Не любить твои предложения, но любить тебя

The greatest thing you'll ever learn

Is just to love and be loved in return.

Регулус ненавидит людей. Семейный дом. Матушку. Гриффиндорцев. Когда Сириус включает на полную квин. Когда Барти подкалывает шутками о том, что он должен был бороться против гриффиндорцев, а не лечь под них. Иногда, кажется, что Регулус ненавидит вообще все. А ещё, он ненавидит солнце, воду и июль. Но так уж случилось, что он слишком сильно любит Джеймса Поттера, чтобы отказать ему в поездке на речку в самый знойный день июля. Джеймс улыбается, все ещё не веря, что он этого добился. Неужели, аристократичная задница Регулуса Арктуруса Блэка подставит свою фарфоровую бледную кожу под лучи солнца, и позволит себе зайти в «грязное болото, которое ты пытаешься оправдать словом речка». Звучит, как шутка, но Джеймс всегда отлично шутил, так что он попытается заставить его это сделать, даже если придётся использовать шантаж. В машине скачут солнечные зайчики, которые жутко раздражают Регулуса, и он тихо вздыхает, утыкаясь лицом в плечо Джеймса. – Мерлин, почему я согласился на это... – Регулус наигранно всхлипывает, пытаясь дотянуться до радио и выключить наконец-то подборку любимых песен Сириуса, которые звучат, на самом деле, не так и плохо, но, кажется, Сириус настолько часто включал их Регулусу, что даже нехотя, у того польётся кровь из ушей. Джеймс улыбается, накрывая его ладонь своей, но вместо того, чтобы выключить, подкручивает громкость почти на полную, ловя на себя злой взгляд Регулуса. – Ты знаешь, что я тебя ненавижу? – Блэк тихо вздыхает, закрывая лицо руками от яростного солнца. – Ох, ты открыл мне Америку! Конечно, я не знал об этом, даже не догадывался! – Джеймс вновь улыбается и Регулус должно быть больше всего в этой жизни любит и ненавидит эту улыбку. Ненавидит за то, что она украшает лицо Джеймса в самые неподходящий моменты, словно, ловя Регулуса в свои тёплые объятия, и Регулус больше не может злиться. Ни рядом с Джеймсом. Ни когда его лицо украшает эта абсолютно по-детски милая улыбка. И Регулус знает, что может делать Джеймс этим ртом, и когда он так совершенно невинно растягивается в улыбке Регулус начинает подозревать, что Джеймс врёт гораздо лучше Регулуса. Хотя, Регулус без понятия, где Поттер мог этому научиться. – Долго ещё? – Регулус смотрит в окно, наблюдая за ужасом, что сотворила температура в тридцать два градуса. Трава окрасилась в багряно-оранжевый оттенок и скорее всего рассыпалась бы от одного прикосновения, – Какой ужас, Джеймс! Если я приобрету такой же оттенок, я отдам тебя Кричеру, чтобы он приготовил из тебя обед моей мамаше, – Регулус обиженно ткнул в сторону обочины, пытаясь обратить внимание Джеймса на столь большую проблему, как сухая трава. – Ой, думаю твоя мамаша и без твоей обгоревшей кожи готова отдать меня на обед павлинам Малфоя, – Джеймс засмеялся, целуя Регулуса в плечо. – Ты слишком высокого о себе мнения! Люция не стала бы кормить своих павлинов предателем крови! – Регулус манерно закатил глаза, стараясь не смеяться. – Не боишься, что Люциус узнает, как мы его называем? – Джеймс улыбнулся. – Абсолютно нет, это его проблемы, что даже я, с хорошим, внимание, с хорошим зрением, – Регулус поправил очки Джеймса, сползшие с его переносицы, – перепутал его со спины с Нарциссой. Ну а что, я видел, как он примерял её платья. Думаю, ещё пару подобных выходов Люциуса в свет в платьях Нарси, и малыш Драко и тот будет его путать с мамой, – Блэк засмеялся. – Уже представляю его испуганные глаза, которые будут искать папу, – Джеймс