Payaso blanco

      — Ты бы не хотел остаться? – спросила я, стоя у входа в шатер, и глядя на то, как Маркус складывал вещи в чемодан, лежащий на кровати. Ему повезло, он освобожден.       Мой шанс на другую жизнь растворился на глазах, исчез, когда Тиффани озвучила кого к себе в цирк забирает Дебуа.       — Очень хороший мальчик, я бы даже сказал прелестный. – улыбнулся худой мужчина с зализанными назад волосами. Повернулся, посмотрел на Маркуса и облизал губы. Я с ужасом осознала, что этот мистер смотрел на Маркуса не как на мужчину.       Маркус скрутил пару носков в валик и уложил у стенки чемодана.       — Меня здесь ничего не держит. – задумчиво ответил он и кинулся обратно к шкафу. Повисло молчание. Показалось, что он понял, что сказал не то и думал как выкрутиться. Его слова обидели меня, но не принесли боли. Я просто ещё раз убедилась, что он никогда меня ни во что не ставил.       — В смысле… Пойми, что наши отношения не перевешивают мечты всей моей жизни. Ты ведь меня понимаешь? – Маркус остановился и взглянул на меня.       — Да… Удачи тебе там.       Маркус улыбнулся:       — Спасибо. Надеюсь, что в скором времени мы встретимся, но уже не здесь, а в Париже или где-то в другом прекрасном месте.       Я улыбнулась в ответ. На глаза навернулись слезы, в горле встал ком. Маркус раскинул руки в стороны и, подойдя, заключил в объятия.       Проводила его до машины. Он сел за руль, стал сдавать назад. Я вскинула руку, помахала раскрытой ладонью. Он улыбнулся, помахал мне в ответ и нажал на газ. Мотор заревел и машина двинулась вперёд по дороге. Я проводила его взглядом и ещё долго смотрела на горизонт, утопая в своих горьких мыслях. Мечта, после биения в агонии, умерла на моих руках и оставила меня одинокой вдовой. Слезам все-таки удалось прорваться наружу и горячие капли одна за одной стали сказываться по моим щекам и капать на синюю длинную рубашку.       — Мне жаль. – прозвучал голос рядом со мной. Я вздрогнула от неожиданности. Смахнула слезы, скрестила руки на груди и повернулась. Это был Джей. Он смотрел вперед, засунув руки в карманы.       — А мне нет. – я улыбнулась. Брови Джея взметнулись вверх, он повернул голову и удивленным взглядом посмотрел на меня. — У меня изначально не было шансов…       Джей меня перебил:       — Ты отлично выступила, я видел. Не знаю почему он выбрал этого придурка…       — Он гей.       — Маркус?       Я закатила глаза:       — Да нет, этот Дебуа.       Джей захохотал и меня тоже пробило на смех. Мы стихли только тогда, когда на горизонте появилась Дженни, в длинной розовой рубахе, с корзиной мокрого белья в руках. Заметив, ее мы успокоились. Я повернулась лицом к Джею, к ней спиной. Коснулась кончиками пальцев губ, на которых закаменела улыбка.       Проходя мимо, Дженни сообщила Джею, что Стэн ждет его у себя в трейлере.       — Интересно, что от тебя нужно Стэну?       — Не знаю. – пожал плечами Джей. — Надеюсь хочет дать премию.       Я усмехнулась:       — Надейся. Я работаю здесь уже много лет и ни разу не держала в руках больше чем пятьсот долларов. Стабильность.       Джей улыбнулся и медленным шагом двинулся в сторону шатров. Я почему-то последовала за ним, хотя мне нужно было к Тиффани.       — Это неправильно. Я поговорю с ним. – заверил Джей. Он говорил так словно имеет какое-то влияние на этого чопорного и скупого человека.       — Никто не в силах с ним договориться, а ты, мистер реквизитор, сможешь договориться?       — Я договорился о твоем возвращении, думаешь у меня возникнут проблемы с надбавкой?       — Спасибо, Джей. Знаешь, - мы остановились. — А ты и не такой уж плохой, как я думала.       Джей опустил взгляд на мои губы и, не отрываясь, усмехнулся:       — Я плохой, просто не по отношению к тебе.       Я переминулась с ноги на ногу. Между нами повисло молчание. Он облизал пересохшие губы и потянулся к моему лицу.       — Джей! – раздался крик Глории. Мы тут же отпрянули друг от друга. Сердце ушло в пятки. Я почувствовала, как щеки залились краской. Не хотелось, чтобы Глория видела меня такой и повернулась спиной, устремляя взгляд на кроны деревьев.       Джей засунул руки в карманы, переминулся с ноги на ногу и, касаясь кончика, шмыгнул носом.       — Что? – крикнул он.       Я все ещё пыталась прийти в себя. Эмоции застлили мой разум, и я в состоянии помутнения чуть не совершила ошибку. Поцелуй стал бы началом чего-то нового и неизведанного, скорее плохого, чем хорошего. Мое существование и так было дном, ещё дальше падать не хотелось. Даже если света впереди не видно, это не повод срываться с цепи и становится уводящей парней подруг сучкой.       — Рейк тебя ищет! Я сказала, что бы он ждал у тебя в шатре!       — Хорошо! Иди! – раздраженно крикнул Джей, всплеснув руками. Глория нахмурилась, скрестила руки на груди:       — Не кричи на меня! Тоже мне нашелся! – она развернулась и двинулась в свой шатер. — Я не твоя секретарша, милый!       — Ты что, ахренела?! – закричал Джей. Я вздрогнула от неожиданности. Уставилась на него во все глаза, удивляясь такой резкой перемене в его поведении. — Подойди, Глория! Иди сюда, я сказал!       Джей двинулся к шатрам. Перед входом в свой Глория крикнула ему в ответ:       — Пошел ты!       — Что-о-о?! Не выводи меня, Глория! Ты мне уже второй день мозг выносишь!       Лицо Глории появилось между шторок:       — Как можно выносить то чего нет?!       Джей перешёл на быстрый шаг и влетел в её шатер. Я была в смятении. Жестокость Джея не так удивила меня, как грубость Глории, которая недавно просто расстилалась перед ним. Что же могло произойти за такое короткое время, что между ними образовалась настолько сильная ненависть?       — Придурок уже уехал? – обратилась ко мне Кэсси. Она стояла, облокотившись на балку у летней кухни. Оказывается, она, как и я стала свидетельницей этой громкой сцены.       — Если ты под придурком подразумеваешь Маркуса, то да, он уехал. – ответила я, идя по тропинке к кухне. Кэсси села за стол и взяла с тарелки яблоко. Я прошла к шкафчикам, открыла нижние в поисках чего-то съестного.       — Осталось дождаться, чтобы эти крикуны уехали и тогда моя мечта исполнится, и я наконец избавлюсь от все-е-ех своих бесячих знакомых. – раздался хруст, затем чавканье.       — Ты в курсе почему Глория будто с цепи сорвалась? – спросила я, бегая взглядом по полкам с крупами.       — По-моему она всегда была такой – истеричкой. – пережевывая, ответила Кэсси. — Я не вижу разницы: что до этого странного торчка, что после.       — Почему сразу торчка?       — Потому что он имеет какие-то дела с Рейком.       — И что с того? – я одной рукой облокотилась о столешницу, а вторую уперла в бок. Со спины не было видно самодовольного лица Кэсси, но по интонации ее голоса понятно, что она недолюбливает всех без исключения. Возможно и я в этом списке.       — У Рейка всегда нос чешется и весной, и осенью, и зимой. Он постоянно его касается и шмыгает, шмыгает. Ты не замечала?       — Нет.       Кэсси всегда преувеличивала все в силу своей нелюбви к людям, так что ее слова я не восприняла в серьез и списала на обычные предрассудки. Рейка я знала давно, он никогда не производил впечатление наркомана, тем более при нашей работе быть таковым трудно. Если кто-то из верхушек заметит отходящее от нормы поведение, то тут же выгонит. Человек под куполом и с галлюцинациями это не самая хорошая идея для шоу.       Из шатра Глории вылетел разгоряченный Джей. Он быстрыми широкими шагами направился к себе в шатер, по пути достав сигарету из пачки и засунув меж губ.       — Ну все. Вот и закончилась прекрасная история любви, а я так надеялась впервые в жизни побывать на свадьбе в цирке. А что? Всё одно представление.       — Кэсс, ты ворчишь как бабка. – улыбнувшись, подметила я.       Девушка махнула рукой:       — Зато не попадаю лишний раз в передряги, мои нервные клетки сохраняются, а значит в старости я не буду как вы нести чепуху и расхаживать в шапочке из фольги.       Я рассмеялась.