Параллель. "Подделка".

- Они… отравлены? – не найдя на телах мужчины и женщины видимых повреждений, я вопросительно подняла бровь. Рампо не ответил. – Ладно, умерли они точно раньше того мальчишки, раз уж успели остыть. Да и «почерк» здесь явно отличается… Убийц двое? Ища улики, я иногда зажмуривала глаза, пытаясь представить происходящее в виде текста. Это, надо сказать, здорово помогало и успокоиться, и сосредоточиться. Всё-таки описания на бумаге для меня гораздо привычнее, чем настоящие места преступлений. Я ведь писатель, а не детектив. Многие гости этого дома (особняка?) столпились вокруг нас и разглядывали, как восьмое чудо света. Это немного раздражало, но прогнать их мне не удалось. А Эдогава даже не пытался, настолько привык ко всеобщему вниманию… Я едва слышно вздохнула. И почему, когда нужно думать о чём-то конкретном, мысли всегда лезут не в ту степь? За время нахождения здесь я успела поразмышлять о дорогом интерьере особняка, об окружающих нас (живых) людях, о своём временном напарнике и даже о знакомых из «Крыс Мёртвого дома», зато в деле почти не продвинулась. И кто вообще предложил проверить мою профпригодность таким способом? Надо будет поинтересоваться… И опять я думаю не о том. В бокалах, из которых пили жертвы незадолго до своей смерти, ещё осталось немного красного вина. Крайне дорогого, судя по тому, как бережно с ним обращались снующие туда-сюда слуги. Я подняла один из бокалов, принадлежащий, по-видимому, погибшему мужчине, и принюхалась. Вино пахло… вином. Со слабой ноткой миндаля. Напиток в бокале женщины имел тот же запах. Мои познания в алкоголе крайне неглубоки (говоря прямо, их нет вообще), поэтому я подумала, что так, скорее всего, и должно быть, но «для чистоты эксперимента» решила проверить вино гостей. И, как оказалось, той самой «нотки» там не было. А вот это уже подозрительно. - Расскажите мне об этих двоих, - попросила я столпившихся вокруг людей. – Кто они такие? В каких были отношениях? Связаны ли как-то с тем светловолосым мальчиком? Пожалуй, не буду описывать рассказы каждого из гостей, ответивших на мои вопросы. Это слишком долго. Но все показания сводились к тому, что убитые супруги и их четырнадцатилетний сын являлись хозяевами особняка и солидного состояния, проживающими здесь уже около восьми лет. Правда, семья эта была не совсем благополучной. Мальчишка, несмотря на окружающую его роскошь, рос удивительно робким и послушным. Однако его родители часто ссорились, что иногда даже доходило до драки, из-за любовницы отца, которую, к слову, после убийства никто не видел. - «Измена, значит? – я, тяжело вздохнув, закатила глаза. Дела любовные мне никогда не были понятны. Но что тут поделаешь? – Убийства совершила любовница? Да нет, это было бы слишком просто. И нелогично. Не думаю, что обычная женщина догадалась бы запутать след, совершив преступление разными методами. Однако, если исходить от версии, что кого-то из жертв всё же убила она, то…» - Мне нужно осмотреть тело мальчика! – резко сорвавшись с места, я бросилась в другую комнату, боясь упустить смутную догадку, которая должна была многое прояснить. Место преступления, к счастью, оставалось нетронутым. Опустившись на колени перед жертвой, я принюхалась к его рукам. Так и есть. От ладоней белокурого мальчишки исходил слабый запах горького миндаля. Теперь я уверена, что это был яд. А точнее, синильная кислота, вызывающая у человека кислородное голодание тканевого типа. Вот уж не знала, что моя заинтересованность ядами и взрывчатыми веществами может где-то пригодиться! - Убийц было трое, - уверенно заявила я, глядя на скептически настроенного великого детектива. – Двое из них – жена и сын – действовали сообща, причём второй, похоже, не знал, на что идёт. Судя по показаниям свидетелей, женщина работала фармацевтом, поэтому достать синильную кислоту и с помощью послушного мальчика отравить неверного мужа и его любовницу для неё не составляло большого труда. Однако в идеальном, казалось бы, плане произошёл сбой. Любовница увидела, как хозяйский сын подливает что-то в её напиток и подменила стаканы. После этого вместе с мужем умерла и сама отравительница. Если вернуться к рассказам находящихся здесь людей, можно заметить, что любовница – пылкая натура, подверженная внезапным приступам ярости. А учитывая то, насколько непрофессионально был убит мальчик, можно вполне обоснованно подозревать такую женщину, как она, беспорядочно мстящую из-за потери любимого. Которая осознала масштаб своего преступления уже после его совершения и сразу поспешила скрыться. Я ведь права, Рампо-сан? Губы Эдогавы растянулись в игривой улыбке, а голова чуть склонилась набок. Я не понимала, что значило это выражение лица, пока комната вдруг не озарилась ослепительно-яркой вспышкой света…

* * *

Когда я открыла глаза, мы уже снова были в Агентстве. А всё произошедшее в книге теперь очень напоминало сон с сюжетом – тот самый, который ещё долго не забудется. - Она прошла, директор, - послышался рядом голос Рампо. Я обернулась и торопливо вскочила на ноги, встретив оценивающий взгляд Фукудзавы Юкичи. – Хоть и ревела над одним из трупов. - Н-неправда! – запротестовала я, залившись краской. – Просто вспомнилось кое-что… - Так каково ваше решение? – с видимым волнением поинтересовался Накаджима. Могу поспорить, именно по его инициативе мне решили устроить вступительный экзамен. Кстати об экзамене… - Рампо-сан, вы ведь не просили своего знакомого рассказать вам заранее о личностях преступников? Я думаю, он сам посчитал это дело слишком лёгким для вас. - Правильно думаешь, - усмехнулся Дадзай, хлопнув меня по плечу… - Алиса будет полезным сотрудником, - отозвался директор после недолгого молчания. Я аж поперхнулась. Со слов Фёдора мне, конечно, было известно, что он согласится, но это слишком быстро! - По просьбе Ацуши-куна я навёл справки о твоей способности, - пояснил Осаму, заметив удивление на моём лице. – «Подделка» может стать отличным «щитом» для Агентства. Чем же ты умудрилась так насолить Достоевскому, что он решил избавиться от такого ценного сотрудника? Знаешь, тебе следует сменить имя и внешность, Красная королева.