Между меридианами или "Мы не братья! Мы - любовники..."

Gouache – Маленький остров забытых людей POV Bill Я вернулся после вечеринки рано, ещё до того, как Том соизволил появиться. Я не спал почти всю ночь, слушал музыку, сидя на подоконнике в тёмной комнате, курил, ел припрятанные конфеты с чаем, думал постоянно о чём-то. О чём именно я даже уже и не помню. Трюмпер приехал под утро, тихо припарковав свою машину возле дома и бесшумно поднявшись в гостевую комнату, которую мама выделила для него. Только после этого я соизволил покинуть своё любимое место и укутаться в одеяло, наконец, отправившись в мир снов. Только потом я понял, что всё это время ждал возвращения Тома. И думал я только о нём под ужасную депрессивную музыку. Признаться, я люблю себя травить в такие моменты всякими печальными песнями – это позволяет мне чувствовать, что всё не так безнадёжно, как я думаю. Это позволяет мне жить дальше. На следующий день я проснулся к обеду из-за того, что по стеклу барабанил дождь, и вдруг подумал, что как удачно это они затеяли вечеринку. Если бы назначили на сегодняшнее число, то точно бы всё накрылось. И вот теперь, проснувшись и не собираясь выходить из комнаты, словно устроив бойкот самому себе, я стою напротив окна и курю, смотря на то, как рыдают небеса. Я думаю о том, как вчера танцевал Том. Это было красиво, если не считать того, что братец просто выделывался перед Веллером. Это немного бесит, если честно. Я стою так какое-то время, прежде чем дверь открывается. Я не оборачиваюсь, потому что знаю, кто ко мне пришёл. Родители на работе. В доме только я и Трюмпер. - Можно? – спрашивает Том. Я взмахиваю рукой, мол, заходи, и обнимаю себя ею же, затягиваясь. Слышу, как парень пересекает комнату, прикрывая дверь, и присаживается на кровать. - Почему вчера так рано уехал? Я искал тебя под конец, а ты уже дома был, - он фыркает, и я буквально вижу, как он морщится от дыма. Странный человек. Курит сам, но не любит, когда курят другие. - Надоело, - бросаю я. – В этот раз было немного скучно. Парень хмыкает, какое-то время молчит, а потом разваливается на моей не застеленной кровати, шумно вздыхая. Я снова затягиваюсь и выпускаю из себя дым, словно все ненужные эмоции. Хочется есть, но я не решаюсь отправиться на кухню. - Можно вопрос? – спрашивает Том. Я поджимаю губы, почему-то догадываясь, о чём он сейчас спросит. Если Катрин сказала, что я был с Эльмом, то Веллер точно настучал об этом мальчишке Трюмперу. Бесит ещё больше. Ненавижу, когда они лезут в мою жизнь. - Какой? – бурчу я. Парень подпирает голову рукой и смотрит на меня. Я усердно игнорирую его взгляд. - Расскажи мне о том парне, с которым ты вчера был, - просит он. Его голос серьёзный – я шикаю и тушу сигарету о пепельницу. - Просто парень, - открываю окно и морщусь от холодного ветра, окутавшего моё лицо. Том вздыхает и какое-то время молчит. - Если расскажешь, я расскажу тебе свой секрет, - хитро улыбается брат. Я закрываю створки и поворачиваюсь к нему, заинтересованно вскидывая брови. Трюмпер не отвечает, продолжая загадочно улыбаться. - Говорю же, просто парень, с которым я изредка веселюсь на подобных вечеринках, - пожимаю плечами, проходя к креслу, и сажусь в него, вытягивая ноги так, что они достают до кровати, позволяя мне положить их на матрас. Том ложится на спину. - А что там за история с аварией и наркотиками? Я хмурюсь. Значит, этот придурок всё-таки рассказал ему обо всём. Кто его только за язык тянул… - Веллер рассказал? – фыркаю я. – Язык без костей. Том не отвечает. И я тоже молчу. Так проходит минут десять. - Расскажешь? – просит брат. Я откидываюсь на спинку и прикрываю глаза. Наверное, это одно из тех моих воспоминаний, которыми я не хочу ни с кем делиться, но этот «секрет» брата просто сводит меня с ума. Я ведь любопытный до жути. - Нечего рассказывать. Я участвовал в гонке, и у меня отказали тормоза. Врезался в здание, потом очнулся в больнице. Сказали, что повреждён позвоночник. Мне