вещи? — Что, блять, происходит вообще, — пробубнила себе под нос она и её взгляд вмиг помутнел, не подавая каких либо признаков на живую искру в глазах. Настроение ухудшилось втрое и появилось огромное желание, послать всех присутствующих куда подальше. Она была готова к чему угодно, но только не к такому повороту событий. Легкий толчок от воспитательницы, в сторону двери, ведущей на выход, заставил Сохи выйти из своих мыслей. — С чего вы взяли, что я хочу, чтобы он был моим отцом?! — единственное, что успевает она сказать, прежде чем её выпроваживают из кабинета, обратно в свою комнату, чтобы та собрала вещи. Шок и полное непонимание происходящего не сходит с лица Хван. Можно сказать, у неё все написано на лице. В других комнатах приюта тихо, нет никаких посторонних звуков, потому что уже наступил тихий час и все легли спать, поэтому, никто точно не подбежит и не спросит, почему у неё такое лицо и что вообще произошло. Девица впивается ногтями в ладонь и тихо вздыхает, прикрывая глаза. Она матерится себе под нос, чтобы никто не услышал, ведь не хотелось бы, чтобы ещё и отчитали за сквернословие.

***

— Да кто это, блять, такой, — раздражённо пихает вещи в сумку, громко разговаривая сама с собой. — С чего ему меня удочерять. Собрав все вещи, Сохи падает на кровать и прикрывает глаза рукой, шумно выдыхая. Всё идёт, не так как она хочет и её это раздражает. Безумно. Но, к сожалению, противиться бесполезно и всё опять решено за неё. Придётся ехать. Взяв сумку в руки, Хван подошла к двери и последний раз кинула взгляд на свою комнату, а после вышла из неё, громко хлопнув дверью.

***

Время, которое было дано девочке на сборы, Винс тоже не провёл впустую. Вместо этого он заручился хорошими отношениями с директором приюта, женщиной лет тридцати пяти, но выглядящей на двадцать восемь. Юноша улыбался, делая той комплименты, давал какие-то комментарии её внешнему виду, слушал «ахуенные» истории из её жизни. Как было тяжело встать на этот пост, как от неё ушёл муж, изменив той с молодухой. Винсент игриво оскалился в улыбке, проводя левой рукой по плечу мадам и переходя на шею, отчего вызвал у той ураган мурашек и возбуждение. — Мне жаль, что так вышло. Вы достойны большего. Я бы показал вам небеса, но в случае, если нас сведёт жизнь ещё раз. Идёт, мисс... Аманда? — опустив взгляд на грудь, где висел бейджик, прикреплённый к ткани обтягивающего серого платья с большим вырезом на груди. — Шикарное декольте, — Винс отошёл от Аманды, как только воспитатель привела Сохи обратно со всеми вещами. — Ну, документики мы заполнили, всё составили и подписали. Господин Денница позаботится о тебе, моя хорошая. Но я буду не против, если вы будете заходить ко мне и рассказывать, как ваши дела, — директриса флиртующе провела, точно невзначай, по своему декольте, протягивая папку с бумагами. — Благодарю вас. Нам пора. Парень слегка подтолкнул девчонку вперёд себя, выводя ту из кабинета, а после и из здания приюта. Они проследовали к большой чёрной машине, что сейчас стояла вся мокрая. — Садись, — негромко произнёс тот, стоя над девушкой, пока она не заняла место, рядом с водительским.

***

Сидеть в одной машине, ещё и рядом, было не комфортно для Сохи. Если честно, она сама не понимала, почему так реагирует. Скорее всего, её бесило то, что не родители забрали из приюта, а какой-то юноша. Хван внимательно следила за тем, как проезжают мимо машины и как люди куда то спешат, спрятавшись под своими зонтами, хотя уже не было такого сильного дождя, как пару минут назад. В какой-то степени клонило в сон, но она не решалась закрыть глаза и всё также продолжала следить за доро́гой, изредка смотря косым взглядом на парня за рулем, от которого исходил легкий шлейф табака. Всё-же, злость в ней немного стихла, хоть и хотелось нагрубить Деннице просто так, без причины, но она держала всю эту желчь внутри себя, стараясь не дать ей вырываться наружу. Молчание в салоне было гробовым и давящим, отчего девица заговорила первой. — Почему именно я? — усталым и безжизненным тоном произнесла она, взглянув на юношу, что не отводил взгляд от дороги. — Потому что убили семью Хван, а не какую-то другую. И так сложились обстоятельства, — ответил тот, чувствуя явное раздражение от её вопроса. Новость о смерти родителей, повергла её в шок, но и одновременно, появился ответ на некоторые вопросы, правда появились и новые вопросы...

