Мышонок

      Джисон не опоздал. Придя даже немного раньше, он несколько минут помялся перед дверью, чтобы нажать на звонок ровно в назначенное время. Тугой комок нервов гулял по всему телу, вызывая лёгкий тремор, но его намерения оказались сильнее и приказали идти до конца.       Минхо почти моментально открыл, будто тоже специально ждал с другой стороны. — Пришел всё-таки. Ну проходи, чего застыл, — Минхо старался звучать как можно более спокойно и холодно, хотя волновался он не меньше Джисона. — Садись, нужно обсудить кое-что, — Минхо откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу. Джисон робко присел рядом. — Значит так. Я хочу сразу прояснить несколько моментов. Первое. Ты неопытен и многого не знаешь, так что давай без самодеятельности? Просто слушайся меня, доверяй и всё будет хорошо, — парень послушно кивнул, — Второе. Если тебе станет некомфортно, больно или просто страшно, сразу говори мне. Я не хочу нанести тебе травму ни физическую, ни душевную. Это моя зона ответственности. Мы можем остановиться в любой момент, и ты уйдешь домой. Я осуждать не стану, я пойму. Но имею в виду, что второго шанса тогда не будет, и тебе придётся найти кого-то другого. С этим всё ясно? — снова быстрый кивок, — Отлично. И последнее, — Минхо пристально посмотрел в большие черные глаза, что безуспешно прятались за челкой, — Никаких поцелуев.       Джисон бросил вопросительный взгляд. Мужчина перед ним это заметил. — Поцелуй это про любовь. Возможно, прозвучит нелепо, но для меня поцелуй гораздо интимнее, чем секс. Ты должен хорошо знать партнера, доверять ему во всем, чувствовать. Когда-нибудь ты встретишь своего человека и поймешь о чем я тут тебе толкую. А сейчас я не хочу вешать на себя обязательство за твой первый поцелуй. — Но… Вы мне правда нравитесь. — Послушай. Ты тоже мне нравишься. Но если ты будешь так легко отдавать поцелуи, своё тело и душу всем, кто тебе симпатичен, то однажды ты не почувствуешь любви, когда коснешься её. Поэтому не нужно принимать за неё любую симпатию или доброту в свою сторону. И ещё. Прекрати называть меня на «вы». Можно по имени или просто «хён».       — Хорошо, Минхо-хён!       После недолгого разговора на кухне и обсуждения всех деталей и запретов, Минхо отправил Джисона в душ, кинув ему халат. Сам же остался ждать его в подготовленной заранее спальне. Он хотел создать уютную комфортную обстановку, но не заметил как слегка перестарался. Задернутые шторы, приглушенный свет, несколько свечей — всё это создавало не столько уютную, сколько романтичную и даже интимную атмосферу. Но вряд ли кто-то смог бы назвать это неверным решением.       Минхо лежал на кровати в одних шортах, закинув руки за голову, когда в дверном проеме появился силуэт парня, закутанного в халат. Джисон смущенно переминался, будто ожидая разрешения войти в комнату. — Иди ко мне, — мягкий голос манил, и он сделал несколько шагов и опустился на постель рядом с Минхо. Тот присел рядом, свесив одну ногу. — Джисони, помни о чем мы говорили. И не бойся меня, — Минхо легонько провел пальцами по пухлой щеке и взял его за руку. Мальчишка в ответ сжал его ладонь и посмотрел доверчивым взглядом. — Хён, позаботься обо мне. Я тебе доверяю. Минхо принял это за зелёный свет и решил, что пора двигаться дальше. Он развязал пояс на халате и откинул в стороны его полы, обнажая мальчишеское тело. Джисон тут же покраснел и рефлекторно свел вместе острые коленки, безуспешно пытаясь скрыть не столько наготу, сколько степень своего возбуждения. Но от Минхо такое было не утаить. Он мягко, но настойчиво развел обратно худенькие ноги и опустился на колени между ними. Прекрасно понимая, что сейчас чувствует Джисон, он успокаивающе гладил его по бедрам, постепенно поднимаясь ладонью всё выше.       