За дверью завтрашнего дня

Думал ли кто-то, что когда-нибудь миру придёт конец? Вряд ли люди хоть раз допускали подобную мысль у себя в головах, уповая на чудо, которое защитит их от всех и вся. Однако, вопреки бешеной веры, привычный уклад жизни всё же нарушился, и весь мир покатился в глубокую бездну смерти и проклятия. Никто не был готов к тотальным изменениям существования, но Судьба — жестокая штука — она не спрашивает, чего ты хочешь и чего ждёшь. Всей вселенной в экстренном порядке пришлось перейти в режим выживания, дабы спасти свои жизни от ужаса, последствия которых можно было предотвратить, если бы только получилось заметить неладное чуть раньше. Всё могло бы быть по-другому… Понервничать стоило уже в тот момент, когда государственные лаборатории начали работу над очередным грандиозным проектом. Желая найти возможность излечить бедных людей от рака, учёные создали то, что так быстро и стремительно погубило всё живое. Конечно же, они изначально не знали, к чему приведёт так называемое «спасение от смертельной болезни», и начали тестировать своё творение на больных стариках. Рак и правда отступил, как и все другие имеющиеся болезни, даже если те считались совершенно неизлечимыми, но, как оказалось, под удар попадали клетки мозга, которые нарушали своё функционирование, и подопытные буквально сходили с ума. В прямом смысле слова. Безобидные старики и старушки начали проявлять наисильнейшую агрессию, пытаясь нападать на персонал, словно дикие звери на свою добычу. Их приходилось насильно привязывать к больничным койкам и наглухо запирать палаты, чтобы обеспечить безопасность всем пребывающим в лаборатории. Пока учёные боролись с внезапно обрётшими бешеную силу подопытными, некоторых успели зверски покусать. Этих специалистов тут же поместили в карантинную зону, ведь непонятно, что в составе слюны монстров, в которых превратились ранее совершенно безобидные люди. Исследователи не сразу, но поняли, что вместо лекарства от рака создали мощное биологическое оружие массового поражения. Данный день условно начали считать первым от начала апокалипсиса, остановить который никто так и не смог. Военные очень быстро узнали о необычном эксперименте и заинтересовались им в своих стратегических целях. Страна, имеющая в руках такое мощное биологическое оружие, автоматически становится королём на всём континенте, победителем в любых военных операциях и нападениях извне. Представители государства предложили за формулу и все произведённые вакцины баснословное количество денег, такие цифры обычным исследователем данной лаборатории только в самых мечтательных снах виделись. Конечно, все согласились, несмотря на протест со стороны главного учёного, под чьим руководством разрабатывалось сие творение. Он считал, что нужно было проследить за проявлениями нового сильнейшего вируса, но никто эту затею не поддержал и посчитали безопасным как можно скорее избавиться от подопытных и всего, что связано с этим исследованием. Проще вернуться к разработке того, на что был нацелен проект. Все так и сделали в тот же день, но главный учёный продолжал исследовать подопытных, которых тайком перевёз в подвальное помещение. Он пытался найти ответ на вопрос: что же происходит с мозгом людей, подвергшихся введению вакцины? До последнего представитель науки считал, что клетки просто перестраиваются и в дальнейшем будут функционировать гораздо лучше, перерождаются, так сказать, пока вдруг не осознал, что дело совсем в другом. Мозг не обновляется, он просто умирает, а люди продолжают существовать в качестве сильных, агрессивных монстров, мечтающих сожрать всех подряд. Ошарашенный своим открытием, учёный поспешил навестить своих укушенных коллег, но людей там уже не было, остались только монстры, жаждущие плоти и крови. Мужчина так и не смог спастись и предупредить военных. Грузовик с перевозимым вирусом мчал на базу на всех порах, военным не терпелось приступить к созданию и совершенствованию вируса в своих высокотехнологичных лабораториях. Груз сопровождало несколько учёных, которые должны были следить за сохранностью вакцин. Один из них слишком резко напал на водителя, кусая его прямо в шею, от чего тот потерял управление, и машина перевернулась. Учёный оказался укушенным, но тщательно это скрыл, считая, что в карантинной зоне ему не место, и ничего страшного не произойдёт. Но это было даже не самое страшное. Все колбы с вирусом разбились и содержимое распространилось в воздухе, заражая всех в округе. Так появились они…первые зомби…

***

Если спросить Агату о её первом дне в другом уже мире с новыми условиями, она определённо скажет, что это самый ужасный день в жизни. Даже ежедневные ссоры с тётушкой в сравнение не идут с тем, что теперь стало со всем живым. Девушку апокалипсис застал не в самом подходящем месте, в чёртовом институте, который та терпеть не могла. Каждый спасался, как мог, люди бросали друг друга в беде, и она могла бы, но Аннет учила её оставаться человеком, поэтому Харрис помогла нескольким своим одногруппникам, одному даже жизнь спасла. С этого момента они держались вместе, а потом нашли группу выживших, во главе которых стоял один из военных, пытавшихся эвакуировать мирных жителей. Ох и много же тогда людей стало жертвами кровожадных зомби. С этого дня Агата стала частью группы людей, заменивших семью, ведь девушка больше не знала, что случилось с её близкими. Может, их эвакуировали, а может и зомби настигли, заставив присоединиться к ним в качестве сородича. Но Харрис предпочитала думать, что они нашли свою группу выживших и скоро она обязательно встретится со своими родными. А пока девушка жила обычной для нового времени жизнью: помогала в хозяйстве более старшим женщинам, выживала и наслаждалась каждым прожитым днём, ведь в любой момент он может стать последним. На вылазки Агата ходила крайне редко, благо было кому делать это. Ульрик доверял выходить в опасную