«Он был знаком с моей семьёй?»

Оставшееся время, они провели в тишине. Хван не решилась задавать ещё больше вопросов. То ли она боялась правды и не хотела знать её, то ли не хотела разговаривать с парнем. Поездка длилась ещё минут семь, после чего, шикарная милионная машина припарковалась у какого-то частного дома. Дом был скрыт железным забором на прутьях, а перед ним был дворик с аккуратным зелёным газоном и дорожками, выложенными из камня. Во всю длину тропинок любого посетителя этого дома сопровождали невысокие фонарики, которые не давали отступиться. Когда они приехали, взгляд девушки сразу же зацепился за обстановку вокруг, но лишь на мгновение. Ей было не интересно разглядывать это всё. Сейчас девушке хотелось запереться в какой-нибудь комнатушке, укутаться в одеяло и уснуть. Возможно даже, вечным сном. Эта новая жизнь, не давала ей покоя. Слишком тяжело будет перестроиться и привыкнуть к новым переменам. Всё произошло так резко и неожиданно... Она не рада этому. Определённо. Парень вышел из салона автомобиля, подходя к девчонке и хватая ту за плечо, ведя её за собой чуть быстрее, чем бы она шла самостоятельно. — Тащишься, как черепаха. Какие-то проблемы, приютная? Мне некогда расхаживать, как по подиуму. «Приютная? Он серьёзно сейчас? Вот же ж... » — от этого слова стало неприятно и появилось резкое желание, подойти и ударить юноше со всей силы, чтобы он скрючился от боли, но Хван подавила в себе это желание, постаравшись проигнорировать его слова. Преодолев дворик, Винс открыл дверь, толкнув Сохи внутрь дома, в большую и уютную прихожую. Здесь было очень мало вещей, в основном только Винсента, размер один и тот же. Но вот обстановка дальше была более пустая, будто дом и вовсе не жилой. Вроде всё имеется, но вот "домашнего тепла" не чувствуется совершенно. Стоило только зайти в дом, как девица выдохнула. Наконец-то она сможет отдохнуть, запереться в комнате, которую для неё уже по-любому подготовили. Но все её планы были снова разрушены. Судьба её явно не любит. Денница прошёл внутрь, скинув с себя тяжёлые чёрные берцы и проследовал на кухню, где вымыл руки, вскоре сев за стол. — Сюда иди, — грубый мужской голос говорил всегда будто в приказном тоне. — Проясним с тобой моменты. Потом мне будет некогда с тобой разглагольствовать, — Винс крутил между костлявыми длинными пальцами красную зажигалку, смотря на неё. Первое оскорбление девушка уже была готова простить юноше, но его приказной тон, она вытерпеть не смогла. Её бесила его надменность и то, как он смотрит свысока, то как ведёт себя. Хван начинало бесить всё в нем, но она держалась. По крайней мере — старалась, потому что на лице было и так всё прекрасно показано. «Чёртов, придурок» — подумала про себя девушка, зло сверкнув кофейными, лисьими глазками, совершенно не боясь того, что он также смотрит на неё в ответ. Сохи присела на стул рядом и скрестила руки у груди, следом закинув ногу на ногу, не прерывая при этом зрительного контакта с Денницей. Все эти действия выражали явный протест. Теперь же, Хван, хотелось плюнуть ему в лицо и раскромсать по кусочкам его самолюбие, которое девица разглядела в этих темных глазах. Молодой человек лишь приподнял бровь, будто его это очень сильно удивило. Винс дождался, пока несносная девчонка прижмёт наконец свою задницу, после чего он бы мог провести ознакомительную беседу. Вместо того, чтобы спокойно занять место на стуле, Сохи решила поиграть с парнем в гляделки. Правда, он и до этого не сводил с той взгляда, пребывания в ожидании. Сейчас же Винс скучающе смотрел в лисьи глазки, намереваясь, кажется, прожечь их леденящим тяжёлым взглядом. — Не смей разговаривать со мной, в таком тоне. Я была готова тебе простить то, что ты назвал меня, цитирую: «приютной», но после твоего грубого и надменного тона, мне хочется тебя прибить. Если ты мой опекун, то это не позваляет тебе общаться со мной так, — злость внутри её души кипела как котёл в аду и сдерживаться было уже трудно, но в последний момент, Хван шумно выдохнула и попыталась успокоиться, что у неё более менее получилось. — О чём ты хотел поговорить? — Я смею делать всё, что только захочу. Могу, к примеру, предоставить документы о том, что ты моя дочка от покойной жены, у которой проблемы с головой, как вижу. Зубки длинные слишком? Так это не проблема, могу их надломить под корешок. Ещё раз только открой свой рот в мою сторону в таком тоне, — Винсент достал пачку Мальборо, взяв оттуда одну сигарету и закуривая её. Табачный дым прошёл по лёгким молодого человека, выходя через губы, намеренно прямо в лицо мелкой. — Юридически твои документы изменены с самого рождения, поэтому твоя фактическая фамилия – Денница. А то, что ты будешь нести какую-то херню про покойных родителей, так это звоночек сводить тебя к психиатру. Твой отец – я, мать – Мерлина, она мертва. Не создавай мне тут проблем, Сохи Денница, и мы сживёмся. Массивная ладонь вынула пальцами с губ стлевшую сигарету, выбрасывая ту в хрустальную пепельницу. Юноша вздохнул, смотря на время, которое показывали наручные часы на кожаном ремешке. В воздухе, до сих пор, продолжал витать запах табачного дыма, из-за чего, Хван было труднее дышать. Девушка не привыкла к сигаретами и в принципе, никогда их не пробовала, а поступок Винса, заставил её замолчать и внимательно слушать. — Здесь 4 комнаты, Виктор проводит в свободную. Там можешь кинуть шмотки и остановиться. Экскурсии по дому не будет, я тебе не гид. Надо что-то – пошла и посмотрела. В магазин ходит исключительно Виктор, ты из двора ни на шаг. Виктор – высокий темноволосый мужчина, явно старше самого Винсента, уже стоял рядом с Сохи, держа её вещи в руках. Выслушав всё, что сказал Денница, Сохи вскочила со стула и замерла на месте, сжимая руки в кулаки. Её бесил тот факт, что ей теперь много чего запрещено и в принципе, что он вообще её опекун. Отвратительный опекун. Подавив в себе желание, высказать ему пару ласковых, девица толкнула стул, на котором сидела пару минут назад и кинув юноше напоследок, грозное: «придурок», прошла мимо Виктора. Тёмноволосый удивлённо посмотрел на Денницу и поспешил за девушкой, чтобы отвести её в комнату.