Когда теплые подушечки пальцев едва коснулись давно затвердевшего члена, Джисон впервые простонал. Когда пальцы плотно обвили ствол, он не сдержался во второй раз. Когда чужая ладонь умело задвигалась, растирая обильно выступившую смазку, стоны посыпались один за другим. Парень не мог и представить, что когда-нибудь ему будет дрочить другой мужчина, и что это будут совершенно другие ощущения.       Минхо нравилась такая реакция на его действия. Он всё делал плавно, очень умело управлял темпом и давлением, сжимал и ослаблял хватку когда необходимо, не забывал играть с головкой, дразня и сильнее возбуждая парня.       Как только на члене сомкнулись губы, Джисон зажмурил глаза и до боли закусил губу, чтобы не кончить в ту же секунду. Минхо лишь довольно ухмыльнулся и продолжил. В нем одновременно с возбуждением нарастало некое чувство азарта, ему было интересно наблюдать за тем, как отзывается на его действия тело Джисона. Как тот подергивается перед ним, как дрожит высокими стонами его голос, как новые эмоции и чувства ловко играют с мимикой на лице. Минхо словно помогал исследовать новый мир своему юному неопытному протеже, при этом сам испытывал что-то незнакомое, ведь у него никогда раньше не было близости с настолько юным и невинным парнем.       Губы скользили туда и обратно всё быстрее, а язык настойчивее давил на ствол и головку. Джисон слегка выгнулся в спине и крепко сжал простынь, не в силах больше сдерживаться. Минхо выпустил изо рта член и продолжил доводить парня рукой. — Давай, Джисони… Не сдерживайся, — эти слова подействовали как финальный триггер и тот немедленно кончил в чужую руку и частично себе на живот. — Умница. Готов продолжить? — Минхо было достаточно слабого кивка, — хорошо. Тогда давай тебя немного переложим.       Он заботливо помог парню снять халат и полностью лечь на кровать. Минхо выдавил немного лубриканта себе на ладонь и снова раздвинул ноги Джисона, приподнимая немного его зад. Пальцы в уже теплой смазке бережно прошлись по чувствительной дырочке между небольших, но довольно упругих ягодиц. Джисон снова залился краской.       Бережно и медленно Минхо погрузил первый палец в узкую глубину, внимательно наблюдая за реакцией. Парень перед ним зажмурил глаза и прикусил нижнюю губу, пытаясь разобраться с собственными чувствами. Он прислушивался к своему телу, старался расслабиться и сосредоточиться только на приятных ощущениях от первой растяжки.       После добавления второго пальца стало сложнее концентрироваться, и Джисон почти перестал контролировать собственное тело. Он не мог больше сдерживать тихое поскуливание, когда пальцы внутри него задевали что-то очень чувствительное, его уязвимое место. Эти точные прикосновения каждый раз на несколько мгновений обостряли всё, что он чувствовал как внутри себя, так и снаружи. Затвердевшими острыми сосками можно было резать стекло, а вновь окаменевший член слёзно сочился, прося о новой разрядке.       Минхо добавил третий палец и заметил, что Джисон начал шарить одной рукой по постели, словно что-то искал. Недолго думая, Минхо подставил свою и тут же чужая ладонь схватила его и переплела их пальцы, крепко сжимая. «Какой тактильный», — подумал Минхо и улыбнулся уголком губ. Он решил, что сегодня позволит мальчишке почти всё, ведь это был его первый раз. Любые нежности, объятия, ласки. Кроме поцелуев.       На самом деле старший немного слукавил, когда объяснял причины запрета на поцелуи. Минхо действительно довольно щепетильно к ним относился и далеко не каждому дозволялось даже прикоснуться губами к нему. Но не менее важной причиной было и то, что он боялся дать ложные надежды парню, невзначай влюбить в себя и не знать что с этим делать. Но ещё больше Минхо пугала огромная вероятность влюбиться в мальчишку самому.              