О зимородках и летних вечерах

Июльский вечер тих и спокоен, клонится солнце к закату, за окном выводит незатейливую песенку зимородок, да чувствуется тонкий аромат лотосов во всем своем цвету. Эта часть резиденции примыкала прямо к воде, частью, даже нависая над ней, благодаря стропилам, поддерживающим часть здания. Фенмянь, чувствуя усталость после продолжительной и муторной бумажной работы, делает перерыв и отодвигает очередное прошение. Слышен тонкому мужскому слуху скрип тихий скрип половиц, и душистейший запах знаменитого супа из ребрышек. На тонкие губы мягкая и ласковая улыбка сама легла собой и глава Цзян было поднялся, но мигом был остановлен тихим возгласом, барышни в лиловом, с проворством и легкостью, вплывшей в кабинет. - А-Ли, не стоило... - Отец, вы слишком много работали - тихий стук подноса о стол, на котором покоилась полная чаша фирменного супа, рис с двумя видами жаренных овощей и чайная пара с уже заваренным сортом лучшего из продаваемых юньменских чаев - наверняка вы устали, нужно подкрепиться и сделать перерыв. Я давно вас не видела, вы так заработались, по этому пришла разделить с вами пиалу чая. Слабо слышимая укоризна, улыбка, открывшая ровный ряд жемчужных рядов, и две очаровательные ямочки на щеках, и Лотос сдался. - Хорошо, хорошо - и мужчина берется за палочки, пока дочь, сняв синий шарф с плеч, подарок супруга, разливает чай по пиалам, чисто белым, без излишеств. Разделавшись с едой и приступив к чаю, Фенмянь впервые за долгое и беспокойное время, чувствует умиротворение, слишком хрупкое чувство, а тонкий лотосовый привкус и вовсе погружает в покой и созерцательное, почти счастье. - Я... - начинает дева Цзян и тихо запинается, неожиданно вскрикнув и едва не уронив пиалу с чаем. Фенмянь, встревоженно вскидывает голову, однако... На левое плечо к ней приземлился красноклювый и зеленокрылый зимородок, своим черным глазом и странно склоненной головой вначале, чуть клюнувший девичье плечо, а после мелькнув переливчатым оперением, умастившийся на гуани главы Цзян и принявшийся заливисто чирикать, оглашая комнату своим звонким и переливчатым голосом. - Отец, этой птице вы невероятно понравились - ладошка закрывает смеющийся рот, и глаза девушки невольно слегка прищуриваются от смеха. - Пожалуй, пожалуй... - Я хотела сообщить вам одну новость - щеки молодой девушки слегка розовеют, аккуратное лицо, по мнению остальных с невыразительными чертами, словно бы освещается внутренним огнем, делая его невыразимо красивым - скоро вы станете дедушкой, у вас родится внук. Растерянный, Фенмянь и не знает что сказать, но тихое тепло за дочь переполняло его душу. А птица все так же переливчато распиналась над его головой.... Впервые Фенмянь, спал спокойно и проснулся, словно бы отведав чаши, поднесенной ему дочерью, воспоминание о дочери, разбередило его душу, наполнив душу легкой грустью, но вместе с тем и легкостью, словно первенец была подле него, ласково обнимая. А за окном меж тем, медленно розовел горизонт.