область лишь проверенным людям, остальные строили быт на базе, в качестве которой взяли школу и всю прилегающую к ней территорию. Убрать всех зомби на территории будущей базы было сложно, но со всем военным арсеналом, которое имел у себя Ульрик, всё получилось. Мёртвых оттаскивали за школу и там сжигали, чтобы не дай бог зараза не распространилась среди выживших. Всё это кажется делом пяти минут, однако, операция по зачистке затянулась на несколько месяцев, только после этого люди смогли спокойно обустроиться и не бояться за свои жизни. Ульрик был прекрасным лидером, заботился о интересах каждого, кто доверил ему своё существование, поддерживал мир и покой на базе. Все важные вопросы решались посредством всеобщего голосования, учитывался голос каждого члена группы. То же касалось и преступлений (такое тоже бывало): провинившихся представляли всеобщему суду, и что делать дальше решал весь коллектив, а не один человек, считавший себя уполномоченным в этом. Перед тем, как отправляться на вылазки, также собирался «совет», где решалось, кто пойдёт и за чем, нужно было только самое необходимое, на ерунду типа комиксов и развлекательных штучек никто тратить время не будет. Последняя группа, вышедшая в город, так и не вернулась, хотя прошло уже больше десяти дней. Выжившие совсем отчаялись и смирились с тем, что их друзья уже мертвы или же обращены в ходячих мертвецов. Все считали, что первый вариант куда лучше, чем стать зомби. И вот на очередном собрании лагеря Ульрик решал, кто заменит павших «солдат» в таком нелёгком деле, хотя бы временно, пока он не обдумает как следует, как правильнее будет поступить. Военный был очень мудрым человеком, Агата предпочитала прислушиваться к его советам и указаниям, но то, что он сказал в завершении собрания, повергло её в шок. — Сегодня на вылазку пойдут Агата и Александр, всё необходимое я написал в списке. Агата, занимавшаяся в данный момент рисованием в своём потрепанном блокноте, выронила всё к чёртовой матери. Вылазка с Александром — самый страшный сон, нет, кошмар, который только мог посетить её за всё время пребывания в лагере. Она ненавидела Нильсена всеми фибрами души, даже несмотря на то, что тот был сыном Ульрика, которого девушка очень уважала. Сын совершенно не был похож на него, не хватало серьёзности и ответственности, что создавало отвратительное первое впечатление. Харрис готова была идти с кем угодно, даже с Эллиа, который домогается её при любом удобном случае, только не с этим напыщенным, высокомерным индюком (таким считала его Агата). Алекс, к слову, тоже не питал к одногруппнице особой симпатии, так и норовился задеть посильнее своими колкими фразочками, только вот Агата всегда находила, что ответить в таких случаях. И обычный обмен гадостями превращался в серьёзную стычку, которую остановить можно было только сторонним вмешательством. — Я не пойду с ней на вылазку, — Александр возмутился моментально, будто был готов к тому, что так и произойдёт, хотя отец никогда не обсуждает свои решения только с ним одним, всегда это достояние общественности, и никак иначе. Их осталось слишком мало, и жить нужно правильно и слаженно, без каких-либо заговоров и бунтов. Нильсен предпочитал лишний раз не пересекаться даже с Агатой, не то, что провести несколько часов вместе на вылазке. Это было уже слишком для его испорченных этой бестией нервов. Никто так искусно не выводил его из себя, как дьяволица Харрис. — Она же девчонка, слабая и бесполезная, только обузой будет. — Не забывай, что эта слабая и бесполезная девчонка спасла твою задницу, когда ходячие загнали в угол, дурень, — Агата знала, что Нильсена просто безумно бесит, когда она вспоминает тот дурацкий случай. Девушка действительно спасла его от пары ходячих, которые напали на парня одновременно, и тот чисто физически не мог отбиться. Харрис не упускала возможности напомнить Александру об этом, дабы он сильно не выпендривался. — И вообще, кто сказал, что я хочу идти с тобой? На твой визг сбегутся все зомби с округи, оно мне надо? Агата и Александр буквально метали молнии друг в друга своими ненавидящими взглядами, некоторые даже немного занервничали, приготовились останавливать очередную перепалку между этой невыносимой парочкой. На самом деле половина лагеря считали, что из них получилась бы прекрасная пара, стоит только сесть и спокойно поговорить, узнать получше такие разные характеры и прийти к какому-то миру что ли. Но, к сожалению, не получается так, как хотят остальные. Харрис явно источает только неприязнь в сторону Алекса, а тот утверждал, что завести отношения с такой психопаткой, как Агата, рискнёт только зомби, и то только потому, что у него мозг прогнил до самого основания, иначе бы партии для девушки вовсе не нашлось. Когда-то за это Нильсен получил ботинком по голове (Харрис просто бросила в него то, что оказалось под рукой). — Хватит страдать ерундой! — Ульрик оборвал конфликт на корню, ему уже порядком надоели все эти стычки, словно здесь детский сад. Но это не так, люди пытаются выжить, и останавливать двух спятивших детей никто не изъявляет желания. — Вы взрослые люди! Рейчел нужны лекарства, у нас всех заканчивается запас воды и еды, мы экономим на всём! — Ульрик хотел, чтобы эти двое уже, наконец, научились ладить друг с другом, именно поэтому образовал из них партнёров на вылазку. — Подумайте, наконец, о других! Начните уже работать на благо группы! Заканчивайте этот детский сад, да поскорее! У вас двадцать минут, чтобы приготовиться к вылазке, в противном случае я вышвырну вас за ворота силой! Ульрик был непреклонен, и оба это понимали, им оставалось только смириться с решением лидера и отправиться собираться в город. В конце концов что Александр и Агата не смогут пару часов потерпеть общество друг друга? С трудом верится, но выбора у них нет. Придётся попытаться не убить друг друга в этой вылазке, хотя соблазн явно очень велик.

