Вы
Серёж, не пиши мне, пожалуйста
Пока не бросишь свою дрянь
Я не могу так, мне больно....
Так будет лучше, прости.
А дальше игнорирует все сообщения, которые пишет Пешков. Ване правда очень сложно сдерживаться, но ещё сложнее знать, что он помогает любимому человеку убивать себя. Ему кажется, что так должно быть легче им двоим. Серёжа пишет буквально каждый день. Время от времени пытается дозвониться, но в ответ - игнор полнейший. Русый пытается привести своё состояние в порядок, но это оказывается сложнее, чем казалось. Чувства изнутри пожирают парня и Ваня почти что плачет от безысходности. Спустя какое-то время приходит сообщение: "Извини, что причинил тебе столько боли. Люблю тебя, безумно". После этого молчание. Пешков не пишет целый месяц. А зеленоглазому страшно становится. В какой-то момент даже думает о том, чтобы приехать к кудрявому. Сжать того в объятьях, целовать во все доступные места и забыть о том, что игнорировал его сообщения. Но вовремя отдергивает себя. Всё же эмоции берут верх. Ваня плачет. Солёные капли текут по щекам и капают на холодный пол. Дрожащие руки стирают мокрые дорожки. Бессмертных впадает в сильную апатию. Нет желания делать что-либо. Друзья пытаются со всех сил вытащить его хотя бы на часик из дома. Прогуляться, повеселиться. Но всё тщетно. Ваня отмахивается, мол: дел много, не могу. А Санька, который знает его дольше всех, понимает, что дело вовсе не в делах. Вздыхает и пытается подбадривать друга. Спать парень тоже не может. Ведь единственный сон, который преследует его на протяжении этого месяца - это кудрявые волосы, светящиеся карие глаза и яркая улыбка. Ване больно, очень сильно. И страшно. В какой же момент всё пошло наперекосяк в его жизни? Почему его мыслями завладел лишь тот, кто приносит эту боль? А ответа нет. Бессмертных правда пытался найти ответ. Но в голове лишь картинки из прошлого, где они были счастливы. Смеялись со всяких глупостей и нежно целовались в парке. Русый губы покусанные сжимает и ногтями в ладони впивается. Недосып даёт о себе знать. Под глазами большие мешки, кожа бледная, слабость. Ещё Ваня не может вспомнить, когда в последний раз он ел. Кофе и чай не в счёт. На компьютерном столе стоят множество пустых чашек и он вздыхает натыкаясь на них взглядом. Бессмертных даже чашки помыть не может. Насколько он же беспомощный и одинокий в пустой квартире. Прикрывает глаза и бьёт кулаком по подушке. Идёт на кухню, а там лишь грязная посуда в раковине. В холодильнике пусто, так же, как и внутри парня. Он облизывает пересохшие губы и думает, что всё-таки нужно хоть немного поспать. Ложится на кровать и сразу же проваливается в сон. Всю ночь крутится. Спокойно спать не удаётся. Снится Ване, как ни странно, Серёжа. Только в этот раз он вовсе не улыбается. Смотрит жалосливым взглядом прямо в душу и Бессмертных еле-еле держится, чтобы не заплакать от такого вида парня. Думает, что нужно подойти обнять, но кудрявый сразу же отталкивает. – Вань, прошу, дай ещё немного порошка. Я брошу, обещаю. – Его голос дрожит, а в глазах пустота. Бессмертных качает головой из стороны в сторону. Хочет сказать, что так нельзя, но в горле ком. Он молча наблюдает за кареглазым, который хмурится смотря в ответ. – Почему ты не хочешь мне помочь? Почему? Мне плохо, ты понимаешь? – Серёжа срывается на крик, а русый весь сжимается от страха. – Если ты меня не любишь, то мог сразу так сказать. На лице у Пешкова лишь отвращение и он поворачиваясь спиной к зеленоглазому начинает неспеша уходить. Ваня хочет пойти за ним, но как только пытается сорваться с места – понимает, что будто бы прирос к земле. Пытается кричать, но не получается. Издаёт лишь жалобный хрип. Он опять беспомощный. Просыпается от своего же крика весь в слезах и поту. В дверь звонят. Бессмертных бросает короткий взгляд на время. Девять часов утра. Рановато как-то для гостей. Парень нехотя встаёт с тёплой, даже душной, кровати и направляется в коридор. Кто-то настойчиво звонит в звонок. Голова раскалывается от этого звука и русый мысленно материт того, кто там стоит. Весь такой сонный и растрёпанный отворяет дверь сразу же замирая. – Привет, Ванюш. – Пешков улыбается так ярко и нежно. Глаза его сияют, а в руках маленький торт. Ваня изумлённо переводит взгляд с торта на гостя. – Привет... – Совсем тихо отвечает он. – А что за повод, к чему торт? На ум не приходит, что же за праздник сегодня. День рождения Серёжи уже давным-давно прошёл, Ванин – ещё не наступил. Годовщина отношений в январе. Вроде все памятные даты вспомнил, а на сегодняшний день ничего не выпадает. – Так я это... – Неловко мнётся в проходе кудрявый. – Я в завязке месяц, праздновать будем. Русый смотрит на него удивлённо, щурится немного. Замечает, что подвоха никакого нет в словах и действиях младшего. На лице появляется глупая улыбка, а в глазах надежда. Старший вмиг бросается на шею кареглазого. Обхватывает ногами его талию и целует, куда попадёт. В щёки, нос, губы. Тот, немного ошеломлённый такой реакцией, пытается удержать Бессмертных и при этом не уронить торт. Русый сжимает кудрявого в объятьях до хруста костей и плачет от счастья. Пешков бережно опускает старшего на пол и смотрит прямо в лицо. – Ванюш, ты чего? Ты плачешь? – обеспокоено спрашивает кудрявый. Ваня в ответ хрипло, но счастливо смеётся. Хватает кареглазого за рукав свитера и, закрыв за ними дверь, тащит его на кухню. Когда немного приходит в себя – становится чуточку стыдно за беспорядок вокруг. Но кудрявый будто не видит. Смотрит в зелёные глаза и улыбается так широко, оголяя не совсем ровные зубы. Садится за стол, а Бессмертных ставит чайник. После – заваривает чай и садится напротив. – Я ж чего тебе не писал месяц. – Начинает рассказ Пешков. – Ко мне Слава приехал и говорит: "мы все за тебя волнуемся, тебе нужна помощь" – Он хмурится пытаясь пародировать голос Бустеренко. – В итоге, я поехал в реабилитационный центр для наркозависимых. Серёжа болтает без умолку, увлечённо рассказывает о своих приключениях, а зеленоглазый внимательно слушает, грея руки об горячую кружку. Смотрит в упор, наблюдает за каждым движением. Глаза вновь предательски слезятся. Русый понимает, что вернулся прежний Пешков. Тот самый, с горящими глазами и глупыми подкатами. С излишней заботой и громким смехом. Теперь всё будет как раньше, как в самом начале. И Ваня счастлив, по-настоящему.