засмеялся в кулак. – Да да, будет бегать по всему мэнору с криками «У меня мама и мама!». – Вообще-то, не самый плохой вариант! – Поттер усмехнулся, вглядываясь в даль. Неподалёку виднелась поляна, на которую Джеймс искренне надеялся затянуть Регулуса. Он не простит ему такого предательства, как остаться в машине в такой солнечный день, – По сути, у Нарси то характер получше, чем у Люции будет, – продолжил Джеймс, возвращаясь к обсуждению семейства конченных безумцев, как говорил Сириус и к древнему роду Блэк, как аккуратно поправлял Регулус, – я бы на месте Драко, даже радовался, а вообще, я Люциусу устроил бы... – Не продолжай, а, – Регулус закатил глаза, тяжело вздыхая, – Я помню, как прошлый раз на приёме у моей семьи ты дружелюбно прошёлся по личной жизни Беллатрисы, – Регулус усмехнулся, – Ну зачем было упоминать то, как ей отказывали в отношениях из-за того, что «Твой кузен мне больше по вкусу»? – Ну Сириус то адекватнее будет, разве я соврал? Всего лишь рассказал то, о чем услышал, – Джеймс сделал виноватое лицо, грустно всхлипывая – Ой все, прекрати уже, Мерлина ради, – Регулус засмеялся, целуя парня в нос – Ты простишь меня за оскорбление чувств твоей любимой сестрицы..? – парень манерно вздохнул, стряхивая слезы – Если ты ещё раз назовёшь человека, который пытался меня убить чаще, чем я успевал выйти из своей комнаты моей «любимой сестрицей», то не прощу. – Понял, молчу, – Джеймс мягко улыбнулся, нежно целуя ладонь Регулуса – Сейчас ты потеряешь управление и мы умрём в какой-то канаве от того, что у тебя руки из задницы, Поттер. – Зато в один день, как в сказке. Регулус тяжело вздохнул, закрывая лицо руками и негромко сказал: – Идиот.. Джеймс усмехнулся и вернулся взглядом к зеркальной глади реки, в которой отражалась зелень липы и ивы, а небо играло всеми существующими красками, заставляя вглядываться, не отрывая глаз. С Регулусом его познакомил Сириус. Познакомил, конечно, громко сказано. Будущий наследник бизнеса своего семейства пытался выбраться из дома кишащего тиранией через окно. Джеймс не особо верил в то, что Сириус сможет без потерь выбраться оттуда, но ещё больше он не верил в то, что весь план провалиться из-за него. Младший брат Сириуса был чересчур невыносимо красивым. Джеймс не привык к такой красоте. Да, Сириус и Джеймс были не из круга тех ребят, что курили найденные на улице бычки и радовались украденной бутылке пива, воспитание давало о себе знать, как никак из благородных семейств, но Джеймса никогда не заставляли придерживаться определённого вида, ему не запрещали выглядеть так, как хочется ему, Сириус же вытравлял из себя аристократичность всеми способами. Потому видеть Регулуса, одетого с иголочки, с аккуратно уложенными волосами и почему-то, как ему тогда показалось, подкрашенными губами, было крайне непривычно. И в тот момент потери обрели все присутствующие в доме и близь него. Вальбурга потеряла последнюю надежду на благоразумие старшего сына. Орион потерял тишину, потому что жена начала без умолку твердить о том кого они воспитали. Сириус потерял равновесие и обрёл пару гематом, потому что Джеймс, который должен был помочь ему спрыгнуть с окна второго этажа засмотрелся на стоящего в проёме окна Регулуса. Да, Джеймс потерял разум и остатки гетеросексуальности. А Регулус, впрочем, потерял свой учебник за которым и заходил к Сириусу. Регулусу, как и всегда, было наплевать, он думал только о своём и даже подумать не мог о том, что этот странный парень, уставившийся на него, словно он экспонат в картинной галерее – его будущий парень. И весьма любимый.