пришлось месяц лежать неподвижно, чтобы восстановить его. Когда впервые увидел свои атрофированные ноги, подумал, вообще ходить не смогу. Потом прошёл реабилитацию и всё, - я снова открываю веки. – Потом мне сказали, что Эльм подбросил мне наркотики и перерезал тормоза. Я замолкаю, смотря на Тома, который прожигает взглядом потолок. - Не общался с ним какое-то время, а потом он сам объявился, - я зеваю. – Просил прощения. Сказал, что задолжал одному парню, а денег не было, чтобы вернуть. Вот его и заставили меня подставить, чтобы я проиграл в гонке. Больше нечего рассказывать. Я смотрю на брата, который какое-то время молчит, а потом говорю: - Твоя очередь. Он вздыхает и прикрывает глаза, словно не ожидал, что я вот так просто расскажу ему всё, и ему тоже придётся выдавать свой секрет. Том поворачивается на бок, затем садится и серьёзно смотрит на меня. Молчит. Я вскидываю брови. - Я… - он прикрывает глаза. – С Тимом начал встречаться вчера. Это был удар ниже пояса. Конечно, я знал, что всё к этому идёт, но чтобы так быстро. Не ожидал, серьёзно. Вообще не ожидал. Знал бы, запретил бы ему звать Веллера вчера с нами. - Ты не ох*ел случаем? – вырывается у меня. Трюмпер виновато вздыхает. - Билл… Я знал, что ты так воспримешь это, но… - Да насрать мне на вас, - морщусь я. – Какого х*я ты сказал, что это твой секрет? Я то надеялся на что-то нормальное, а не на это дерьмо. Я раздражённо подгибаю ноги и перевешиваю их через подлокотник кресла, меняя положение. Том тихо смеётся. - Достал ругаться, - улыбается брат. – Это не было моим секретом. Ты бы и так узнал. Я хотел рассказать тебе другое… Я вскидываю брови и поворачиваю к нему голову, злость тут же исчезает. - И что же? Трюмпер перестаёт улыбаться и вздыхает. Молчит какое-то время. - Я… Я убил человека. Я мрачнею, пытаясь понять, говорит он правду или врёт. Том не смотрит мне в глаза. - Точнее, я виноват в его смерти, - поспешно поправляется он. – Мне тогда было шестнадцать, и я встречался с одним парнем. У нас с ним не ладилось, мы постоянно ссорились, расставались, снова сходились, и в какой-то момент после очередного скандала, когда я собрался уйти от него, он сказал, что если я его брошу, он покончит с собой, - парень замолкает. – Я бросил его. А на следующий день его тело нашли под окнами дома. Он сбросился с крыши. Трюмпер осекается и больше ничего не говорит. Я пытаюсь представить, что он чувствует, о чём думает, каково это, когда из-за тебя лишаются жизни. Пытаюсь, но у меня ничего не получается. Я не знаю, что сказать. - Ты не виноват, - наконец, говорю я. - Я знаю, - он кивает. По-прежнему не смотрит на меня. – Но всё равно не могу забыть тот день, - Том снова молчит. – Ты только не говори никому, не хочу, чтобы кто-то знал об этом, особенно Тим с Катрин. Я поджимаю губы, вздыхая. Мне, конечно, льстит, что Том рассказывает всё сокровенное именно мне, а не Тиму, но всё равно как-то обидно, что теперь между ним и Веллером что-то есть. Я ревную и завидую. Но никогда в жизни не признаюсь в этом даже самому себе. - Знаешь, - я вдруг вспоминаю, что хотел позвать брата на гонку. – Скоро заезд будет, не хочешь покататься? Если, конечно, не боишься мне проиграть. Том смотрит на меня, и на его лице моментально появляется улыбка. - Это тебе стоит опасаться проигрыша, я ведь вчера обогнал тебя, - он усмехается и поднимается на ноги. - Я просто не ожидал этого, - я фыркаю и обижаюсь, отворачиваясь. Том подходит ко мне и хватает за ноги, стаскивая с кресла, отчего я падаю на пол с громким криком. - Пошли завтракать уже! – смеётся Том, и тянет меня за ноги по полу к двери. Я смеюсь, пытаясь ударить его ногой, но у меня не получается. - Пусти, придурок! – с хохотом кричу я. Трюмпер откидывает мои ноги в сторону и весело вскрикивает: - Кто последний, тот проиграет на гонке! – он выбегает в коридор. - А ну стой! Кричу я, вскакивая с пола и бросаясь в сторону двери, выскакивая из комнаты. Не проиграю ему. Не проиграю никогда!