Заставь меня ожить

Чимин нервно теребил ткань своих брюк. Он никак не мог отвести взор от поникшей спины любимого что стоял за свидетельской стойкой. С самого утра психиатр чувствовал неладное, Юнги вроде бы улыбался как обычно, с лёгкостью говорил о завтрашнем дне. Вот только в глубине глаз ожившего мальчика плескались страх и боль. Он чего-то боялся, а главное не хотел делиться своими страхами с ним либо как с парнем, либо как с доктором. Это ранило, но стало всё куда хуже когда с губ любимого мальчика сорвались лживые слова: — Моя сестра никогда не издевалась надо мной. Я просто был в депрессии и сам это придумал. Договорив Юнги замер и понял что не может обернуться. Чимин медленно встал, подняв руку, сказал громко и отчётливо: — Протестую. Как доктор могу подтвердить что у пациента не было бредового состояния! Внутри Чимин молился о том чтобы Юнги одумался. Однако его бывший пациент не унимался, после судорожного вздоха, Мин продолжил свою тираду: — Я отзываю свои претензии. Больше всего психиатра во всей этой ситуации бесила Тэхи что улыбалась самодовольно, и когда её взгляд встретился с его, Пак понял. Его побитый жизнью малыш защищает сейчас их отношения. Осознание болезненно резануло по сердцу, Чимину нечем стало дышать, а Юнги пошатнулся от слабости. Мужчина быстро оказался рядом с любимым, попросив: — Нашему пациенту плохо, возможен ли перерыв? Согласие судьи и его слова Пак уже не слышал. Он закрыл собой любимого и увёл в комнату отдыха. Именно там тишину озарил первый всхлип. Юнги сжимал рубашку Чимина, пряча лицо в изгибе его шеи. Так пролетело несколько безумно долгих минут, прежде чем Юн прошептал: — Прости… Прости меня… Психиатр на это лишь целовал своего мальчика в висок, всё прекрасно понимая, а следом и озвучивая догадки об произошедшем: — Она угрожала тебе? Чем? Юнги не отстранился после вопросов, прижался плотнее, заикаясь и бормоча растерянно: — У них есть наше фото из палаты, мы там целовались. Если это всплывет то разрушит твою карьеру. Услышав объяснение Чимин улыбается, немного отстраняя от себя своего мальчика, касаясь его лица с трепетом, вглядываясь в припухшие глаза, говоря ласково: — Ты у меня немного глупенький. Знаешь, моя карьера не может стоить твоей безопасности. Я могу работать кем угодно, но как я смогу оставить тебя одного, зная что эта стерва на свободе. Понимаешь, о чём я? Юнги замирает как завороженный от услышанного. Приближаясь медленно в ту же секунду касаясь губ напротив. Чимин целует в ответ трепетно, наконец-то видя в глубине любимых глаз не страх, а счастье. Слушанье после не продолжается по заявлению прокурора. Уже на следующий день пара узнает что Ким Тэхи выпустили под залог с подпиской о невыезде.

***********

Чонгук сжимал дрожащими руками почти потухшую сигарету. Нет, он не являлся заядлым курильщиком, и курил только когда стресс переваливал за отметку кипение мозга. Сейчас же всё было куда хуже, Тэхён его маленькое солнце этой мрачной вселенной пропал. Сокджин кратко поведал ему о глупцом поступке храброго крольчонка, но от этого на душе стало лишь паршивее. Надо было вызволить Тэ, но сделать то без лишней шумихи. В этот момент удушающих раздумий дверь тихонько приоткрылась и в палату вошли двое. Джун Ки шёл позади Хосока, и вид у него был поникший. Он понимал что его парень явно не одумается отчего тяжело вздыхал. Шеф Повар же приблизившись улыбнулся вымученно, сказав: — Рад что тебе лучше. Мы к тебе с предложением. — Каким? Спросил Чонгук затушив сигарету и бросив окурок в ближайшую мусорку, подняв взгляд на парочку и замерев в ожидании. Хосок вздохнул поглубже, сжав руку своего доктора за спиной, ответив: — Знаю что Тэ сейчас держат в имении Ким, подслушал разговор Джина и Намджуна. Мне вчера поступило предложение на обслуживания банкета этого семейства. Я буду брать с собой официантов и несколько поваров. Думаю лучшего случая не представиться. Ты должен пробраться и спасти Тэхёна. Чонгук даже не дышит когда понимает о чём идёт речь. Лишь вскакивает резко, чуть пошатываясь, налетая на повара с объятиями. От которых Хосика ограждает Джун Ги, загораживая и говоря чуть обиженно: — Это запретная территория... Я пойду с вами, помогу тебе. — Спасибо… Искренне говорит Чонгук, помня о способностях бывшего спецназовца, обнимая растерявшегося мужчину, ставя того в ступор, заставляя Хосока за спиной психиатра хохотать в голос. Скрывая за искристым смехом тревогу и переживания.