Дары Волхвов

***

Это не любовь, в привычном понимании. Это мания, притяжение, стойкое желание защищать. Такемичи стоит среди своих, с гордо поднятой головой. Он не позволит своим людям пасть духом. Не сейчас, не тогда, когда конец этого запутанного клубка так близок. Это не трепет, когда бабочки в животе — это тревога. Майки смотрит глазами полными тьмы, совершенно без ожиданий. Этого взгляда не было даже на том фото, что затерялось в сознании Такемичи. В голове началась мешанина. Майки был разным. Он был «Манджиро», был Дракеном, Шиничиро, был Баджи, Изаной, даже Эммой он успел побывать. Такемичи помнит его разным, настолько, что Сано уже стал неотделим от каждого. В груди тяжело и пусто одновременно. Перед глазами плывёт, но несмотря на это, тело удивительно лёгкое. Вина, что гложила, ненависть, что клокотала и отчаяние что губило, ничто не ушло, но Майки уже и не Майки. Ещё не «Глава Бонтен», но уже не Глава Томана. Такемичи уже не имеет права отступать, а потому бежит впереди. Руки не дрожат, когда они встречаются глазами. Манджиро был особенным человеком, дружба с ним — золото, лёгкий аромат выпечки и крови, всё равно что смирна и ладан. Такемичи ощущал такое только в объятиях Хины, тёплое чувство хотелось защитить, но что-то мешало. Если их история не закончится здесь, Такемичи продолжит идти вперёд. Не важно, что кости ломаются. Что сознание повреждается. Он впервые в жизни был не только решителен, но и жив. По настоящему жив.

***

Такемичи плакал. Снова плакал, слабый и немощный, но победитель. Лбом прижимался ко лбу Майки, лежащего под ним. Оказывается, Сано так легко понять. Такемичи с самого начала был один, его судьба была предрешена, он смирился. Но Манджиро нет. Он имел дом, любящую семью, силу и друзей, что делят с ним своё будущее. С потерей трудно свыкнуться. Взгляд, пустой и безжизненный не изменился, сломанный нос был немного в бок, губа разбита. Такемичи над ним выглядел не лучше, держался за бок, возможно сломано ребро, он успел уже выплюнуть пару задних зубов, а глаз заплыл. — Хватит… — Слово вылетает с неожиданным свистом и Такемичи начинает кашлять, практически ложась на Майки. — И тебе, тоже хватит. Я дал вам всё, не так ли? Так, за что ты так поступил со мной? — Я хотел спасти тебя. Ты просил спасти тебя… Майки задрожал, укладывая Такемичи на землю рядом с собой. Они лежали словно мёртвые. Смотрели друг на друга слушая вдалеке звуки сирен.