***

Всё оказалось не так плохо, как все мы могли бы подумать, Александр и Агата вполне себе сработались, даже пару раз перекинулись рабочими фразами, но взаимодействовали исключительно лишь по делу. Скорее всего им понадобится слишком много времени, чтобы привыкнуть друг к другу, но, возможно, когда-то у них получится наладить хоть какие-то сносные отношения. Харрис даже не знала, почему этот парень так раздражает её, в институте он слишком много выделывался, за ним бегали все девчонки, но это же явно не повод ненавидеть человека так яростно? Нильсену не нравился характер девушки, слишком уж сложным он был, если бы не эта помеха, скорее всего перед ним бы стояла довольно милая девушка, а не дьявол во плоти. К счастью, их вылазка подходила к концу, они успешно справились, вели себя тихо, нашли почти всё из списка, но самое основное наполняло рюкзаки выживших. Агате уже не терпелось вернуться и запечатлеть некоторые виды на бумагу, уж очень они врезались в её творческую девичью память. Но Александр решил поискать на свою задницу приключений, а именно: пойти на военную базу и отыскать там склад с оружием, о котором случайно проговорился отец. Только Вот Агата не была готова к этому походу, никакого желания ввязываться в неприятности, абсолютно никакого. Но, несмотря на свою явную неприязнь, девушка почему-то думала о том, как бы не пришлось снова спасать этого дурня от неприятностей, только поэтому она шла сейчас за ним и пыталась отговорить от необдуманных действий. Только вот Алексу было абсолютно плевать на все уговоры, он непреклонно шёл к своей цели, и Харрис это начинало жутко подбешивать. — Александр, мать вашу, Нильсен! — Что ты пристала ко мне, Харрис? — Александр не убавлял шага, спеша к военной базе, он хотел управиться до заката, а если там окажутся ходячие, потребуется чуть больше времени. Чем раньше он будет там, тем лучше. Только вот надоедливая девчонка всё верещала со всех сторон, утверждая, что тот совершает ошибку. Но Нильсен-то точно знает, что поступает правильно, на благо их группы, как и наказывал отец. — Я что прошу тебя идти со мной? Если трусишь перед ходячими или боишься разгневать моего отца, вали домой и скинь ответственность на меня! Ты мне не нужна здесь, только под ногами будешь путаться! После таких острых слов вполне логичным и справедливым было бы пойти домой, оставив Александра со своими причудами наедине, но Агата почему-то последовала за ним. Она сама не понимала, почему поступила именно так, но ноги сами вели за парнем навстречу неприятностям мирового масштаба. Девушку задело заявление о трусости? Поэтому она поддалась на провокацию Нильсена? Вполне возможно. Они шли молча, и обоих это устраивало, только вот Харрис не покидало странное предчувствие скорой неудачи. Хотя скорее всего она надумывает, ходячих ведь на горизонте не было. Кстати, данное явление тоже было подозрительным, за время вылазки им встретилось от силы пять-шесть особей, которых они с Алексом благополучно по-тихому обошли. До базы дошли очень даже быстро, Александр подумал, что такими темпами они очень быстро вернутся домой, да ещё и с таким количеством припасов. Отец точно будет доволен и увидит, что он не только ерундой может маяться. Агате по-прежнему идея ой как не нравилась, но она больше не пыталась отговорить Нильсена, это бесполезная трата времени, уж кого-кого, а её он точно слушать не будет. Уж слишком много ненависти между ними стоит, столько же её скопилось в каждом их них. Алекс радовался как ребёнок своей находке, да ещё и тихо было вокруг, просто лучший день какой-то за всю историю апокалипсиса. Только вот слишком рано парень почувствовал безопасность в этом кишащем мертвечиной городе, и сделал это на самом деле зря. Подвох есть везде, только разгадать его бывает крайне сложно. Стоило Александру только ступить на территорию военной базы, как тут же со всех сторон послышался вой сирены, своего рода сигнализация против вторжения любопытных людишек. Только вот слишком странно всё это было. С начала апокалипсиса прошло уже больше года, как сирена могла ещё работать? Неужели на базе всё осталось вполне сохранным? В это было трудно поверить, но факт оставался фактом, она работала и привлекала внимание ходячих. Они сбегались на звук со всех сторон, отчаянно пытаясь найти источник шума. Всё было не слишком плохо, Александр и Агата всё ещё могли тихонько уйти и затаиться где-то, пока всё это не успокоится. Если бы их не