С растяжкой было покончено, и Минхо наконец сам избавился от одежды. Он взял презерватив и снова устроился между раздвинутых ног Джисона. — Хён, не надевай. Я хочу без него, — внезапная просьба сбила с толку и старший замер на пару секунд. — Почему? — Ты сказал, чтобы я полностью доверял тебе. И я доверяю, — это было сказано с такой искренностью, что Минхо подчинился. Он лишь внимательно и наигранно строго посмотрел на парня и сказал: — Хорошо. Но в будущем так не делай. Сейчас тебе повезло, что я честен и чист. Не будь слишком наивным, мышонок. «Мышонок? Почему я так сказал?»       Впервые член Минхо входил так туго в чужое нутро, аккуратно, но настойчиво проскальзывал всё глубже, заставляя Джисона инстинктивно выгибаться, показывая всего себя. Старшему нравилось наблюдать, как он наслаждался своим первым разом. Как девственная попка крепко сжимала его изнутри, упрямясь и не желая впускать так легко. Минхо поймал себя на мысли, что ему совсем не хочется привычной жесткости с партнером. Он двигался аккуратно, стараясь улавливать малейшие вибрации тела под ним, такого податливого и юного.       С увеличением темпа легкий трепет сменился на мелкую дрожь, которая выбивала из Джисона непроизвольные стоны вперемешку со слабым хныканьем. Минхо, знал, что ему было сейчас хорошо. Все эти влажные звуки, шлепки тел и тихое хныканье действовали на него лучше любых феромонов. Он понял, что этот стонущий под ним мальчишка, что постоянно ищет его ладони, вызывает в нем какие-то новые чувства, не похожие на простое плотское удовольствие от секса.       Минхо почувствовал, что скоро кончит.       Упершись ладонями в кровать рядом с юношескими плечами, он, не сбавляя темпа, залюбовался лицом Джисона. Такое настоящее, с неподдельным выражением наслаждения и пеленой влюбленности на глазах.       «Я найду все твои эрогенные зоны и точки, даже самые скрытые, и буду долго и страстно ласкать каждую частичку тебя, чтобы ты сходил с ума от удовольствия. Хочу быть единственным, кто знает все секреты твоего тела, кто исследовал полностью карту твоей души. Хочу оставить крупицу себя в твоем сердце и памяти, мышонок.» — Хён, я сейчас… — Я тоже… Они кончили почти одновременно. Джисон впервые от анального оргазма, а Минхо впервые за долгое время не доводя себя рукой. Тяжело дыша, оба распластались на кровати, голые и довольные. Джисон почти сразу задремал, а старший бесшумно выскользнул из постели и, найдя в тумбочке сигареты и зажигалку, уселся на подоконник, открыв окно. Комната наполнилась свежим воздухом, запахло влажной травой и землей после дождя.       Минхо шумно втянул воздух и блаженно выдохнул. Он поднес огонь к сигарете, но остановился, взглянув на обнаженного паренька на своей постели. Тот продолжал мирно сопеть, сжавшись от внезапной прохлады. — Хён? — Минхо вздрогнул от внезапного голоса позади. Он обернулся и увидел сонного Джисона, который сидел в кровати, укутанный в одеяло. — Что такое? Разбудил тебя? Прости. — Нет, я сам проснулся. Мне стало жарко, — Джисон встал вместе с одеялом и подошел к Минхо, — и я думал, что ты не куришь. — Не курил долго. Но с тобой вот не удержался. Кстати, как ты? Не болит ничего? — старший постарался переключить тему разговора. — Я в порядке. Мне всё понравилось. Спасибо, хён, — неожиданно Джисон обнял Минхо, уткнувшись лбом в грудь и накинув на его плечи одеяло, — замерзнешь ведь. От соприкосновения двух всё ещё горячих тел Минхо окончательно сдался. Он ухватил Джисона под бедра и усадил на подоконник. Тот рефлекторно закинул руки на плечи мужчины и непонимающе посмотрел на него, широко раскрыв глаза. Минхо двумя ладонями обхватил пухлые щеки и притянул его лицо к своему. — Мышонок, ты такой… невероятный, — на выдохе произнес он и утянул парня в нежный долгий поцелуй, смывая последние крохи неловкости и сомнений.