Ошибка

Тиха ночь стояла, словно вечною была она. Освещали эти звёзды сонные те города. Кто не спал, кто-то работал, но был мальчик там один. Ночью он всегда на крышу дома своего ходил. И сегодня как обычно крыша не была пуста. Парень тот смотрел на звёзды, а то было неспроста. Грустным светом освещала его юное лицо Та луна, была что рядом, а быть может далеко. Не было в глазах сомненья, радости иль злости Мальчика, как будто в тело были вбиты гвозди. Он хотел бы чуть поплакать, но уж нет ведь сил. Слёзы все свои тот парень давным-давно пролил. А руки его так тряслись, сказать то так нельзя. "А будет ль это правильным?"—спросил он у себя. "Но кто заметит? Я один, никто и не узнает." Но к сожаленью, он ошибку поздно осознает. Постепенно парень встал, начал идти к краю. Подростка ноги не держали, очень сильно так дрожали. Крыши край уже так близок, подошёл и смотрит вниз. Но потом глаза он поднял и смотрел печально ввысь. В последний раз увидел парень его любимый звёздный свет. Миг прошёл—и вот на крыше никого уже и нет. Лишь секунды остаются до падения его. И останется лишь тело мёртвое там от него. Больше не услышит мама, папа и его друзья Голос мальчика, что только-только прыгнул свысока. "Нужно было это делать?"—проскочила мысль вдруг. "Нет, я вспомнил, обещал же..."—испытал он тут испуг. "Обещал же ей, что буду жить с ней вырасту когда!" "Я подвёл её? Подвёл я? А простит она меня?" Закричал он со всей силы, посмотрел он вниз и вдруг Обнаружил, до земли что есть лишь несколько секунд. Вот закрыл глаза с волненьем и подумал про себя: "Всё, конец...конец так близок...а простит она меня?.." Миг прошёл, но был так вечен. Ночь как будто бесконечна. Тихо на земле лежало Тело парня, не дышало. Больше парня не услышит, не увидит, не обнимет Тот, кто его так любил, правду ни за что не примет... Но лишь тело от него лежит в крови на той дороге. Только звёзды и луна светят ярко, но в тревоге. Теперь он тоже ярко светит где-то в небушке ночном. Может, думает: "Быть может, та ошибка была сном?" Может, он не светит ярко. Может, больше ничего, Ничего уж не осталось от подростка то того...