заметили… — Чёрт! Чёрт! Чёрт! Валим от сюда, Харрис! Агата и Александр со всех ног понеслись в противоположную от ходячих сторону, надеясь скрыться от них как можно скорее. Но мертвецов это привлекло только больше, потому началось яростное преследование. Зомби были довольно быстрыми и энергичными, а когда в поле зрения попадала добыча, еда, они активизировались вдвойне. Харрис бежала за Алексом, надеясь, что тот знает, что делать, что он выведет их отсюда живыми и невредимыми, но от этой погони можно было ожидать чего угодно. Как говорится, надежда умирает последней. Агата лишь молилась, чтобы не умереть вместе с ней этим прекрасным летним днём. Мёртвые, идущие на звук сирены, встречались им в каждом квартале, завидев потенциальную жертву, они меняли своё направление и присоединялись к орде преследователей. Они тащились со всех углов, со всех переулков, пытаясь схватить двух выживших, напав внезапно сбоку или спереди, выбивая из колеи. Агата бежала, стараясь не думать о том, что позади целая толпа мертвецов гонится за ними, чтобы сожрать, разорвать на мелкие кусочки. Александр был полностью растерян, однако, не переставал бежать, попутно глазами ища место, где можно спрятаться вместе с Харрис. Когда-то она и правда спасла ему жизнь, пора возвращать долги, чтобы у девчонки больше не было повода подначивать Нильсена этим фактом. Времени совсем не оставалось, ходячие сбивались в кучу просто отовсюду. Город полностью заполонили мертвецы, хотя пару минут назад это было тихое, спокойное место. Шум сирены разбудил спящих днём зомби, и теперь Агата и Александр медленно и верно двигались навстречу погибели. Трупы окружали выживших со всех сторон, зажимая в кольцо, перекрывая все возможные выходы из этой западни. Шансов выжить уже не оставалось, и ходячие сожрали бы их в один момент, если бы Харрис не заметила маленькую кафешку, притаившуюся среди заброшенных домов и переулков. Дверь в неё, по счастливой случайности, была открыта. Это был единственный шанс спастись. Либо туда, либо в пасть к мертвецам. — Алекс, сюда! Скорее! Доверившись Агате, Александр последовал за ней к старой, полуразрушенной кафешке, чтобы скрыться от погони. Забежав в здание, они тут же захлопнули за собой дверь, девушка для большей безопасности закрыла её на защёлки сверху и снизу, зомби, конечно, тупые существа, но мало ли что может произойти, нужно быть готовыми ко всему. Стоило ей закончить, как ходячие начали ломиться в закрывшуюся дверь, разрываясь в истошном вопле. Харрис от неожиданности отступила назад, нельзя скрывать тот факт, что она испугалась, да это было и очевидно. Нильсен ощущал, как бешено стучит его сердце, вот-вот выпрыгнет из груди. Ещё бы чуть-чуть и они оба простились бы с жизнью. — Ты…придурок, Нильсен! — Агату охватывала необузданная ярость, первым и самым заманчивым вариантом было выставить парня за дверь к мертвецам и по-тихому свалить, пока его будут заживо сжирать. Но это был лишь секундный порыв, вызванный необдуманными решениями Александра. Потянул же его чёрт на эту военную базу, сейчас бы уже были на подходе к лагерю, а не прятались по заброшкам от орды мертвецов. Харрис хотела бы сейчас сидеть в своей комнате, рисовать и не думать о том, что в любой момент к ней могут ворваться ходячие и сожрать за несколько считанных секунд. Во всём был виноват чёртов Нильсен, так сильно мечтавший показать отцу, что он не бесполезен. — Хотя бы раз ты мог послушать, что тебе говорят? Из-за тебя мы теперь застряли здесь чёрт знает на какой промежуток времени! Ты доволен? Нашёл оружие? Ты идиот, Алекс, просто болван! — Хватит верещать, Агата, ты привлекаешь внимание мертвецов, — Александр не желал спорить с девушкой, возможно, потому что в глубине души прекрасно понимал, что она оказалась права. Они здесь из-за его неосторожности, но это не повод опускать руки и орать, собирая вокруг здания ещё большее количество ходячих. Нильсен был хорош в логическом мышлении, именно поэтому отец иногда прислушивался к его словам, когда они имели хоть какой-то здравый смысл. Ульрик запретил сыну следовать на военную базу, и, как оказалось, не зря. Однако, теперь Алексу нужно найти выход, придумать, как им с Агатой выжить, а потом и выбраться отсюда. — Сейчас тебе нужно успокоиться и мыслить логически, вернёмся домой, можешь орать на меня, сколько влезет. Сейчас мы с тобой найдём, чем можно загородить все окна и подопрём на всякий случай дверь, после этого осмотримся. Кафешка маленькая, если бы