***

— Проходи, — Виктор пропустил Хван вперед, следом ставя вещи рядом с дверью. — Слушай, тебе лучше не ругаться с Господином, мало ли... — Мне плевать, я не собираюсь ему подчиняться. Он мне никто, — перебила его Сохи. И только мужчина хотел что-то сказать в ответ, как девушка вытолкнула его из комнаты и закрыла перед носом дверь, следом скатившись по стене. За окном уже вечерело, дождь давно закончился, а закат был на подобии лампы, освещая комнаты людей. Желание поспать, исчезло, как-будто и не появляясь. И наверное даже к лучшему. В одной из сумок, раздалось уведомление от телефона. Порывшись в вещах, девица достала телефон и разблокировала его, откинув на некоторое время лишние мысли из головы. На её лице появилась легкая улыбка. Только что пришедшее сообщение, от её парня, заставило женское сердце на мгновение порадоваться. «Приходи ко мне через неделю, у меня для тебя сюрприз.» — Хоть что-то хорошее за сегодня, — прошептала она. Встав с места и подойдя к подоконнику, Хван открыла окно на всю. Прохладный освежающий воздух после дождя ворвался в комнату, давая вздохнуть полной грудью и вновь подумать. Хотя, Сохи уже устала думать. Сколько бы она не думала, теперь уже ничего не поменяется, остаётся надеяться на лучшее.