С тобой и в ад, и к звёздам

      На следующее утро на базе были только я, Оптимус и Рэтчет. Остальные следили за людьми. Рэтчет занимался изучением темного энергона, а мы с братом выносили друг другу мозговые модули в нашем отсеке. В принципе, обычное наше утро. Наша комната разделена на две равные части. Она как бы отзеркалена: по бокам параллельно друг другу располагаются две огромные ниши-платформы (кровати), а над ними такие же ниши-полки, только маленькие, для всякого хлама. Каждая сторона имеет «свою эстетику»: у меня один срач там, где только мои «неважные» вещи. А у Оптимуса разумеется все в порядке, он же пЭрфЭкциОнИст. Итак, наше утро выглядит так: Оптимус — жаворонок, он встаёт очень рано, а я — сова, соответственно люблю спать. И сплю я всегда в форме дракона — это удобно. Но его это не особо волнует, поэтому происходит следующее: — Гроза, подъем! — 30-й раз пытается разбудить меня брат, — Ладно, я пытался, — на 31-й в меня летит что-то, что попадётся под руку. На этот раз это был маленький мячик (разумеется он не будет в меня кидать какие-то тяжёлые предметы😆). Мяч попал мне в голову. — Отвали! Дай поспать. — Вставай давай, по-хорошему, иначе будет по-плохому), — Прайм взял фонарь и начал светить мне в окуляры. — Пошёл в бампер, — я закрылась крыльями. Обычно, после этого он смотри на меня испепеляющим взглядом. — Да встаю, встаю, только не смотри на меня так. — Так-то лучше) — А ещё все думают, что он добренький Прайм, ха ха, — вполголоса сказала я. — Я все слышу, — ответил он, выходя из отсека. — Я знаю, — крикнула ему я.

***

      Мы пошли в главный отсек. Там на Рэтчета напала какая-то фигня. Оптимус убил ее, выстрелив лазером и растоптав ногой. — Вот тебе и доброе утро, — сказала я, увидев все это. Я зашла позже брата. — Сломан окончательно! — сказал Рэтчет, — Но что это за штуковина? — Вот теперь я на 1200% уверена, что это темный энергон, — сказала я. — Но как он оказался на Земле? — спросил Рэтчет. — Его доставил сюда сам Мегатрон, — ответил Оптимус. — Но зачем? — снова задал вопрос док. — Чтобы завоевать планету, собрав армию из бессмертных воинов, — ответил Прайм. — Хахах, ну, Мегатрону придётся переломать целую тонну тостеров. Нет, все в этом мире. Где он найдёт столько погибших воинов? — посмеялся Рэтчет. В этот момент приехали люди и автоботы. Им было весело. — Автоботы, приготовьтесь… — Оптимус не договорил фразу, посмотрев на людей. — К выезду? — спросила Арси. — Оставайтесь здесь, — ответил он, — Рэтчет, пойдёшь со мной и Грозой. Арси, какое-то время мы будем вне зоны доступа, поэтому ты — за главного. — Оптимус, при всем уважении, быть телохранителем — это одно, а нянькой другое. К тому же Рэтчет не был в боях с самой войны, — ответила Арси. — Мои свечи могли заржаветь, но мой слух такой же острый, — ответил недовольный док. — Послушай, Арси, это всего лишь разведка, — успокоил ее Прайм. — Тогда почему ты так обеспокоен? — спросила его она. — Арси, за последние сутки многое изменилось. И мы должны привыкать. Рэтчет, включай мост. Мы ушли.       Мы прибыли в огромный безжизненный каньон. — Оптимус, что мы хотим тут найти? — спросил Рэтчет. — Это самое большое поле боя Кибертроне в этой галактике, — ответил Оптимус. — На Земле? Наверное ты шутишь, — сказал Рэтчет. — Ты помнишь период в начале войны, когда обе стороны начали прятать свои запасы энергона вне нашего мира? — Конечно, именно поэтому энергон есть на планетах, вроде вот этой. — А ещё по этой причине наши битвы переместились на другие планеты, вроде этой. Я боюсь, что память Мегатрона оказалась такой же долгой, как наша история, — сказал Оптимус. Мы дошли до «кладбища» мертвых десептиконов. Увидев это, док сказал: — Мне впервые в жизни хочется, чтобы ты ошибался, Оптимус… В этот момент над нами пролетел Мегатрон и Намари в форме дракона. — Ооо… Добрый вечер… я диспетчер… — негромко и очень недовольно сказала я. Они приземлились на скалу, трансформировавшись в десептиконов. — Праймы, как дела?) Вижу вы привели Рэтчета?) А я-то был уверен, что он давно ржавеет где-то на свалке. Погодите, ты… нет, ты… кто из вас кто? — Грустно, когда за столько лет вас перестают различать, — сказала я. — Почему бы не пригласить его вниз, для разговора, — Рэтчет был готов пойти в бой. — Я знаю, почему ты здесь, Мегатрон, — сказал Оптимус. — Меня это не удивляет, Оптимус. Тем более, что мы с тобой долгое время были друзьями. Но твое время подходит к концу! — Мегатрон достал ТЕМНЫЙ ЭНЕРГОН. И вбил его в землю к мертвецам. К слову: мы с Мегатроном были врагами с первых секунд знакомства. Всегда ненавидели друг друга. Похоже не зря. Кристалл энергона пробил землю и по ней пошли трещины. Я сразу же трансформировалась в дракона. Ну и сказать, что я испугалась — ничего не сказать. ЭТО ЖЕ ТЕМНЫЙ ЭНЕРГОН! — Мои воины, восстаньте! — крикнул Мегатрон. Сам он тоже засветился фиолетовым цветом. — Что происходит? — спросил Рэтчет. Все десептиконы, лежащие в земле, как зомби восстали из мертвых. — Узрите всю силу темного энергона! — говорил Мегатрон. — Ну всю ты ещё не видел и, надеюсь, не увидишь… — пробормотала я. Воины пошли на нас.