тут были зомби, мы бы их уже заметили, ну, или они нас. Но для безопасности всё равно стоит всё проверить, неизвестно, сколько дней нам придётся здесь провести. Агата усмехнулась, как вообще он может говорить ей успокоиться, это вообще возможно в подобной безвыходной ситуации? Но девушка не стала больше ничего говорить, начала искать, чем можно загородить окна. К счастью, скатерти на столах были вполне подходящими, через них было совсем не видно, что происходит внутри кафе. Дверь подпёрли кухонным шкафом, он полностью перегораживал проём во всю длину, ребятам показалось это самым надёжным вариантом. Половина посуды по дороге выпала из шкафчика и побилась, но кому она теперь нужна? Это кафе больше никогда не заработает в прежнем режиме, какой прок от пары тарелок? Главное, что теперь выжившие чувствовали себя здесь хоть немного в безопасности. Осматривать помещение Агата и Александр договорились вместе, так спокойнее им обоим. Девушка делала вид, что ей совсем не страшно, но это было не так. В данной ситуации она предпочитала, чтобы Алекс находился рядом, пришлось спрятать свою лютую ненависть глубоко-глубоко, хотя бы до того момента, как они вернутся домой. Уж тогда-то Харрис устроит ему разнос по полной программе. Осмотр не занял много времени, Агата даже удивилась, как это она сразу не узнала кафе, принадлежащее её тётушке. Девушка проводила здесь много времени, помогая Аннет, но в состоянии аффекта почему-то не узнала помещение совсем. Напоминанием послужила их общая фотография, висевшая на стене за стойкой. В этом была вся тётушка, она любила свою племянницу, как никто другой. Агата подошла к фотографии, чтобы немного поностальгировать, Нильсен лишь махнул на это рукой, у девчонок свои причуды. Харрис расслабилась, вспоминая прекрасные деньки, но всегда необходимо находиться начеку. Внезапно из-за стойки послышалось шевеление, и одна из тварей, которую выжившие каким-то странным образом не заметили, схватилась своими костлявыми, уродливыми руками за ногу Агаты. Силы в зомби всегда было много, поэтому, потянув девушку на себя, монстр повалил её, делая совершенно беззащитной. Ползком ходячий устремился ближе к сочной плоти, хотя Харрис изо всех сил брыкалась, пытаясь выбраться из хватки сильных рук. Прибежавший на крик Александр не поверил своим глазам, впервые в такой ответственный момент он растерялся, не зная, что ему делать, просто стоял в ступоре и смотрел на Агату, отчаянно боровшуюся с зомби. — Не стой как истукан! Сделай что-нибудь! — Не ори, дура, не хватало ещё остальных спровоцировать! Александр метался взглядом по каждому предмету в кафе, чтобы придумать хоть что-то. На худой конец всегда можно выстрелить, но это привлечёт ещё кучу ходячих, и тогда им точно можно попрощаться с жизнью. Нильсен не нашёл ничего лучше, кроме как отломить ножку у близлежащего прогнившего стула и использовать её как оружие против ходячего. В одно мгновение деревяшка проткнула висок мертвеца, задевая умерший давным-давно мозг, что заставило монстра расцепить руки. Агата отползла от трупа как можно дальше, а зомби издал последний пугающий крик и умер. Теперь уже навсегда. Харрис с ужасом смотрела на мертвеца, осознавая, что тем, кто хотел сожрать её, оказалась любимая тётушка Аннет. Надежды рухнули в одночасье, единственный близкий человек мёртв, у неё больше никого не осталось. — Жива? — Александр протянул девушке руку, но та, выпалив что-то вроде «пошёл ты в задницу, Нильсен», самостоятельно встала и нашла себе место для отдыха возле дальней стены. Оттуда было видно всё кафе, и, если какая-то тварь выползет из-под стола или ещё откуда-то, они непременно это заметят. Алекс усмехнулся вслед Харрис и, разведя руками, продолжил. — Хорошо, сделаю это сам. Спасибо, Александр, что спас меня от ходячего. Да-да, всегда пожалуйста, Агата. Александр осторожно, чтобы не шуметь лишний раз, подошёл к окну и отодвинул краешек скатерти. Ему необходимо было убедиться, что зомби начали успокаиваться, когда потеряли их из виду. Так и было. Совсем позабыв о своей еде, твари шли обратно на звук сирены, которая продолжала работать так же мощно, как и пару минут назад. Что ж, это было явно им на руку, хоть одна хорошая новость за весь день. Возможно, через пару часов они уже смогут отправиться домой, правда ночь уже наступит, опасно будет, но ничего, справятся. Один раз уже обдурили ходячих, чего им стоит сделать это ещё раз? Впервые Нильсена посетила мысль, что Агата не