Темные закоулки наших разумов

"Нагито, остановись, прошу тебя!" - Хаджиме, пестря своими остроконечными русыми волосами, что, вопреки ситуации, беззаботно теребились на ветру, бежал к парню, облаченному в яркую, синюю куртку, совсем не соответствовавшую его предпочтениям, но, тем не менее, преданно продолжавшую покрывать тело беловолосого. "Хаджиме, ты тоже здесь, да?" - взгляд безумных, опустошенных туманом, глаз, сардонически взглянул на русоволосого. Беловолосый, не долго думая, сорвался с уголка крыши, запечатлев в воспоминании Хинаты сумасшедше искаженное лицо с небольшим окровавленным пластырем, возле расплывающихся в невменяемой улыбке, губ. "Хаджиме, почему я ещё жив? Я не хочу жить, прошу, отпусти меня, выпусти из своих потаенных углов, я ведь захватил твой разум, ты думаешь, что это нормально? Ты считаешь это здоровым проявлением любви, да? Ты одержим мной, верно? Пусти, умоляю, я не хочу, Хината, не хочу" - слова Комаэды колом пронзили сердце владельца имени, что онемевшими от ужаса руками держался за единственную опору, отрекавшую его ото смерти, а также и за ослабевшую, в пристрастии к готовности умереть, ладонь несостоявшегося мертвеца, что, судя по его поведению, явно не одобрял этот поступок, выжидающе поглядывая едва заметными, слезящимися от огромного потока эмоций, спиралями, в мутные изумруды глаз... "Ты знал, что я люблю тебя, Нагито? Ты ведь знал, ну же, скажи!!! Неужели до такой степени низок в эмоциональном интеллекте, если не заметил это с первой нашей встречи? Ты ведь тоже меня любишь, слышишь? Мы ведь встречаемся, ты помнишь, Нагито? Скажи хоть что-то, умоляю тебя! Ты ведь помнишь, правда?" - чуть ли не заикаясь, выдавливал из себя парень, ошарашенно шарящими по обстановке глазами глядя на владельца имени. Повисла огромная, растягивающаяся на минуты, что казались бесконечными цифрами, тишина. Муторная, заплетающая обоих решётками мороза, тишина, которая буквально разжижала мозг, заставляя биться в мысленной агонии. "Отпусти. Пожалуйста, отпусти меня, не думаю, что в моих последующих словах будет смысл, Хаджиме. Просто отпусти,"- тихо, отводя едва прояснившиеся глаза, Комаэда повис в бездействии, ожидая, пока тот вымотается и в итоге расслабит оледеневшие пальцы. Ему противно. Он испытывает лишь пустоту от того, что влюбились в такое ничтожество, ведь осознаёт, что все старания Хинаты бессмысленны и не имеет значение, обоюдны ли его чувства на самом деле и не являлись ли глупым поступком свойственной в его некоторые периоды, импульсивности. Нет-нет, мысли Нагито совсем не подвержены унынию или просто преувеличены, дабы добавить драматизма. Многим это может показаться слишком едким и глупым, дабы посчитать его анализ и нынешний, неисправимый вердикт, самой настоящей правдой, ведь хотя бы кто-то, имея даже самую мизерную каплю оптимизма, не сможет принять это, не отвергнув каких-либо сомнений. Его жизнь, похоже, и вправду не имела смысла. Жизнь их обоих никогда не имела смысла.