такой уж плохой напарник и с ней можно и огонь, и воду, и медные трубы пройти. Нужно лишь начать доверять друг другу. Александр опустил импровизированную штору и вернулся к Агате. Она выглядела не самым лучшим образом, тяжело дышала, её буквально трясло как в каматозе, Нильсен всё это списал на испуг, не каждый же день девушка видит зомби так близко к себе. Да и к тому же парень догадался, что Харрис знала напавшего на неё ходячего, потому что в ином случае была бы более собрана и воинственна. Он не раз видел, как уверенно может вести себя Агата в безвыходной ситуации. Сегодня она была совсем на себя не похожа. Да и сейчас дрожала как осиновый лист на ветру. Это заставляло Александра волноваться. Не сильно. Совсем чуть-чуть. Не может же он оплошать перед отцом, приведя домой сумасшедшую. — Да ладно тебе, Харрис, ты что испугалась? Брось, всё же нормально закончилось, — Александр присел на корточки, чтобы взглянуть на девушку, сейчас ему не хотелось издеваться, возникло желание поддержать, успокоить, чтобы она ощутила себя в безопасности, хоть и мало надеялся на это. По факту из-за него они и оказались в таком положении, поэтому вряд ли рядом с ним Агата будет чувствовать себя под надёжной защитой. Харрис даже головы не подняла, чтобы взглянуть на него, и Нильсен осмелился дотронуться до её руки, чтобы хоть как-то показать, что она не одна, если надо, Алекс всегда придёт на помощь. Да, девчонка бесит его, но не до такой же степени, чтобы желать ей смерти от злобных зомби. Внезапно Нильсен почувствовал жар под своей ладонью, неужели Агата настолько сильно испугалась, что у неё подскочила температура? — Да ты горишь вся… Агата не чувствовала жара, потому что ей было ужасно холодно, будто облили ледяной водой и посадили в холодильную камеру. Она почти ничего перед собой не видела и смутно слышала всё, что говорил ей Александр. Он просил говорить с ним, взглянуть на него. Вот же дурень. Харрис подняла свой взгляд на парня, но даже не увидела его, никаких очертаний, будто ослепла вовсе. Зато Алекс заметил нечто ужасное. Капилляры глазного яблока девушки лопнули, глаза залило кровью почти полностью, с неё ручьями лился пот от ужасно высокой температуры, она буквально превращалась в кипяток. Чем дольше он касался её, тем быстрее поднимался жар. Александр опешил, ведь это могло значить лишь одно. — Нет, Агата…только не это…

Несколькими минутами ранее

Агата подошла к фотографии, чтобы немного поностальгировать, Нильсен лишь махнул на это рукой, у девчонок свои причуды. Харрис расслабилась, вспоминая прекрасные деньки, но всегда необходимо находиться начеку. Внезапно из-за стойки послышалось шевеление, и одна из тварей, которую выжившие каким-то странным образом не заметили, схватилась своими костлявыми, уродливыми руками за ногу Агаты. Силы в зомби всегда было много, поэтому, потянув девушку на себя, монстр повалил её, делая совершенно беззащитной. Ползком ходячий устремился ближе к сочной плоти, хотя Харрис изо всех сил брыкалась, пытаясь выбраться из хватки сильных рук. Девушка почувствовала, как острые зубы мертвеца пронзили её плоть в районе щиколотки. Все мы понимаем, что это значило. Конец, который настал для Агаты слишком быстро. Жить ей осталось от силы минут двадцать, пока она полностью не обратится в того, с кем боролась всё это время. Прибежавший на крик Александр не поверил своим глазам, впервые в такой ответственный момент он растерялся, не зная, что ему делать, просто стоял в ступоре и смотрел на Агату, отчаянно боровшуюся с зомби. — Не стой как истукан! Сделай что-нибудь! — Не ори, дура, не хватало ещё остальных спровоцировать! Александр метался взглядом по каждому предмету в кафе, чтобы придумать хоть что-то. На худой конец всегда можно выстрелить, но это привлечёт ещё кучу ходячих, и тогда им точно можно попрощаться с жизнью. Нильсен не нашёл ничего лучше, кроме как отломить ножку у близлежащего прогнившего стула и использовать её как оружие против ходячего. В одно мгновение деревяшка проткнула висок мертвеца, задевая умерший давным-давно мозг, что заставило монстра расцепить руки. Агата отползла от трупа как можно дальше, а зомби издал последний пугающий крик и умер. Теперь уже навсегда. Харрис с ужасом смотрела на мертвеца, осознавая, что тем, кто хотел сожрать её, оказалась любимая тётушка Аннет. Надежды рухнули в одночасье, единственный близкий человек мёртв, у неё больше никого не осталось. Но ничего. Совсем скоро они будут рядом.

Наши дни

— Алекс, мне холодно, — Агата лежала на коленях парня, пытаясь продержаться хоть немного подольше, меньшее, что ей хотелось, так это причинить вред Александру, который сейчас совершенно с новой стороны открывался для неё. Он заботился о девушке, снял свою рубашку и укрыл, хотя прекрасно знал, что Харрис и так уже варится в кипятке. Её трясло как в припадке, и можно было действительно подумать, что Агата очень замёрзла. Но нет. Так просто менялось её тело, клетки мозга, поражённые вирусом, отмирали, превращая девушку в одну из ненавистных тварей. Так сильно она мечтала увидеть новый мир без зомби, когда всё это закончится, но не суждено. — Мне очень страшно, я не хочу становиться одной из них… Слёзы лились из заполонённых кровью глазами, и сердце Александра больно сжималось в груди от одного только вида перед собой. И он, и Агата прекрасно знали, чем всё это закончится, но где-то в глубине души у парня теплилась надежда, что всё будет хорошо, они вместе вернутся домой, он, наконец, перестанет задирать её, обмениваясь гадостями и колкостями, даже попробует наладить дружеские отношения. Но всему этому не суждено было сбыться, ведь страшный смертельный вирус не щадит никого, и исключений не бывает. Харрис знала, что не сможет спастись не при каких условиях, поэтому морально уже готовилась к скорому концу. Но ей столько всего ещё нужно было сделать, столько всего сказать, в стольком признаться. — Алекс, могу я попросить тебя о последнем одолжении? — Агата не уповала на чудо, её надежда умерла вместе с тётушкой после злополучного укуса. Остался только здравый смысл и знание о том, что ей не выжить, не спастись, не излечиться. И крепкие объятия Александра не помогут вывести яд из организма, она всё равно уже не жилец. Однако, становиться одной из зомби… Харрис не хотела бы причинять кому-либо вред после смерти. А если она встретит на пути Сэма? Или Рейчел? Или того же Александра? Они ведь не смогут убить её потом, поэтому всё нужно заканчивать прямо здесь и сейчас. — Убей меня до того, как я стану ходячей. Я не хочу…прошу…я не хочу закончить, как тётушка. — Не неси ерунды, Харрис! Мы вместе вернёмся домой, слышишь, вместе! Отец что-нибудь придумает! — Помнишь, как мы поцеловались? — Агата будто и не слышала слов Александра, либо просто не желала слушать, как ей пытаются внушить надежду на спасение. Девушка решительно настроила себя на то, что это последние минуты её жизни, и она должна успеть сказать Нильсену всё, что не успела раньше. Она могла бы унести переживания с собой в могилу, но хотела, чтобы Алекс знал, что Харрис вовсе не ненавидела его все эти годы, просто старалась держаться сильной и никому не доверять, ведь это было так опасно в те времена. Какой же дурой была, ей богу. — Мы тогда сильно напились в компании…помнишь? — Такого никогда не было, Агата, ты бредишь, — Александр отвёл взгляд в сторону, благо девушка не могла видеть выражения его лица, это смятение, которое можно было прочитать по потерянным глазам. Конечно же Нильсен всё помнил. Более того, ему даже понравилось. Только вот признаться в этом себе не хватало духу, не то что сказать об этом Агате, которая всю свою жизнь ненавидела его, будто Алекс был самым страшным врагом народа. Будто из-за него начался апокалипсис и зомби жрут людей. — Я не помню… — Всё ты помнишь, балбес, — Агата усмехнулась, но тут же ощутила, как внутри всё начало гореть, будто там находился её личный Ад. Девушка чувствовала, что у неё совсем мало времени, и его нельзя было тратить на перепалки с Александром, она ведь не для этого начала вспоминать беззаботные, яркие деньки. Удивительно, что, несмотря на апокалипсис, они могли себе позволить жить привычной жизнью, ощущая себя в безопасности под крылом Ульрика. Что ж, больше таких воспоминаний у Харрис не будет. Никаких не будет, даже самых плохих. — Ты тогда пришёл на следующее утро и спросил, помню ли я, что было вчера. И я сказала, что ничего не помню. А ты соврал…сказал, что я так сильно напилась, что полезла целоваться к Рейчел. — Ты ненавидела меня, Агата, к чему ворошить эти воспоминания?! — Но это не так! Я не ненавидела тебя, Александр! — Агата еле сдерживала крик от того, как внутри всё горело огнём, её буквально разрывало, и чем быстрее она расскажет о своих истинных чувствах, тем быстрее почувствует успокоение. Девушка очень хотела успеть до своего обращения, чтобы Нильсен успел покончить с ней. Харрис хотела умереть человеком, а не кровожадным монстром, и она была уверена, что у Александра хватит духу исполнить последнюю просьбу умирающей. — Я влюблена в тебя с восьмого класса, и сейчас тоже…я люблю тебя, Алекс, всегда любила… — Молчи, Агата, расскажешь мне это дома! — слова Агаты вводили в ступор, Александр не верил своим ушам, даже не подозревал, что его чувства могут оказаться взаимными. Только вот говорить о них не спешил, всё ещё верил в чудо, в то, что они вернутся домой вместе. Харрис слегка улыбнулась, после чего закрыла глаза, чувствуя сонливость. — Агата… — девушка больше не дрожала, температура резко пошла на понижение, пока тело не стало совсем ледяным. Нильсен слышал, как Агата всё ещё тяжело дышала, но дыхание было очень слабым, она вот-вот покинет этот мир. — Нет, Агата! Не смей! Не умирай, слышишь?! — Александр прижимал полумёртвое тело Харрис к себе, срываясь на крик. И плевать было, что где-то в округе могут быть зомби, невозможно было по-другому заглушить боль потери. Так сложно было отпустить её… — Не оставляй меня одного… Александр некоторое время так и сидел, прижимая девушку к груди, умоляя, чтобы она не покидала его, не умирала сейчас, когда призналась в своих чувствах. Агата ведь должна была услышать, что он испытывает к ней на самом деле под маской безразличного мудака. Нильсен не слышал и не ощущал ничего вокруг себя, все его мысли были заняты лишь горем от утраты любимого человека. Он не успел сказать…винил себя за это. В ушах противно шумело, а в голове слышался нежный голос Агаты, который просил об упокоении, твердил раз за разом, что не хочет становиться монстром, пожирающим плоть своих родных и близких. И Нильсен чувствовал долг перед Харрис, который обязан исполнить. Последнюю её просьбу перед скорой смертью. Разве он может подвести её и на этот раз? Нильсен осторожно опустил девушку на землю, поднимаясь с пола. Первая мысль, которая пронеслась в голове, что на бетонном покрытии ей будет холодно, но потом пришлось принять тот факт, что Агате уже всё равно до скачков температуры. Александр присел на корточки, чтобы проверить пульс, он всё ещё был, но очень-очень слабый. Нужно было спешить. Парень достал свой пистолет, выделенный отцом исключительно на вылазку. Там оставался последний патрон, если промахнётся, больше не осмелится на этот шаг. Александр сделал глубокий вдох, направив дуло пистолета прямо в голову Харрис. Он помнил все уроки отца по выживанию, поражать нужно только мозг, иначе с ходячим не расправишься. Руки тряслись с неимоверной силой, но Нильсен должен был собраться и выстрелить. Ради неё. Он не имеет права подвести Агату в очередной раз. Только не после её слов о любви. Алекс закрыл глаза и нажал на курок, после чего послышался оглушительный выстрел. Он не промахнулся…

***

— Ну, здравствуй, малышка Харрис, — Александр улыбнулся, положив на могилу свежий букет цветов. В такие сложные времена мало кто думал о выращивании растений, не приносящих еды, но парень всегда находил красивые цветы для Агаты, не зря же на вылазки ходит, вызываясь добровольно. — Я уже надоел тебе своим присутствием, да? Прости уж, просто…не могу не приходить сюда, — Нильсен усмехнулся, дотрагиваясь рукой до самодельного надгробия, странно, но ему показалось оно каким-то тёплым, хотя солнца не было, наступила пасмурная, дождливая поздняя осень. Каждый день всё это время Алекс навещал Агату на небольшой территории за школой, которую оборудовали под кладбище. Пока что там была всего одна могила. Не первая потеря, но остальных не удалось вернуть домой. — Если бы я только мог всё исправить… В тот день, когда Александр прекратил мучения Агаты, сирена всё ещё работала, и зомби не собрались вновь перед кафе на звук выстрела. Это было на руку, ведь Нильсен не собирался оставаться здесь дольше, чем на пять минут. Но и девушку оставлять здесь не собирался, от одной только мысли о том, что какой-нибудь зомби наткнётся на неё здесь и превратит в свой завтрак, становилось невыносимо тошно. Алекс вернулся домой ночью, принёс с собой бездыханное тело напарницы, рассказав отцу всю правду. Впервые он не перевёл стрелки на Харрис, а взял всю вину на себя, как и полагается мужчине. Ульрик не стал поучать сына, сказал лишь, что вина перед Агатой будет преследовать его всю жизнь. Так и случилось. — Прости меня, Агата, это я во всем виноват, — Александр, разговаривая с Агатой, всегда повторял одни и те же слова, он не знал, как загладить свою вину. Да это и невозможно было, ведь девушка всё равно уже ничего не скажет ему в ответ. — Если бы я тогда не упрямился, если бы сразу пошёл домой, как ты и говорила, сейчас всё было бы по-другому. Ты была бы рядом, живая и невредимая. Понадобилось слишком много времени, чтобы признаться себе и тебе тоже, что только я виноват в твоей смерти, каттен. — Нильсен опустился на колени, опустив голову. Впервые он стоял перед ней именно так, это меньшее, что парень мог сделать. — Мне так жаль, Агата…я не хотел, чтобы так вышло…я не хотел, чтобы ты умерла…я… — Алекс, пора! — Иду, Сэм! — Александр взял себя в руки и поднялся с колен, отряхнув джинсы от пыли. После смерти Агаты Сэм стал его напарником на вылазках, и сегодня им предстояло сделать очень важное дело. Ульрик, после того происшествия на базе, придумал план, как собрать всех ходячих в одном месте с помощью сирены, после чего подорвать там всё к чертям. В прошлый раз, по-хитрому справившись с сигнализацией, они установили на территории базы кучу взрывчатки, чтобы уж наверняка избавиться хотя бы от большей части тварей в городе. Тогда все могли бы обустроиться там, строить дома и ограды, устанавливать защиту от новых ходячих. Только вот кому-то из них придётся пожертвовать жизнью, хоть Ульрик и говорил, что будет время спастись всем. И Александр знал наверняка, кто умрёт сегодня. — Я люблю тебя, Агата…мы с тобой встретимся в следующей жизни, и я обещаю, что на этот раз успею признаться тебе… Александр ушёл, а его слова растворились в воздухе…как жаль, что Агата никогда не услышит их…